My Tainted Princess

Главная цель свободы — дать и возможность

и ответственность за выбор

Дни сливались в один вязкий, серый ком. Наверное, это из-за погоды? Декабрь пока не радовал рождественской сказкой — Чикаго заливало дождём. Небо висело низко, тяжело. Возможно, позже станет ярче. Когда появятся гирлянды. Когда витрины засветятся огнями. Когда всё вокруг начнёт пестрить праздничным настроением. Но пока — только сырость. И, если честно, сырость была не только снаружи. Джисон уже неделю не мог избавиться от этого скребущего чувства внутри. Вроде бы всё по-старому: он снова ходит на работу и обратно пешком, в обед читает в своём тихом углу, вечером делает конспекты. Всё как раньше. Только это больше не то. Будто он живёт не в той версии реальности. Не в той, где хотелось бы просыпаться. Но Джисон же счастлив, верно? Должен быть счастлив. Он закатал рукава чёрной кофты повыше — слишком длинные, мешают писать. Этим утром он решил, что белый кролик не будет против полежать без неё. А Джисону просто… холодно. Да. Просто холодно. В немного другом смысле. Пустой коридор университета сегодня казался особенно пустым. Шаги редких студентов отдавались глухо. Слишком громко. Будильник в телефоне резко пискнул. Джисон дёрнулся. Пора на пару. Прошла уже целая неделя, а он всё равно не привык, что теперь о времени напоминает только смартфон. Странно. Но ведь так правильно. Джисон ведь счастлив. Если повторять это достаточно часто, оно ведь станет правдой. Хотя конкретно это повторять и не нужно — это уже правда. Абсолютная. Вот прямо сейчас он идёт один по коридору и абсолютно, блять, счастлив. В аудитории Джисон сел на своё привычное место. Феликс уже был там — что-то читал в телефоне. Увидев друга, он сразу поднял взгляд и отложил его в сторону. — Как дела? — спросил Джисон. — Супер. Сегодня с Хёнджином ходили обедать с ребятами из команды, — ответил Феликс, слишком внимательно наблюдая за его лицом. — И… как они там? — осторожно уточнил Джисон. Феликс хмыкнул. Конечно, прекрасно понимает, про кого именно вопрос. — Минхо с нами не было. Он, как и ты, выбрал путь страдать в одиночестве. Вообще почти ни с кем не общается. — Я не… — Да-да, я знаю. Ты не страдаешь. Ты счастлив, — перебил Феликс, закатывая глаза. — А вот он страдает. Потому что ему разбили сердце. — Ты сейчас пытаешься давить на моё чувство вины? — фыркнул Джисон. — Нисколько, — невинно улыбнулся Феликс. — Но приятно знать, что оно у тебя есть. — Кстати, сегодня пятница, — попытался перевести тему Джисон, напоминая об обещании. — Развратница, — хихикнул Феликс, но, увидев серьёзное лицо друга, тоже посерьёзнел. — Ладно. Пошли. Они вышли в коридор. Не хотелось, чтобы разговор долетел до чужих ушей. Внимание вокруг Джисона хоть и поутихло, но не исчезло полностью. Если раньше шептались о том, почему он постоянно ходит с Минхо, то теперь — почему ходит без него. Как дети, ей богу. — В общем… — начал Феликс, когда они отошли подальше. — Папа все базы облазил. Ничего твоя семья не знает о твоём местоположении. Дело в полиции официально закрыто и больше никаких записей нет. Джисон замер. Это успокаивало, но не убивало тревогу насовсем. — Конечно, это не отменяет варианта, что они наймут частного детектива или что-то подобное, чтобы найти, — продолжил Феликс. — Но если вдруг что — ты знаешь. Поедем ко мне в родной город на пару дней. И уже на месте подадим на запрет на приближение. Всё-таки есть плюсы в том, что твой отец — начальник полиции в небольшом городе. Такие вещи быстро сделает. — Спасибо… — тихо сказал Джисон. Искренне. — Не за что. Ты же мой друг. Феликс крепко обнял его, и Джисон прижался в ответ. Всё-таки Феликс и правда замечательный друг. Они постояли так недолго и вернулись в класс. Проблемы проблемами, а учёбу никто не отменял. Не успеешь оглянуться — Рождество. А там и мидтёрмы. Дел хватает. На паре было интересно. Материал ложился легко, и Джисон даже ловил себя на том, что получает удовольствие от процесса. Но по привычке всё равно косился на телефон. Экран оставался чёрным. Раньше Джисон бесился, что Минхо пишет во время пар и отвлекает. А теперь… Теперь Джисон счастлив и может сосредоточиться только на учёбе. Он натянул капюшон на голову. Ткань слегка закрыла обзор, будто укрывая от мира. И пахла. Всё ещё пахла. Учёба шла своим чередом. Он всё записывал, всё понимал, всё запоминал. И всё равно — слишком ровно. Слишком пусто. Пары тянулись медленно. Наконец настало время идти в блок. Джисон шёл под локоть с Феликсом, слушая его вполуха. Они вышли на улицу. И вдруг Джисон увидел Минхо. Тот стоял на ступеньках одного из зданий и разговаривал с Крисом. Феликс резко остановился. Или первым остановился Джисон? — Хочешь подойти? — тихо спросил Феликс, внимательно всматриваясь в его лицо. Джисон сглотнул ком в горле. — Нет. Пошли, — слишком быстро ответил он и зашагал в сторону общаги, утягивая Феликса за собой. Тот молча пошёл следом. Джисон не видел Минхо целую неделю. И почему-то эта случайная встреча отзывалась болью где-то под рёбрами. Конечно, глупо было ожидать, что они ни разу не пересекутся на кампусе. Но Джисон же счастлив. Почему тогда так щемит? Почему хочется заплакать? Это ведь слёзы счастья, верно? Как только дверь блока закрылась за омегами, Джисон сел на край кровати и уставился в стену. Просто в одну точку. Феликс сел рядом, приобнял его одной рукой и положил голову ему на плечо. — О чём думаешь? — тихо спросил он. — Не знаю… — выдохнул Джисон. — Просто… я же счастлив, верно? Феликс тихо хмыкнул. — Я не могу залезть тебе в голову. Но если хочешь мнение со стороны — счастливым ты не выглядишь. — Но почему?.. — Тебе же нравится Минхо. Может, ты даже влюбился в него за это время, — пожал плечами Феликс. — Ты так думаешь? — глотая всхлип, спросил Джисон. Услышав дрожь в голосе, Феликс тут же притянул его к себе и начал медленно гладить по голове. Это было приятно. Спокойно. И Феликс, как всегда, сладко пах. Но это был не тот запах. — Давно так думаю, — тихо сказал Феликс. — Ты хоть и бесился постоянно, но после свиданий с ним всегда улыбался. И если хочешь моего совета — он не меняется. Вам надо нормально поговорить. Джисон ничего не ответил. Только продолжал мочить мягкий свитер друга слезами. Слезами абсолютного счастья, блять. К чёрту такое счастье. Ещё немного — и можно ехать в дурку. Хотя лучше не надо. Вряд ли страховка это покроет. Кстати о страховке. Сегодня смена на работе. А Джисону ещё пешком туда идти. Он осторожно отстранился от Феликса и вытер щёки ладонями. — Спасибо… — тихо сказал он. — Мне пора на работу. — Не за что. Но… ты уверен, что сможешь работать в таком состоянии? — И не с таким бывало. Справлюсь, — отмахнулся Джисон и направился в ванную, чтобы привести лицо хотя бы в подобие порядка.

***

Джисон поставил поднос на барную стойку и тяжело выдохнул. Усталость накрывала сильнее обычного. Вечер пятницы всегда загруженный, это нормально. Но сегодня всё ощущалось как-то иначе. Тяжелее. Раньше он так не уставал. Только на этой неделе всё даётся через силу. И всё же он продолжал работать. Носил заказы, общался с гостями, улыбался. Очень старался улыбаться. К счастью, находились короткие паузы, когда можно было хоть немного перевести дух. — Эй, Джи, — позвал коллега. — А чего твоего альфы давно не видно? Поссорились? Чёрт. Улыбаться. Улыбаться. Улыбаться. Поплакать можно дома. Сейчас он на работе. Сейчас — нельзя. — Не твоё дело, — огрызнулся Джисон. Он не собирался срываться на коллегах. Но что делать, если они будто нарочно тыкают в самое больное? Цепляют за живое. За живое, сука, счастье. Коллега растерянно захлопал длинными ресницами, явно не ожидая такой реакции. Джисон никогда не был сплетником, но в целом на работе всегда держал лицо — приветливый, вежливый, аккуратный омега. А тут… Всё в эту неделю летит коту под хвост. Хочется потискать Нокса. Возможно… не только его. — Что у вас тут происходит? — вмешался менеджер. — Джисон просто… — начал коллега, но Джисон перебил. — Да ничего не происходит! Почему всем обязательно кажется, что что-то происходит? — вспылил он. Не лучшая идея так разговаривать прямо сейчас. Но слова уже вылетели. — Понятно… — протянул менеджер и жестом отправил другого официанта работать, тяжело вздохнув. — Джисон, думаю, на сегодня с тебя хватит. Иди домой, отдохни. — Но я… — попытался возразить Джисон, но голос предательски дрогнул. — Это не просьба, — спокойно перебил менеджер. — Я тебя не увольняю. И выговор делать не буду. Но будет плохо, если ты сорвёшься при клиентах. Ты всю неделю как натянутая струна. Отдохни. Вернёшься в воскресенье с новыми силами. — Я справлюсь… — тихо выдохнул Джисон. Жалко прозвучало. Почти умоляюще. — Знаю. Ты отличный сотрудник. Но иногда нужно делать паузу, — мягче добавил менеджер. — Иди переодевайся. Я тебя подменю. — Хорошо… — кивнул Джисон. В комнате для персонала он переодевался медленно. Очень медленно. А куда спешить? Улица всё равно встретит обычной тишиной и холодом. Там ничего не будет. Никого. Джисон так же неспешно поплёлся домой. Шёл, опустив голову, почти не глядя по сторонам. Не заметил, как начался холодный дождь — капли стекали по куртке, пропитывали джинсы. Из-под капюшона вода всё равно пробиралась к волосам, делая их влажными. И лицо тоже. Мокрое. Сильнее, чем должно быть от одного только дождя. Он открыл дверь блока и замер на пороге. По шуму воды было понятно — Феликс в душе. Но сейчас помещение казалось… пустым. Поверхности больше не пестрели букетами. И это ощущалось неправильно. На подоконнике стоял свежий букет от Хёнджина для Феликса. А на прикроватной тумбе Джисона — уже заметно подсохшие розовые розы. Присланные доставкой неделю назад. В тот самый день. Джисон подошёл ближе и обхватил цветы ладонями — осторожно, едва касаясь, чтобы не осыпались лепестки. За эту неделю он выбросил много засохших букетов. Но этот… Этот рука не поднималась выбросить. Он стоял сухим, бесцветным, уже ничем не пахнущим. Просто кучка жёстких стеблей. И всё равно… — Ты чего так рано? — послышался за спиной удивлённый голос Феликса. Джисон резко обернулся. — Эй… ты плачешь? Феликс тут же оказался рядом и крепко обнял его. Он стоял после душа, завернувшись лишь в полотенце, но всё равно позволил Джисону уткнуться носом ему в шею и вцепиться пальцами в ткань на спине так, что костяшки побелели. — Я… я скучаю по нему… — тихо, но наконец честно выдохнул Джисон, всхлипывая. Это было сложно произнести. Очень сложно. Но пора признать: он не счастлив. Он ошибся. И не раз. Только теперь уже ничего не вернуть. Минхо, наверное, злится… — Не хочешь поговорить с ним? — осторожно спросил Феликс, поглаживая его по голове. Джисон отрицательно покачал головой. — Ладно… а со мной хочешь поговорить? Снова отрицательно покачал головой. Ему сейчас вообще ничего не хотелось. — А хочешь объесться мороженым? На это Джисон кивнул. Да. Этого хотелось. Мороженое всегда кстати. Феликс усадил его на свою кровать, быстро переоделся в тёплую домашнюю одежду и пошёл к морозильнику. Как раз оставалось большое ведёрко шоколадного. Джисон снял кофту, оставаясь лишь в футболке, и аккуратно отложил её в сторону. Не хотелось испачкать. Если испачкает — придётся стирать. А если постирать… исчезнет запах. Феликс плюхнулся рядом с уже открытым ведёрком мороженого и двумя ложками. Омеги тут же занырнули в холодную шоколадную массу. Сладость приятно растекалась по языку, охлаждала горло. Хорошо. Они ели молча, почти не глядя друг на друга. Просто сидели рядом. Просто были. И этого присутствия сейчас хватало. В какой-то момент тишина стала тянуться слишком долго. — Может сериал? — предложил Феликс. Недавно как раз вышел новый. Почему бы не посмотреть. Он включил первую серию на ноутбуке, и остатки ведёрка омеги доедали уже под чужие голоса и музыку заставки. Наверное, мороженое на ужин — не самый полезный вариант. Но… какая теперь разница? За это ведь никто ругать не будет. Особенно теперь. И это всё же не бар. Феликс говорил, что Хёнджин наутро прочитал ему целую лекцию о безопасности. Да уж. Тогда они и правда напугали альф. Это было так глупо… Стоп. Джисон вообще-то хотел отвлечься. — Может, всё-таки поговорим? — тихо спросил Феликс, притягивая его в объятие. — Я не могу смотреть, как ты всё время плачешь. Я не знаю, как тебе помочь. — Я тоже не знаю… — всхлипнул Джисон. — Давай с простого. О чём ты подумал, когда сейчас заплакал? — О той ночи… — честно ответил Джисон. — О том, как мы напились. И как их напугали. — Да, шуму мы тогда навели, — хмыкнул Феликс. — Хорошо, что всё обошлось. Повторять не будем. Второй такой нагоняй от Хёнджина я не переживу. Джисон лишь заплакал сильнее, вспоминая разговор с Минхо тем утром. — Ну, Джи… — Феликс прижал его крепче. — Не плачь. Всё будет хорошо. — Не будет… — глухо отозвался Джисон. — Будет, — упрямо сказал Феликс. — Ты соберёшься с силами, поговоришь с ним. И всё станет на свои места. — Не соберусь… — Рано или поздно — соберёшься, — хмыкнул он. — Кстати, завтра вечеринка. Пойдёшь со мной? — Опять что-то послефутбольное? — уточнил Джисон. — Нет, сезон же закончился. Просто вечеринка. — А вдруг Минхо там будет? — тихо спросил он. — Вряд ли. Крис сказал Хёнджину, что Минхо сейчас вообще никуда не ходит, кроме пар и работы. Крис всю неделю пытается его куда-то вытащить — бесполезно. — Ты вот тоже меня вытащить пытаешься, — криво усмехнулся Джисон. — Потому что для этого и нужны друзья, — рассмеялся Феликс. — Я всё же никуда не пойду, — выдохнул Джисон. — Мне прошлой недели хватило, больше не пью. И я не хочу в толпу. Хочу побыть один. — Ладно, — вздохнул Феликс. — Не буду заставлять. Но если передумаешь — скажи. — Хорошо. Сюжет сериала давно потерялся где-то на фоне. Но это уже не важно. В тёплых объятиях Феликса было спокойно. Точно спокойнее, чем наедине с собственными мыслями. Под его мягкие поглаживания Джисон постепенно затих и засопел. Феликс не стал его будить. Аккуратно убрал ноутбук, отставил пустое ведёрко из-под мороженного и накрыл их обоих одеялом. Они уснули вдвоём на узкой общажной кровати.

