Клятвы самозванцев

Цэрэн — Наследница великой династии Аман, правительница Шанъяра, хозяйка земель от Восточного моря до Серебряного пролива, первая своего имени, властительница драконов, Ее Величество королева Цэрэн! Слова, заученные Цэрэн наизусть и уже давно не вызывавшие мурашек, разнеслись над главной площадью «Города мира». Всего пять лет назад, впервые услышав, как ее перед лицом трусливых министров и советников со всеми почестями объявил Байгаль, королева едва не разрыдалась. С тех пор утекло слишком много воды, и Цэрэн срослась со своим титулом, впитала его в кровь. Придворные выстроились с двух сторон, образовав широкий живой коридор. Цэрэн, облаченная в полный королевский наряд, застыла в ожидании, пока далекие темные точки приблизятся и превратятся в огромных драконов. Корона, усыпанная драгоценными камнями, давила на макушку привычным весом, многослойные бордовые одеяния, подпоясанные столь же щедро усыпанным драгоценностями поясом, пригвождали к земле, но Цэрэн упрямо и непоколебимо держала плечи расправленными. Она давно привыкла как к весу одеяний, так и к весу власти. За спиной непобедимой силой стояли дворцовые стражники во главе с Унуром. Только его присутствие придавало Цэрэн сил перед встречей с женихом. Вот уже стал различим золотой дракон, несший на своей спине двоих всадников. Наран и… Сансар Арат. Будущий супруг, будущий король Шанъяра. Цэрэн передергивало от этих мыслей, пока сердце рвалось к Унуру. Казалось, она уже давно смирилась с тем, что им никогда не заключить официальный союз. Королеве, в отличие от предыдущих королей, не дозволялось даже иметь наложников. Девичья честь, будь она проклята! Но до чего же громко сейчас трещала по швам душа! Строй из десяти драконов опустился на площади, и всадники, спешившись, направились к королеве по живому коридору придворных. Несмотря на дальнюю дорогу, все как на подбор вышагивали ровно и четко, а золото масок искрилось в солнечных лучах. Лишь рыжая макушка выделялась среди черноволосых голов, и Цэрэн позволила себе мимолетно дернуть уголком губ. Ей еще предстоял разговор с чужеземцем. Кто, если не он, поможет ей стать матерью для маленькой Штормовой? Тем временем Сансар Арат, встав во главе строя всадников и потеснив Аман Нарана, приближался. Ладони Цэрэн, спрятанные в широких рукавах, вспотели от волнения. Он изменился. Вместо тощего, нескладного мальчишки она увидела перед собой красивого статного мужчину, аристократа и воина, гордость своего отца. Единственным, что не изменилось за прошедшие годы, осталось высокомерие в глазах с лисьим разрезом и гордо вздернутый подбородок. Казалось, будто Цэрэн для него — нежеланная невеста, а не наоборот. Возмущение всколыхнулось в душе королевы, потеснив другие переживания. Так и остался самовлюбленным индюком, хоть и повзрослел! Судя по холодному взгляду Нарана, которым тот одарил Цэрэн, он тоже не испытывал восторга ни от знакомства с Сансар Аратом, ни от их будущего брачного союза. Разговора с братом Цэрэн боялась, пожалуй, даже больше встречи с женихом. — Ваше Величество, я безмерно рад встретиться с вами спустя столько лет, — произнес бархатным голосом Сансар Арат после глубокого уважительного поклона, который повторили все всадники Крылатого войска. — Я прибыл к вам от имени главы династии Сансар. Цэрэн окинула его снисходительным взглядом, совершенно не впечатлившись их разницей в росте, и ответила: — Значит, вы в ответе за исполнение моих приказов в походе Крылатого войска, господин