Клятвы самозванцев

— Разящий, нам нужна защита! — громогласно выкрикнул Аман Наран, и золотой дракон тут же воинственно расправил крылья. Он что-то рыкнул остальным драконам, и те, один за другим, выстроились прямо перед толпой, закрыв Крылатое войско от возможных врагов. Лин с благоговением глядел на живую стену, отделившую их от предателей, и ощущал прилив уверенности. Убедившись, что по ним никто не стреляет, а толпа разбегается, вместо того чтобы нападать, Аман Наран обернулся к Крылатому войску и велел: — Взять его! Он указал острым подбородком на Фам Сохора. — Помилуйте, господин! Я не имею никакого отношения к предательству! Я верно служу короне! — заголосил тот, испуганно оглядываясь на своих же солдат. Большая их часть была занята разгоном толпы и поисками предателей с оружием. Те же, кто остались рядом, не решились даже дернуться в сторону командира гарнизона — слишком уж боялись выступить против Крылатого войска и приказа их главы. Всем известно, что Аман Наран — воплощение воли королевы в ее отсутствие. Тумур и Мин неотвратимой бурей выдвинулись к опешившему от страха и унижения Фам Сохору. Но, прежде чем они скрутили командира гарнизона, Аман Наран милостиво махнул рукой, и оба застыли. — Думаю, вы знаете больше, чем делаете вид, — произнес Аман Наран так холодно и властно, что Фам Сохор втянул голову в плечи. — Я готов выслушать вас. — Я… я не имею никакого отношения к предателям короны, — понурившись, пробормотал командир гарнизона. — Но вы о них знаете. Невозможно утаить тлеющий огонек восстания от того, чьи солдаты могут заглянуть в каждый уголок города. Не поверю, что у вас нет осведомителей и отряда разведки. Фам Сохор переводил испуганный взгляд с одного бойца Крылатого войска на другого. Похоже, бедняга пытался что-то просчитать, но просчитался полностью и окончательно. Он боялся, и этот страх читался в каждой черточке испещренного ранними морщинами загорелого лица. — Я… мне хотелось бы остаться живым, если расскажу вам все. Меня убьют, если кто-либо узнает, что я сотрудничал с вами, — наконец принял решение он. Верное решение. — Думаю, с этим мы сможем вам помочь. Служба в войске династии Сансар вас устроит? — милостиво поинтересовался Сансар Арат. — Мне под силу это устроить. На лице Фам Сохора отразилось недоверие. — Прошу прощения, я не представился. Сансар Арат. Старший сын главы династии Сансар. Я заберу вас в подчинение генералу Цай Хагану, но при условии, что ваши сведения и вправду окажутся полезными. Фам Сохор ошеломленно вздохнул и глубоко поклонился. — Я расскажу, но не здесь. Я провожу вас в военный городок, где базируется мой гарнизон. Там мы будем в безопасности. — Позже. Мы еще не закончили с предателями, — рыкнул Аман Наран. — Сначала дождемся войско династии Сансар и возьмем под стражу правящую верхушку. Если ваши солдаты, конечно, не перейдут на сторону изменщиков и не отпустят их. Фам Сохор затряс головой, будто в припадке. Его руки дрожали. — Нет, они верно служат короне. От доносчиков я уже давно постарался избавиться. Аман Наран о чем-то задумался на несколько мгновений и приказал солдатам, что остались рядом с командиром гарнизона: — С этого вечера временное управление городом возлагается на Сансар Арата. Его войско вот-вот прибудет в город. Ваша задача: собрать солдат и усилить защиту любых лазеек в городской стене. Не поверю, если скажете, что не знаете о них. Ни одна крыса не должна ускользнуть из города. — Городская стена охраняет покой привилегированного населения, она крепка, и лазеек в ней не так уж много, — добавил Фам Сохор. — Значит, вашим солдатам не составит труда устроить у каждой засаду и ловить любого, кто попытается сбежать. И, конечно же, необходимо усилить охрану ворот. Аман Наран обернулся к Тархану: — Городские ворота на тебе. Пусть Могучий охраняет караульных. Уверен, кто-то попытается прорваться наружу с боем. Не выпускать даже тех, кто