Искупление в изумрудах

Напряжение витало в воздухе, а редкие выходы за пределы магазина превращались для Гарри в испытание на прочность. Он буквально физически ощущал на себе чужие любопытные взгляды. Казалось, интерес волшебников к нему возрос после этих неподтверждённых слухов о том, что он Гарри Поттер. Взгляды облепляли его со всех сторон, как назойливые мошки. Прохожие на Алмазной улице, доселе соблюдавшие аристократическую сдержанность, начинали терять при нём своё обычное хладнокровие. — Вы только посмотрите! Кажется, это он… — Не может быть, просто поразительное сходство… — Те же самые глаза, зелёные, как изумруды! И шрам… видите, чуть заметный, на лбу? — Вам кажется, мадам. Присмотритесь внимательнее. Никакого шрама нет. — Полно вам, Гарри Поттер бесследно исчез десять лет назад! Человек просто не может раствориться в воздухе и вдруг появиться в дорогом магазине артефактов! — Да не он это! Совсем не похож. У Поттера очки были на пол лица… От этих перешептываний за спиной бесстрастная маска Гарри давала трещину. Он нервно подергивал уголком губ, а рука сама непроизвольно тянулась к палочке, чтобы заставить всех замолчать. Но он сдерживал себя, стискивал зубы и шел дальше. Хотя слухи и витали в воздухе, до сих пор никто так и не решился подойти к Гарри и напрямую спросить, тот ли он самый Гарри Поттер, о котором все говорят. Волшебники ограничивались лишь взглядами. Но от этого становилось только хуже. У Гарри возникло стойкое ощущение, будто весь мир внезапно начал вращаться исключительно вокруг него. Это безумно раздражало, вызывая желание сбежать куда подальше. Поэтому он старался без необходимости не покидать свою мастерскую, не спускаться в основной зал магазина и не стоять за прилавком, где он был особенно заметен. Марволо внимательно наблюдал за ним, видя, как тот изводится от навязчивого внимания. Помочь он мог лишь своим молчаливым присутствием, безнадёжно надеясь, что буря слухов со временем утихнет сама собой, сменившись новой сенсацией. И всё же в этой ситуации был свой плюс. Магазин «Peverell & Gaunt» приобрёл бешеную популярность среди населения. Отбоя от посетителей не было. Колокольчик над дверью звенел не переставая, а кассовый аппарат издавал мелодичный звон. Сарафанное радио работало лучше любой рекламы. Те, кто изначально приходил с намерением посплетничать, часто оставались как клиенты. Безупречный вкус, качественные работы и аура таинственности, что витала вокруг магазина, делали своё дело. Марволо стоял за прилавком с чуть надменной улыбкой, что так притягивала богатых клиентов. — Видишь? — сказал он зайдя в кабинет и поймав взгляд Гарри, который украдкой наблюдал за ним с верхней площадки винтовой лестницы. — Они приходят ради любопытства, а остаются из-за качественной работы. И хотя Гарри по-прежнему ненавидел эти любопытные взгляды, он не мог не признать, что их общее дело процветало.