Сансар. — Готов отчитаться обо всем в любое время. — Тогда прошу за мной, господин Сансар. Сначала я переговорю с вами. Цэрэн скользнула взглядом по Нарану, безупречно державшему выправку, и убедилась, что он с трудом скрывает раздражение. Каким-то образом двоюродный брат, будучи на год младше, своей строптивостью и напором побеждал ее в любом споре. Так было в детстве, продолжилось и по сей день. Королева чинно проследовала к привычному Малому залу гармонии, где проходили аудиенции с гостями и небольшие совещания. Лишь вес одеяний не позволял ей сорваться на бег, вынуждая вышагивать медленно и размеренно. Стражники неотрывно держались за спиной, окружив Сансар Арата. Цэрэн не требовалось оборачиваться, чтобы убедиться, что Унур, как сторожевой пес, готов наброситься на соперника в любой момент, стоит тому совершить малейшую оплошность. Стражники распахнули перед ними резные двери павильона, и Цэрэн проследовала к трону в виде дракона, раскинувшего крылья. В Большом тронном зале, где проходили встречи с иностранными послами и совещания с полным составом Государственного Совета, красовался трон еще больше и роскошней. У Цэрэн скрипели зубы, стоило подумать о том, что ювелиры уже трудились над вторым таким же, ведь впервые за свою историю Шанъяр обретет двух равноправных правителей. Заняв место на троне, Цэрэн велела стражникам принести кресло для Сансар Арата, и ее приказ выполнили почти мгновенно. Жених невозмутимо уселся напротив нее, будто заранее привыкал к месту правителя. — Покиньте зал, — приказала Цэрэн, и стражники послушно направились к дверям. Все, кроме Унура. Сердце предательски заныло, но она не дрогнувшим голосом добавила: — Господин Ли, вас это тоже касается. На скулах Унура заходили желваки, но перечить королеве он не посмел. — Я буду за дверью, Ваше Величество. Лишь одно ваше слово… Он поклонился, не договорив, но окончание фразы красноречиво повисло в воздухе. Унур готов был рвать Сансар Арата голыми руками, и Цэрэн это с теплом отмечала. На сердце разливалась патока при виде мужчины, готового сражаться не только за свою королеву, но и за свою женщину. Когда двери за стражей закрылись, Цэрэн перевела взгляд на жениха. Он без стеснения рассматривал ее лицо, не отводя лисьих глаз и не опуская головы, как положено всем мужчинам-подданным. Цэрэн и сама украдкой разглядывала будущего мужа. Длинные блестящие волосы цвета воронова крыла он носил на манер Нарана — завязанными в высокий хвост. Правда, брат никогда не любил украшения и побрякушки, в то время как Сансар Арат увешал себя драгоценностями. В ушах поблескивали серьги, а в волосах — вплетенные в пряди подвески с драгоценными камнями. — Разве смеете вы рассматривать меня так пристально? — возмутилась Цэрэн, решив напасть первой. — Прошу прощения за наглость, Ваше Величество, но я просто не могу отвести глаз, — без тени стыда ответил Сансар Арат, все же потупив взгляд. — Я запомнил вас красивой молодой принцессой, но сейчас поражен до глубины души. Вы расцвели самым прекрасным цветком, Ваше Величество. — Не утруждайте себя льстивыми речами, господин Сансар. Мы оба знаем, что наш брак необходим для прочного союзничества и поддержки, но никак не для любования друг другом. Вам нет нужды оценивать мое лицо, как и мне — ваше. — Разве я вас совершенно не впечатляю, Ваше Величество? — с заметным хвастовством в голосе спросил Сансар Арат. Цэрэн потеряла дар речи от его наглости. — Я надеялся, что вызову у вас симпатию. Как был самонадеянным