Нет назад пути!

2.4. – Другая жизнь. Глава 1 – «Ты был предписан мне судьбой».   Яркой голубой стрелой он блеснул на солнце и, пронзив пространство, мчался с небес на землю, в то единственное место, где оживала его душа. Ибо чувствовал, как наполняется радостью и светом его сердце – сердце Лан Шена. Он спешил туда, где ждал владетель его души – прекрасный И Вэй (Вэй – 惟 – Только лишь, единственный), красоте которого позавидовали бы даже Боги. И Вэй! Образ И Вэя неотъемлемо смешивался с образом Чжаня. Они были неотделимы друг от друга.  Сознание Ибо плотно вошло в сознание Лан Шена, и всё, что он видел и чувствовал, стало теперь частью его жизни.  Первая встреча – тот момент, когда Лан Шен впервые увидел И Вэя и был покорен его красотой. Красотой его тела, каждое движение которого было исполнено невероятной грации. Красотой его души, чистота которой была подобна свету, проходящему сквозь кристаллы священной воды.  В тот день Лан Шен впервые спустился в Царство Смертных вместе со своими друзьями, Юными Богами, которые привычно собирались отдохнуть и развлечься после утомительных занятий в учебном лагере Нилю-эр-Шан (逆流而上 – плыть вверх против течения): поесть земной еды, выпить сделанного руками смертных вина, поиграть в азартные игры и, конечно, осчастливить какую-нибудь юную красавицу своим божественным вниманием, чтобы к утру исчезнуть навсегда.  Друзья еле уговорили его составить компанию, напоминая, что прошло уже целых два месяца с того дня, как Лан Шен достиг возраста, позволяющего спускаться в Царство Смертных, а он всё сидит дома! Но Юный Бог совсем не хотел туда спускаться, полагая, что Царство Смертных – такая же скука, как учёба.  Полёт до земли был недолог, но охваченные весельем Юные Боги всё равно разрезвились, толкая друг друга. Лан Шен даже не понял, что произошло, только сильный толчок вдруг выбил его из серебряного потока и отбросил в сторону. Юный Бог даже не успел ничего предпринять, слишком высокая была скорость.  Пробив собой кроны нескольких деревьев, он упал на крышу какого-то дома, с грохотом скатился с неё, завершив свой триумфальный полёт жёстким падением на каменную дорожку.  – Вы видели!?.. Звезда упала!.. Скорее туда!  Понимая, что, скорее всего, упавшей звездой был он сам, Лан Шен, погасив своё божественное сияние, поспешил сбежать до того, как его обнаружат. Наделённое защитой божественное тело было весьма крепким, и подобное падение не причинило ему никакого вреда. Но он отстал от своих друзей, и где их теперь искать, не имел представления.  Лан Шен ещё не успел отряхнуться от застрявшего в его длинных, лазурного неба волосах, древесного мусора, когда открывшаяся перед глазами поляна явила взору нечто невероятное.  Он увидел его на берегу искрящегося лунным светом озера. И кто бы мог знать, что нужно было бежать оттуда сломя голову, но глаза словно приросли к чарующему зрелищу.  Лёгкий, как пёрышко и быстрый, словно ураган, юный незнакомец исполнял наполненный силы и ловкости боевой танец. Отдаваясь каждому движению, будто это был реальный бой не на жизнь, а на смерть. В стремительном кружении его одежды раскрывались, словно зонт, а широкие рукава, отражая отблеск луны, взлетали, подобно крыльям гигантской птицы, светясь в ночи голубоватым светом. Чёрные, как смоль, невероятно длинные волосы раскрывшимся веером разлетались, чтобы потом подобно шёлковому покрывалу окутать его стройное тело.  Не в силах отвести глаз от того, как юноша молнией взмывал к верхушкам деревьев, чтобы потом в головокружительном развороте упасть на землю, Лан Шен вдруг ощутил странное бурление чувств у себя в груди.  – Кто это? – прошептал Юный Бог, завороженно глядя на то, как неподвластная земным законам природа делала каждое движение этого юноши настолько живописным и отточенным, что казалось, будто сама луна залюбовалась его красотой и стала светить ярче, чтобы разглядеть этот совершенны танец.  Притаившись в тени огромного валуна, Лан Шеннаблюдал, как, сделав несколько оборотов и ещё не успев приземлиться, юноша молниеносным движением руки совершил с десяток выпадов сверкающим мечом, покоряя воздух своей силой.  