живет за стеной. Тархан фыркнул, показывая явное недовольство, но оспаривать приказ командира не решился. Он молниеносно оседлал своего дракона и взмыл в воздух. Могучий выстрелил огненной струей над головами паникующих горожан, тем самым вызвав крики ужаса, и унесся прочь. Лин все это время наблюдал за происходящим на площади, держа наизготовку еще один кинжал. Солдаты сумели поймать троих крепких мужчин, которых уже вели к ним. Остальная толпа разбежалась быстрее, чем ее сумели обуздать. За кем-то гнались, выкрикивая угрозы, кто-то улепетывал без преследователей. Лин, далекий от военной науки, не представлял, как сейчас вычислить предателей, но Аман Наран выглядел столь уверенно и сосредоточенно, будто все уже просчитал наперед. Командир Крылатого войска и Сансар Арат окинули одинаково тяжелыми взглядами пойманных предателей, которые только злобно зыркали в ответ, но упрямо молчали. — Их допросим позже. Сейчас нет времени этим заниматься, — брезгливо бросил Аман Наран. — И лучше бы вам заговорить, ублюдки. — А не заговорят — придется показывать на пальцах, ведь языков у них не останется, — добавил Сансар Арат и расплылся в плотоядной усмешке. — Как и остальных конечностей, включая мужское достоинство. Или что там вместо него у них болтается между ног? Аман Наран распорядился увести пленных в военный городок, Фам Сохора же оставил при себе. Прошло уже достаточно времени, и на площадь стали возвращаться солдаты со своей высокопоставленной добычей. Лин затаил дыхание, глядя на двух брыкающихся юношей в богатых ночных одеждах, которых, похоже, вытащили прямо из постелей. Сыновья главы династии. Оба пребывали в бешенстве и рвались из рук солдат, которые не реагировали на оскорбления и казались статуями изо льда. — Это ты велел нас схватить?! — рявкнул Аман Нарану один из юношей — судя по всему, средний сын. Он казался старше брата. — Что вы и ваши крылатые твари забыли в нашем городе?! Аман Наран лишь усмехнулся — опасно и многообещающе. — На это у меня есть воля королевы, господа, — почти ласково ответил он и в несколько шагов приблизился к грубияну. — А вот это уже моя воля как главы Крылатого войска. И он без предупреждения впечатал свой кулак в скулу юноши. Голова его мотнулась назад, будто набитая соломой, и пленник обмяк в руках солдат. — Ты тоже хочешь что-то сказать? — поинтересовался у младшего Аман Наран, но тот лишь замотал головой. Юноша не казался удивленным, значит, осознавал, по какой причине в Ин-Хуа пожаловало Крылатое войско. Вот уж точно рассадник предателей. — Волею королевы мы очистим столицу этих земель от пособников Неры. Вас доставят в Улань-Мар, а после казнят на главной площади, как предателей своей страны. — Это все отец! Это он, а не мы! Мы не причем! — заголосил младший, с ужасом уставившись на Аман Нарана. — Ты можешь даже поклясться в преданности на крови, но приказ королевы нерушим. С этими словами Аман Наран велел солдатам вести пленников к военному городку и обратил взор на троих пожилых мужчин, которые шли куда покорней сыновей главы династии Бай. Эти, похоже, уже смирились с грядущим. Остаток вечера пролетел смазанно. Вскоре в город прибыло войско Сансар Арата, и его солдаты рассредоточились по улицам Ин-Хуа. Пленников отправили в военный городок ждать отбытия в Улань-Мар. Драконы беспокоились, но терпеливо защищали всадников от возможных угроз. Наконец Аман Наран принял решение отправиться в военный городок и отдохнуть. Им предстояло провести в Ин-Хуа несколько дней, дождаться остальную часть войска Сансар Арата, а после вылететь в Улань-Мар. Пленников же доставят в столицу позже. Лин пытался представить, как в глазах испуганных горожан выглядела их процессия, и сам же пришел в ужас. Девять бойцов Крылатого войска в золотых масках, десяток солдат, сгорбленный командир гарнизона и девять огромных драконов, покорно шагавшие гуськом за своими всадниками. Прибавить к этой