***

Джисон пытался. Честно пытался. Целый день хватался за всё подряд, лишь бы не думать. Феликс ещё днём ушёл куда-то с Хёнджином, бросив на ходу, что вернётся поздно. А может вообще заночует у альфы. В общем, типичный Феликс. Джисон же метался по блоку, словно от этого можно убежать от собственных мыслей. Пытался учиться, упрямо вчитывался в конспекты, будто текст мог вытеснить из головы одно единственное имя. Сходил в библиотеку сдать дочитанные книги, но новых так и не взял. Почему-то не захотелось. Раз интеллектуальный труд не работает — значит, руками. В блоке и так было чисто, но Джисон устроил генеральную уборку. Отмыл каждый плинтус до блеска, вытер пыль даже на самых недосягаемых поверхностях, куда обычно никто не лезет. Перебрал шкаф. Носки разложил по цветам. Идеально. Почти маниакально. К вечеру он вымотался так, что был уверен: уснёт мгновенно. Сходил в душ. Под горячими струями воды старый пластырь с груди отклеился — Джисон не стал клеить новый. Слишком устал. Переоделся в чистое и рухнул в кровать. Не помогло. Мысли всё равно возвращались к Минхо. Может, Феликс прав? Может, просто взять и поговорить? Они ведь уже расстались. Бросить ещё раз Минхо его не сможет… или сможет? И как вообще смотреть ему в глаза после всего? Джисон понял, что плачет, только когда провёл пальцами по щеке. Нет. Так продолжаться не может. Он сел на кровати, подтянул колени к груди и поправил на плечах чёрную кофту так, чтобы воротник касался носа. Чтобы чувствовать кедровый аромат. Слабеющий. Сейчас или никогда. Он написал Феликсу, попросил вызвать такси. Тот сразу согласился и пожелал удачи. Джисон быстро обулся, накинул куртку. Мокрые после душа волосы спрятал под капюшон. Не до фена. Главное — доехать. В машине он нервно дёргал ногой и пытался придумать, с чего начать разговор. Как вообще позвонить в домофон. Какие слова сказать. Такси высадило его у обочины. А он всё ещё ничего не придумал. Блять. Это страшно. Холодный декабрьский ветер пробирался под капюшон, трепал влажные волосы. Такими темпами он действительно заболеет. Нужно попасть внутрь. К счастью, кто-то из жильцов вышел с собакой, и Джисон быстро прошмыгнул в подъезд под растерянный взгляд. Да, он бы и сам себя подозрительным счёл. Плевать. Он на автомате поднялся на нужный этаж и остановился перед знакомой дверью. Нужно просто нажать звонок. Просто. Джисон не знал, сколько так простоял, когда услышал из-за двери тихое царапанье коготков. Нокс. А потом — шаги. Чёрт. А если Минхо куда-то собирается? А если откроет и увидит его? Будет неловко. Словно Джисон — какой-то сталкер, а не человек, который пришёл поговорить. Он судорожно выдохнул и всё-таки нажал на звонок. Дверь открылась почти сразу. На пороге застыл Минхо. С Ноксом на руках. С покрасневшими глазами — хотя у Джисона сейчас, наверное, были не лучше. Минхо явно никуда не собирался: домашняя одежда, растрёпанные волосы. Несколько секунд никто из них не говорил ни слова. Они просто смотрели друг на друга — застывшие, неловкие, будто любое движение могло разрушить эту хрупкую тишину. И всё же Минхо не выдержал первым. — Что ты тут делаешь? И почему ты мокрый? — спросил он, голос едва заметно дрогнул. — Можно… поговорить? — неуверенно, почти шёпотом ответил Джисон. В пустом коридоре его слова прозвучали слишком громко. Минхо глубоко вдохнул. — Проходи. Он отступил в сторону, пропуская Джисона внутрь. Пока тот медлил, стаскивая куртку и обувь, Минхо закрыл дверь и куда-то исчез. Вернулся через минуту с полотенцем. Скинул капюшон с головы Джисона и аккуратно накинул полотенце на волосы — тёплое, словно только что с батареи. Джисон уже стоял без куртки, и Минхо на секунду замер, заметив кофту. Узнал. Джисон всё же разулся и прошёл за ним в гостиную, прижимая полотенце к холодной коже головы. Они сели на разные края дивана. Между ними был всего метр, но сейчас он ощущался как пропасть. Будто даже находясь в разных концах города, они не были так далеко друг от друга, как сейчас. Джисон судорожно огляделся. Квартира почти не изменилась. Только на экране телевизора застыл кадр из «Бумажного дома». Значит, Минхо всё-таки его смотрел… Он сглотнул, пытаясь собрать слова и не сорваться на слёзы. — Так… о чём ты хотел поговорить? — тихо спросил Минхо. Дрожь в его голосе сбивала с мысли. И ведь всё это — из-за него, да? — Я… — начал Джисон. — Ты знал, что раньше экономика была подразделением философии? Многие родоначальники экономических теорий на самом деле были философами. Они отвечали не на вопросы рассчётов, а на вопросы о том, каким должно быть общество, что такое справедливость, эксплуатация, свобода… Он запнулся, нервно усмехнулся. — Боже, что я несу… — Продолжай, — спокойно сказал Минхо. От этого тона Джисон поёжился, но послушался. — Я к тому, что экономику потом рационализировали, математизировали, сделали точной наукой. Сейчас всё измеряют цифрами, а не размышлениями о высоком… — он крепко сжал пальцами колени, не поднимая взгляда. — Но не всё можно выразить цифрами. Некоторые вещи так и остаются философскими. Например… личные отношения. Симпатия. Влюблённость. Он перевёл дыхание. — Я не знал, что так бывает, но, кажется, я… Договорить он не успел. Минхо резко притянул его к себе и впился в губы. Поцелуй вышел нежным и одновременно жадным — наполненным всей неделей тоски и сдерживаемых чувств. Джисон ответил, чувствуя, как щёки обжигают горячие слёзы. — Я так скучал… — прошептал Минхо у самых губ. — Я очень сильно тебя люблю. Он приподнял Джисона и усадил к себе на колени, осторожно заглядывая в глаза и большими пальцами вытирая слёзы. — Я правильно понял тебя сейчас? Ты правда это имел в виду? — спросил он тихо, с надеждой и страхом в глазах. — Прости, что поцеловал… я не сдержался. Если я ошибся — скажи сразу, хорошо? — Ты всё понял правильно, — хрипло ответил Джисон. — Я полностью осознаю, что делаю. И делаю это добровольно. Минхо улыбнулся и взял его за руку, прикладывая раскрытую ладонь к своей груди. Под пальцами бешено билось сердце. — Тогда береги его. Оно всегда было твоим, но… не разбивай его больше, хорошо? — с надеждой спросил Минхо. — А я сделаю всё, чтобы больше не подводить тебя. — Хорошо, но… — Джисон глубоко вздохнул. — Есть кое-что, что ты должен знать, прежде чем строить… отношения… Это слово всё ещё казалось каким-то инородным для Джисона, но ему хотелось его произнести. Очень. Он снова перевёл дыхание, пытаясь угомонить бешено колотящееся сердце. — Только… если ты после этого меня возненавидишь, пожалуйста, не говори об этом никому, — попросил Джисон и испуганно, с мольбой посмотрел альфе в глаза. Тот под таким взглядом растерялся. — Я не скажу… но… что ты хочешь рассказать? — растерянно уточнил Минхо. Джисон слез с его колен и встал напротив. Уже остывшее полотенце от резкого движения упало на пол. Джисон медленно снял с себя кофту, а затем ещё медленнее — футболку, оголяя перед альфой свой самый страшный секрет. Свою метку. Джисон зажмурился, но, не услышав ничего, всё же открыл глаза и посмотрел на Минхо. Альфа молчал и выглядел явно озадаченным. Он точно увидел то, что Джисон хотел показать, но продолжал выжидающе смотреть на омегу. — Ты… не ненавидишь меня? — аккуратно спросил Джисон, нарушая затянувшуюся тишину. — Нет, — чётко ответил Минхо. — Но… ты ведь расскажешь, что случилось? Джисон обратно накинул на плечи кофту и снова сел на колени альфы, с облегчением выдыхая от того, что тот его не прогнал. Сидя так, Джисону будет легче говорить. — Ты… ты ведь знаешь, что я родом из Юты? — начал издалека Джисон. — Да. — И ты знаешь, что там большая часть населения — мормоны? — Знаю. — В общем… моя семья всегда была… по-своему традиционной. Они всегда хотели, чтобы я вышел замуж как можно раньше, ведь для них единственное, для чего в мире существуют омеги, — это рожать. Я ещё в детстве был уверен, что сбегу до того, как они смогут осуществить свои идеи, но… Джисон благодарно улыбнулся, когда почувствовал поцелуй в районе виска и тёплые пальцы, стирающие слёзы под глазами. — Когда мне было около четырнадцати, у отца появился какой-то «лучший друг». Я тогда не придал этому особого значения. Очередной альфа, который смотрит футбол на диване и которому нужно подносить пиво и еду. Вроде и плевать. Но дядя… он… часто странно на меня смотрел. Было некомфортно. А потом я услышал, как он говорит моему отцу, что я очень хорошенький и что нужно думать о моём будущем. А когда мне было шестнадцать, он приехал к нам и на День благодарения. Для меня и мамы этот день всегда был утомительным: сначала надо на всех приготовить, потом за всеми убрать… В общем, около полуночи мама отправила меня спать, и я так устал, что просто стянул одежду и лёг в нижнем белье на кровать… а он… Джисон заплакал сильнее и уткнулся альфе в плечо. Его запах успокаивал, отгонял из памяти мерзкие ощущения, позволяя относительно спокойно рассказать, что же всё-таки произошло. И всё равно произносить это вслух было невыносимо. Тело Минхо под ним было напряжённым, и всё же ладони альфы очень бережно гладили его по спине. — Всё хорошо… ты можешь не продолжать, если не хочешь, — пытался успокоить Минхо. Джисон ещё раз всхлипнул и оторвал голову от плеча, утирая слёзы рукавом. — Нет… я… я смогу, — переводя дыхание, заверил Джисон. — В общем… тогда он сделал это со мной в первый раз… После этого, видимо, он что-то сказал моему отцу, и с тех пор родители стали воспринимать его как моего жениха и говорить, что как только я закончу школу, выйду замуж. Он ещё несколько раз приходил. И ещё несколько раз… Дальнейшие слова было не разобрать за всхлипами, так что Джисон снова остановился, давая себе минутку выплакаться. Минхо продолжал нежно обнимать его. Это было приятно. Эти касания держали в реальности, не позволяя окончательно упасть на дно. Неужели Минхо и правда примет его со всеми его поломками? — Один раз, когда мне было семнадцать или восемнадцать, я в порыве злости сказал, что сбегу, чего бы мне это ни стоило. Он тогда разозлился и решил поставить мне метку, чтобы дать понять, что я не более чем его собственность. Он хотел сделать это на шее, но я смог вырваться, и он промахнулся. И теперь она… тут… — Джисон указал пальцем на выглядывающую из-под расстёгнутой кофты кожу. На ту её часть, где гнил