***
Но Азазелю этого было мало. Его глаза горели безумным огнем, жаждущим большего. Он отстранился от Даниеля, тяжело дыша, и оглядел его измученное тело. Демон, прикованный к батарее, был лишь бледной тенью себя прежнего. Его красные глаза были полны слез и ужаса, а черная жидкость на лице застыла, словно маска отчаяния. "Неужели ты думал, что это все, Даниель?" – прошептал Азазель, его голос был полон зловещего веселья. "Нет, мой дорогой. Это было лишь прелюдией. Настоящее представление только начинается." Он повернулся к столу, на котором лежали инструменты. Не просто инструменты, а орудия пыток, тщательно подобранные для этого особого случая. Его взгляд остановился на блестящем скальпеле. Холодная сталь, отражающая тусклый свет подвальной лампы, казалась продолжением его собственной воли.***
Азазель вернулся к Даниелю, в его руке блестел скальпель. Он провел лезвием по щеке демона, чувствуя, как тот содрогается. "Ты знаешь, что такое "Кровавый орел", Даниель?" – спросил Азазель, его голос был тих, но каждое слово пронзало воздух, как ледяной шип. "Это древняя пытка. Для тех, кто заслуживает *особого* внимания." Он начал. Первым делом он сделал глубокий надрез вдоль позвоночника Даниеля, от шеи до поясницы. Кровь хлынула, заливая спину демона, но Азазель лишь усмехнулся. Он работал методично, аккуратно, словно хирург, проводящий сложную операцию. Затем он начал отделять кожу и мышцы от ребер, медленно, миллиметр за миллиметром, обнажая кости. Даниель мычал, его тело билось в конвульсиях, но кляп не давал ему кричать. Только хрипы и стоны вырывались из его горла.