картине аресты, убийство предателя и обыски, то и сойти с ума от ужаса недолго. Военный городок расположился у самой городской стены, недалеко от ворот, которые гордо охранял Могучий. Где-то там наверняка сочился праведной ненавистью и обидой Тархан, но Лин соврал бы, если б сказал, что ему не плевать на заносчивого ублюдка. Его больше волновали чешущиеся под тканевой маской щеки, чем оскорбленные чувства гаденыша. Из всего Крылатого войска лишь Аман Наран щеголял с оголенным лицом, золотая маска вместе с черной тканевой болтались на шее, а бесконечно гордый вид навевал больше ужаса, чем Разящий за его спиной. Караул военного городка, давно оповещенный о прибытии знатных гостей, услужливо открыл ворота, едва завидев драконов издалека. Четверо рослых мужчин таращились на Крылатое войско, будто боги спустились в Ин-Хуа из Небесных чертогов, чтобы карать предателей. Те же взгляды преследовали всадников и их драконов внутри городка. Пока они неторопливо шествовали по утоптанным грунтовым дорожкам мимо деревянных павильонов, со всех сторон доносились осторожные разговоры и перешептывания. Даже Лину, привыкшему к вниманию, подобное поклонение казалось излишним. Людские толки возвели Крылатое войско на пьедестал такой высоты, падать с которой слишком высоко и смертельно опасно. Оставив драконов на попечение солдат Сансар Арата, Аман Наран велел войску выдвигаться к павильону, где им накрыли поздний ужин. Лин все еще недоверчиво поглядывал по сторонам и, нагнав Саури, которая так и норовила поравняться с командиром, поделился тревогой: — Неспокойно мне оставлять драконов без присмотра. Что, если среди здешних солдат полно предателей? Вдруг драконов попытаются отравить? Саури снисходительно взглянула на Лина и демонстративно закатила глаза. — Не зря Наран называет тебя наседкой. Драконов невозможно отравить. У них очень чуткое обоняние. Учуяв яд, они убьют того, кто принес им отравленную еду, и мы это, поверь, услышим. — Я не наседка, — оскорбился Лин. — Просто волнуюсь за своего дракона. Как будто больше никто не волнуется. Саури насмешливо хмыкнула, выдав что-то подозрительно похожее на «ко-ко-ко» и опередила Лина. Она догнала Аман Нарана и с легкой улыбкой завела с ним разговор. Лин, не сдержав любопытства, взглянул на Тео, который прожигал хмурым взглядом спину командира. Сложная любовная фигура, которая явно не замыкалась на Аман Наране и Саури. Командир говорил с ней всего лишь с вежливым интересом. Фам Сохор интересовал его явно больше, чем непривычно милая Саури. Крылатому войску накрыли ужин в зале с большим овальным столом. Судя по всему, здесь командир гарнизона проводил совещания. Лин с фырканьем окинул взглядом колонны, талантливо расписанные узорами, резные ширмы и дорогие ковры. Слишком помпезно для военных. То и дело мимо сновали служанки в простых коричневых халатах. Ни одна не смела даже поднять глаз на гостей, несмотря на очевидное любопытство. Едва покинув зал, они наверняка бросятся шушукаться о пленении командира гарнизона и загадочных всадниках в золотых масках. — Надеюсь, еда не отравлена? — скептически поинтересовался Аман Наран у Фам Сохора, на что тот оскорбленно пробормотал: — Вы можете приказать любой служанке попробовать еду. — Именно это я и собираюсь сделать. Аман Наран остановил трех служанок и, кивком указав на стол, велел им попробовать поданные блюда. Те торопливо поклонились и поспешили выполнить приказ. Еда, как и вино, вправду оказались безопасными. Все всадники вздохнули свободней. Хотя бы здесь, в этом обособленном уголке среди города предателей, их не пытались убить. — Садитесь и поешьте с нами, господин Фам. Мы поговорим позже, не при всех, — предложил командиру гарнизона Сансар Арат, но предложил так, что отказаться не посмел бы даже самый отчаянный смельчак. Солдаты Крылатого войска во главе с Аман Нараном и Сансар Аратом расселись за стол и с аппетитом накинулись на