бордовый след его прошлого. Они просидели в молчании где-то минуту. Или больше. Минхо только крепче обнимал Джисона, а сам Джисон обессиленно упал на плечо альфы, утыкаясь носом в шею. Ему всё ещё было трудно поверить, что его после такого рассказа до сих пор не прогнали. — Спасибо, что рассказал… — всё же нарушил тишину Минхо, говоря тихо, у самого уха омеги. — Честно, я в шоке… и в ужасе. Мне жаль, что с тобой такое произошло. Прости… — За что ты извиняешься? — удивился Джисон. — Кажется, я тогда всё же по незнанию часто задевал тебя за живое… мне жаль… — альфа говорил с искренним раскаянием. — Это… всё в порядке… — отмахнулся Джисон. Минхо, конечно, прав, но… в каком-то смысле благодаря всему этому они сейчас и здесь. — В таком случае, раз уж мы теперь всё строим честно, — ободряюще улыбнулся Минхо, — я бы хотел знать, чего мне нельзя делать, чтобы не вызывать у тебя дискомфорт… — Стой… — перебил Джисон и выпрямился, заглядывая альфе в глаза. — Ты всё равно хочешь быть со мной? Несмотря на… всё это? Минхо тихо усмехнулся. — Принцесса… — начал Минхо, переводя дыхание. У Джисона по спине пробежал табун мурашек. Он скучал по этому обращению. — Я правда люблю тебя. И это часть тебя и твоего прошлого. Я ненавижу то, что это случилось с тобой, и тех, кто это сделал, но… я ни в коем случае не ненавижу тебя. Джисон улыбнулся и крепко обвил руками шею альфы, обнимая. Минхо так же крепко обнял его в ответ. — И всё же, — когда Джисон чуть отстранился, заговорил Минхо, — мне нужно знать, что мне нельзя делать. Джисон на пару минут задумался. — Мне нравится, когда ты меня целуешь и обнимаешь, — честно признался Джисон. — Но… не думаю, что я хотел бы заниматься… сексом… — Логично, — кивнул Минхо. — Что-нибудь ещё? — Не знаю… не думаю… — покачал головой Джисон. — Хорошо. Но если что-нибудь надумаешь — что угодно, в любой момент — скажи мне об этом, хорошо? — попросил Минхо. — Хорошо, — кивнул Джисон. — Ты тоже мне всё говори, — так же серьёзно потребовал он. — Всё что угодно, — усмехнулся Минхо. Они ещё несколько минут просидели так, в обнимку, пока слёзы окончательно не иссякли. У Джисона болело и чесалось лицо, першило горло. Оставалось надеяться, что он всё-таки не заболел. Минхо аккуратно подхватил его под бёдрами и понёс в ванную. Там посадил омегу на столешницу возле раковины, намочил мягкое полотенце прохладной водой и начал осторожно обтирать покрасневшее, опухшее лицо перед собой. Джисона немного смущал его вид сейчас, но, кажется, после того, что он рассказал, смущаться уже поздно. — Минхо, — тихо позвал Джисон. Минхо тут же замер, готовый внимательно слушать. Это вызвало улыбку. — А можно… можно я в душ схожу? Хочу согреться. — Разумеется, — сразу кивнул Минхо и оставил совсем лёгкий поцелуй на лбу. — Что-нибудь ещё? Голодный? — На самом деле да, — вдруг вспомнил Джисон, что за день так нормально и не поел. — А ещё… ну… — он чуть засмущался. Просить было неловко. — Дашь во что переодеться? — Ты хочешь остаться на ночь? — удивлённо вскинул бровь Минхо. — А можно? — уточнил Джисон. — Тебе всё можно, — просто ответил Минхо. — Сейчас принесу. Он вышел из ванной и вернулся буквально через пару минут с тёплым свитшотом и спортивными штанами. — Спасибо, — улыбнулся Джисон. — Что покушать хочешь? Заказать или приготовить? — уточнил Минхо. — Мне без разницы, — пожал плечами Джисон. Он поцеловал Минхо в щёку, и тот вышел за дверь, оставляя омегу одного. Джисон быстро разделся и лишь слегка сполоснулся, смывая горячей водой остатки слёз и этого дня в целом. Помывшись и вытершись чистым полотенцем, он нашёл в ванной пачку пластырей и всё же заклеил метку. Даже после сегодняшнего разговора не хотелось видеть это напоминание на своей коже. Прелесть прошлого в том, что оно прошло. Ведь так? И всё же Джисон надеялся, что это действительно так — что его прошлое больше до него не дотянется. Он ещё раз вытер волосы полотенцем, поправил ткань свитшота на теле и вышел из ванной. С кухни доносились приятные запахи еды и звуки готовки. Джисон уже хотел пойти туда, как к нему быстро подлетел Нокс. Он взял чёрного котёнка на руки и всё же сел вместе с ним на диван, нежно перебирая мягкую шёрстку. Такой хорошенький. За игрой с Ноксом Джисон и не заметил копошения за спиной. Очнулся лишь когда раздался шум фена, а горячий воздух коснулся волос. Он вскинул голову и увидел Минхо, который с предельной серьёзностью сушил ему мокрые пряди. — Ты и так долго с мокрыми проходил, заболеешь, — пояснил альфа громким голосом, чтобы перекрыть звук фена. Джисон от этого чуть покраснел, но позволил себя сушить. Пальцы альфы приятно перебирали волосы, тёплый воздух действительно согревал. Вскоре Минхо закончил, выключил фен и оставил лёгкий, почти невесомый поцелуй на макушке. — Пошли, ужин готов. Джисон послушно встал и проследовал за ним на кухню. Минхо раскладывал по тарелкам пасту. Ничего особенно необычного — сливочная паста с курицей, — но выглядело всё невероятно аппетитно. Джисон с благодарностью принял тарелку и принялся есть. Вау. Альфа и правда очень вкусно готовит. Минхо улыбался, наблюдая за довольным лицом напротив. Джисон ел быстро и с аппетитом — это невозможно было не заметить. — Кстати, — вдруг вспомнил Джисон и посмотрел на него. — Ты всё-таки начал смотреть «Бумажный дом»? — Начал, — кивнул Минхо. — Ты же советовал. Пока только первую серию глянул. — И как тебе? — Нравится, — улыбнулся Минхо. — Хочешь, вместе продолжим? — Хочу! — тут же оживился Джисон. — Только без спойлеров, — строго добавил Минхо, хотя в глазах уже плясало озорство. — Эй! Разве я стал бы? — обиженно надул губы Джисон и показательно отвернулся. Минхо лишь рассмеялся, потом поднялся, чтобы убрать пустые тарелки в посудомойку, и по пути чмокнул Джисона в нос. — Ты чудо, — сказал он, продолжая возиться на кухне. — Ну что, посмотрим ещё серию? Или устал? — Ещё две! — заявил Джисон и, перехватив освободившегося Минхо за руку, утащил его в гостиную. — Люблю фильмы про фальшивомонетчиков. И это не спойлер! — Я знаю, принцесса, — рассмеялся Минхо. — И откуда такая любовь к этому жанру? — Ну а что, деньги в современном мире — всё равно просто ни к чему не привязанный фиатный мусор, — пожал плечами Джисон. — С тех пор как отменили золотой стандарт, центральный банк стал главным фальшивомонетчиком, печатающим деньги направо и налево без реальных ограничений. Но им можно, они же типа государство. А чем их действия, по сути, отличаются от действий ребят из «Бумажного дома»? Да ничем, — объяснил Джисон, удобно устраиваясь на диване. Он сел вплотную к Минхо, закинул ноги ему на бёдра, а голову удобно уложил на плечо. И когда это он стал таким тактильным? Но почему-то сейчас такое положение казалось самым правильным. — Называешь центробанк преступниками? — усмехнулся Минхо, потянувшись за пультом. — Нет разницы между государством и преступником, — просто ответил Джисон. — По сути, мы не называем государство преступниками, исходя из морали «кто силён, тот и прав». Но это не значит, что они правы. В конце концов, почему если государство забирает у меня часть моих денег, то это налоги на "благое дело", а если я просто к кому-то в кафе подойду и откушу у них треть сэндвича, то я неадекватный? — Знаешь, меня всегда удивляло, откуда ты такой умный взялся, — искренне, с некоторым восхищением сказал Минхо. Джисона это смутило. — Не такой уж я… — Самый умный, не скромничай, — перебил альфа и, взяв ладонь омеги в свою, невесомо поцеловал костяшки, после чего всё-таки включил вторую серию. Они смотрели почти молча, лишь иногда прерываясь обсуждением моментов из сюжета. В любом случае смотреть что-то вместе оказалось и правда весело. Джисон полностью расслабился, пока его не вырвал из состояния покоя звук телефона. Феликс уточнял, всё ли хорошо. Всё же переживал за друга. Вместо словесного ответа Джисон просто попросил Минхо глянуть в камеру. Тот послушался, и Джисон щёлкнул селфи с их улыбающимися, довольными лицами. Этого оказалось достаточно, чтобы обрадовать Феликса. Заодно он вытряс из Джисона обещание всё подробно рассказать. Джисон был не против. О таком хотелось поговорить. К концу серии Джисон начал сильно клевать носом. День всё же выдался очень насыщенным и утомительным. — Пойдём спать? — тихо, нежно спросил Минхо прямо у уха. Джисон согласно промычал, но вставать явно не планировал, лишь крепче обнимая альфу за шею. — Это ты так просишь, чтобы я тебя отнёс? — усмехнулся Минхо. В ответ прозвучало ещё одно согласное мычание. Минхо только выдохнул и подхватил омегу на руки. Он отнёс Джисона в спальню, аккуратно уложил на матрас, завернул в тёплое одеяло и невесомо поцеловал в лоб. Уже развернулся, чтобы уйти, как вдруг сонный голос остановил его: — Ты куда? — растерянно спросил Джисон, приподнимаясь. — Я? Спать, — спокойно ответил Минхо, не совсем понимая вопроса. — А… ты разве… ну… — Джисону было крайне неловко это говорить. Очень. — Ты разве не тут спишь? — всё же выдавил он. — Ну… обычно да, — растерянно ответил Минхо. — Но всё в порядке, я посплю на диване. — Почему? — спросил Джисон. Прозвучало жалко. Неужели Минхо всё же злится? — А ты разве захочешь спать со мной? — Минхо всё ещё звучал неуверенно. Джисону снова захотелось заплакать. Какой же он жалкий. Стыдно признаться, но он хотел спать, уткнувшись носом в шею альфы, всю ночь чувствовать его успокаивающий запах. — Принцесса, ты чего? — Минхо тут же сел на край кровати и невесомыми касаниями принялся вытирать его щёки. — Я тебя чем-то обидел? Прошу, скажи, если так. — Нет, ты — нет, — выдохнул Джисон, переводя дыхание и стараясь успокоиться. — Прости… Если ты не хочешь спать со мной, я могу сам лечь на диван. — Я не говорил, что не хочу, — мягко ответил Минхо. — Просто не думал, что захочешь ты. Но если ты хочешь… и только если ты хочешь, мы ляжем вместе. — Я… хочу, — тихо сказал Джисон, опуская взгляд на одеяло. — Я… я доверяю тебе. Минхо, кажется, облегчённо выдохнул и лёг рядом, забираясь под одеяло. Джисон тут же прижался к его груди всем телом, уткнувшись носом в самый эпицентр знакомого запаха, который теперь мягко обволакивал, убаюкивал. Минхо лежал неподвижно, словно боялся спугнуть этот момент, но и сам наслаждался тёплым, медовым ароматом Джисона. Так могло пахнуть только счастье.