Но тут он внезапно остановился, словно почувствовав, что за ним наблюдают. Его высокая статная фигура в светлых одеждах, подчеркнутая широким поясом, столь величественная, словно он был и сам божеством.  В полуобороте прекрасный незнакомец смотрел туда, где, затаив дыхание, пронзал его взглядом Лан Шен. Юный Бог знал, что скрывающая темнота не могла выдать его присутствие. Не упуская возможности, Лан Шен жадно впитывал каждую черточку этого неземного создания. Внутри словно вспыхнул огонь, которого там раньше не было. Юноша смотрел прямо ему в глаза.  – Такую красоту надо прятать, иначе Боги от зависти заплачут, – прошептал Лан Шен, уже завидуя этому теплому ветерку, окутавшему стройный стан юноши, тому, как он сейчас забавлялся с полами лёгких одежд, как играл с роскошными волосами, растягивая невероятно длинные нити и спутывая их по своему желанию.  Надо сказать, что только Боги могли обладать такими роскошными волосами, в них таилась не только их красота, но и их сила.    Дыхание Лан Шена остановилось, когда взгляд прекрасного незнакомца, пронзив темноту, заглянул словно в самую душу, ранив сердце Юного Бога своей чистотой. А может, это была лишь игра воображения? Юноша всего лишь сделал паузу, чтобы немного восстановить дыхание, а затем продолжил с той же страстью наносить сокрушительные удары невидимому противнику.  – Как же ты хорош! – прошептал Лан Шен, не спуская глаз с этого земного ангела.  У него вдруг приятно потеплело внутри. Да так, что гнетущее желание побыстрее покинуть Царство Смертных и вернуться в родную обитель, сменилось внезапно появившимся интересом. Он почувствовал, как его сердце начало биться сильнее, наполняя тело новыми энергиями. Тогда он ещё не понял, что влюбился.  После нескольких широких ударов грациозный юношасделал в воздухе параллельный кувырок и, коснувшись земли, припал на одно колено. Его руки обхватили лодыжку, меч выпал. Голова опустилась к груди. Видимо, онпочувствовал боль.  – Он травмирован, – с беспокойством глядя на только что летавшую, а теперь скрючившуюся фигурку, забеспокоился Лан Шен. – Надо помочь… Но едва он решил покинуть укрытие, как к сидевшему на земле юноше подошёл какой-то человек с мечом наготове.  «А это кто?» Приняв обнажённый клинок за угрозу, Лан Шен собирался уже было атаковать неприятеля, но вовремя остановился, услышав их разговор.  – Что, опять нога? Болит, да? – Пустяки! Почти не больно, – вскинув голову, поспешил ответить прекрасный юноша. После чего в его плечо грубо, но всё же играючи, ткнулся меч, заставляя подняться.   – Тогда вставай! Защищайся! Или сдавайся! – Мин Ю! Ты выпил пилюлю храбрости? Я и с больной ногой тебя легко одолею!   Парнишка был довольно юн, чуть ниже его ростом и, прямо скажем, прехорошенький! Лан Шен отметил его большие круглые глаза со слегка заострёнными внешними уголками, тонкий аккуратный нос и пухлые, ярко очерченные губы.  – Попробуй, одолей меня! Я не против, чтобы ты положил меня на лопатки, И Вэй.  «И Вэй» – повторил про себя Лан Шен, шевеля одними губами.  Ему очень не понравилось появление этого наглого паренька, и то, что он сказал, тоже не понравилось. Но больше всего возмутило, что то, как этот Мин Ю начал нападать на И Вэя, несмотря на тот факт, что юноша был окончательно вымотан и, кажется, страдал от боли.  Но сказать по правде, соперник был не так уж скор и угловат в движениях по сравнению с быстрым, словно стрела, И Вэем. Гибкий корпус и великолепная растяжка которого делали юношу почти недосягаемым в этом танце, дарующем превосходство. Каждый поворот и каждый замах – это была настоящая поэзия движения. Желая избавить И Вэя от боли, Лан Шен пытался направить поток лечебной энергии в ногу юноши, но тот так скакал и вертелся, что попасть в него было довольно сложно. В конце концов, болезненно припав, И Вэй пропустил удар и упал в траву. Сверху навалился Мин Ю, ликующий возглас которого эхом разнёсся по округе.  – Я тебя победил! Теперь ты мой пленник!  Лан Шен помрачнел. Невесть откуда взявшаяся волна странного чувства, очень похожего на ревность, вновь опалила грудь. Однако, несмотря на это, уже направленная невидимая сила сорвалась с его пальцев, чтобы приятным теплом войти в повреждённую ногу И Вэя и успокоить боль. Напряжение тут же сошло с его лица. – Вот ты где!  