Система 2.0 - Оригинальный Шэнь Цинцю. Или как исправить мир, погрязший во тьме.

Демоны-охранники, что шли позади, не приближались к Шэнь Цинцю. Но одним своим молчаливым присутствием ощутимо действовали ему на нервы. Он все же старался сохранять самообладание. Шел размеренно, почти издевательски медленно, нарочито останавливаясь на каждом шагу и делая вид, что разглядывает очередной настенный гобелен или мозаику. И подмечая, замедлили ли темп охранники или нет. Так он пытался предугадать, что ожидать от разговора с Ло Бинхэ. Очередных пыток и казни, которые неминуемо последуют, если раскроется, что он пробрался в покои наложницы? Но судя по тому, что охранники тащились за ним, как улитки, не распускали руки и даже не пикнули - все не так плохо. Наверное.  Наконец войдя в зал, Шэнь Цзю огляделся. Его брови невольно приподнялись, и он ощутил, как по шее пробежали холодные мурашки. Остальная архитектура демонического дворца была новой и приближенной к человеческой, и потому ощущалась привычной. Но этот зал явно строился в незапамятные времена древними демонами, и никак не изменялся с тех пор. Он не был похож ни на одну постройку мира людей. Стены были сделаны из неизвестного материала, то ли металла, то ли блестящего минерала, и образовывали высокий свод. Словно спроектированный специально для того, чтобы любой, кто стоял под ним, ощутил себя маленьким и ничтожным. Огромное пространство и высокий потолок не создавали ощущения возвышенного, как бывало в больших храмах. Наоборот, свод нависал тяжестью, будто все это монументальное сооружение сейчас на него обрушится.  Культиватор перевел взгляд на фигуру в темных одеждах, стоящую за величественным троном. Ло Бинхэ небрежно опирался на высокую спинку. Теперь он пристально разглядывал вошедшего. Его демоническая ци давила сильнее обычного, и Шэнь Цзю это совсем не обнадежило. - Ты заставил меня ждать. Шэнь Цинцю молчал. - Неужели, ноги все еще подводят? - произнёс Ло Бинхэ, и в его голосе скользнула холодная насмешка.  Шэнь Цзю застыл, не решаясь ни подойти ближе, ни отойти назад. Каждый раз, когда он встречал Бинхэ в этом новом мире, у него возникало чувство, будто это разные люди в одном обличье. Собственное сердцебиение глухо отдавалось в ушах. Он не имел ни малейшего понятия, чем все обернется на этот раз. - Очень смешно. Зачем звал? Ло Бинхэ посмотрел на замершую фигуру учителя и на его побледневшее лицо. Он слегка нахмурился и небрежным жестом отозвал стражу, которая тут же скрылась за дверью. Его пальцы едва заметно сжали спинку трона, прежде чем резко оторвались от нее. - Видишь ли, я серьезно взялся за поиск твоего меча. Но у меня возникли некоторые... неожиданности. Поняв, что речь пойдет о Сюя, а не о его проделке, Шэнь Цзю тихо выдохнул. И лишь тогда заметил, что все это время не дышал вообще. Он наконец нашел в себе силы сдвинуться с места, и неторопливой, грациозной походкой прошел вглубь зала, и сказал уже более уверенно: - Удивительно, что ты вообще ищешь. Я уж было решил, что ты кроме своего гарема ничем не занимаешься. Ло Бинхэ криво усмехнулся: - Содержать гарем далеко не просто. Знаешь, как это изматывает?  Шэнь Цзю едва удержался от того, чтобы не поморщиться.  - Изматывает? И как же это может-... Фразу он не закончил. Вдруг в голове против воли пронеслась вереница самых похабных образов: сотни наложниц, их обнаженные разгоряченные тела, и сам Ло Бинхэ в центре этого развратного круговорота. Так вот что его «изматывало» - необходимость удовлетворять свой неисчислимый гарем? Он резко отсек эту мысль, как гнилой корень. - Впрочем, неважно. Лучше избавь от подробностей. Ло Бинхэ счел его реакцию забавной. Разумеется, учитель был о нем самого дурного мнения. - Все эти женщины… - он вздохнул, обходя трон спереди. - Ругаются, строят интриги за моей спиной, травят друг друга ядами. Он все же стал свидетелем недавней ссоры двух наложниц, и на его прекрасном, словно высеченном из нефрита лице действительно отразилась усталость. - Ноют, ведут себя как дети: вечно то одну успокаивать, то другую. Постоянно отвлекают меня от дел своими капризами, - Ло Бинхэ вдруг усмехнулся. - Но учитель явно подумал о другом. Услышав его объяснение, Шэнь Цзю тут же почувствовал себя пристыженным собственными грязными мыслями, и тем, что Ло Бинхэ, казалось, понял их ход. В попытке спрятать смущение и сохранить лицо, он раскрыл веер и хмыкнул. Надеясь, что это выглядело презрительно, а не жалко. - Ты сам их сюда привел. Значит, теперь обязан нести за них ответственность.  