***

Джисону утром совершенно не хотелось вставать. Самому не хотелось — и другим не давал. Минхо уже несколько раз порывался подняться, но Джисон просто забирался на альфу верхом, придавливая к кровати собственным телом, и весело смеялся на все его ворчания, заявляя, что нужно брать пример с Нокса. Да, котёнок умудрялся спокойно спать, несмотря на весь шум, создаваемый людьми. — Принцесса, это нелепо, — закатил глаза Минхо, когда Джисон в очередной раз придавил его к матрасу. — Я думал, ты любишь нелепости, — хихикнул Джисон. — Я люблю тебя. А нелепости просто идут в комплекте, — усмехнулся альфа, подмигнув. Он хоть и ворчал, но абсолютно ничего не делал, чтобы убрать омегу с себя. Если уж совсем честно, ему тоже нравилось просто валяться с любимым человеком. Но нельзя же так целый день. От такого ответа Джисон смутился и всё же скатился обратно на кровать. Минхо чуть удивлённо вскинул бровь, но ничего не сказал. Джисон сначала сел, потянулся и всё-таки первым поднялся, шлёпая босыми ногами по тёплому полу в ванную. Вышел он уже заметно посвежевшим и пободревшим. Минхо стоял на выходе из спальни, оперевшись плечом о дверной косяк, и со счастливой улыбкой смотрел на идущего по коридору Джисона. — Теперь ты умывайся, а я завтрак приготовлю, — скомандовал омега, тыкая альфу пальцем в грудь. Тот на это только засмеялся. — Как прикажет моя принцесса, — хмыкнул Минхо и ушёл в ванную, пока Джисон уверенно направился на кухню. Там он первым делом нашёл корм для Нокса. Котёнок хоть и любил сладко поспать на подушках, но покушать любил не меньше. Только покормив Нокса, Джисон открыл холодильник, осматривая, чем можно позавтракать. Нашлись несколько яиц и упаковка бекона, так что он решил просто сделать яичницу с беконом и тосты. Быстро и без лишней возни. Готовить, когда это без заморочек, даже приятно. Особенно для приятных людей. Вскоре за спиной Джисон почувствовал присутствие Минхо. Тот встал близко, почти вплотную, но всё же оставляя небольшое расстояние. Джисон сам чуть подался назад, наваливаясь спиной на грудь альфы. Минхо легонько придержал его за талию, чтобы не упал, и Джисон тихо засмеялся, оборачиваясь, чтобы заглянуть ему в лицо. — Почти готово, — отметил Джисон, улыбаясь и снова поворачиваясь к плите. — Я заметил, — ответил Минхо и оставил короткий, почти незаметный поцелуй на макушке омеги, прежде чем открыть один из шкафчиков, достать тарелки и поставить их на столешницу рядом с плитой. — Тебе налить сока или воды? — Сок, если у тебя есть персиковый, — ответил Джисон. — Если нет, то воду. — Закуплюсь сегодня персиковым, — сказал Минхо и налил Джисону воды, а себе — апельсиновый сок. Джисон разложил готовую еду по тарелкам. Садясь за стол, он невольно глянул на часы и чуть вздрогнул. Точно, он почти забыл, что у него через пару часов смена на работе. Такой насыщенный день был вчера, что даже как-то не верилось, что уже наступил следующий. — Какие планы на день? Не хочешь сходить куда-нибудь? — вдруг спросил Минхо, прерывая поток мыслей в голове Джисона. — У меня чуть позже работа, — слегка виновато ответил омега. — Примерно через два часа мне нужно быть там. — Хорошо, тогда я тебя отвезу, — улыбнулся Минхо. Джисон на это тоже улыбнулся. Они ели и болтали. В основном о какой-то ерунде, но им было искренне весело. После завтрака Минхо убрал посуду в посудомойку. До выхода оставалось ещё немного времени, и они решили провести его за просмотром ещё одной серии — как раз столько и хватало. Они снова устроились на диване, и даже Нокс к ним присоединился, свернувшись чёрным клубочком на одной из подушек. Досмотрев серию, пора было собираться. Только вот… одежда, в которой Джисон прибежал вчера, не слишком отличалась от той, что выдал Минхо. Разве что одежда Минхо была теплее, а за окном становилось всё холоднее. В общем, Джисон не стал переодеваться и просто поехал в одежде альфы — всё равно на работе он переоденется в форму. Минхо и не возражал. Прямо перед выходом Минхо вдруг что-то вспомнил и куда-то ушёл. Джисон немного удивился, но послушно остался стоять в прихожей, дожидаясь его возвращения. Утюг, что ли, не выключил? Так ведь и не включал. Вскоре Минхо вернулся и протянул Джисону связку ключей с небольшим брелоком в виде странно изогнутого чёрного котёнка. Джисон взял ключи в руку, но продолжал вопросительно смотреть на альфу, ожидая объяснений. — Это… — начал Минхо. — Это ключи от квартиры. Вдруг тебе понадобится или захочется прийти… Конечно, я обычно буду с тобой. Всё-таки я чаще сам тебя вожу сюда. Но вдруг меня не будет дома или ещё что… В общем, я подумал, что будет неплохо, если у тебя будут ключи. Он говорил чуть сбивчиво, явно нервничая. — Спасибо, — смущённо ответил Джисон, отводя взгляд. Это… мило? Приятно? Наверное, да. Как будто ему доверили что-то очень важное. Впрочем, так и было — не каждому ведь дают ключи от собственного дома. — И брелок… смотри, — добавил Минхо. Он взял со стола свои ключи и приложил брелок белого, так же странно изогнутого кота к чёрному котёнку Джисона. Вместе они сложились в сердечко. Это красиво. И мило. И прямо даже в цвет их волос, что тоже кажется неслучайным. — Это… прикольно, — смущённо заметил Джисон. — Но… когда ты успел? — На самом деле… — Минхо перевёл дыхание. — Я хотел отдать их тебе ещё тогда, когда Нокс стал жить здесь. Ведь это и твой котёнок тоже. Просто всё как-то не подворачивался момент, а потом… Он не договорил, но Джисон прекрасно понял, о чём речь. — В общем, теперь я хочу, чтобы они были у тебя, — тихо закончил Минхо. — Хорошо, — улыбнулся Джисон и поцеловал альфу в щёку, поддаваясь внезапному внутреннему порыву. Минхо счастливо улыбнулся в ответ. Теперь они наконец были готовы ехать. Минхо отвёз Джисона на работу, и тот, поцеловав альфу на прощание, вышел из машины. Сегодня смена точно пройдёт лучше. Потому что теперь Джисон был счастлив.

***

Если раньше Джисон слышал за спиной обсуждения о том, почему он больше не ходит с Минхо, то теперь обсуждали, почему они снова вместе. Боже, людям совсем нечего делать, да? Впрочем, чего ещё ожидать. Минхо ведь популярен. Он сам не знает имён и половины людей, которые знают его имя. В целом Феликс ведь такой же. Если не хуже. Для Джисона Феликс — буквально определение слова «социальность». Если Минхо в какой-то степени знаком всем не по своей воле, то Феликса знают потому, что он сам со всеми знакомится. Да уж, звучит почти фантастически. Но раз ему нравится — пускай. Джисон смирился, что, будучи рядом с такими популярными людьми, он волей-неволей тоже будет в центре внимания. Как бы там ни было, ему искренне нравились и его лучший друг, и его альфа. Так что определённую порцию внимания, которая к ним прилагалась, он был готов терпеть. Да, обсуждения за спиной слегка раздражали, но в целом на это уже можно было забить. Тем более Минхо уже показал, что, если нужно, он умеет поставить особо наглых на место. Не то чтобы Джисон сам не справился бы, но всё же приятно, когда это делают за тебя. Да уж, отношения — это на удивление приятно. Джисону всё ещё было странно думать об этом как о настоящих романтических отношениях, но… в целом ему нравилось. Единственным, кто с некоторым скептицизмом отнёсся к их воссоединению, оказался Крис. Но, кажется, Минхо его убедил, что у них всё хорошо. Что ж, Криса тоже можно понять. Вряд ли ему было очень весело пытаться лечить разбитое сердце лучшего друга. Этот декабрь вообще казался каким-то слишком насыщенным. Настолько, что наступление Рождества показалось почти неожиданным. Вроде бы оно всегда приходит в одно и то же время, но дни летели так быстро, что Джисон и не заметил, как уже стоял где-то в центре празднично украшенного центра города с бумажным стаканчиком горячего какао в руках, цепляясь за ладонь альфы, чтобы не потеряться в толпе, и слушал, как тот приглашает его на пару дней к своим родителям отметить Рождество. Сказал, что можно взять с собой и Нокса. — Ты… серьёзно? — недоверчиво уточнил Джисон. — Вполне, — кивнул альфа. — Ты им очень понравился в прошлый раз, если честно. Так что они были бы рады видеть нас вдвоём. — А… как же… — Джисон нервно сглотнул и решил начать с другого: — У меня нет подарка… Если быть совсем честным, то и для Минхо у него ничего не было. Кажется, он настолько потерял счёт времени, что ни о чём толком не подумал. Чёрт. — Ничего страшного, — легко отмахнулся Минхо. — Тебя же не ради этого приглашают. — Ну… ладно… — всё же с лёгкой неуверенностью согласился Джисон и улыбнулся альфе. — Принцесса, — позвал Минхо и заглянул прямо в глаза. Его взгляд был взволнованным. — Если что-то не так, прошу… скажи сразу. Мы сделаем всё так, как ты хочешь. Только не скрывай от меня дискомфорт больше. Умоляющие нотки в голосе альфы заставили Джисона виновато поёжиться. — Просто… — начал он неуверенно, не зная, как правильно сформулировать свои мысли. — Крис был не очень мной доволен из-за… того случая… и… — Джисон нервно сглотнул. Ему казалось, что он сейчас растает под таким внимательным взглядом. — Ну… твои родители, наверное, тоже будут немного… — Они не знают, — перебил Минхо, сразу поняв, о чём речь. В его голосе сквозило облегчение. — Если тебя волновало именно это, то они не в курсе. Я не решался им рассказать, а потом и не понадобилось — ведь теперь всё хорошо. Хорошо же? — Да… — кивнул Джисон, смущаясь. — Есть ещё что-нибудь, что тебя волнует? — уточнил Минхо, на секунду чуть крепче сжимая ладонь омеги в своей. — В целом нет, — честно ответил Джисон. — Мне немного неловко, но думаю, я справлюсь. — Хорошо, — облегчённо выдохнул Минхо. — Но если что-то надумаешь или начнёт беспокоить — скажи, ладно? — Конечно, — кивнул Джисон и ободряюще улыбнулся. А потом они дошли до особенно красивой анимированной витрины, и Джисон тут же потащил Минхо ближе. Минхо шёл за ним и улыбался, наблюдая, как омега увлечённо подмечает мелкие детали и искренне радуется праздничной атмосфере вокруг. Они гуляли по украшенным и заснеженным улицам Чикаго, пока не стало слишком поздно и холодно. Тогда всё же поспешили к машине — греться. Тепло обогрева быстро согрело замёрзшие пальцы, и у общежития Джисон уже выходил полностью отогретым и довольным их свиданием. Только вот приходить на Рождество совсем с пустыми руками не хотелось, так что Джисон написал Феликсу, чтобы тот на завтра ничего не планировал — есть дело. Феликс помочь другу был только рад, поэтому легко согласился. Отлично. Утром Джисон быстро сбегал в продуктовый за необходимыми ингредиентами. Он решил, что раз подарка у него нет, то постарается сделать приятное своими руками — испечёт имбирное печенье. А Феликса позвал, чтобы не было скучно. Феликс такому повороту событий очень удивился и сначала даже немного испугался, признавшись, что никогда сам такое не готовил — в его семье печенье всегда покупали. Но Джисон умел. В детстве они с мамой всегда сами пекли много печенья, чтобы хватило на все каникулы. Это было тяжело, но у процесса была и приятная часть — украшение. Вечно голодным отцу и братьям было, по большому счёту, всё равно, как выглядит то, что исчезнет за секунду, поэтому мама всегда позволяла маленькому Джисону украшать печенье на свой вкус, проявляя фантазию. Когда Джисон повзрослел, он больше помогал с самой выпечкой, а на украшение уже не хватало ни времени, ни сил. Но всё же эта часть детских воспоминаний оставалась одной из самых счастливых. В общем, рецепт Джисон знал идеально, и на вкус всё должно было получиться отлично. Феликс полностью доверил бразды правления другу, просто выполняя то, что ему говорили. А готовить Феликс всё-таки умел, так что получалось у него всё хорошо. Они сделали достаточно много теста, раскатали его и принялись вырезать формочки. Джисон нашёл недорогие по акции — в форме звёзд, ёлок и человечков. Идеальная рождественская комбинация. Теста получилось много, так что в духовку отправился не один противень. Но это даже хорошо — сладкого много не бывает. Они испекли несколько партий и оставили печенье остывать. На это ушло всё утро, но вместе заниматься этим оказалось весело: параллельно они обсуждали учёбу и свежие новости из мира социализации (читать: свежие сплетни от Феликса). Пока печенье остывало, омеги приготовили себе быструю пасту на обед, чтобы набраться сил перед украшением. Обед действительно помог — восполнил энергию и притупил аппетит, разыгравшийся из-за стойкого аромата печенья, заполнившего всю кухню. Айсинг сами они делать не стали. Замешать его несложно, но потом раскладывать по пакетам и добавлять красители — та ещё морока. Тем более по акции как раз были готовые айсинги, стоившие всего на доллар дороже, чем упаковка красителей. Выбор очевиден. Джисон отложил несколько печенек разных форм «для подарков», чтобы точно не забыть. Но сначала решил сделать пару «репетиционных» вариантов — убедиться, что всё ложится как надо. Получалось и правда хорошо. По крайней мере, Джисон результатом был доволен. Омеги украшали печенье, продолжая обсуждать всё подряд, как вдруг раздался стук в дверь. Они переглянулись, немо спрашивая друг друга: «Ты кого-то ждёшь?» Феликс всё же поднялся и открыл дверь. На пороге стоял Хёнджин. Что ж… его не то чтобы ждали, но раз уж пришёл — можно и его припахать. Какая разница, что он пришёл не за этим? Теперь за этим. Тем более на кухне как раз был ещё один свободный стул, а печенья — слишком много. Дополнительная пара рук явно кстати. С абсолютно добровольной помощью альфы они справились с украшением всего испечённого печенья меньше чем за час. Хоть это и звучит не так уж долго, работа всё же кропотливая, так что руки успели устать. Джисон сложил несколько особенно удавшихся подарочных печенек в красивые целлофановые пакеты и аккуратно завязал лентами. Получился вполне милый подарочный набор. Можно считать это успехом. Правда, остального печенья вышло действительно много… Что ж, возможно, Минхо придётся попробовать его раньше, чем подобное печенье подарят ему на Рождество. Он ведь не обидится, верно?

