Свои, не бойся.

Янтарь был мёртвым местом. Ржавые скелеты бронетехники, выщербленный асфальт, выбитые стёкла в казармах. Но под слоем запустения чувствовалась чужая деятельность. Следы свежей грязи от шин, обрывки кабелей нового образца, ведущие к главному командному пункту. И тишина. Слишком настороженная. Они двигались от укрытия к укрытию, прислушиваясь. Скиф шёл, преодолевая волны тошноты. Атака на сознание ослабла, но не исчезла — давящее присутствие в голове, как гром среди ясного неба, готовый грянуть в любой момент. — Чип... как компас, — скрипуче прошептал Рихтер. — Они ведут нас куда нужно. — Или мы ведём их, — Скиф сжал в кармане самодельную глушилку. Она была бесполезна, но её холодный корпус давал призрачное ощущение контроля. Главный корпус встретил их бронированной дверью, которая была не просто закрыта, а аккуратно вварена на место. Следы свежей сварки блестели на ржавом металле. — Чёрт, — выругался Рихтер, ощупывая сварные швы. — Никакого люка, никаких окон. Гроб. Скиф отошёл на шаг, его взгляд упал на массивную вентиляционную решётку у основания стены. Старая, проржавевшая. Он ткнул в неё стволом автомата. Решётка с сухим треском поддалась. — Прямой путь, — он посмотрел на Рихтера. — И прямая ловушка. Тот лишь кивнул, доставая из разгрузки последнюю гранату. —Я первый. Вентиляция была тесной, пропахшей пылью и смертью. Они ползли, задевая плечами стены, их дыхание эхом отдавалось в металлических шахтах. И с каждым метром давящее чувство в голове Скифа нарастало. Чип звал свой улей. Рихтер внезапно замер, подняв сжатый кулак. Впереди, сквозь решётку, лился искусственный свет и доносились голоса. Низкие, размеренные, без эмоций. — ...протокол стабилен. Носители на подходе. —Подтверждаю. Готовность к ассимиляции — 98%. Скиф сжал виски. Слова отдавались в его черепе оглушительной болью. Ассимиляция. Рихтер медленно, бесшумно вынул штифты из решётки. Отодвинул её на сантиметр. Комната сервера. Сотни мигающих огоньков, экраны с бегущим кодом. И двое в сером у центрального пульта. Их спины были к вентиляции. Рихтер посмотрел на Скифа. Тот, бледный, с каплями пота на лице, кивнул. Действовать сейчас или никогда. Они вышли из вентиляции с гранатой и поднятым автоматом, но не сделали ни выстрела. Третий человек стоял в тени у дальней стены, наблюдая за ними. Высокий, в той же серой униформе, но без шлема. Его лицо было обычным, ничем не примечательным, кроме глаз. Они были абсолютно пустыми, как у рыбы. — Мы ждали вас, — сказал он. Его голос был ровным, синтезированным, без единой эмоции. — Носители 7 и 8. Ваши чипы показывают исключительную пси-совместимость. Вы станете ядром новой Сети. Скиф почувствовал, как его сознание начали сжимать тисками. Комната поплыла. Он увидел, как Рихтер поднимает автомат, но его движения стали медленными, словно сквозь воду. — Сопротивление бесполезно, — продолжил человек. — Ваша воля — всего лишь помеха. Данные — вот суть. А ваши данные... бесценны. Рихтер выстрелил. Пуля прошла насквозь, но человек даже не дрогнул. Из раны не хлынула кровь, лишь посыпались искры и потёк густой прозрачный гель. Андроид. В ту же секунду двое техников у пульта развернулись. Их глаза были такими же пустыми. Один из них нажал кнопку на консоли. Скиф рухнул на колени, крича от боли, которая прожигала мозг. Рихтер сделал шаг к нему, но его собственное тело перестало слушаться, конечности свела судорога. — Процесс ассимиляции начат, — раздался тот же безразличный голос. — Через 47 секунд вы станете частью целого. И обретёте покой. Скиф, через пелену боли, увидел, как Рихтер, с трудом повернув голову, смотрит на него. В его глазах не было страха. Было что-то другое. Ясность. И решение. Его пальцы, скрюченные судорогой, поползли к разгрузке. К последней гранате. И Скиф понял. Понял всё. Они не смогут уничтожить сервер. Но они могут уничтожить себя. Вместе с чипами. Здесь и сейчас. Это будет их последний, отчаянный выстрел в войне за собственные души. Он кивнул. Едва заметно. Согласие. Рихтер сорвал чеку.