В самом деле, чего ожидал Ло Бинхэ? Что может просто взять и собрать в одном месте сотню женщин самого разного происхождения, да таким образом, что фактически вынудит их соперничать за его благосклонность - и после этого они будут радостно дружить и вести себя, как послушные кошечки? Шэнь Цзю подозревал, что Бинхэ и сам прекрасно это понимал. И более того, испытывал некое извращённое удовольствие от того, что столько людей зависели от него и бесконечно тешили его и без того донельзя раздутое эго. Взгляд Ло Бинхэ помрачнел. В какой-то степени Шэнь Цинцю был прав, хоть и не хотелось признавать это. Его интерес к наложницам обычно быстро угасал, и избавиться от любой из них было бы для него не сложнее, чем выбросить ненужную безделицу. Но именно он сам привел каждую в гарем, пообещав роскошную жизнь и защиту. Он редко терзал себя совестью и моральными вопросами, однако, свои обещания старался исполнять. В конце концов, его слово - закон, и останется ли оно таковым, если он сам его нарушит и перестанет ему следовать? - А ты прямолинеен, как всегда. И минуты не можешь протянуть, чтобы кого-нибудь не поучать, – на его лицо вернулась легкая усмешка, - Говорят, человека может исправить лишь его смерть. Это явно не про тебя. Шэнь Цзю окинул его уязвлённым взглядом и прищурился. У этого ублюдка действительно нет ни капли стыда. - Может быть. И, к твоему счастью, я подыхал достаточно долго, чтобы ты успел наговориться. А то в тебе самом склонности к нытью похлеще, чем в любой женщине. Ло Бинхэ замер. Его лицо, ещё мгновение назад живое и насмешливое, стало пустой маской - будто кто-то одним движением стер с него все человеческое. И, встретившись с ним взглядом, Шэнь Цзю сразу понял, какую огромную ошибку совершил. Ну вот зачем он это сказал? Кто его за язык тянул? Ничему жизнь не учит! Ло Бинхэ медленно спустился с возвышения, где стоял трон, и подошёл ближе. Его выводило из себя, что даже в своём положении Шэнь Цинцю умудрялся смотреть на него сверху вниз. Будто он всё ещё был тем жалким мальчишкой с пика Цинцзин. Рука Ло Бинхэ дёрнулась - он поймал себя на желании схватить его за горло, просто чтобы заткнуть. Голос, которого ему так не хватало, по-прежнему только и делал, что унижал и насмехался. Порой казалось, что лучше бы его не слышать вовсе. - Повтори. Шэнь Цзю сжал веер так, что костяшки побелели. Не будет он ничего повторять. Он же не самоубийца. - Забавно. Учитель, видимо, снова решил выпустить на мне пар? Боюсь, этот номер не пройдёт. На лице Ло Бинхэ опять появилась ухмылка, на этот раз неживая и пугающая. Его голос был тихим и ровным, без единой эмоции. Но во взгляде было что-то, от чего у Шэнь Цзю внутри всё оборвалось. Тот самый лихорадочный отблеск, что он запомнил будучи в камере пыток. - Ты думаешь, я воскресил тебя, чтобы слушать это? Ло Бинхэ подошел почти вплотную. Его пальцы скользнули по плечу, зацепили прядь волос и медленно пропустили ее между собой. - Я ищу твой меч. Я пытаюсь… - он осекся, будто само слово «пытаюсь» обжигало язык. - А ты впредь поосторожнее с выражениями. Веди себя хорошо. Я ведь могу и передумать. Точнее и не скажешь. Шэнь Цзю и сам понимал, что всё ещё ходит по земле лишь потому, что это развлекает Ло Бинхэ. Как диковинное цирковое животное, выставленное на потеху гарему. Осознание было болезненным и унизительным. Впрочем, к унижению ему не привыкать. Его мысли вновь унеслись в то холодное, пропахшее сыростью место, куда не проникал ни единый луч солнца и где единственным, что он мог различить среди кромешной тьмы, были мерцающие алым глаза бывшего ученика. Заклятие, наложенное Ло Бинхэ, невероятно замедлило его кровообращение, и кровь не вытекала из отрубленных конечностей. Тело стало ледяным и утратило почти всякую чувствительность. Боль, однако, никуда не делась. Словно тупые ржавые иглы, она пронзала его при малейшем движении. Понимая, что всё равно обречён, Шэнь Цзю находил отдушину в том, что бранил Ло