***

Конец года всегда славится своей загруженностью. Сначала было Рождество, где родители Минхо познакомились с «внуком». Да уж, этой шуткой Минхо знатно напугал своих родителей и очень сильно смутил Джисона прямо с порога. Но в остальном всё прошло отлично. Печенье всем очень понравилось, и Хонджун даже взял с Джисона обещание как-нибудь поделиться рецептом. Это было приятно. Джисон, если честно, ничего особенного не ожидал, но в тот день и сам получил подарки. От родителей Минхо — подарочную карту в Target на сто долларов и милые тёплые рождественские носки. Даря это, они немного смущённо сказали, что, к сожалению, пока не слишком хорошо знакомы с Джисоном, чтобы выбирать более персонализированные подарки, поэтому надеются, что они с Минхо будут приезжать чаще и знакомиться ближе. И всё бы ничего, только вот Минхо подарил такую же подарочную карту — на семьдесят долларов. Не знает так хорошо? Как же. Джисон прекрасно понял, что альфа делает. Совсем недавно он рассказывал Минхо, что присмотрел в Target не слишком дорогой ноутбук за 380 долларов и сейчас потихоньку откладывает на него. Хотелось иметь собственную технику — да и в будущем без неё будет только сложнее. Минхо прекрасно знал, что Джисон не готов и не собирается принимать настолько дорогие подарки, поэтому пообещал не дарить ноутбук, позволяя омеге самому справится с этим. И вот сейчас — вот это? На совпадение совсем не похоже. Своеобразно Минхо обещания держит. Это, конечно, не сам ноутбук, но очевидная попытка помочь. Что ж… хоть для Джисона это всё равно было дороговато, подарок удивительно приятно грел душу. О нём подумали. Попытались облегчить жизнь и при этом учли его самостоятельную позицию. Это каким-то странным образом согревало сердце в такую холодную зиму. За всеми этими хлопотами Джисон даже не заметил, как закончились короткие каникулы и пришло время серьёзно готовиться к мидтермам. Вторая четверть была вроде бы не сложнее первой… а вроде и сложнее. Трудно сказать. Возможно, дело просто в накопившемся стрессе. Да, Джисон сдал все экзамены первой четверти на отлично — о чём Минхо регулярно ему напоминал, стараясь поддержать и поднять самооценку. Но Джисон всё равно нервничал. Было трудно не нервничать. И всё же стоит признать: когда тебя действительно пытаются поддержать — это приятно. Когда приносят в библиотеку слишком сладкий горячий кофе, чтобы согреться и не уснуть над конспектами. Когда разрешают остаться у себя на выходные, чтобы можно было заниматься с чёрным клубочком шерсти и нежности на коленях, а потом уносят в кровать, если в очередной раз засыпаешь прямо за столом. Кажется, если расслабиться и не ждать подвоха от заботы, становится намного легче. И порой даже хочется проявлять её в ответ. Когда самому хочется встать утром пораньше и приготовить завтрак. А заодно убрать оставленный со вчера беспорядок, потому что обоим было лень после долгого дня. Делать домашние дела для кого-то вдруг оказывается приятно — когда это встречают с улыбкой и благодарностью, когда заботятся в ответ, а не воспринимают как встроенную функцию по умолчанию.

***

Джисон всё же смог справиться со всеми экзаменами и очень надеялся, что успешно. Минхо был уверен, что омега всё сделал отлично, а потому после последнего экзамена встретил его с цветами и повёл в уютный итальянский ресторанчик праздновать закрытые мидтермы. Джисон, в свою очередь, тоже был уверен, что Минхо сдал свои экзамены на отлично — чем вызывал у альфы нежную, благодарную улыбку. И вроде бы можно было немного выдохнуть, но… — Вы ещё не поговорили? — то ли удивлённо, то ли разочарованно уточнил Феликс, чуть ёжась от очередного свистка тренера. Кажется, обсуждать личную жизнь, сидя на трибунах и наблюдая за футбольной тренировкой альф, уже становится своего рода традицией. Ну или, по крайней мере, это просто одно из немногих мест, где омеги сидят два часа и им больше особо нечем заняться. — Ещё нет, — покачал головой Джисон. — Я решил сначала… понаблюдать. Чтобы убедиться, что мне не кажется. — У тебя было столько возможностей вынести урок, что разговоры в отношениях — это важно, но ты проигнорировал каждую из них, — театрально вздохнул Феликс, прикладывая ладонь ко лбу. Джисон лишь закатил глаза. — Я не проигнорировал. И обязательно с ним поговорю, — фыркнул он. — Просто хочу сначала убедиться, что это действительно так, а не накрутка моего мозга. Разве это так плохо? Я просто хотел понаблюдать пару дней. — Это не то чтобы плохо, — попытался объяснить свою позицию Феликс, — но ведь и не хорошо. В конце концов, даже если тебе что-то кажется — это ведь тоже часть твоих ощущений. Твоих чувств. А это важно для партнёров. Понимаешь? — Мм… наверное, — протянул Джисон. Для него всё это пока было в новинку. Отношения. Чёрт, это слово всё ещё звучало странно. Он чуть откинулся назад и глубоко вздохнул. — Ладно. Постараюсь сегодня с ним поговорить. — Не постараешься, а сделаешь, — отрезал Феликс и, смеясь, щёлкнул друга по носу. Джисон снова закатил глаза, но всё же рассмеялся. — Сделаю… — протянул он. — Но, знаешь, это неловко. Вдруг мне реально просто кажется. — Даже если так, я уверен, Минхо будет важно знать, что ты это чувствуешь. Тем более отношения должны развиваться. Если раньше хватало того, что есть, то теперь может хотеться большего — и это нормально. Джисон снова глубоко вздохнул. Психолог хренов. Именно хренов — потому что всё это вообще из-за него! Ну, не сказать, что Джисон сам об этом совсем не думал… но вытащил эту мысль на поверхность именно Феликс. А значит, можно на него и вину спихнуть. Дело было в том, что в последнее время стала заметна какая-то слишком явная отстранённость в тактильности со стороны альфы. Минхо не уворачивался от объятий и всегда принимал любые порывы Джисона с радостью, но сам стал проявлять меньше. И как будто… слишком осторожно. Это было странно. И вызывало вопросы. А может, им с Феликсом всё это просто померещилось, кто знает. Но всё же друг прав. В отношениях с альфой нужно разговаривать. А потому, дождавшись окончания тренировки и попрощавшись со всеми, когда Джисон остался с Минхо наедине в машине, он всё-таки попытался завести разговор. — Слушай, Минхо, я тут хотел… — позвал Джисон. Альфа тут же среагировал. Он ещё не успел завести машину, поэтому полностью развернулся к омеге, собираясь внимательно слушать. Чёрт. Под таким внимательным взглядом сложно. Может, сказать, когда они уже поедут? Или наоборот — лучше сейчас? Чёрт. — Эмм… ничего, забей, — быстро отмахнулся Джисон и отвернулся к окну. Нет, так нельзя. Это слишком… по-детски. — Принцесса, что случилось? — мягко позвал Минхо и легко, почти невесомо провёл пальцами по тыльной стороне ладони, лежащей на колене. Вот опять. Вроде и касается… а вроде и… — Я что-то сделал не так? — в голосе Минхо проскользнула вина. Чёрт. — Не совсем, это… не важно, правда. Я… — Прошу, принцесса, — перебил Минхо. Голос чуть сорвался на хрип — нервный. — Я хочу знать, даже если это не важно. Я очень не хочу снова облажаться и потерять тебя. Блять. Разговоры — это важно. Но чёрт побери, как же это сложно. Джисон не хотел своими словами ранить человека, которого ценит. Но молчание ведь тоже ранит? Как же это всё сложно. Если так — значит, лучше всё же сказать как есть. Так будет логичнее. — Ну… я просто спросить хотел… — начал осторожно формулировать мысль Джисон. — А… почему ты меня не трогаешь? Вслух это прозвучало куда глупее, чем в голове. Видимо, формулировка совсем не та. Ну и как её тогда подобрать? Минхо сейчас решит, что он идиот, да? — Что ты имеешь в виду? — спокойно уточнил Минхо. Джисон наконец решился посмотреть на его лицо. Оно выражало только искреннюю взволнованность и внимание — ни намёка на насмешку. — Ну… — резко стало стыдно, но разговор нужно было довести до конца. — Просто… мне кажется, в последнее время ты… как-то иначе это делаешь. В смысле… ты раньше по-другому ко мне прикасался. А теперь вот так. Понимаешь? Ему не хотелось уточнять, что изменение произошло именно в тот самый день, а потому он очень надеялся на сообразительность альфы. — Да, — к счастью, кивнул Минхо. — Тебя это беспокоит? — Это потому что ты на меня всё ещё злишься? — озвучил Джисон свою догадку. Голос чуть дрогнул. Кажется, ещё немного — и он заплачет. Но нужно держаться. Это важный разговор. Джисон тихо перевёл дыхание, стараясь успокоиться. — Ни в коем случае, — тут же отрезал Минхо. — Эй, посмотри на меня. Джисон послушно поднял голову и заглянул в его глаза. Такие взволнованные. Такие нежные. В них была настоящая искра — и это было взаимно. — Я на тебя не злюсь. Правда. И никогда не злился. На тебя в целом трудно злиться, а тут уж точно нет твоей вины, — альфа слабо усмехнулся и взял протянутую руку Джисона, невесомо целуя костяшки. — Если уж на кого и злиться, то на меня. И я злюсь на себя. Ведь… я был таким идиотом, который даже не мог заметить… — Но ведь… — перебил Джисон, — ты не виноват, что так вышло… Он и сам не ожидал, что когда-нибудь скажет такое. Но, видимо, жизнь действительно меняется. Как и собственное к ней отношение. — Спасибо, но я всё же правда виноват, — с лёгкой горечью усмехнулся Минхо. — Если бы я был внимательнее, возможно, заметил бы раньше. Но я был слишком ослеплён и не видел, что тебе плохо. Минхо глубоко вздохнул и на мгновение прикрыл глаза. Кажется, ему тоже не просто давался этот разговор. — Я… боюсь снова облажаться, — искренне признался он. — Боюсь снова что-то упустить. Боюсь коснуться как-то не так и даже не заметить, что тебе неприятно. Прости… Он виновато опустил голову, и у Джисона внутри что-то болезненно кольнуло. — Мне… не было так уж плохо, — честно признался Джисон. — Точнее… я был уверен, что будет плохо. Но не было. И это было… странно. Мне было трудно это принять, но… Он осторожно коснулся ладонью щеки Минхо, заставляя поднять голову и посмотреть на него. — Я не стеклянный. Я не разобьюсь, если ты возьмёшь меня за руку или поцелуешь. — Разве тебе не будет стрёмно от прикосновений? — тихо уточнил Минхо. — После… того, что ты рассказал… Я не хочу сделать что-то, что принесёт тебе дискомфорт. Или заставит чувствовать что-то неприятное. — Я… смогу с этим справиться, — слегка растерянно ответил Джисон. Он не ожидал, что тот разговор настолько повлияет на Минхо. Хотя, если честно, он вообще много чего не ожидал — а оно всё равно случалось. Похоже, пора просто принять, что Минхо очень странный альфа. И именно этими странностями он нравился. Влюблял. — Я не хочу, чтобы ты справлялся, — покачал головой Минхо. — Я хочу, чтобы тебе было хорошо. Я хочу стать для тебя безопасным местом. — Ты уже, — честно ответил Джисон. — Я чувствую себя в безопасности рядом с тобой. И ты мой альфа. Эта фраза заставила Минхо улыбнуться. — Только твой, — кивнул он и наконец чуть крепче сжал ладонь Джисона в своей. — Ты… перестанешь злиться на себя? — осторожно уточнил Джисон. — Не уверен. Пока что это трудно, — честно признался Минхо. — Но я очень рад, что мы поговорили. И рад, что ты сам сказал о том, что чувствуешь. — Всё же я понял, что разговоры — это важно, — наигранно гордо вскинул голову Джисон. — Вау, прям сам понял? — подхватил его тон Минхо. — Феликс пнул, — всё же честно признался Джисон. — Но всё остальное я сам! — Горжусь тобой, — совершенно искренне ответил Минхо. — Можно тебя поцеловать? — слегка неуверенно уточнил он. Джисон лишь кивнул — и в ту же секунду почувствовал, как тёплая ладонь легла на заднюю сторону шеи, притягивая ближе, а мягкие губы коснулись его губ в нежном, неторопливом поцелуе. Настолько мягком, что низ живота сладко свело, мурашки побежали по коже, и казалось, даже температура тела поднялась. Так хорошо. Так… правильно. Вскоре Минхо отстранился и оставил ещё несколько лёгких поцелуев на щеках, прежде чем полностью отодвинуться. — Я постараюсь больше не расстраивать тебя, — вдруг сказал он. — Если тебе хочется, я буду уделять тебе больше тактильного внимания. Но только если ты пообещаешь сразу говорить мне, если хоть что-то пойдёт не так. — Я скажу, — кивнул Джисон. — Как видишь, я не шутил, когда говорил, что понял важность разговоров. — А я не шутил, когда говорил, что горжусь тобой, — ответил Минхо и наконец завёл машину. А то такими темпами Джисон точно опоздает на работу. Если уже не опоздал. Но, если честно, даже выговор сейчас не казался чем-то страшным — ведь этот разговор был по-настоящему важным.