грубияном, так и остался! Никакого воспитания, никакого такта! — У меня нет привычки впечатляться кем бы то ни было, — равнодушно процедила Цэрэн, вспоминая, как тот, кто сейчас сыпал льстивыми словами, бесстыже насмехался над ней десять лет назад. — Вы — ценный союзник. Я согласилась разделить с вами бремя власти над Шанъяром, но не нечто большее. Сансар Арат невесело усмехнулся: — Да будет так, Ваше Величество, если вам угодно. — Мне угодно говорить о действительно важных вещах, а не слушать пустую болтовню из ваших уст. Как прошел поход на Ин-Хуа? — Разве это пустая болтовня? Мы еще не обсудили дату свадебной церемонии. Отец с матушкой готовы выезжать с посольством в Улань-Мар уже в ближайшее время. Цэрэн насилу удержалась, чтобы не швырнуть в лицо Сансар Арата хоть что-нибудь. Пусть даже корону. — Свадебная церемония совершенно неважна по сравнению с надвигающейся войной. Я требую отчета об Ин-Хуа, — прорычала она, и нерадивый жених наконец перестал валять дурака. Посерьезнев, он доложил: — Пойманных предателей под конвоем везут в Улань-Мар, как и тела главы династии Бай и его старшего сына. Их убили без нашего участия, подбросив на окраину Ин-Хуа. Похоже, кто-то из заговорщиков жив и отводит от себя подозрения, убив главу. Я подозреваю его брата. Господин Аман сходится со мной во мнении. Хотя бы об этом. Цэрэн хмыкнула. В этом весь Наран. — Командир гарнизона Ин-Хуа рассказал, что в город часто приезжали послы из Неры. Они привозили оружие и давали указание главе династии, как им распоряжаться. Во время беспорядков в городе выяснилось, что несколько десятков людей были обучены обращаться с пулевым оружием. Они подстрелили много наших солдат, но большую их часть удалось убить. Взять живыми, увы, не получилось. Остатки забились в норы и не показывали носа. Нам на подмогу прибыло войско отца. Сейчас Ин-Хуа и прилегающие земли под полным контролем нашей династии. — Что говорит правящая верхушка? Вы их допрашивали? — С пристрастием, Ваше Величество. — На губах Сансар Арата проступила зловещая острая усмешка. — Средний сын главы династии даже не выдержал пыток, отправился вслед за отцом. Предатели знали о сговоре с Нерой, но ни с кем из посланников не пересекались. Похоже, все встречи проводил лично глава династии. Он обещал Нере поддержку и возможность тайно разместить свои войска в Долине черных степей. Благо, они не успели этого сделать, иначе враги рассыпались бы по всему Шанъяру, как муравьи. — Они и сейчас здесь, просто не так много, — покачала головой Цэрэн. Она никогда не считала себя дурой и понимала, что правитель Неры прощупывал почву для будущей войны с самого ее восхождения на престол. Она виделась ему самонадеянной глупышкой, которую можно раздавить хитростью, раз уж Крылатое войско не позволило бы действовать силой. — Я знаю, что в Шанъяр заслано множество предателей, но отыскать их почти невозможно. Особое министерство с ног сбилось в поисках шпионов, но результаты весьма плачевны. — Вполне вероятно, Ваше Величество, что даже в Государственном Совете затесались предатели. — Господин Сансар, я бы не удивилась, если бы предателем оказался каждый из них. Сансар Арат по-доброму хмыкнул, явно поддерживая ее мнение. Каждый из стариков, давно и прочно сидевших на высоких должностях благодаря поддержке своих знатных семей, вызывал подозрение. Все они плели интриги против друг друга и, не стесняясь, пытались опутать королеву своей паутиной в попытке побороть врага. Вот только она мало