***

Колокольчик над дверью звякнул слишком жизнерадостно, когда в магазин впорхнула Рита Скитер. Воздух сразу же наполнился сладковатым ароматом её духов, которые неслись за ней густым шлейфом. Её белые кудри подпрыгивали в такт шагам, отбиваемым острыми каблуками-шпильками. Они звонко цокали по полированному кафелю пола, выложенному сложным узором из тёмного и светлого камня. На ней был элегантный приталенный костюм, кричаще ярого ядовито-зелёного цвета. Пальцы с ярко красным маникюром поправили очки в смелой алой оправе. За десять лет она не изменилась ни на йоту. Рита цепким взглядом мгновенно просканировал всё помещение, выискивая намёк на беспорядок в безупречном, на первый взгляд, интерьере. Она впитывала каждую деталь, чтобы потом, не моргнув глазом, вывернуть её в своей статье так, как было нужно ей. Наконец, Рита обратила внимание на Марволо, стоявшего за прилавком. На её губах мгновенно расцвела сладкая улыбка, которую хорошо знал весь магический Лондон. — Марволо, дорогой мой! — сладкий голос Риты Скитер разрезал уютную тишину магазина, заставив пару клиентов стоявших у витрин непроизвольно вздрогнуть и в спешке покинуть магазин, дабы не стать новой сенсацией журналистки. Она протянула ему руку с таким видом, словно они старые приятели. — Поздравляю! Весь Лондон только и говорит, что о вашем восхитительном заведении. И, должна признать, слухи не врут. Марволо медленно выпрямился во весь рост. Его лицо сохранило учтивую бесстрастность, но одна бровь медленно поползла вверх в немом вопросе. — Ах, что это я, совсем забыла представиться! — Рита кокетливо приложила руку к груди. В этот момент из её крокодиловой сумочки выпорхнуло прытко пишущее перо с блокнотом. Оно зависло в воздухе, готовое к работе. — Рита Скитер. Пишу для «Ежедневного пророка». И просто не могу не отметить, какой вы… фотогеничный, мистер Гонт. Настоящая находка для светской хроники. — Вы просто обязаны дать мне небольшое интервью, — продолжила она, не дожидаясь приглашения. — Моим читателям необходимо узнать Вашу историю успеха из первых уст. И, конечно, о том, где вы приобрели такой безупречный вкус. Я слышала, что Вы много путешествовали? Что Вас сподвигло остаться в Англии? Она не давала ему и слова вставить, отсыпая комплименты, неприкрыто флиртуя и задавая каверзные вопросы одновременно. Её взгляд постоянно скользил по сторонам, выискивая заветную дверь в подсобные помещения, за которой, она не сомневалась, скрывалась главная сенсация. Вся её поза кричала о том, что она здесь не просто так, и не уйдёт без своего сюжета. Том не верил её словам ни на йоту. Она забрасывала его двусмысленными вопросами, пока, наконец, не перешла к главному: — А где же скрывается ваш загадочный партнёр? Я бы так хотела с ним познакомиться! О нём ходят такие… интригующие слухи. В этот самый момент дверь, ведущая вглубь помещений, отворилась и на пороге появился Гарри. Прежде чем Марволо успел хоть как-то его остановить или предупредить, Рита Скитер, подобно гончей учуявшей дичь, уже ринулась к нему с блокнотом и пером наперевес. — О! — вырвался из её уст громкий возглас. Теперь всё внимание Риты безраздельно принадлежало Гарри. — А вот и он! Наш загадочный мистер Певерелл, о котором ходят столь интригующие слухи. Блокнот и перо зависли в воздухе между ними. — Здравствуйте, здравствуйте! — начала она без всякого вступления, сверкая глазами из-за стёкол очков. Её губы расплылись в хищной улыбке. — Рита Скитер, «Ежедневный пророк». Позвольте задать вам всего один, крошечный вопросик… Она сделала паузу наслаждаясь моментом, видя, как напряглись плечи Гарри. — Вся магическая Британия ломает голову… Не прольёте ли вы свет? Вы — Гарри Поттер, нашедший убежище в новой жизни… или же Вы именно тот, за кого себя выдаёте? Кто Вы на самом деле? Марволо сделал резкий шаг вперёд. — Мисс Скитер, это совершенно неуместно… Но Гарри поднял руку, жестом останавливая его. Он посмотрел на Риту спокойным и даже немного равнодушным взглядом, от которого ядовитая улыбка Скитер немного поблекла. — Я весьма польщён тем фактом, что моя скромная персона вызывает такой сильный интерес публики, — его улыбка не дотянулась до глаз. — Но боюсь, вы будете разочарованы. Я — Гарольд