еду. Саури вновь оказалась рядом с командиром. Лину немного взгрустнулось, ведь он рассчитывал тихонько поделиться впечатлениями от прошедшего дня с единственной союзницей. Впрочем, по левую руку примостился Тео. При желании можно поболтать и с ним. Лин окинул взглядом традиционные шанъярские блюда и не сдержал тяжелого вздоха. Гора специй и ужасная острота. Кажется, еще немного, и он выплюнет свой горящий желудок. Куда больше ему подходила обычная походная каша, которой они питались предыдущие три дня в лагере Сансар Арата. Здешние изыски вызывали лишь тоску. Пока остальные набивали животы, уминая за обе щеки привычную еду, Лин угрюмо отщипывал кусочки почти безвкусной паровой булочки и неторопливо запивал некрепким вином. Он наблюдал за униженным Фам Сохором, не замечая, как пристально наблюдали за ним самим. — Тебе, наверное, трудно привыкнуть к шанъярской еде, — раздался над ухом тихий голос Тео. — Понимаю тебя, я сам не могу есть некоторые блюда из-за обилия специй. Лин встрепенулся, уличенный в слабости, и с усмешкой ответил: — Не труднее, чем привыкнуть к постоянным любопытным взглядам, как будто в мир людей спустились десять божеств верхом на драконах. — То есть ты считаешь, Крылатое войско не заслужило столь сильную народную любовь? — ехидно поинтересовался Мин, сидевший по правую руку от Лина и без зазрения совести подслушавший их тихий разговор. Достойный друг Тархана, ничего не скажешь. Теперь на Лина устремились взгляды всех драконьих всадников, и даже Фам Сохор прислушался, перестав таращиться на свои колени. Тео казался безмерно виноватым, ведь из-за его неосторожного беспокойства на Лина, которого и без того не принимали, вновь накинулись. — Никто не имеет права зваться равным богам, но в умах людей всадники Крылатого войска — никто иные как божества, — спокойно парировал Лин и закинул в рот очередной кусок булочки, прекрасно понимая, как подобное поведение может раздражать собеседника. Прием сработал — Мин разозлился сильнее. — На протяжении веков Крылатое войско защищало королевскую власть в Шанъяре. Всадники жертвовали собой, оберегая королей и побеждая врагов. Своим героизмом они заслужили искреннее восхищение народа, а ты отзываешься об этом, как о чем-то постыдном. — Мне кажется, после трудного дня ты попросту с удовольствием нашел человека, на котором можно сорвать злость. Заметь, я сказал лишь, что никто не может быть равным божествам. Остальное за меня придумал ты сам. — Ты чужеземец, и тебе никогда не понять шанъярцев, — оскорбленно буркнул Мин. — Что-то не припомню, чтобы кто-то из вас пытался понять меня. Так почему я должен понимать шанъярцев? — Лин все еще держал вежливо-отстраненное выражение лица, но внутренне веселился. Разве не забавно ставить на место тех, кто ошибочно считает тебя беззащитным, а потом с хрустом ломает зубы о твой железный характер? — Потому что ты никто! Обвешенный побрякушками иноземный циркач, который не заслуживает даже дышать одним воздухом с Крылатым войском! — Мин! — рявкнул Тумур, но на его угрожающий выпад почти не обратили внимание, ведь одновременно с этим по залу разнесся грохот. Аман Наран что есть силы ударил кулаком по столу, на котором вразнобой зазвенела посуда. Изумленные взгляды всадников устремились к командиру. — Не смей уподобляться Тархану, — угрожающе прорычал Аман Наран, прожигая Мина янтарным взглядом. — Сегодня чужеземец спас меня и Сансар Арата от смерти, убив предателя. Он — не никто. Он — тот, благодаря кому мы сегодня сидим за столом в полном составе. — Все мы спасаем жизни друг друга из года в год, — не сдавался Мин. — Как видишь, он всего за несколько дней постиг идеалы Крылатого войска, которые мы впитывали в себя с детских лет. Подобных ссор я больше не потерплю. Чужеземец доказал свое право находиться в Крылатом войске. Вот тут-то Лин и порадовался, что давно прожевал булочку, иначе точно подавился бы. Еще три дня назад