Вся эта турбулентность не была предсказана

В четверг Нил собрался на свой первый рабочий день. Раньше он бывал в книжном только один раз — на собеседовании — и нашёл его чисто случайно, блуждая по району, поэтому сейчас он тщательно прослеживал путь по грязной карте метро. Он нервно постукивал ногой, пока ехал в вагоне, и женщина напротив подняла глаза от книги и бросила на него взгляд, и Нил заставил себя остановиться. После первого всплеска паники, когда его приняли на работу, он в целом чувствовал себя спокойно — ведь он справлялся и не с такими ситуациями. Всё было нормально, пока накануне его не догнало осознание: завтра придётся столкнуться с новой, незнакомой средой. Выйдя из метро, Нил вытер вспотевшие ладони о джинсы и направился по улице к книжному. Внутри было полутемно: большую часть пространства занимали высокие книжные стеллажи, до верхних полок которых ему точно понадобилась бы подставка. Среди них можно было бы хорошо спрятаться, но и увидеть, что происходит вокруг, было почти невозможно — словно он смотрел через замочную скважину. Единственная видимая дверь — та, через которую он вошёл, хотя Нил помнил, что сзади, где разгружают книги и коробки, есть широкая дверь для поставок. Окон было немного, и касса стояла у единственного витринного окна, через которое пробивался тусклый свет. Несколько покупателей бродили между полок, но, судя по планировке, основная часть книг находилась в глубине зала. Он не знал, куда идти, поэтому подошёл к кассе — там как раз не было посетителей. За прилавком стояла молодая женщина, худощавая, примерно его роста. На бейджике значилось «Аманда». — Простите, — сказал Нил. — Здравствуйте, чем могу помочь? — Э… Я Нил Джостен, сегодня мой первый день. — А, отлично! — улыбнулась она и огляделась. — Идите за мной. Аманда провела его между рядами стеллажей к двери с табличкой «Только для персонала». Они прошли через склад и соседнюю комнату отдыха. Девушка всё время оглядывалась, видимо, ища начальницу. Наконец они нашли её — женщину средних лет, с карандашом, зажатым между губ, и блокнотом в руках. Хозяйка магазина, та самая, что брала у него интервью, выглядела всё так же: высокая, крепкая, с поседевшими волосами, собранными в низкий узел. — Трейси, — позвала Аманда. — Новый сотрудник пришёл. Хозяйка подняла глаза. — Рада снова тебя видеть. Аманда покажет тебе всё, что нужно. Побыстрее, у нас сегодня не хватает людей. Если что-то понадобится — ищи меня. Нил кивнул. Аманда вышла первой. — Ну, как ты уже понял, это кабинет Трейси, — сказала она. — Она единственная, кому туда нужно. Если не сможешь её найти — ищи здесь или в подсобке, она часто возится с заказами. В комнате отдыха она остановилась у стенда с подвешенным на верёвочке дешёвым пластиковым ручкой. — Здесь отмечаемся. Мы всё пытаемся убедить Трейси перейти на электронную систему, но она с техникой на «вы». Наш коллега, Феликс, шарит в этом, но она ему не разрешает. Ты вообще разбираешься в технологиях? Нил покачал головой. — Поняла, — кивнула она и показала на крошечную кухню. — Это кухня, можешь класть еду в холодильник, пользоваться кофеваркой. Лучше подписывать контейнеры, поначалу бывает путаница, но никто специально не ворует. Всё, что стоит на столе, общее. Они прошли мимо потёртого дивана и вернулись в складское помещение, где стояли несколько столов и груды коробок. — Здесь мы ведём учёт и клеим ярлыки на книги, — объяснила Аманда. — Потом покажу, как это делается. Если клиент ищет книгу отсюда, а ты не уверен, учтена ли она, — спроси меня или Трейси. Обычно книги помечены цветными наклейками, их легко заметить. Она собрала карандаши, раскиданные по столу, вернула их в подставку и, удовлетворённо кивнув, жестом пригласила Нила обратно в торговый зал. Девушка казалась приветливой, явно была близка с хозяйкой, но Нил надеялся, что после обучения она оставит его в покое. Было видно, что Аманда любит это место, тогда как для Нила книжный — просто способ заработать. Он никогда не был заядлым