***

Скоро уже весна и конец второй четверти. Кажется, прошло так мало времени — всего лишь середина первого курса, — а жизнь уже сделала такой резкий поворот. После стольких лет однообразия трудно поверить, что всё может измениться настолько круто, но все эти перемены, кажется, делали жизнь только лучше. Прямо сейчас Джисон сидел на диване, одной рукой поглаживая заметно подросшего Нокса по макушке, а другой — пытаясь настроить только что купленный ноутбук. Была распродажа, так что на имеющиеся средства удалось урвать модель куда лучше и больше подходящую для его нужд, чем он изначально планировал. По крайней мере, так сказал Минхо — а Джисон ему верил. Сам Минхо тем временем ушёл на кухню раскладывать продукты. Их в этот раз было особенно много, так что альфа дольше обычного гремел шкафами и дверцей холодильника, расставляя всё по местам. Продуктов и правда было много — ведь уже совсем скоро День всех влюблённых. Они решили, что куда-то идти в этот день будет слишком людно, а потому запланировали провести его вдвоём, дома, и приготовить пиццу в форме сердца, как в видео из тиктока, которое Джисону недавно скинул Феликс. Банально? Возможно. Но какая разница, если хочется. Цветы, вон, тоже дарят испокон веков — и всё равно Джисон до сих пор искренне радуется каждому букету, который украшает их с Феликсом комнату в общежитии. Хотя, если быть совсем честным, цветы можно было бы ставить и у Минхо — ведь в последнее время Джисон оставался у альфы с ночёвкой едва ли не чаще, чем в общаге. У них уже сложился какой-то свой быт. У Джисона в этой квартире появилась постоянная зубная щётка и собственное полотенце, а не просто чистое из шкафа. В шкафу даже нашлась отдельная полка под его вещи. Хотя, если честно, заимствовать одежду Минхо он так и не перестал — всё ещё часто ходил по дому в его мягких, тёплых, приятно пахнущих вещах, укутываясь успокаивающим запахом. Вскоре Минхо вышел из кухни и сел на диван, протягивая Джисону стакан персикового сока. — Спасибо, — поблагодарил омега, делая пару глотков. — Ну как, получается? — спросил Минхо. — Вроде да, — чуть неуверенно ответил Джисон. — Это мой первый раз, так что я немного боюсь что-нибудь сломать или скачать не то, — честно признался он. — Ты умный, разберёшься, — просто ответил Минхо. — В крайнем случае есть я или Феликс. — Угу, спасибо, — смутился Джисон и снова уткнулся взглядом в экран. Минхо тихо сидел рядом, не мешая, пока Джисон не закончил. Потом омега закрыл крышку ноутбука, отставил его на столик и почти навалился на Минхо, который тут же поудобнее подхватил его, чтобы тот не свалился. — Я устал, — констатировал Джисон, утыкаясь носом в шею альфы. — Вижу, — кивнул Минхо, целуя его в макушку. — Хочешь перекусить? — Нет, я очень сытый. Кажется, даже переел… но оно того стоило, — усмехнулся Джисон, вспоминая сегодняшний ужин. Тако — вещь коварная: такие маленькие, а исчезают так быстро, что не замечаешь, как их становится слишком много. Подлые мексиканцы с их вкусной едой. — Тогда отнести тебя в спальню? — усмехнулся Минхо. — Я, конечно, устал, но не настолько, чтобы пропускать душ, — закатил глаза Джисон и показательно хлопнул альфу по груди. Затем всё же смягчился и коротко поцеловал в губы. — Посижу ещё немного и пойду. — Как скажешь, — кивнул Минхо, обнимая его поудобнее. Он медленно гладил пальцами вдоль позвоночника, вызывая лёгкие, приятные мурашки, пока Джисон обнимал его за шею, зарываясь пальцами в волосы на затылке, мягко массируя кожу. Так спокойно. Джисон настолько расслабился, лёжа головой на плече и губами чуть утыкаясь в основание шеи, что даже не заметил, как начал клевать носом. Он бы так и уснул прямо здесь, если бы Нокс не принялся царапать его за штанину, играясь со свисающей тканью. — Эй, — засмеялся Джисон, чуть отстраняясь, чтобы погладить кота. — Поиграть захотелось? Он протянул руку и ласково погладил Нокса по макушке. — Или просто внимания недостаточно? Да? Хороший мальчик… Он нежно сюсюкал с котом под тихий, умилённый смех Минхо, пока Ноксу не надоело, и тот не отправился по своим важным кошачьим делам. — Ладно, — выдохнул Джисон. — Он прав, пора собираться спать. Омега встал и потянулся. — Не против, если я первый в душ? — Развлекайся, — хихикнул Минхо. Джисон закатил глаза, но всё же не смог сдержать короткого смешка в ответ. Чистые и расслабленные, они разлеглись на кровати. Джисон уже привычно устроился головой на плече Минхо, а тот обнял его за талию. Оба расслабились настолько, что быстро и крепко уснули в этом положении.