Певерелл. Всё остальное не более чем плод воображения и досужие слухи. — Но Ваше поразительное сходство! — не сдавалась Рита, её перо судорожно выводило строки на пергаменте. — Шрам… Исчезновение Поттера идеально совпадает по времени с… — Если это развеет ваши сомнения, — прервал её Гарри и, подняв руку, изящным движением отвёл длинную прядь волос со лба. Рита застыла с широко раскрытыми глазами, уставившись на идеально гладкую кожу. Ни малейшего намёка на шрам или какие-либо повреждения. Лицо мужчины, стоявшего перед ней, было абсолютно чистым. Приглядевшись внимательнее, Рита с недоумением поняла, что сходство с Поттером было лишь отдалённым. Да, те же яркие изумрудные глаза, но без очков. Черты лица — ровные и утончённые, с едва заметной горбинкой на носу, губы средней полноты, чёткий овал. А Гарри Поттер в её памяти остался нескладным подростком: слишком большие очки, яркий шрам-молния и вечно взъерошенные волосы. И она должна была признать, что тот не был так совершенен, как мистер Певерелл. Но отступать было не в её правилах. Цепко ухватившись за последнюю возможность, она сделала шаг вперёд: — Ну, хотя бы ещё один вопросик… Он развернулся и направился к двери. Рита, опешив от такой бесцеремонности, сделала резкий шаг вперёд. — Хотя бы один!.. Дверь в мастерскую бесшумно закрылась за спиной Гарри, отсекая её голос. Марволо, скрестив руки на груди, с холодной улыбкой наблюдал за действиями журналистки. — Кажется, наша беседа окончена, мисс Скитер, — произнёс он. — Могу ли я предложить Вам на прощание каталог наших товаров? Или вы предпочтёте найти выход самостоятельно? Рита, багровея от бессильной ярости, схватила сумочку и, не прощаясь, вылетела из магазина, хлопнув дверью с такой силой, что зазвенели стёкла в витринах. Воздух всё ещё дрожал от её гнева, когда та же дверь снова открылась. На пороге стоял Драко Малфой, растеряно поправлявший прядь белокурых волос, выбившихся из безупречной причёски. — Прошу прощения, — произнёс он, вежливо кивнув Марволо. — Я, кажется, выбрал не самый подходящий момент. На улице я едва не столкнулся с мисс Скитер. Она мчалась с таким видом, будто за ней гналось стадо гиппогрифов. Марволо, стоявший за прилавком, ответил ему лёгкой улыбкой: — Ничего страшного, мистер Малфой. Добро пожаловать в наш скромный магазин. — Давно собирался заглянуть, — Драко окинул взглядом помещение и в его глазах мелькнуло искреннее восхищение. — Хотя, признаюсь, не ожидал, что ваше заведение пользуется таким… ажиотажем. — Он сделал небольшую паузу, затем добавил: — Будьте осторожны. Рита в ярости, а это верный признак того, что она напишет какую-то гадость. Уверен, завтра в «Пророке» появится нечто «восхитительно-ядовитое». — Благодарю за предупреждение, — Марволо кивнул. — Чем могу быть полезен? — Я слышал, вы специализируетесь на сложной реставрации, — Драко подошёл к витрине. — У меня есть один фамильный артефакт… перстень. Он требует тонкой работы. В этот момент дверь за спиной Тома приоткрылась и на пороге появился Гарри. — Марволо, извини, что прерываю… — он замолк, увидев Малфоя. Драко встретился с ним взглядом, в котором не было ни намёка на узнавание. — Мистер Певерелл, — вежливо кивнул он. — Мистер Малфой, — так же нейтрально ответил Гарри. — Как раз кстати, — вмешался Марволо. — Гарольд лучше меня разбирается в тонкой работе… Беседа плавно перетекла в профессиональное русло. Драко интересовался особенностями работы с серебром, сложностями интеграции зачарованных камней в металлическую основу, нюансами восстановления древних защитных чар. Он задавал интересные вопросы, демонстрируя понимание темы. Марволо и Гарри охотно отвечали ему. В их голосах сквозила искренняя теплота, которая возникает при общении с по настоящему увлечённым человеком. — Приносите свой перстень, — на прощание сказал Марволо. — Мы обязательно его изучим и восстановим. — Непременно, — сдержанно, но искренне улыбнулся Драко. — Был рад познакомиться. И… — его взгляд скользнул по обоими владельцами магазина, — надеюсь, нам ещё представится возможность побеседовать о магии в более… спокойной обстановке. С этими словами он покинул магазин, оставив за собой лёгкий шлейф дорогого парфюма и ощущение неожиданно приятного визита.