прислушивалась к их ядовитым кляузам. Они проговорили с Сансар Аратом еще немного, условившись обсудить дату свадебной церемонии после казни предателей из Ин-Хуа. Будущий супруг даже не скрывал желания пожениться как можно скорее. Наверняка не терпелось сесть на столь желанный трон и примерить корону. Глядя на Сансар Арата, Цэрэн понимала, что не доверяет ему даже больше, чем всем советникам, вместе взятым. Пожалуй, ей понадобится усилить охрану. Кто знает, вдруг будущий муженек решит организовать ее «случайную» смерть? Распорядившись, чтобы Сансар Арата проводили в подготовленный для него павильон Золотого дракона, где по традиции жили короли, Цэрэн что есть силы сжала подлокотники трона. Этот павильон пустовал со смерти отца. С той самой ночи, когда его вероломно отравили приспешники наложницы Джиа — коварной твари, которой удалось свести в могилу мать Цэрэн, но так и не удалось стать законной супругой короля. Она грезила троном для единственного сына и, устав ждать смерти короля, решила устранить его сама. Благо, законную наследницу поддержали куда больше придворных и стражников, чем ублюдка, хоть и мужского пола. Теперь же павильон отца отдан тому, кого Цэрэн с легким сердцем выгнала бы за пределы столицы, навечно запретив входить в городские ворота. Благодаря поддержке отца Сансар Арат получил власть, но никогда не получит саму королеву. — Ваше Величество, как прошло знакомство? — вырвал ее из горестных мыслей мягкий голос Унура. Он застыл перед троном, не смея приблизиться больше, чем это допустимо. — Разве ты забыл, что мы уже знакомы? Впрочем, за десять лет этот паршивец изменился, набрался ума и хитрости. Теперь ему хватает сообразительности не насмехаться и не показывать превосходство, а осыпать меня льстивыми речами. Очень уж ему не терпится сесть на трон. — Вы знаете, что я хорошо разбираюсь в людях. Так вот, этот… человек не вызывает у меня доверия. Он очень хитер, а еще уверен в том, что вы у него в кулаке. Цэрэн кивнула, соглашаясь. Унур, как и всегда, ясно видел суть людей. И дело здесь даже не в ревности. Цэрэн видела то же самое. — Прошу, пусть твои люди следят за каждым его шагом. Я боюсь, что он замыслит дурное против меня. — Я этого не допущу, Ваше Величество, — с поклоном отрезал Унур. — Если в его хитрой голове зародится мысль, чтобы навредить вам, я снесу эту голову с плеч. Пусть даже сам расплачусь за это смертью, но не позволю навредить вам ни словом, ни делом. Цэрэн нежно улыбнулась Унуру, больше всего на свете мечтая его поцеловать, но в павильон в любое мгновенье мог заглянуть кто-то из стражи, а прислуга — подглядеть в щель между оконными проемами. — Ты придешь ночью? — почти шепотом спросила она. — Ради нашей встречи я вернусь от Штормовой раньше. — Непременно приду, Ваше Величество и буду ждать, сколько нужно, пока вы закончите дела в подземелье. Но попрошу еще об одном: не показывайте Штормовую рыжему чужеземцу слишком быстро. Расспросите господина Аман, как себя показал новенький, и уж тогда принимайте решение. Ему я тоже совсем не доверяю. Что, если он — один из шпионов Неры, засланный в Крылатое войско? Зачем ему знать, что в Шанъяре появился еще один дракон? Цэрэн прикусила нижнюю губу, обдумывая слова Унура. Она и сама пока не разобралась, готова ли рассказать чужеземцу о Штормовой, но почему-то не ощущала к нему недоверия. Хоть полоумная старуха и назвала его рыжей смертью Шанъяра, Цэрэн чувствовала, что приняла правильное решение, призвав этого мальчишку в войско.