***

Пары хоть и были интересными, но всё же хотелось, чтобы они поскорее закончились. Кажется, этого хотела большая часть потока — и даже большинство преподавателей. Всё-таки День влюблённых хочется провести со своей второй половинкой. Конечно, уже на следующей неделе стартуют финальные экзамены зимней четверти, так что важно готовиться и стараться. Но ведь даже при всей занятости можно выделить один вечер, чтобы просто сходить на свидание. И всё же учёба есть учёба, поэтому все сидели собранные и сосредоточенные, лишь изредка поглядывая на часы и высчитывая, сколько минут осталось до конца пары. Долгожданный момент всё-таки наступил: преподаватель дал завершающие напутствия и отпустил студентов. Те с особым рвением поспешили покинуть аудиторию. Джисон с Феликсом тоже наспех попрощались и разошлись каждый в своём направлении. А если точнее — каждый на своё свидание. Джисон вышел из здания и увидел, что Минхо уже стоит у перил. Альфа что-то читал в телефоне и явно ещё не заметил его. Джисон тихо подошёл — и резко повис у него на шее, весело смеясь. Минхо вздрогнул от неожиданности, но тут же рассмеялся и обнял омегу в ответ. — Поехали? — спросил он, когда они наконец отлипли друг от друга. — Да, но сначала нужно заскочить в общагу. Я кое-что забыл, — чуть виновато улыбнулся Джисон. Минхо на это лишь кивнул. Он взял омегу за руку, и они вместе направились к общежитию, по дороге обсуждая прошедший день. Джисон попросил его подождать снаружи, а сам быстро поднялся на нужный этаж, схватил со стола заранее подготовленный подарочный пакет и, перед тем как выйти, на секунду остановился — втянул носом аромат свежего букета роз, полученного буквально сегодня утром. Совсем скоро он снова вышел на улицу с небольшим пакетом в руках. Джисон чуть смущённо улыбнулся и протянул его Минхо. — Это тебе, — поспешно пояснил он. — Я подумал… ты же любишь сладкое. И вот… Минхо заглянул внутрь. В пакете аккуратно лежали аппетитные брауни в форме сердечек. Это было так мило. Самое милое, что Минхо когда-либо получал. — Спасибо, принцесса, — искренне поблагодарил он, целуя Джисона в щёку. — Это просто прелесть. Можно попробовать? — Конечно, это же твой подарок, — усмехнулся Джисон, довольный тем, что его маленький сюрприз оценили. — Я только почту проверю — и поедем, — добавил он, смеясь от того, как Минхо довольно замычал, откусив кусочек брауни. Джисон, как и сказал, открыл почтовый ящик и начал перебирать содержимое. В основном — какая-то рекламная рассылка, которую живущие вместе омеги всегда сразу выбрасывали; письмо от администрации общежития с просьбой помнить о правилах и всё такое. Видимо, опять кто-то заметно накосячил. Джисону было не особо интересно: он точно ни во что не вляпывался — и Феликс тоже умел вести себя прилично. И вот последнее письмо в стопке заставило Джисона удивлённо вскинуть брови. Оно было адресовано лично ему. Это удивило — он никогда не ждал писем. Джисон выбросил всё, кроме этого конверта, в ближайшую мусорку и пошёл вместе с Минхо к парковке. — Что за письмо? — полюбопытствовал альфа, заметив, как Джисон разглядывает конверт. — Сам не знаю, — протянул Джисон. Любопытство вперемешку со странным, холодным страхом распирало изнутри. Он настолько залип в свои мысли, что даже не сразу заметил, как перед ним открылась дверца машины — Минхо уже держал её, предлагая сесть. — Что такое? — обеспокоенно спросил он. — Всё нормально, — отмахнулся Джисон. — Просто… интересно. Он быстро скользнул в машину. Пока Минхо обходил её, Джисон всё же вскрыл конверт. И тут же об этом пожалел. Письмо было написано от руки. Слишком знакомым почерком. Почерком отца. Глаза пробежали по первым строчкам — и с каждой буквой читать становилось всё труднее из-за застилающей пелены слёз. Это… это было то, чего Джисон надеялся никогда больше не увидеть. — Что такое, принцесса? — встревоженно спросил Минхо, сцеловывая слезинку с его щеки. — Что тебя расстроило? — Вот… — только и выдавил Джисон, протягивая альфе лист. Минхо взял его, а Джисон уже держал ладонь его другой руки — сжал в своей и прижал к мокрой щеке, будто пытался удержаться на месте. Минхо машинально поглаживал пальцами кожу, пока читал. «Ну здравствуй, сын. Если тебе хотелось опозорить свою семью, то у тебя получилось. Из-за твоего инфантильного поведения Марк теперь обходит нашу семью, ведь мы даже омегу нормально воспитать не смогли. Ты лишил меня друга, а себя — отличного мужа, неблагодарная ты дрянь. А может, нашёл в своём Чикаго какого-то альфу из богатенькой семьи и теперь считаешь, что на семью плевать? Что ж, ноги ты всегда раздвигать умел — только кому ты вообще с меткой будешь действительно нужен? В общем, если у тебя есть хоть капля совести, то ты обязан помочь семье. У твоего брата проблемы с коллекторами, и нужны 100.000$, а семья ведь должна помогать друг другу. Насосёшь у кого или ещё что — мне без разницы. Но имей в виду: если не поможешь сейчас, то семьи у тебя больше нет. А потому, когда ты провалишься (а ты точно провалишься — у омег мозгов не хватит в таком месте учиться), это уже будет на нашей прихоти решать твою судьбу. Либо мы примем блудного омегу и найдём тебе всё-таки мужа, либо сдадим в ближайший бордель, где таким грешникам самое место. Так что подумай хорошенько, какой путь ты выберешь, и жду перевод денег на ХХХХ ХХХХ ХХХХ ХХХХ. Твоей матери наверняка стыдно за тебя.» Дочитав, альфа выпустил лист из рук и тут же потянулся к Джисону, крепко обнимая его — насколько это вообще позволяло пространство в машине. Он начал гладить его по голове, стараясь успокоить. У самого Минхо бешено колотилось сердце и внутри кипела злость, но сейчас его не волновало ничего, кроме Джисона, уткнувшегося носом в его шею. — Мне страшно, — тихо прошептал Джисон. В тишине салона Минхо услышал это отчётливо. — Чего ты боишься? — так же тихо, почти шёпотом спросил он, не желая разрушить хрупкую тишину слишком громким голосом. — Всего… этого, — неопределённо пожал плечами Джисон. — Они меня нашли. А вдруг они что-то сделают… На последних словах голос сорвался в судорожный, почти истеричный всхлип. Минхо крепче сжал его в объятиях. — Они ничего не смогут сделать, — отчётливо, но нежно сказал он. — Ты свободный человек. По закону у них связаны руки. И если они захотят приблизиться к тебе хоть на сантиметр, я всегда буду рядом. Я не дам тебя в обиду. Буду как дракон защищать свою любимую принцессу. Минхо попытался усмехнуться, надеясь хоть немного разрядить обстановку. Это было трудно — внутри всё кипело от ярости. — А вдруг я и правда не смогу?.. Вдруг мне придётся… — Джисон заплакал так сильно, что слова перестали складываться, срываясь на хриплые всхлипы. Тело будто не слушалось. Голос — тоже. Всё то, что он так долго и упорно пытался закопать, уничтожить, спрятать на самом дне памяти, вдруг прорвалось наружу. Словно крышку гроба с воспоминаниями сорвало — и всё это снова выползло на поверхность. Он столько сил потратил на то, чтобы убедить себя, что сможет. Что сбежит. Что вырвется. А сейчас — всего несколько строчек на обрывке бумаги — и всё рассыпается. Будто он снова маленький омега, плачущий в углу своей комнаты после очередного разговора с отцом о «светлом будущем». Будто он снова подросток, впервые встретивший его — сжавшийся от неприятного взгляда, но ещё не настолько, чтобы имя стало табу в голове. Когда он слышал, как они с отцом смеются, обсуждая, что омег нужно «правильно наказывать», а он ловил лишь сочувствующий взгляд матери. Это невыносимо. Сейчас казалось, что даже близость Минхо не способна унять бешено колотящееся сердце. Оно билось так быстро, что начинала кружиться голова. Слова альфы доносились будто издалека, сквозь толщу воды. Этот труп воспоминаний хотелось кремировать — окончательно, навсегда. Но он будто продолжал гнить где-то глубоко внутри, напоминая о себе в самые неподходящие моменты. Джисон старался. Правда старался успокоиться. Жадно втягивал носом кедровый запах, который стал по-настоящему безопасным, успокаивающим — настолько, насколько это вообще возможно. И Минхо, кажется, чувствовал это, выпуская ещё больше феромонов, словно укутывая омегу мягким, тёплым одеялом. Постепенно слёзы высохли на щеках. Не потому, что Джисон полностью успокоился — скорее тело просто размякло от усталости и больше не могло даже плакать. — Принцесса, ты слышишь меня? — наконец отчётливо донеслось до него. — Угу… — только и смог выдавить Джисон. — Тогда послушай меня, — твёрдо продолжил Минхо. — Во-первых, ты самый умный человек, которого я знаю. Правда. Ты учишься и работаешь как проклятый и никогда не жалуешься, что устал. Я восхищаюсь тобой. И то, что кто-то этого не видит, — их проблема. Потому что тебе никогда не придётся возвращаться туда, где тебя не ценят. — А если всё-таки… — слабым, дрожащим голосом начал Джисон. Слова Минхо были приятными. Очень. Но их всё равно было недостаточно, чтобы мгновенно разогнать страх. Недостаточно, чтобы мозг принял другую реальность. Недостаточно, чтобы окончательно сжечь мосты, ведущие в прошлое. — Никаких «всё-таки», — отрезал Минхо. — Я не позволю тебе оказаться там, где тебя не ценят. Ты самое драгоценное, что есть в моей жизни, и я обещаю всегда тебя защищать и беречь. Как бы ни сложилось, я на твоей стороне. Ты мне веришь? — Верю, — кивнул Джисон. — Но я не хочу, чтобы у тебя из-за меня были проблемы. — Принцесса, ну какие проблемы? — закатил глаза Минхо, целуя его в ушко. — Они просят у тебя денег. Думаешь, у них достаточно ресурсов, чтобы устроить мне проблемы? Скорее уж я им их устрою. А вот с этим… — Минхо на секунду отстранил омегу от своей шеи, поднял лист и демонстративно разорвал его на мелкие кусочки. — Мы поступим вот так. Сделаем вид, что это была очередная мошенническая лотерея. И нам это совсем не интересно, да? — Да… — кивнул Джисон. Он попытался вытереть щёки ладонями, но Минхо опередил его, сам стирая влагу и заменяя её лёгкими, щекочущими поцелуями. — Со мной правда всё будет хорошо? — с надеждой спросил Джисон, украдкой глядя на альфу из-под опущенных ресниц. — Абсолютно, — кивнул Минхо, оставляя ещё один поцелуй на его носу. — Я сделаю всё, чтобы ты был в безопасности. — Спасибо… — искренне прошептал Джисон. — За всё спасибо. — Тебе не за что меня благодарить, — отмахнулся Минхо. — Что мне сейчас сделать, чтобы поднять тебе настроение? — План приготовить пиццу у тебя дома всё ещё в силе? — осторожно уточнил Джисон. — Разумеется, — улыбнулся Минхо. — Тогда поехали? Получив утвердительный кивок, они наконец пристегнулись и завели машину. Всю дорогу Минхо не отпускал руку Джисона, позволяя ему сжимать ладонь так сильно, как нужно — словно выдавливая остатки паники. Постепенно дыхание выровнялось, взгляд стал яснее, и он начал просто смотреть на мелькающие за окном улицы Чикаго. Да. Джисон больше не ребёнок. Он вырос. И он не просто сможет сбежать — он уже сбежал. Видимо, кто-то действительно помог найти его — может, и правда через частного детектива. Хоть и звучит дороговато. А может, через знакомых полицейских из церкви, нелегально разгласивших информацию. Не так уж важно. Прошлое всё ещё гниёт где-то внутри. Но оно больше не здесь. Оно осталось в другом штате, на другом конце страны. Всё, что оно может, — слать угрозы на бумаге. Джисон не может позволить этому разрушить его уверенность в успехе. Он только на первом курсе, и ему ещё наверняка предстоит пройти через многое, но ничто из этого не будет концом. Он уже не там. Он уже не маленький омега в углу комнаты. Минхо припарковал машину на уже давно знакомой парковке своего жилого комплекса и, как обычно, вышел первым, чтобы открыть дверцу Джисону и подать ему руку. Просто потому что ему нравилось так делать. А Джисону нравилось, когда так делал Минхо. В квартире у самой двери их уже ждал Нокс. Он всегда скучал по людям даже за несколько часов разлуки и потому неизменно выходил в прихожую, едва услышав шаги. Джисон тут же опустился перед котом на корточки, уделяя ему заслуженное внимание. Ноксу это нравилось. Джисону тоже нравилось сюсюкать с чёрным комочком мягкой шерсти. А Минхо нравилось смотреть на них и чувствовать в груди тёплое ощущение любви и уюта. Дома. — Ну что, сейчас загуглим, как готовить тесто? — уточнил Минхо, закатывая рукава, когда они вместе прошли на кухню. — Зачем? Это же просто, — ответил Джисон и потянулся к шкафчику, где должна была быть мука. — Ты умеешь? — с лёгким удивлением спросил Минхо. — Сомневаешься во мне? — Джисон скрестил руки на груди и вскинул бровь. — Ни капли, — покачал головой Минхо и поцеловал омегу в щёку, обнимая со спины за талию. — Руководи процессом. Джисон весело рассмеялся и принялся смешивать ингредиенты в миске, пока Минхо продолжал его обнимать. Иногда объятия всё же приходилось разрывать — когда Джисон просил что-то достать или принести, — но в остальном Минхо не отлипал: щекотал шею дыханием, отвлекал мягкими поцелуями в щёку. И это было приятно. Приятно прижиматься спиной к тёплой груди, чувствовать крепкие руки на талии, ловить восхищённый взгляд. Проблемы никуда не делись, но отошли на второй план, уступая место романтичному настроению соответствующего праздника. Когда пришло время добавлять муку, объятия всё же пришлось разорвать. Замешивание сгущающегося теста доверили Минхо, пока Джисон постепенно подсыпал муку. Крепкие руки уверенно справлялись с задачей, и Джисон невольно залип. Готовить вместе было приятно. Тесто отставили примерно на час «отдохнуть», за это время убрали остатки муки и крошки с поверхностей, а потом просто завалились на диван. Минхо только собирался предложить посмотреть что-нибудь, как Джисон игриво укусил альфу за щёку. — Ай! За что? — тут же воскликнул Минхо, но всё равно умилённо рассмеялся от такого. — Просто настроение хорошее, — неопределённо пожал плечами Джисон и пересел на Минхо, седлая его бёдра и кладя руки ему на плечи. — Спасибо, что поддержал меня. Тогда, в машине. Мне это было нужно. — Тебе не обязательно благодарить меня за такое, — мягко ответил Минхо и положил ладонь на щёку омеги, поглаживая большим пальцем тёплую от лёгкого румянца кожу. — Я просто хочу, чтобы ты чувствовал себя хорошо и в безопасности. Чтобы тебя больше не беспокоили подобные выпады. Я люблю тебя. — Я тебя тоже люблю, — сказал Джисон так, будто говорил это постоянно. Фраза повисла в воздухе. Минхо чуть приоткрыл рот и вытаращил глаза от удивления. Да, Джисон никогда раньше не говорил этого вслух… но вёл-то он себя вполне влюблённо — чего так удивляться? Реакция Минхо всё же позабавила. Он, кажется, хотел что-то сказать, но Джисон не дал ему этого сделать, наклоняясь и накрывая его губы своими. Минхо тут же ответил, неторопливо двигая губами в нежном, ласковом поцелуе, в который оба вкладывали свои чувства. Джисон крепко сжимал плечи альфы, а Минхо сначала уложил ладони по бокам его талии, а затем и вовсе обхватил, притягивая ближе, плотнее. Поцелуй углубился — стал более влажным, более чувственным, более будоражащим. Внутри всё словно растекалось тёплой тяжестью внизу живота, пуская мурашки по всему телу. Джисон чуть поёрзал, устраиваясь удобнее и не прерывая поцелуй, пока вдруг не почувствовал промежностью что-то странное… что-то в кармане? Осознание накрыло резко — настолько, что Джисон тут же отстранился и, словно ошпаренный, спрыгнул с Минхо обратно на диван, прижимая ладонь к груди и пытаясь унять бешено колотящееся сердце. — Принцесса? — растерянно позвал Минхо, явно не ожидавший такой резкой смены настроения. — Что случилось? Я сделал что-то не так? — Нет, это… — Джисон глубоко вздохнул, судорожно пытаясь сформулировать мысль. Ну вот и как нормально сказать, что его напугал стояк в штанах собственного альфы? Даже в голове это звучало глупо. В конце концов, рано или поздно у них, наверное, будет секс. Он доверял Минхо достаточно, чтобы верить, что тот никогда не станет делать что-то силой, но всё равно… В отношениях это нормально. А он… всё ещё сломанный. Минхо, кажется, понял, проследив за взглядом омеги, упёршимся в ширинку. Он виновато опустил голову и одёрнул ткань худи пониже, полностью закрывая пах. — Прости, я… — начал он виновато. — Не нужно, всё в порядке, — тут же перебил его Джисон. — Нет, я ведь напугал тебя… — покачал головой Минхо. — Я не должен был… — Правда, не нужно, — снова перебил Джисон и глубоко вздохнул. — Это мои тараканы. Ты в них не виноват. — И всё же… — Давай не будем о грустном, — перебил Джисон и хлопнул в ладоши. — Думаю, тесто уже готово к раскатыванию. — Джисон, подожди, — остановил его Минхо, когда тот уже начал вставать с дивана. — Я просто хочу убедиться, что всё правда в порядке, хорошо? — Я правда в порядке, — закатил глаза Джисон, а затем вздохнул и смягчился, наклоняясь и целуя альфу в щёку. — Спасибо, что волнуешься за меня, но это… не знаю, как объяснить. Это что-то, с чем, кажется, мне лучше разобраться самому. Понимаешь? — Да, — кивнул Минхо и взял омегу за руку. — Прости. Я до сих пор боюсь, что упущу момент и неосознанно сделаю тебе больно. Я не хочу так. — Так не будет, — ободряюще ответил Джисон. — Я обещал говорить, если что. И я сдержу своё слово. Минхо улыбнулся и поцеловал костяшки пальцев на ладони омеги, прежде чем они наконец пошли на кухню. Тесто действительно получилось отличным. Они раскатали его, пытаясь бортиками придать форму сердца. Вышло криво, но им всё равно нравилось. Главное был сам процесс, в котором оба оказались слегка обсыпаны мукой — в основном по неаккуратности. Хотя вот два белых отпечатка ладоней на спине Минхо выглядели слишком уж выверенными, чтобы быть случайными. Они и не были: Джисон сделал это специально, просто чтобы повеселиться. В ответ получил такой же отпечаток и на себе. Заслужил. В начинку полетело всё подряд, без особого плана. Были бы у них итальянские предки — те бы, наверное, в гробу перевернулись, но, к счастью, корни у них корейские, так что проблем не возникло. Салями? Бекон? И то и другое? Разумеется. Грибы, помидоры, оливки, кукуруза… не многовато? Нормально. Развалится — так развалится. Ладно, хоть от чего-то они всё же отказались. Минхо хотел добавить халапеньо, но Джисон не любил острое. Тут можно было бы вставить расистскую шутку, но не Минхо же шутить про азиатов, так что он просто поставил противень с пиццей в уже разогретую духовку, и они принялись ждать, когда она приготовится. К счастью, ждать пришлось недолго — они уже порядком проголодались. Они налили по стаканам сока (решив, что алкоголь сегодня будет лишним), поставили на стол упаковку печенья с клубничной начинкой и то, что осталось от брауни Джисона. Минхо ел их с такой скоростью, что поневоле возникал вопрос, как при этом альфа умудряется сохранять спортивное телосложение. Впрочем, всё же не всегда он так ест — в основном тогда, когда Джисон готовил что-нибудь сладкое и делился. Не то чтобы Джисон ревновал бы своего альфу к покупной выпечке, скорее просто немного завидовал спортивным людям. Сам он, впрочем, таким становиться не собирался. Когда таймер на духовке прозвенел, Минхо достал пиццу, нарезал её и отнёс в гостиную. Их праздничный ужин, конечно, выглядел не слишком инстаграмно, но обоих это полностью устраивало. Они включили какой-то комедийный фильм и принялись есть: то стараясь делать это аккуратно, то делясь кусочками друг с другом и неизбежно пачкаясь. Ну а что — всё равно кофты уже в муке и их придётся стирать. Хуже точно не будет. Главное — сейчас им обоим было весело и комфортно. Они могли просто провести вечер вместе, расслабляясь и понемногу оттаивая после слишком уж нагруженного для праздника дня.