Внезапный голос сбоку заставил Лан Шена вздрогнуть и обернуться.   – Ян Гуан! (阳 – Ян – солнце, весна. 光 – Гуан – свет) Кто бы мог подумать, за ним решил вернуться один из друзей, тот, который его так недружелюбно вытолкнул из потока. С сияющей улыбкой и искорками веселья в глазах наследник Бога Солнца был всегда приветлив и до безобразия игрив. – Только спустился на землю и тут же принялся помогать смертным? Прозвучал с другого бока второй голос. Лан Шен крутанул головой, узнав этот слегка насмешливый тон.   – Тань-Тань! (探 – Тань – искать, разведывать) – обрадовался он, растягивая рот в улыбке. Юный Бог Сыска Тань-Тань и лучший друг Лан Шена. Конечно, они не могли бросить юного Шена в этом чуждом мире.   Ян Гуан оценил происходящее у озера и, сдержав смущённый смешок, проговорил:  – Зайки развлекаются. Не будем им мешать.  – Слезь с меня немедленно! – тут же донесло недовольное эхо. – М! Мальчики ссорятся… – вскинул прямую бровь Тань-Тань и вопросительно взглянув на Лан Шена, с лукавой улыбкой поинтересовался: – Твоих рук дело? Лан Шен усиленно замотал головой.  – Пойдём, мы всё заказали, сегодня будет очень жарко! Там такой десерт… – с азартным блеском в глазах зашептал Ян Гуан, перетянув на себя внимание Юного Бога.  – Но я не особо люблю сладкое… – растерянно хлопнул ресницами Лан Шен.  Его наивность искренне повеселила друзей. Со смехом обернувшись в золотистый и серебряный лучи, они увлекли за собой Лан Шена. Популярный среди знати элитный дом развлечений Цзуйхуа Лоу (醉花楼 – Терем Пьянящих цветов) славился красотой местных «цветов», способных, по слухам, лишить покоя даже богов. Попасть туда было непросто, но для юных друзей не было ничего невозможного.   Изысканное вино, прекрасные девушки, вкусная еда – всего было в избытке, но ничего не радовало Лан Шена, его мысли были рядом с тем невероятным юношей на берегу озера.  И Вэй! Юный Бог всё терзался вопросом: кем юноше приходится тот, второй – этот Мин Ю? Не хотелось верить в то, что сердце Вэя уже занято. Но в любом случае, Шен уже вряд ли сможет его найти…  Наверное, придётся смириться с тем, что он его больше никогда не увидит…  Прекрасные создания в полупрозрачных шелках исполняли чарующий танец. Их лёгкие ткани то и дело пролетали возле глаз, словно невзначай касаясь разгорячённых лиц друзей.  Лан Шен наотрез отказался попробовать блюдо с неаппетитным названием «Заячьи пятки», и ещё более неаппетитным видом, за это друзья напоили его самым крепким напитком и, схватив за руки, не отпускали, пока не влили целую пиалу, а потом ещё долго смеялись, глядя на то, как, хватая ртом воздух, бедняга пытался откашляться, решив, что его отравили. Непривычное, головокружительное ощущение едва не опрокинуло Лан Шена. В животе зажгло яростным огнём, но быстро прошло, раскатившись приятным теплом по всему телу.  – Что это за дрянь? – недовольно морщился Юный Бог.   – На, заешь! – Тань-Тань засунул ему в рот кусок сочной груши. – Байцзю – местная водка. Здесь она особо забористая. Понравилась?  Лан Шен отрицательно покачал головой. Друзья расхохотались ещё больше, а Юный Бог удивлялся, как они вливают в себя по целым кувшинам этого напитка и становятся только веселее, когда он от нескольких глотков едва держится на ногах?  Но как известно, кроме частичной потери контроля над телом, теряется и часть здравого смысла, и всё, что казалось до этого запретным и неприемлемым, вмиг становится доступным и простым.  И если ещё пару минут назад Лан Шен мог лишь сокрушаться о невозможности новой встречи с тем прекрасным юношей, то в следующий миг, пришедшая вдруг мысль, яркой вспышкой прогнала из головы весь мрак тоски и печали.  Как он не подумал об этом сразу? Ведь его божественная сила сегодня коснулась тела И Вэя и, конечно же, оставила на нём свой след. Как запах, который бы уловила собака, так и Лан Шен смог почувствовать тонкие вибрации этого следа.  Увлечённые соблазнительным танцем девушек, друзья и не заметили, как их компанию покинул её самый юный представитель.  Не помня себя, Лан Шен тонкой голубой стрелой мчался над деревьями, сквозь пустынные улицы, влекомый «запахом» того прекрасного смертного, имя которому было – И Вэй.