Нет назад пути!

2.4. – Другая жизнь. Глава 17 – Их первый раз!   Не размыкая губ, Лан Шен положил И Вэя на мягкую широкую постель, откинув покрывало одним лишь своим желанием. Тяжёлая ткань взметнулась над кроватью и упала гармошкой в стороне. Юный Бог придвинулся ближе, раздвинув ногами бедра И Вэя. Пальцы сминали их упругие мышцы, в то время как затвердевший малыш готов был творить всякие непотребства. Юноша чуть заметно дрожал, волнение сбивало дыхание. Его рельефное тело с гладким шёлком персиковой кожи ждало… нет! Оно требовало, преодолевая страх и смущение, требовало ярких эмоций и жарких касаний. Каждая клеточка его тела пульсировала в предвкушении, готовая откликнуться на любое прикосновение. И Вэй чувствовал, как по венам разливается жар, а внизу живота зарождается сладостная истома. Лан Шен запустил ладонь в его густые мягкие волосы и, сжав пальцы, жадно впился губами в приоткрытый горячий рот. Его поцелуй был требовательным и нежным одновременно, словно порыв ветра, подчиняющий своей воле цветущий сад. Он до боли прикусил губы Вэя, вызвав огненную вспышку острого наслаждения, и, услышав жалобный протяжный стон, надавил ещё чуть-чуть, упоённый этими будоражащими кровь звуками. После чего оттянул его голову назад и замер, глядя на соблазнительный изгиб шеи, с натянутыми мышцами и обозначившимся рельефом кадыка, с чуть заметными синими венками и слегка пульсирующей жилкой.  Он знал, что где-то здесь прячется точка «Вау!», и точно помнил, где её искать. Лан Шен не ошибся ни на миллиметр. И Вэй часто задышал, когда губы Юного Бога прошлись по его гладкой коже возле уха, облизывая её и жадно сжимая.  В то время как рука Лан Шена стимулировала юношу внизу, нежно поглаживая налившийся желанием ствол, поцелуи скользили подобно каплям росы, опускаясь всё ниже и одаривая вниманием каждую впадинку, каждый изгиб несравненного тела И Вэя.  Юный Бог ласкал его с трепетом, переплетающимся с жадным обожанием, когда наравне с нежнейшими касаниями то покусывал, то немилосердно сжимал пальцами кожу до сочно-красного цвета. Несомненно, в этой приторной ласке таились острые вспышки, не давая юному Вэю заскучать. – Как ты пахнешь… – прошептал Лан Шен, втягивая этот драгоценный аромат. – Как я люблю твой запах!  – Как я пахну?  – Лотосом… скошенной травой и чайным листом…  Лан Шен опускался всё ниже. Волнение нарастало. И, конечно, стоило его губам окутать замерший в ожидании кончик, как стоны, полившиеся вслед за этим сладостным касанием, закружили голову обоим. Как всё-таки И Вэй возбуждающе стонал! Эти звуки всколыхнули стаю мотыльков в животе и понесли её по кругу, то поднимая до самых вершин, то опуская к истокам творения.  Лан Шен прошелся языком, ощутив его внутреннюю силу и, вернувшись к увлажнившейся соками головке, накрыл её и погрузил глубоко в рот. И Вэй, томно прикрыв глаза, тут же издал протяжный звук удовольствия. Лан Шен чувствовал, как пульсация его собственного тела откликается на этот зов, наполняя его естество избыточным жаром. Он ускорился, следуя естественным движениям, сильнее сжал губы, направляя внутрь свою неиссякаемую божественную силу. Связанные руки И Вэя метнулись вниз, пальцы обхватили затылок Лан Шена, погрузившись в мягкие волосы.  – О, боже!.. Шен!.. Как приятно!.. О, мой Бог!  