***

Зимняя четверть официально подошла к концу, ознаменовав своё завершение последним экзаменом. В этот раз над нервной системой первокурсников никто не сжалился: экзамен по статистике поставили прямо на пятницу последней экзаменационной недели. И вот за что, спрашивается? Только лишние дни переживаний и тревоги. Оно всегда так — как бы ни был готов, тревожность всё равно присутствует. А ещё начало в восемь утра… Они издеваются, да? К счастью, этот кошмар остался позади. Джисон с Феликсом — уставшие, но удовлетворённые тем, что всё наконец закончилось, — вышли из здания и почти сразу заметили две знакомые фигуры с цветами. Альфы себе не изменяют, продолжая дарить своим омегам лучшие натуральные ароматизаторы для дома. Никто и не жаловался — всем всё нравилось. Джисон с Феликсом быстро распрощались, и каждый направился к своему альфе. Минхо сразу заметил приближающуюся тёмную макушку и счастливо улыбнулся, протягивая цветы, которые тут же приняли с радостью. — Поздравляю с успешным окончанием второй четверти, принцесса, — радостно сказал Минхо. — Успешность ещё не известна, — закатил глаза Джисон, втягивая приятный аромат нежных роз. — Я в тебе не сомневаюсь, — просто ответил Минхо и поцеловал омегу в нос. Джисон недолго наслаждался ароматом цветов: вскоре он оторвал лепестки от лица и закинул руки альфе на плечи. Но не просто обнял — буквально вцепился, как коала, карабкающаяся на ветку. Минхо намёк понял сразу и подхватил Джисона под бёдрами, слегка подкинув, чтобы поудобнее перехватить. Джисон благодарно улыбнулся и чмокнул альфу в нос. — Куда пойдём отмечать то, что всё наконец закончилось? — с усмешкой спросил Минхо, спускаясь по ступенькам здания, чтобы не мешать другим студентам и не толпиться. Да и Джисону не особо нравилось, когда на такие их взаимодействия слишком откровенно засматривались. А внимание они привлекали. — Не знаю, куда угодно, — пожал плечами Джисон. — Но я хочу чего-нибудь сладкого. — Тогда как насчёт пообедать в той кафешке, где дают твой любимый чизкейк? — предложил Минхо. — От такого предложения я отказаться не смогу, — счастливо рассмеялся Джисон и обнял Минхо за шею ещё крепче, утыкаясь в неё носом. Так хорошо и спокойно. Даже усталость уже не кажется такой давящей — ещё бы, когда к машине несут на руках. Джисон чувствовал лёгкий укол вины и стыда за то, что так бесцеремонно напросился на ручки сразу после экзамена, но… он и правда устал от всей этой нервотрёпки, работы и бесконечных мыслей в голове. Что ж, один раз можно побыть наглым. Но не слишком часто. А то ещё привыкнет. Минхо открыл переднюю дверцу и легко усадил Джисона на сиденье, поцеловал в лоб, прежде чем закрыть дверь и обойти машину. По дороге к кафе Джисон рассказывал, как прошёл экзамен: какие были вопросы, где он сомневался, а где был уверен. Минхо слушал внимательно, с искренним интересом. Ему всегда нравилось слушать Джисона — особенно когда тот увлекался и начинал говорить быстрее обычного. Кафе, к счастью, находилось недалеко от кампуса, так что доехали быстро. Джисон, довольный, что они пришли именно сюда, тут же занял место у окна. Минхо сел напротив, мягко беря ладонь омеги в свою. Вскоре к ним подошёл официант, и они сделали заказ. Джисон, помимо сэндвича, обязательно взял кусочек чизкейка и кофе — чтобы взбодриться. Хорошо, что здесь готовят быстро, потому что он уже чувствовал, как желудок начинает возмущаться. И всё же, даже будучи голодным, Джисон замечал: Минхо какой-то… немного странный. Сосредоточенный? Слишком собранный? Будто прокручивает что-то в голове. Что происходит? Подумать толком он не успел — еду принесли довольно быстро. Джисон принялся за сэндвич, но продолжал украдкой изучать лицо напротив, пытаясь считать эмоции. — Слушай, принцесса… — всё-таки начал Минхо, глубоко вздохнув. — Насчёт того, о чём мы говорили. Про твоих… тараканов. Ты не думал обратиться за… профессиональной помощью? Он явно подбирал слова осторожно. Джисона это застало врасплох. Неожиданно. Но по лицу Минхо было видно — он об этом думал. И, похоже, не один день. — Думал, — ответил Джисон. — Но это же дорого. Сначала нужно найти нормальную работу, а там уже… — Ты ведь учишься на стипендии, верно? — вдруг уточнил Минхо. — Да, — растерянно кивнул Джисон. — А что? — Я тут немного поизучал, — чуть неловко начал Минхо. — В нашем университете для стипендиатов дают десять бесплатных сеансов с терапевтом. И я подумал… если бы ты захотел, можно было бы попробовать. В его взгляде на секунду мелькнула надежда, но тут же сменилась тревожной осторожностью — будто он боялся надавить. — Ну… я не знаю… — растерялся Джисон. — Это как-то… — Не обязательно решать сейчас, — быстро добавил Минхо. — Я просто подумал, что это звучит неплохо. Может пригодиться. Но если нет — ничего страшного. — Я подумаю, — честно сказал Джисон и ободряюще улыбнулся. Минхо улыбнулся в ответ. Дальше они ели почти в тишине — каждый немного погружённый в свои мысли. После обеда Джисон попросил отвезти его в общежитие. Всё-таки, даже несмотря на кофе, хотелось просто полежать. Возможно, даже поспать. Да и подумать немного. Минхо спорить не стал и повёл машину в нужном направлении. Попрощавшись, Джисон вышел из машины, утыкаясь носом в приятно пахнущие цветы. В блоке было пусто — видимо, Феликс ушёл куда-то с Хёнджином до позднего вечера… или работает. С тех пор как Феликс тоже нашёл работу, стало сложнее угадывать причину отсутствия друга. Джисон аккуратно поставил новый букет в вазу и свалился на кровать, машинально обнимая белого кролика. Привычка — обнимать кого-то, когда лежишь. Чаще всего это, конечно, Минхо, но в общежитии эту роль нередко выполнял плюшевый кролик. Разговор о психотерапии снова и снова прокручивался в голове. На самом деле Джисон соврал: он никогда всерьёз об этом не думал. Ему всегда казалась странной сама идея довериться кому-то постороннему, вывалить гниль из собственной головы. Раньше было страшно, что это каким-то образом всплывёт дома и всё обернётся проблемами, но… То место больше не дом. А проблемы, по факту, будут в любом случае, если он туда вернётся. А он не вернётся. Может, если есть хоть шанс стать нормальным, починить себя… Минхо и Феликс часто повторяли, что Джисон не сломан. Но сам он видел — не всё так просто. Ему надоело просыпаться и успокаиваться в объятиях друга после очередного реалистичного кошмара, где снова и снова появлялись люди из прошлого. Надоело ловить виноватый взгляд альфы, когда тот пытался скрыть стояк после очередного влажного поцелуя, зная, что Джисон может испугаться. Особенно бесило именно это — потому что так и было. Он бы снова испугался, если бы почувствовал это своим телом. Ему надоело бояться. Тем более что он и сам… хотел. Пока не знал точно, чего именно, но чувствовал — собственное тело тоже реагирует: тянущей тяжестью внизу живота, теплом, влажностью между ног. Минхо красив — это очевидно. Его прикосновения всегда нежные и приятные. Хотелось наконец довериться полностью, отдать себя целиком, но каждый раз тело всё равно сковывал страх, и Джисон не знал, как с этим бороться. Он хотел дать Минхо нормальные, здоровые отношения. Не хотел больше видеть в его глазах вину за естественную, взаимную реакцию тела, которую так сложно принять и выразить. Джисон глубоко вздохнул и всё-таки поднялся, садясь за стол и открывая ноутбук. Пара запросов — и он действительно нашёл информацию о психотерапевтах на кампусе и возможности бесплатных сеансов. Только для студентов на стипендии. Только для тех, кто сохраняет высокий средний балл — не ниже 90 по всем экзаменам. Что ж… формально Джисон подходил. Но результаты финальных экзаменов второй четверти ещё не были известны. А вдруг не справился? Вдруг всё-таки недостаточно умный? Он резко мотнул головой, отгоняя навязчивые мысли и голос отца, и снова сосредоточился на странице. Читал всё подряд — условия, примечания, мелкий шрифт. Всё, лишь бы решиться нажать кнопку «записаться». Кажется, он перечитал всё уже дважды. Кнопка всё ещё оставалась нетронутой. Тогда в голове родилась идея, которая всегда помогала. Джисон достал телефон и, после нескольких гудков, услышал в динамике: — Алло, принцесса? Что-то случилось? — Ну… не то чтобы, — неловко начал Джисон. — Есть одна просьба. — Какая? — спокойно отозвался Минхо. — Когда придут результаты экзаменов… — Джисон глубоко вздохнул, решаясь. — Если все будут выше девяноста пяти, запиши меня, пожалуйста, к психотерапевту. К тому, про которого ты говорил. Почему именно девяносто пять — Джисон и сам не знал. Просто хотелось доказать самому себе, что он заслуживает этой помощи. Заслуживает времени человека, который потратит на него десять часов. Пусть это и бесплатные сеансы — на самом деле их всё равно кто-то оплачивает. Университет, программа, неважно. Ему просто хотелось хоть какой-то уверенности, что он делает всё правильно. Пусть даже мнимой.

***

Джисон нервно оглядывался, пока шёл один по незнакомому коридору. Он наотрез отказался от сопровождения Минхо. Во-первых, это не настолько серьёзно, чтобы альфа из-за него пропускал работу. Во-вторых, ему хотелось пройти через это самому. Сделать этот шаг самостоятельно — ведь это в первую очередь его проблемы. И всё же место казалось странным. Каким-то… не таким, как он ожидал. Хотя, если честно, он и сам не знал, чего именно ожидал. Не капельниц же по углам. Он правда не понимал, что именно должен здесь увидеть — просто пытался дышать ровно, чтобы унять бешено колотящееся в груди сердце, прежде чем подойти к ресепшену. — Добрый день, вы по записи? — приветливо улыбнулся администратор, глядя прямо на него. — А… да. Я записан на 15:30. Хан Джисон, — произнёс он, стараясь сдержать дрожь в голосе. — Да, вижу вас. Проходите к кабинету 306, — администратор указал рукой в коридор справа. — Ожидайте там, вас позовут. Коротко поблагодарив, Джисон направился по указанному коридору. Нужный кабинет показался почти сразу. Вдоль стен стояли диваны, но он решил не садиться. И откуда только это странное ощущение? Будто предвкушение, перемешанное со страхом и приправленное ответственностью. Давит. Хочется скорее оказаться дома и лечь на кровать. Даже неважно — в общаге или у Минхо. Просто лечь. Закрыть глаза. Но сейчас — нельзя. Вскоре дверь кабинета открылась, и оттуда вышли двое омег. Один поблагодарил и ушёл к выходу, а второй посмотрел прямо на Джисона. — Хан Джисон? — уточнил омега, поправляя очки на переносице. Джисон кивнул. — Тогда проходи. Я доктор Аарон Квак. Можно просто Аарон, если так комфортнее. — Он пропустил Джисона вперёд. — Чай? Кофе? Воды? — Воды, если можно, — тихо попросил Джисон и сел в кресло, на которое ему указали. Аарон вскоре вернулся со стаканом воды, протянул его и занял место напротив, открывая новый, пока ещё чистый блокнот. — Итак, Джисон, что привело тебя ко мне? — спросил он спокойным, ровным голосом. Взгляд его был внимательным, но не давящим. Скорее… чутким. Будто позволял говорить. Будто обещал, что здесь можно быть честным. Джисон на секунду прикрыл глаза и глубоко вдохнул, готовясь сделать этот прыжок в неизвестность. — Я… — начал он. — У меня было… скажем так, сложное детство. И воспоминания о нём всё ещё давят на меня. Мешают. Но я хотел бы… избавиться от этого. Просто жить дальше. Вот и всё. Он сказал это. Сделал шаг. Первый шаг к жизни без ночных кошмаров и липкой тревоги. Первый шаг к тому, чтобы залечить то, что так долго отравляло его — и его отношения с близкими. Доктор сделал короткую пометку в блокноте и начал задавать уточняющие вопросы о детстве. Подавая салфетки, когда наворачивались слёзы. Замедляя голос, когда дыхание сбивалось. Помогая не тонуть в собственных воспоминаниях. И постепенно в этой комнате появилось ощущение, что Джисон не полностью сломан. Он повреждён. Но поправимо. И, возможно, всё действительно будет в порядке.