* * *

В подземелье, спрятанном у неприметного павильона в «Городе мира» и связанном тайным ходом с Драконьим городом, никогда не бывало холодно. Тайное место, где с давних времен растили детенышей драконов, пустовало с тех пор, как Пламенный подрос и научился летать. Теперь там расцвела жизнь и окрасила мрачные стены в золото. Маленькая Штормовая уже стала любимицей драконьих лекарей и медом на сердце Цэрэн. Королева никак не могла отвести по-матерински нежного взгляда от золотистой ящерки, которая по-хозяйски обосновалась в ее руках. Малышка довольно урчала и подставляла голову под ласку. Во всем подземелье царила тишина. Цэрэн приказала прислуге, которая допускалась к драгоценной Штормовой, оставить ее одну в ожидании приговора. И этот приговор уже спускался по каменным ступеням — шорох шагов эхом отдавался от стен. — Байгаль очень заговорщически намекнул, что ты ждешь меня здесь, сестра. К чему такая секрет… — замер на полуслове Наран, вытаращив глаза при виде золотой ящерки на руках у Цэрэн. — Это… — Это Штормовая. Дочь Разящего. Она наконец вылупилась, Наран. Моя мечта осуществилась, — с восторгом выдохнула Цэрэн, будто вновь становясь восторженной девчонкой. Тяжелый взгляд брата тут же смягчился. — Я собрался тебя отчитывать, а тут такая радость. Ты хорошо подготовилась к выволочке, — хмыкнул Наран и приблизился, с интересом рассматривая малышку. Та заметно напряглась в руках Цэрэн, не доверяя чужаку. Однако, стоило ему мягко коснуться ее макушки, как маленькая драконица сменила гнев на милость. Она обнюхала пальцы Нарана и подставила голову под прикосновение. Даже заурчала. — Надо же, ты влюбил в себя даже Штормовую. Мне-то казалось, что твое очарование распространяется только на человеческих женщин. Наран закатил глаза и привычно хмыкнул. Наверняка с раздражением вспомнил о паломничестве министров и глав знатных родов, которые вот уже три года осаждали королеву, пытаясь выдать своих дочерей, племянниц, внучек и правнучек за самого завидного жениха Шанъяра. Причем, возраст невест колебался от тринадцати до тридцати лет, в то время как самому жениху совсем недавно исполнился двадцать один год. Для малышек он был староват, а для пересидевших в девичестве женщин — и сам малыш. Цэрэн не раз говорила брату, что пора задуматься о наследнике, ведь однажды ему придется уйти на покой. Если Наран не хотел, чтобы Разящий получил нового всадника со стороны, его место должны занять сын или дочь. Только откуда ж им взяться, если он надменно отвергал все выгодные предложения? Пожалуй, еще пару лет, и Цэрэн примет даже невыгодное, лишь бы пристроить брата в надежные любящие руки. — Не тебе говорить об очаровании, сестра, — раздраженно огрызнулся Наран. — Вот уж не ожидал так внезапно познакомиться с твоим женихом. Впрочем, знакомством это не назвать. Мы продолжили с того же, на чем закончили десять лет назад. И когда ты собиралась мне рассказать о договоренности с его отцом? Ну вот, под его внимательным взглядом Цэрэн, как всегда, ощущала себя не старшей, а младшей сестрой. Младшей, глупенькой и очень провинившейся. — Никогда, — скривившись, призналась она. — Я решила, что вам лучше столкнуться в походе без меня и обсудить все, как полагается мужчинам. — То есть, решила, что драка — лучшее начало союзничества? — Что? Вы подрались? — подскочила Цэрэн, отчего Штормовая недовольно рыкнула в ее руках. — Слава богам, у нас обоих хватило ума держать чувства при себе. Мы провели столько времени на одном драконе, что почти сроднились. Спасибо тебе и за это, сестра. — Он отзывался о тебе, как о талантливом командире, — призналась Цэрэн. — Я тоже признаю, что он совсем неплох. Если б не был таким самовлюбленным ублюдком. Цэрэн промолчала, чуть заметно улыбнувшись. Пожалуй, подобная похвала — это большее, что мог получить от Нарана Сансар Арат. Брат вообще очень редко кого-либо хвалил, но больше, чем ото всех, он требовал только от себя. Наран достиг своего уровня мастерства потом, кровью и железной