***

Тёплый свет ламп мягко освещал гостиную, отражаясь в полированных деревянных поверхностях. Воздух был наполнен ароматом свежезаваренного чая, старого пергамента и запахом спокойствия и уюта, который они так ценили. Гарри полулёжал на диване, закутавшись в мягкий плед, медленно перелистывая страницы недавно попавшей в его руки книги по артефакторике. Марволо сидел в глубоком кресле у камина, с бокалом виски и свежим «Ежедневным Пророком». Приятную тишину нарушал мягкий шелест страниц. — Кажется, наша любимая журналистка не теряла времени даром, — произнёс Марволо без особого удивления. Гарри положил раскрытую книгу на колени. — Что на этот раз? «Зловещие тайны владельцев магазина артефактов»? Или, может, «Тёмное прошлое Гарольда Певерелла»? Марволо не ответил сразу. Гарри видел, как его взгляд скользит по строчкам, а на его обычно спокойном лице проступают оттенки эмоций: сначала лёгкое недоумение, затем тонкая усмешка и наконец, неприкрытое развлечение. Уголки его губ поползли вверх, а глаза блеснули тем самым живым огнём, который Гарри любил больше всего. На лице самого Гарри тоже появилась ухмылка. В памяти всплыли давно забытые нелепые статьи во время его участии в Турнире Трёх Волшебников, фантастические сплетни о его отношениях с Гермионой и многое другое. А затем, самая блестящая месть, когда Гермиона поймала Риту и в образе жука заперла в стеклянной банке. — Знаешь, — произнёс Гарри, глядя, как Марволо найдя в статье нечно забавное, запрокидывает голову назад со смехом, — что-то мне подсказывает, что после всех этих лет стиль её написания ни капли не изменился. — О, я бы сказал, она усовершенствовала своё мастерство, — возразил Марволо, откладывая газету и вытирая слезу. — «Подозрительная улыбка»… — он снова фыркнул. — Я просто старался изо всех сил сохранить серьёзное выражение лица, когда она допытывалась о «тёмных секретах моего прошлого». Гарри рассмеялся, качая головой: — Помнишь, как она писала о том, что я плачу по ночам о родителях, а в моих глазах стоят призраки прошлого? А ту статью, где она утверждала, что у меня роман с Гермионой? — Всё это блекнет перед тем, что она писала обо мне… раньше, — голос Марволо внезапно стал тише, а в глазах мелькнула тень былого величия. — Она утверждала, что я заключаю договоры с вампирами в обмен на вечную жизнь. Что моя кровь настолько тёмная, что может гасить свет заклинаний. — Он медленно повертел бокал в руках. — Однажды она даже написала, что я могу читать мысли через страницы «Ежедневного пророка». Гарри перестал смеяться, внимательно изучая лицо партнёра. — И?.. — осторожно спросил он. Уголки губ Марволо дрогнули. — И… это было настолько абсурдно, что даже Пожиратели смеялись над этим на собраниях. Особенно когда Крэбб попытался проверить последнюю теорию, приложив газету ко лбу. Они переглянулись и новый приступ смеха охватил их обоих. — А теперь она пишет о твоей «подозрительной улыбке». Думаю, это можно считать прогрессом. — Возможно. Хотя её старые статьи… от части помогли создать тот образ, который… — Который больше не существует, — твёрдо закончил Гарри. — Теперь ты всего лишь подозрительный владелец магазина с хорошим вкусом к виски. Они вновь рассмеялись, а затем Марволо внимательно посмотрел на Гарри. — Про тебя она тоже кое-что написала, — произнёс он, и в его глазах