читателем, а мать даже не позволяла ему оформить читательский билет. После школы он бегал в библиотеку, чтобы успеть почитать хоть немного до того, как мать придёт за ним. Теперь же книжные магазины казались ему ненужной роскошью — он бы лучше купил библиотечную карту. Конечно, Аманде об этом знать не стоит. После того как она показала, как устроены отделы, Нил стал разбираться с кассой под её присмотром. Поток людей действовал ему на нервы, но он повторял себе, что никто не запомнит его лицо. Он радовался, что у него пока нет бейджа: судя по Аманде, даже у тех, кто с ним ходит, никто имён не запоминает. К концу смены покупателей стало меньше, и Трейси вышла из кабинета, попросив его расставить книги по полкам. Когда она ушла, Аманда объяснила, что обычно это делают по утрам, но, скорее всего, Трейси просто решила дать новичку практику. Как можно «практиковаться» в расстановке книг, Нил не понимал, но был рад, что это избавляет его от общения с клиентами. Через полтора часа, когда коробка почти опустела, Трейси снова появилась. — Джостен, можешь идти. Остальное я сама разложу. Нил, не говоряший уже несколько часов, обернулся, чуть удивлённый. — Вы уверены? Вы же говорили, что не хватает работников. — Не беспокойся. Скоро придут другие, а Феликс обещал подъехать пораньше. Сегодня ты справился хорошо. Нил неловко выпрямился и кивнул. На выходе Аманда крикнула ему вслед «Пока!», и он в ответ просто махнул рукой. Когда он вышел из книжного, яркий свет ударил в глаза. ~~~~~ К тому времени, как он вернулся домой и поел, Эндрю, судя по всему, уже пообедал и сидел в своей комнате. Нил тихо прошёл в свою, стараясь не шуметь — однажды он разбудил Миньярда днём, и тот был не в восторге. Он переоделся — не то чтобы рабочая форма была нарядной, просто он не любил жёсткие ткани, предпочитая старые мягкие футболки. Когда он вышел в гостиную, чтобы включить запись последнего матча по экси, Эндрю уже был на кухне и накладывал себе гору мороженого с разными топпингами. Нил воздержался от комментариев — Эндрю всё равно бы не стал его слушать. Не то чтобы Нил сам не любил сладкое, но всему есть время и место. Хотя, по мнению Эндрю, видимо, все времена и все места подходят. Заметив Нила, Эндрю обернулся, внимательно уставился на него, держа в руке банку с розовой посыпкой. Нил ждал, что тот что-то скажет, но Миньярд просто молча смотрел, пока Нил не отвернулся и не ушёл в ванную. Там всё ещё горел свет — и внезапно Нил ощутил необъяснимое раздражение. Почему Эндрю может весь день валяться дома, спать сколько хочет, а он — Нил — должен вкалывать? Почему у Миньярда есть брат, кузен, люди, которые о нём заботятся, даже если он несносен? Почему у него, у Нила, никого нет — и даже времени на отдых нет? Почему Эндрю может оставлять свет включённым, не мыть общие тарелки, лежать на диване, как ни в чём не бывало? Раздражённый, Нил вернулся в кухню, нарочно выключил свет и захлопнул дверь ванной чуть сильнее, чем следовало. Эндрю снова поднял взгляд, будто пытаясь понять, с чего это Нила так перекосило. — Ты можешь выключать свет, когда выходишь из комнаты? — вспылил Нил. — Я тоже плачу за электричество, если ты не в курсе. — Придираешься, Нил? — лениво отозвался Эндрю. — Это всего лишь одна комната. Или ты не можешь себе позволить свет, работая по сорок часов в неделю? Нил сжал кулаки — его бесило, что Эндрю так быстро догадался, где он был. — Экономить энергию — это не придирка. Просто на твоём фоне любой человек выглядит бережливым, — бросил он зло. — Было бы неплохо, если бы ты наконец поднял задницу. — Ленивый, значит? — в голосе Эндрю зазвучала насмешка. — Ты правда так заводишься из-за лампочки? Сразу переходишь на оскорбления, потому что я не помыл твои тарелки? Прости, Нил, не знал, что соседство со мной делает из тебя работодателя. — Не вздумай перекладывать свою неряшливость на меня! — Нил резко развернулся. — Ты просто смешон. Он шагнул в свою комнату, демонстративно громко закрыв дверь и даже не включив запись матча.