Это признание сильнее всяких ласк обдало Лан Шена волнением и счастьем. Не останавливая процесс, он скользнул пальцем между напряжённых ягодиц и коснулся заветной точки, которая тут же сжалась, норовя спрятаться. Но Лан Шен не дал ей возможности ускользнуть, слегка надавив, Юный Бог уверенно вошёл внутрь. Тело И Вэя вздрогнуло и напряглось, выдав волнение и трепет.  – Ты до сих пор смущаешься… Как это мило… Мне так нравится…  Второй палец Лан Шена проник следом и в упоительном массаже, понемногу начал растягивать нежное тело И Вэя. Он делал это всё сильнее и напористее, сбивая дыхание юноши до тягостных постанываний. Глядя вверх, Вэй пытался ловить удовольствие и в то же время сжимался от боли.  – Я могу сделать так, чтобы тебе не было больно! – целуя его возле бедра, предложил Лан Шен. Он так и планировал, памятуя о том, как испуганно округлились глаза И Вэя при виде его обнажённого достоинства.    – Но, тогда я совсем ничего не почувствую?  – Вначале да. Но потом я верну ощущения… – Нет, я хочу чувствовать наш первый раз. Хочу ощущать каждый момент, как ты войдёшь в меня… как соединишься со мной… Не смотри на то, что мне страшно или больно! Это всего лишь человеческая слабость…  В удлинённых к вискам глазах Лан Шена блеснул крохотный дьявольский огонёк – другого ответа он и не ожидал! Это его Вэй! Его бесстрашный Вэй, его страстный Вэй, его желанный Вэй… его сокровище! Пожалуй, пора освободить стянутые руки! Спина Лан Шена соскучилась по этим прытким пальчикам. Лента подчинилась воле Юного Бога и переместилась на одну руку, оставшись там симпатичным аксессуаром в виде аккуратного банта. И Вэй шумно выдохнул. – Ну же… – шевельнулись его губы. – Сделай это! «Что ж ты медлишь, паразит?» – уже закипало сознание Ибо. Он и сам весь горел от нетерпения. Юный Бог провел языком по упоительно прекрасным приоткрытым губам. Они подрагивали в томительном волнении, источая горячее дыхание. Пылкий взволнованный взгляд И Вэя буквально пронзил гипнотический блеск чёрных глаз Лан Шена. И в этот миг, казалось, что даже оранжево-жёлтый свет свечей замер в томительном предвкушении. Лан Шен и сам едва не выл от той энергии, которая рвалась из него… он так долго ждал, поэтому хотел запомнить каждую секунду, каждый миг этого волшебного момента. – Как же часто я это представлял… И это лучшая моя мечта… Лан Шен приподнялся на руках, чтобы насладиться видом несравненного тела, в томительном восторге ожидавшего его решительных действий. Вены на шее Вэя отчетливо пульсировали, грудь вздымалась, из приоткрытого рта вырывалось глубокое дыхание и даже кожа, казалось, источала какое-то сказочное сияние. Не отрывая взгляд от этой неземной красоты, Лан Шен закинул ноги юного Вэя на плечи, а после придвинулся ближе и, скользнув между ягодиц, почувствовал, как его гладкий, дрожащий от нетерпения сорванец, рванувшись вперёд, уткнулся словно в непробиваемую стену. Вожделенная точка вновь сжалась, не собираясь сдавать позиции. Что ж, придётся побороться! Испытывая непреодолимое желание дикой страсти, Лан Шен всё же сдержался от грубого натиска и, на мгновение замерев возле точки схождения, начал медленное погружение, чувствуя тугой протест девственной плоти. Поменявшись в лице, И Вэй судорожно выдохнул. Острая, разрывающая боль ослепляющей вспышкой пронзила тело, ноги дернулись в попытке сжаться, а ногти впились в спину Лан Шена.   – Вэй, мне остановиться? Конечно, он переживал за него. Всё-таки И Вэй был простым смертным, хрупкое создание по сравнению с божественной сущностью Лан Шена. – Продолжай, – Вэй быстро справился с неконтролируемым порывом, сильнее прижимая к себе Лан Шена. – Всё хорошо… – Любовь моя… – шептал он, лаская его губы. Вэй шумно вздыхал, ощущая, как мучительно расходится плоть под медленным, но уверенным напором. Его кожа мгновенно стала влажной. Печальный взгляд прятался под веером опущенных ресниц. Лан Шен продолжал сладостно целовать Вэя, стараясь отвлечь его от мучительных ощущений. Ничего, скоро он сможет проникать в него так же легко, как сейчас язык проникает в его рот. Юный Бог толкнулся бёдрами, чувствуя, как пальцы Вэя всё сильнее впиваются в его кожу. Сердце сжималось от осознания боли, терзающей сейчас любимого, и он принимал эту хватку с благодарностью, как возможность хоть немного облегчить его страдания. С каждым новым толчком, с каждым движением, с той властной решимостью, что была свойственна Лан Шену, Юный Бог проникал всё глубже в любимого Вэя, исследуя потаённые уголки его существа. Всё увереннее овладевая его территориями, он оставлял за собой след из мучительной, но сладостной боли, что выливалось для юноши терзающим испытанием. Вэй ощущал, как его плоть наливается испепеляющим жаром, распространяющимся от самого центра, где Лан Шен сейчас сосредоточил всю свою мощь. Прижимаясь к сильному горячему телу Юного Бога, И Вэй беззвучно вздрагивал, стиснув зубы на его плече. Лан Шен сдвинул брови – зубки у И Вэя очень острые. Но эта была сладкая боль, ощущения от которой проникали желанным теплом в его тело. Он чувствовал, как Вэй горит под ним. Кожа под руками была горячей и влажной, мышцы напряжены до предела.  – Я почти в тебе… – прошептал Лан Шен. Его голос выдавал трепетное обожание. Вэй чуть заметно кивнул. Слова были излишни. Он полностью отдался во власть любимого. Его тело говорило само за себя, выказывая безграничную преданность и готовность принять Лан Шена, как самое ценное, что могла даровать ему судьба. Почувствовав это душевное единение, Юный Бог качнул бёдрами перед решающим, болезненным толчком. И вот он, этот рывок, этот миг, разрушивший все границы. Вместе с ощущением липкой влаги, Лан Шен с усилием вогнал себя вглубь, до самого основания. Не в силах сдержаться, Вэй слёзно вскрикнул, откинувшись назад. Энергия чистого голоса наполнила грот, колыхнув огонёчки свечей. Обагрившаяся кровью девственная плоть сдалась, обдав юношу жарким дыханием боли. Зависшие в воздухе стопы сжались вместе с маленькими пальчиками, ноги дрожали от напряжения. Его лицо всё ещё выражало муку, дыхание сбилось, в глазах блестела влага. Они прижались очень тесно и были бесконечно счастливы, наконец, познать друг друга, эту тайну, скрывающуюся в глубине их собственных тел. Влажные горячие поцелуи лились нескончаемым потоком в уста каждого. – Было очень больно, да?     – Ничего… всё прошло. Ты во мне… Я тебя чувствую и это так волшебно… Я бесконечно счастлив, мой Шен! – блеск влажных глаз ещё выдавал плескавшуюся внутри боль, но он улыбался и в этой улыбке действительно светилось счастье.  – Вэй! Ты мой дар, моё сокровище! Ты мой навсегда! Никому не отдам! – страстно проговорил Лан Шен, осыпая любимого поцелуями.  – Тебе нравится? Нравится быть во мне? – Безумно. Я грезил тобой с первого дня нашей встречи… Ты так плотно меня держишь, что всё моё тело трепещет!  После чего Лан Шен поёрзал бёдрами не сводя глаз с прекрасного лица И Вэя и понял, что каждое движение ложится мукой для растревоженной плоти. – Тебе всё ещё больно? – Не переживай за меня! А лучше подари мне огонь и зажги меня, как эти свечи!  