Аман Наран в сердцах называл его бесполезным циркачом, а сегодня признал, что Лин — часть войска. Чудеса! Но Лин соврал бы себе, если бы сказал, что не впечатлился речью командира. Его уже очень давно никто не защищал. Лин и забыл, каково это. Он позволил себе украдкой взглянуть на Аман Нарана, убедившись, что тот не смотрит. — Прости, — шепнул ему на левое ухо Тео, отчего Лин молниеносно отвел взгляд, будто застигнутый за чем-то постыдным. — Ты не спросил ничего дурного. Перестань извиняться и склонять голову при малейших трудностях. Учить еще этого трусишку и учить. И то вряд ли он когда-нибудь сравнится в глазах Саури с Аман Нараном. Ужин продолжился, и с каждой выпитой чашей вина напряженные бойцы Крылатого войска все больше расслаблялись. Разговоры стали громче, а смех зазвучал чаще. Не выпили ни капли лишь Аман Наран и Сансар Арат. Им предстояли сложные допросы пленников. Лин не отказал себе в удовольствии расслабиться впервые за прошедшие дни и выпить две чаши вина. Совсем некрепкое, оно не ударило в голову, лишь приятно расслабило тело. Убедившись, что все заняты разговорами, Лин поднялся из-за стола и вышел из зала, краем глаза отметив, каким голодным взглядом Мин одарил мельтешащую поблизости служанку. Молодые, миловидные девушки явно старательно вертелись поблизости в надежде понравиться кому-то из знаменитых всадников. По дороге к выходу Лин поймал на себе три кокетливых девичьих взгляда из-под ресниц, вспомнив девушек в цирке, нацелившихся на богатых мужчин. Наконец Лин выбрался из павильона и поежился от пронизывающего ветра, мигом согнавшего с него сонливость и расслабленность. Военный городок не спал. Мимо то и дело сновали солдаты, бросающие на него любопытные взгляды. Судя по всему, золотая маска, которая болталась на шее, безошибочно давала понять, что перед ними посланник богов. Взгляд сам собой устремился в сторону тренировочного поля, где расположились на ночевку драконы. Им нипочем ни ветер, ни холод, ни непогода. Только бы принесли побольше еды и воды. Лин подавил в себе порыв наведаться к Мышу, помня, чем закончилась предыдущая вылазка. — Готов поспорить, что ты прикидываешь, как незаметно пробраться к Вороному, — услышал Лин за спиной и усмехнулся уголком губ. Аман Наран решил поболтать после трех дней хмурого молчания? Необычно и угрожающе. — Меня и без того считают курицей-наседкой. Думаю, некоторое время Вороной может побыть в одиночестве, — не оборачиваясь ответил он, краем глаза подмечая, что Аман Наран остановился по правую руку. — Ты считаешь себя родителем этого дракона. Для шанъярцев это неправильно. Мы воспитаны на другом, более почтительном отношении к драконам. Лин изогнул бровь и повернулся к Аман Нарану. Его миролюбивый настрой сбивал с толку. Неужели своим поступком Лин получил возможность увидеть и другую сторону сурового командира? — Я заметил, что Разящий относится к вам, как к своему ребенку. Почему же это не считается неправильным? — Потому что я оседлал его в одиннадцать лет. Как еще взрослому дракону относиться к мальчишке, который с трудом держался в седле? — Никогда бы не подумал, что вы плохо держались в седле. — Всем известно, что драконы выбирают лишь достойных. Уверен, Разящему пришлось переступить через свою гордость, когда он позволил мне взобраться себе на спину. Он слишком сильно любил моего отца, чтобы отвергнуть меня. Лин слушал внимательно, не решаясь сделать даже вдоха. Тот, кем он столько лет восхищался, делился сокровенным, руша образ великого воина без слабостей и неудач. — Давно хотел спросить, как вы вообще оказались на состязаниях в таком раннем возрасте? Всем известно, что драконьим всадником может стать лишь тот, кому исполнилось шестнадцать. — Я пробрался туда тайком. Не мог допустить, чтобы дракон отца достался кому-то чужому. Неужели никогда не слышал, чтобы обо мне отзывались, как о самозванце? — невесело усмехнулся Аман Нарана. Лин