мелькнула искорка веселья. — Хочешь услышать? Гарри скептически усмехнулся: — Разве у нас есть выбор? Марволо погрузился в чтение, пробегая глазами по колонкам текста. Наконец его лицо озарилось знакомой хитрой улыбкой. — А, вот моя любимая часть, — он откинулся в кресле и начал зачитывать с театральным пафосом: — «Источники, пожелавшие остаться неизвестными, сообщают, что мистер Поттер… простите, Певерелл… проводит подозрительно много времени в одиночестве в своей мастерской. По словам одного из сотрудников, он часто разговаривает сам с собой, а иногда его можно застать за странными ритуалами с зеркалами». Гарри фыркнул, качая головой: — Каких таких сотрудников? — притворно возмутился Гарри, разводя руками с преувеличенным недоумением. — Ты что, тайно нанял кого-то и не сказал мне? — Он сдержанно фыркнул, качая головой. — Я всего лишь комментировал вслух дефекты зеркал. Так проще сосредоточиться. Его возмущение было настолько театральным, а глаза смеялись так открыто, что Марволо не смог сдержать улыбку. — Подожди, это ещё не всё, — Марволо поднял палец, продолжая читать: — «Но самое тревожное — это его связь с бывшим Пожирателем смерти Драко Малфоем, который был замечен выходящим из магазина с загадочной улыбкой. Что могло связать бывшего героя войны и отпрыска известной тёмной семьи?» Гарри откинулся на спинку дивана с громким смехом: — Так вот как она это преподнесла! Просто невероятно! Даже обычный визит клиента она умудрилась выставить как нечто сомнительное. Марволо отложил газету, его глаза сияли смехом: — Должен признать, на этот раз она превзошла саму себя. Теперь мы не только подозрительные личности, но и участники какого-то тайного заговора с Малфоем. — Подозреваю, что Драко, будет вне себя от ярости от статьи, где его визит к нам представлен как нечто сомнительное. Гарри рассмеялся так искренне, что ему пришлось закрыть и отложить подальше от себя книгу, чтобы не испортить её страницы слезами смеха. Он откинулся на спинку дивана и провёл рукой по лицу. — Мы, — выдохнул он, глядя на Марволо с комичной серьёзностью, — должно быть, величайшие аферисты во всей магической Британии. Прячем свои истинные лица за прилавком, торгуя зачарованными подсвечниками и амулетами от несварения. — Самые элегантные мошенники, — поправил его Марволо, его тёплый взгляд, встретился с взглядом Гарри. — И, судя по всему, самые разыскиваемые. Хотя, — он снова взял газету и с наслаждением просмотрел статью, — должен признать, такой пиар дорогого стоит. Ни одна реклама не привлекла бы нам столько внимания. Думаю, нам стоит послать мисс Скитер корзину дорогого шампанского. В знак… благодарности за столь усердную работу. Гарри снова рассмеялся. Он повалился обратно на диван, запрокинув голову и глядя в потолок. Пусть Скитер пишет что угодно. Пусть весь мир строит догадки и шептался за их спинами. Ни одна сенсация в «Ежедневном пророке» не могла отнять это у них то, что они построили. Не могла отнять тихие вечера у камина, наполненные разговорами о магии и искусстве. Не могла отнять ту лёгкость, с которой они теперь смеялись над собственным прошлым. И уж точно не могла отнять то тёплое, прочное чувство, что связывало их — бывшего героя и бывшего Тёмного Торда, нашедших друг в друге родственную душу. Гарри закрыл глаза, и его губы тронула спокойная улыбка.