Повинуясь, Лан Шен двинул бёдрами, сначала плавно, каждым лёгким движением вызывая внутри прекрасного Вэя короткие острые вспышки контрастных эмоций, а затем всё ускоряясь, гонимый своим сладострастным желанием. Наслаждаясь, как обволакивающее плотное тепло легло вокруг чувствительной, возбужденной плоти, Юный Бог двигался всё быстрее. Эти новые ощущения даже близко не могли сравниться с тем, что Лан Шен испытывал раньше, когда ублажал себя, применяя различные техники. Он самозабвенно отдался стонам, как только в него начало литься это неописуемое счастье. Хотелось больше, сильнее и напористее. И в тот момент, когда он понял, что И Вэй тоже трепещет под ним, под всплеском накрывших эмоций, Юный Бог взмыл вверх, пробив потолок магическим ударом. В ночном небе взошли две яркие звезды! И в этот чарующий миг, невообразимо прекрасные, они взметнулись ввысь, затмив своим великолепием небесные светила. Переливающиеся в лунном свете лазурные волосы Лан Шена, развиваясь на лёгком ветру, окутывали охваченное пленительным восторгом совершенное тело И Вэя, в то время как шлейф из чёрного шёлка нежно ласкал сияющую кожу несравненного юного божества. Шен держал своё сокровище под спину и бёдра, Вэй обхватил его ногами, и в этом свободном полёте был ещё более раскован и горяч. Лан Шен продолжал вбиваться глубоко и страстно, приближая себя и юного Вэя к точке кипения. Его томные стоны постепенно перешли в чувственные крики. Юноша, позабыв обо всём, отдался полностью, вверив себя любимому, растворившись в нём, подобно капле воды в огромном океане любви. Лан Шен двигался всё быстрее, жёстко тараня его тело и продолжая выбивать из него чарующие слух звуки. Чувствуя, как твёрдый ствол яростно скользит внутри, каждый раз раздвигая эластичные стенки, Вэй еле дышал от переполняющих плоть жарких эмоций, доводящих его до предела. Он и не заметил, как его пальцы до ярких золотых пятен вонзились в кожу Юного Бога, сминая напряжённые мышцы.  «Сильный Вэй! Горячий Вэй! Сжимай так, чтоб золотые ручьи заструились по этим рукам!» Только когда вот так касался его Вэй, он мог испытывать невероятно сильные, взрывные эмоции, от которых кружилась голова. Лан Шен максимально прижал к себе юношу и в высвобождающем стоне выплеснулся мощной струёй, подобно вырвавшейся из жерла вулкана лаве. Его голова откинулась назад, взметнув копну волос. Почувствовав этот мощный поток внутри себя, И Вэй прогнулся изящной дугой, достигая блаженных вершин вместе с ним. Его сладостный, долгий крик лёг волнующей благодарностью в уши Лан Шена, по рукам и спине которого текли тонкие ручейки светлогозолота. И лишь огромный диск луны стал безмолвным свидетелем их волшебной страсти, их любви, их соития. Всё ещё паря в воздухе, Юный Бог привлёк к себе измождённое тело И Вэя. Тяжело дыша, тот тихо и сладостно постанывал. Растекавшееся внутри семя, оставляя след приятной неги, продолжало дарить наслаждение. – Шен, я на небесах? Мне так хорошо, что хочется плакать, – повиснув на его плече, осипшим голосом проговорил И Вэй. Его руки безвольно болтались за спиной у Лан Шена. Он погладил его по волосам. «На небесах? Надеюсь, скоро мы будем там». Он опустил Вэя на кровать и, оставаясь рядом, дал ему немного отдохнуть, а также насладиться остатками оргазма, что до сих пор потухающими уголками теплились внутри. – А! – Вэй со стоном перевернулся на живот. – Как же хорошо, Шен! Почему мы этого не сделали раньше?  – Ничего, мы очень быстро наверстаем упущенное, – перебирая его волосы, ответил Лан Шен.