растерянно покачал головой. — Непобедимый глава Крылатого войска и его золотой дракон. Поверьте, даже в Хаате о вас слагают легенды. — Льстишь, акробат. — Возможно, совсем немного, — лукаво улыбнулся Лин, — но правда такова: в Хаате никто не зовет вас самозванцем. — Да и в Шаъяре уже никто на это не осмеливается, — теперь лицо Аман Нарана приобрело угрожающее выражение. Как быстро этот человек умел менять маски! Так же быстро, как Лин. — Правда, кое-кто до сих пор лелеет надежду меня убить. Сегодня ты этому помешал, акробат. Спасибо тебе. — Порой и бесполезный циркач на что-то годится. — Достойные воины не держат обид. Тем более, на своих командиров. — А кто сказал, что я достойный? — Лин не сводил насмешливого взгляда с командира. — Я злопамятный, мстительный и тщеславный. Циркач, что с меня взять? Аман Наран вновь усмехнулся, но ничего не ответил, прерванный появлением Саури. — Наран, Сансар Арат требует начать допросы, иначе грозится лечь спать и оставить это все на тебя. — Лучше бы он лег спать, — с издевкой буркнул командир и твердо направился к залу совещаний. — А мы, хвала богам, наконец можем отдохнуть, — потянувшись, устало сказала Саури. — Если нас не перебьют во сне местные солдаты. — Ты же циркач, должен веселиться, а не нагонять тоску. — Я не шут, а акробат. Так, перебрасываясь ничего не значащими шутками, Лин с Саури дождались остальных и поплелись к выделенному им спальному павильону, сопровождаемые счастливой служанкой. Она все же добилась внимания Мина, который без стеснения с нею заигрывал.

* * *

Пробормотав, с каким удовольствием убил бы тех, кто шумит за окном, Лин натянул на макушку тонкое одеяло, которое практически не грело. В павильоне, куда определили их войско, стояла темнота, однако со всех сторон уже ворочались разбуженные всадники. — Лин, проснись. Там, за окнами, что-то нехорошее, — едва ощутимо тронул его за плечо Тео. — Да там не просто нехорошее происходит, а самая настоящая паника! — воскликнула Саури. Вот тут-то и пришлось Лину сбросить с себя пропахшее сыростью одеяло и как можно скорее нацепить верхнюю одежду. За реечными окнами, заклеенными бумагой, слышались взволнованные голоса и ржание лошадей. — Возможно, на военный городок напали, — Тумур озвучил то, о чем подумали остальные. Уже через минуту всадники Крылатого войска высыпали на улицу в полном обмундировании. Солдаты двигались по вытоптанной земле группами, то и дело слышались командирские выкрики, конница строилась у ворот, но признаков нападения так и не обнаружилось. Разве что в воздухе расползался едкий запах дыма, который ветер гнал со всех сторон. — Наран не возвращался? — обратилась к Тумуру Саури, на что тот только покачал головой. — И где его искать в этой суматохе? — Наведаемся в зал совещаний, — задумчиво сказал он и, махнув остальным, чтобы не отставали, направился к знакомому павильону, где еще недавно они сытно ужинали. Не успели всадники пройти и десятка шагов, как откуда-то из темноты выскочил взлохмаченный Мин, на ходу застегивая крючки на кожаном верхнем одеянии. — Тот, кто распинался о величии Крылатого войска, чуть не проспал всю войну под юбкой у служанки, — хмыкнул Шона, который вообще-то приятельствовал с Мином. — Кто скажет ласковое слово, как не сосед по комнате? — фыркнул тот, демонстративно не замечая осуждающих взглядов остальных. Не сбавляя шага, всадники добрались до зала совещаний и не ошиблись, застав там Сансар Арата, Цай Хагана и нескольких военачальников. Правда, Аман Нарана с ними не оказалось. — Господин Сансар, что происходит? — с легким поклоном спросил Тумур. Насколько Лин успел понять, именно он назначен негласным заместителем Аман Нарана. Самый старший, самый опытный, самый рассудительный. Умно. — В городе, как внутри городской стены, так и за ней, среди жителей притаились мятежники. Они поджигают дома и поля, нападают на солдат с помощью пулевого оружия, но не