***

— Знаешь, — произнёс Марволо как-то вечером, наблюдая, как Гарри засыпает над рунами, — нам нужен продавец. Гарри с трудом разлепил веки. — Продавец? — переспросил он сонно. — Зачем, мы же и так неплохо справляемся? — Напротив, — парировал Марволо. — Мы сможем с тобой больше времени посвящать действительно важным вещам. Ты — сложным заказам, я — поиску новых артефактов и связям. Мы могли бы появляться в магазине в утренние часы, чтобы проконтролировать дела и пообщаться с особыми клиентами. Идея оказалась на удивление удачной. Они наняли двух человек: молодого, но не по годам смышлёного выпускника Когтеврана и умудрённую опытом волшебницу, ушедшую на покой с должности управляющей гостиницы, чьё обаяние и умение вести беседу могли расположить к себе даже самого скупого покупателя. Их жизнь обрела новый ритм. Теперь утро начиналось не с открытия магазина, а с чашки чая в гостиной на Гриммо, поданной заботливым Кикимером. Который до этого ворчал, что хозяева вечно куда-то торопятся и пропускают завтрак. Затем Гарри отправлялся камином в свою просторную мастерскую при магазине, где его ждали текущие заказы. А Марволо в это время просматривал почту, составлял планы и наносил короткие визиты в торговый зал, чтобы лично пообщаться с наиболее важными клиентами вроде Малфоя или лорда Гринграсса. После обеда, когда магазин оставался на попечении их небольшого штата, они либо возвращались в особняк на площади Гриммо, либо посвящали время другим делам. В один из дней, когда ни Гарри, ни Марволо не было в магазине, дверь «Peverell & Gaunt» открылась с мелодичным звоном, впуская Рона и Гермиону Уизли. — Мы хотели бы видеть владельцев, — обратилась Гермиона к молодому продавцу-когтевранцу, стараясь придать своему голосу официальный тон. — Простите, мистер Гонт и мистер Певерелл сегодня не принимают посетителей. Они редко бывают в магазине после полудня, — вежливо ответил тот. Рон, не в силах сдержать нетерпение, шагнул вперёд: — Слушай, просто передай мистеру Певереллу, что заходили Рон и Гермиона. — Оставлю для него записку, — кивнул продавец. Хозяева предупреждали его о возможных таких визитах. Когда они вышли на залитую солнцем Алмазную улицу, Гермиона сжала руки в кулаки. — Гарри избегает нас, Рон. Это слишком очевидно. — Может, это и правда просто совпадение? — попытался возразить Рон. Через три дня они попытались снова. На этот раз в магазине их встретила вежливой улыбкой пожилая волшебница-продавец. — Владельцы снова отсутствуют? — спросила Гермиона. — К сожалению, да, дорогая. Они очень заняты — новые поставки, переговоры… Выйдя из магазина, Гермиона остановилась посреди улицы, её глаза блестели. — Нет, это уже не в какие ворота. Гарри знает, что это мы и не хочет встречаться. Рон тяжело вздохнул, проводя рукой по лицу: — Гермиона, а вдруг ты ошиблась и это не он? — Он посмотрел на супругу. Но в её взгляде загорелся знакомый огонь. — Нет, — твёрдо ответила Гермиона. — Я не могла ошибиться, это точно наш Гарри! Я чувствую, что это он. И если он не хочет встречаться здесь… — Она решительно взглянула на Рона. — Нам нужно попробовать найти его. Они шли по тихой улочке, где листья на деревьях звенели, словно хрустальные колокольчики. — Хорошо, — вздохнул Рон, ломая затянувшееся молчание. — Допустим, это он. Но где, по-твоему, мы его найдём? В Британии полно мест, где он мог бы жить. Гермиона замедлила шаг, её взгляд стал сосредоточенным. — Есть одно место… Гриммо, 12. Особняк Блэков. Если он вернулся, то логично было бы предположить, что он обосноваться там. Это его законная собственность и… — она замолчала, подбирая слова, — и там есть определённая символичность. Рон скептически хмыкнул: — Ты действительно думаешь, что он выбрал это мрачное место? Зная, что Сириус ненавидел этот дом? — Да, — твёрдо ответила Гермиона. — Именно поэтому. Давай хотя бы попробуем. Рон со вздохом кивнул и протянул Гермионе руку. Особняк предстал перед ними таким же мрачным и неприветливым, как и в воспоминаниях. Они долго стучали в дверь и уже начали терять надежду, когда та со скрипом приоткрылась. На пороге стоял Кикимер в отутюженной накрахмаленной накидке. — Кто