волей. Стал всадником Разящего, задавив в себе горе сына, потерявшего отца. Выдержал столько осуждений и насмешек от знати, сколько не пришлось пережить даже Цэрэн в гареме отца, власть в котором разделилась между королевой и любимой наложницей. — А что ты скажешь о новеньком? Как думаешь, можно доверить ему тайну появления Штормовой? Мне бы не помешал его опыт, — поспешно перевела она тему, пока Наран не распалился еще больше, рассуждая о будущем короле. Брат не торопился с ответом. Он отвел взгляд от ее лица, что-то обдумывая. — Акробат со временем вольется в войско, хоть и с трудом. Всадники не расположены к нему, а он и не стремится понравиться. — Ты ведь тоже не расположен к нему. В первую очередь, все они смотрят на тебя. — Я изменил свое мнение, — помолчав, признался Наран и со вздохом сел на высеченное из камня сиденье. — Он спас жизнь мне и Сансар Арату. Убил предателя, который целился в нас из толпы. Цэрэн почувствовала, как все внутри похолодело. Ох, не зря дурное предчувствие преследовало ее изо дня в день, пока Крылатое войско выполняло задание. — Цирк научил его не только выделывать трюки на драконе, рискуя собой, но и метать ножи. Он хорош в этом деле, признаю. А еще в том, чтобы выпытывать сплетни у простодушных людей. Акробат несколько вечеров крутился среди солдат гарнизона Ин-Хуа и узнал много интересного о происходящем в городе. Вот тут-то Цэрэн едва не открыла рот в изумлении. Кажется, нашелся человек, чей талант Наран так легко признал. Вот уж немыслимо! — Впервые слышу от тебя такую искреннюю похвалу человеку, которого совсем недавно ты называл бесполезным, — не удержалась она от ехидства. Наран встрепенулся и нахмурился. — Если он и вправду оказался хорош в метании ножей и добыче слухов, я готов это признать. Но это не значит, что он хорош в чем-то еще. — Кроме полетов на драконе и трюков, — напомнила Цэрэн. — Бесполезных трюков. — Думаю, он способен обучиться. Огневолосый кажется талантливым. — В Крылатом войске талантливы все, а акробат даже меча в руках никогда не держал, — отрезал Наран, на что Цэрэн лишь едва заметно улыбнулась. Она подловила его на добром слове. Зная упрямый характер брата, отныне он ни за что не признается, что хвалил чужеземца. Такой взрослый, сильный, но все еще по-детски смешной. Лишь она из всего мира знала настоящего Нарана, хотя узнать стремились многие. — Так обучи его. Кто если не ты? Надвигается буря, и нам очень нужен десятый всадник. — С первого дня ты стоишь на его стороне, в то время как остальные относятся с осторожностью. — Я чувствую, что он нужен Крылатому войску, как и Вороной. Чужеземец не знаком с нашими традициями. Возможно, он привнесет в ваш змеиный клубок что-то новое. — И даже Унур не против твоего доверия к акробату? — прищурился Наран. Он знал об их связи и совсем не одобрял ее. Цэрэн и сама не одобрила бы на его месте. — Ты же знаешь, он никому не доверяет и всегда ограждает меня от опасности. Наран фыркнул, но цепляться к словам не стал. У них оставались более насущные темы для разговоров, от которых не уйти. Наран должен был рассказать королеве об опасности, что плодилась за городскими стенами Ин-Хуа. Совсем нескоро Цэрэн с трудом оторвалась от Штормовой, оставив ее на попечение вернувшемуся для кормления лекарю. Стоило им с Нараном показаться из подземелья, как прямо на пути возник Байгаль, чинно склоненный в поклоне. Он подался ближе к Нарану и тихонько проговорил: — Господин Аман, мне передали, что вас ждут в Драконьем городе. Там произошла громкая потасовка с участием драконов, и ваш заместитель распорядился отправить провинившихся в карцер. Он же послал за вами. Наран устало цокнул языком и повернулся к Цэрэн: — Я даже не сомневаюсь, что началась она из-за акробата. Драка не вызвала у Цэрэн возмущения или злости. Почему-то чужеземец нравился ей, и он не разочаровывал ни одним своим шагом. — Только не держи его в карцере слишком долго. Не забывай, завтра праздник именно для вас. Он тоже заслужил быть здесь.