показываются из укрытий. Уничтожить их драконьим пламенем с воздуха невозможно — придется сжечь весь город, — сокрушенно ответил Сансар Арат. Впервые за недолгое знакомство Лин видел на его лице грусть и бессилие, пришедшие на смену привычному высокомерию. — Но за городской стеной и без того пылают пожары, мой господин, — возразил Цай Хаган, в поддержку которого тут же закивали двое военачальников. — Драконы могут выкурить мятежников хотя бы оттуда. Там нечего спасать, посевы у людей погибли, как и часть скота. — Если я позволю драконам сжечь эту часть города, кроме предателей, погибнут сотни невинных людей. Это не войско династии Бай, которое не стоит сожалений. Это люди, бедняки, у которых, кроме их жизни, и нет почти ничего. Сансар Арат напирал на Цай Хагана, и тот покорно склонил голову, отступая. Лин с уважением взглянул на будущего короля. Возможно, он станет не таким уж плохим правителем, раз думает о простых людях? — Но что делать с погибающими солдатами? Им нужна поддержка, — вклинился в разговор Тумур. — Для этого в небе над городом сейчас Аман Наран на Разящем и Шах Тархан на Могучем. Там, где возможно, они прикроют солдат огнем, — устало отмахнулся Сансар Арат. — Пока это все, что мы можем сделать. Остается только ждать остаток моего войска и подкрепление от отца, которое и возьмет город под полный контроль. Всадники покинули зал совещаний, но сердце Лина по-прежнему тревожно трепыхалось в груди. — Разве можем мы сидеть сложа руки? — тихонько спросил он у Саури, нарочно отстав от остальных, чтобы ничьи любопытные уши не подслушали. Все внутри отчаянно требовало помочь командиру. — Ты же слышал: Сансар Арат запретил вылеты, — раздраженно ответила она. — Все солдаты в войске — отменные мечники. Им не нужны драконы, чтобы сражаться. — И что ты предлагаешь? Идти с мечом против загадочного пулевого оружия? — Саури замерла и сердито обернулась к Лину. — Ты, например, вовсе не владеешь мечом. Чем собрался бороться с мятежниками? Силой гнева или подвешенным языком? — Разве имеет право хваленое Крылатое войско отсиживаться в безопасности, пока наших солдат убивают и загоняют, как волков? — Крылатое войско — достояние Шанъяра, и мы попросту не можем рисковать собой без надобности. Мы — всадники, а не пехота и не конница. Против затаившихся врагов драконы бесполезны, значит, бесполезны и мы. — Но… — Слушай, Лин, я понимаю, что ты не привык подчиняться приказам, но заруби себе на носу: они не обсуждаются. Если планируешь прижиться в войске, то научись запихивать мнение себе в самые глубокие места и следовать указаниям. Тогда и Наран тебя примет, и остальные всадники. С этими словами она унеслась прочь, а Лин так и остался стоять на месте, раздумывая над ее словами. Не так часто ему приходилось проявлять самоотверженность, но в этот раз она оказалась совершенно не нужна. Знакомое ощущение ненужности настигло неожиданно, будто, притаившись, выжидало годы на задворках души. Мимо промчался десяток солдат, и Лин шарахнулся в сторону. Он знал, что не сомкнет глаз, пока не настанет утро и ситуация хоть каким-то образом не прояснится. Он так долго мечтал стать похожим на всадника золотого дракона, но вместо этого отсиживался за высокими каменными стенами, пока тот самый всадник коршуном парил над городом. Они же здесь выполняли приказ. Посланники богов! Сидеть сложа руки Лин не собирался. Ему было не впервые втираться в доверие простакам и выпытывать что-то интересное. Пора проявить талант. Собравшись с мыслями и нацепив на себя дружелюбный вид, Лин направился к караульному посту в надежде поживиться там новостями. Заболтав словоохотливых солдат, Лин задержался там до самого утра, но за это время в военный городок пришла лишь одна новость, зато равная разорвавшемуся пушечному ядру. На подходе к городу обнаружили изуродованные трупы главы династии Бай и его старшего сына. В женских платьях и с отрезанными членами.