тревожит хозяев? — просипел он, сверкая большими глазами. — Кикимеру велено никого не впускать! — Кикимер, — попыталась говорить мягко Гермиона. — Это мы, Гермиона и Рон. Мы друзья хозяина Гарри Поттера, ты же помнишь нас? — Друзья? — домовой эльф фыркнул. — Друзья не приходят без приглашения! Мешают работе! Грязнокровка и предатель крови тревожат покой дома! В этот момент из глубины коридора раздался спокойный голос: — Кикимер, достаточно. Он стоял в проёме двери, и это был не тот Гарри, которого они помнили. Длинные, ухоженные волосы, собранные в низкий хвост, открывали чистое лицо без прежней юношеской мягкости. Яркие изумрудные глаза смотрели спокойно и немного отстранённо. В его осанке и манере держаться чувствовалась аристократическая утончённость, которая всегда отличала волшебников из старых магических родов. Он молча смотрел на них несколько секунд, словно давая им время осознать перемены, а затем просто отступил в сторону. — Проходите, — произнёс он вежливым тоном, жестом приглашая их в холл. Рон и Гермиона переступили порог, ощущая неловкость. Воздух в прихожей пах воском, старым деревом и чем-то незнакомым и чужим. Их Гарри, тот самый парень в мятых мантиях с вечно взъерошенными волосами, казалось, исчез навсегда. Перед ними стоял ухоженный, собранный и бесконечно далёкий незнакомец. Его бывшие друзья стояли у двери, застывшие в немом потрясении. Гермиона сжимала в руках сумочку с такой силой, что костяшки пальцев побелели. Лицо Рона было напряжённо. — Гарри, — выдохнула Гермиона и слёзы, наконец, потекли по её щекам. Но она не смела к нему прикоснуться. — Привет, — тихо сказал он. Это было всё, что он смог выжать из себя. Марволо внимательно наблюдал за сценой встречи старых друзей, стоя на верхнем пролёте лестницы. — Чёрт возьми, Гарри, — прохрипел Рон, качая головой. — Мы думали… мы не знали, что думать. Ты просто исчез. — Так нужно было, — ответил Гарри. — Иначе я бы просто… сгорел. От всего этого. — Мы могли бы помочь! — воскликнула Гермиона, её голос дрожал от обиды и боли. — Мы всегда были вместе! Мы могли пройти через это вместе! Как всегда! — Нет, — твердо прозвучал его голос, отчего у Гермионы перехватило дыхание. — Это был мой путь. Только мой. И я его прошёл. — Мы скучали по тебе, — просто сказал Рон. — Я тоже, — признался он. — Но я уже не тот человек, которым был тогда. — Мы это видим, — Гермиона вытерла слёзы и сделала шаг вперёд. — Мы не хотим тебя терять снова. Мы… мы можем просто… знать, что ты есть? Что ты жив и… в порядке? Гарри медленно, почти незаметно кивнул. — Вы знаете, где меня найти, — тихо сказал он. Рон и Гермиона ушли. Кикимер закрыл за ними дверь. В прихожей повисла густая тишина. Гарри стоял неподвижно, закрыв глаза. Он чувствовал, как дрожь подкрадывается к его рукам и ему отчаянно захотелось на что-то опереться, прежде чем колени подкосятся от нахлынувших эмоций. Гарри почувствовал, как его талию обвивают тёплые руки Тома, а тёплое, твёрдое тело прижимается к его спине. — Всё хорошо, — тёплое дыхание коснулось шеи. — Ты справился. Гарри откинул голову назад, на плечо Марволо, и наконец позволил себе выдохнуть. Он поднял дрожащие руки и сжал ими предплечья Марволо, вцепившись в них как в якорь. — Это было… тяжело, — выдавил он и голос его сломался. — Видеть их такими… и знать, что я причинил им эту боль. — Их боль пройдёт, — Марволо прижался губами к его виску. — А то, что ты сделал — выбрал себя, выбрал нас, выбрал жизнь — было необходимо. Ты дал им шанс жить, не оглядываясь на твою тень. И дал шанс нам... Одной рукой Марволо продолжал придерживать Гарри, а другой начал медленно водить ладонью по его груди. Лёгкие, размеренные круги скользили по ткани рубашки, плавно снимая остатки напряжения. — Они вернутся к тебе, — продолжил он без тени сомнений. — Когда будут готовы принять тебя таким, какой ты есть сейчас. А не таким, каким ты был когда-то. Гарри повернулся в его объятиях, зарываясь лицом в его груди. И просто стоял так, дыша родным знакомым запахом. Магия Марволо, тёплая и живая, окутывала его смывая остатки стресса. — Я знаю, — наконец прошептал он. — Просто… сейчас побудь со мной. — Всегда.