Бинхэ на чем свет стоит каждый раз, когда тот переступал порог камеры. Это было единственное, что ещё мог позволить себе жалкий калека, над которым Бинхэ измывался с утра до ночи и который существовал лишь ради его потехи. Ругательствами Шэнь Цзю вымещал на нем ненависть за свою поломанную жизнь, за то, что он разрушил все, что было ему дорого. Но Ло Бинхэ терпеть не мог, когда его смешивали с грязью. Поэтому вскоре Шэнь Цзю лишился и языка. Ло Бинхэ приходил каждый день и говорил с ним в перерывах между пытками - прекрасно зная, что Шэнь Цинцю ни слова не мог ему ответить. Он методично перечислял каждое унижение, каждое наказание, которому он когда-либо подвергался. Будто этот список был выжжен в его памяти каленым железом. Он вспоминал, как однажды три дня и три ночи стоял на коленях под палящим солнцем за крошечную оплошность без еды и питья. Затем переходил к рассказу о дисциплинарных палках за вовремя не принесенную воду. И так продолжалось часами. Даже находясь на грани жизни и смерти, Шэнь Цзю поражался его памяти: тот не забыл ни единой обиды, ни малейшей мелочи. Под конец он уже молча умолял богов - или, на худой конец, дьяволов -забрать его душу, потому что выносить это было просто невозможно. Ло Бинхэ ждал от него реакции. Но в своём полуживом состоянии Шэнь Цзю мог думать лишь об одном: неужели ему настолько нечем заняться? Утешало лишь понимание, что его собственная жизнь медленно, но неумолимо приближалась к своему логическому завершению. И он больше никогда не увидит этого лица. Шэнь Цзю отпрянул от Ло Бинхэ на пару шагов. Деревянный веер чуть было не треснул от хватки его пальцев. А может, к черту это все? Даже если это будет стоить ему жизни, он не будет пресмыкаться перед этой мразью. Он уже открыл рот, собираясь высказать ему все, что он о нем думает, как вдруг- Бах! Резкий громкий звук эхом прокатился по залу. Створка парадной двери зала с грохотом ударилась о стену - так, будто кто-то вышиб ее ногой. Шэнь Цзю вздрогнул и едва не выронил веер из рук. Ло Бинхэ, напротив, даже не шелохнулся. И без тени удивления взглянул на вошедшего. - Мобэй. Не удостоив Шэнь Цзю и взглядом, демон прошел вперед мимо него. От него веяло холодом - в самом буквальном смысле этого слова. Температура рядом с ним мгновенно стала ниже на несколько градусов. Шэнь Цзю хорошо запомнил этого демона. Ведь именно он тогда, на собрании союза бессмертных, так же внезапно ни пойми откуда явился, как черт из преисподней, и объявил о демоническом происхождении Ло Бинхэ. А так же о том, что ученик, оказывается, уже много лет получал от демонов наставления и практиковал темное заклинательство за его спиной. - Бинхэ. Я нашел то, что ты искал. - сообщил демон. - Говори. Шэнь Цзю, несмотря на его неприязнь к демонам, сейчас был даже рад его неожиданному появлению, и тому, что он оборвал его. Демон что-то показывал Ло Бинхэ на карте. Южные земли, мятежные демоны… Шэнь Цзю не мог полностью сосредоточиться на их разговоре. Он принялся отрешенно разглядывать своды зала. Еще чуть-чуть, и из-за своей глупой несдержанности он бы вновь наговорил себе на отрубленный язык. Нельзя позволять расшатанным нервам брать верх на собой. Ло Бинхэ и Мобей, кажется, закончили свое обсуждение, и последний стремительной походкой покинул зал. Все так же громко хлопнув дверьми, что заставило Шэнь Цзю слегка поморщится. В зале воцарилась тишина. - Ты не мог научить своих подданных стучаться? - после короткой паузы спросил Шэнь Цзю, все же не сумев скрыть раздражение в голосе.  - Демонов сложно отучить от подобных привычек. Манеры для них чужды. - отозвался Ло Бинхэ. - Проще смириться с некоторыми вещами, чем учить их иному пути.  Шэнь Цзю с трудом подавил желание опять сказать что-то язвительное, вроде «Что, не нравится иметь дело с кучей необучаемых придурков? А теперь представь, какого мне было учить тебя.» Но все же вовремя взял над собой контроль, решив, что лучше перестать тыкать палкой в клетку хищника, пока тот не откусил ему руку. Он вернулся к спокойному, холодному тону:  - Важные новости? Ло Бинхэ мотнул головой. - Просто подтверждение того, что я обнаружил сам. - И что ты обнаружил? Ло Бинхэ, казалось, слегка колебался.  - Учитель, полагаю, мало знает о Южных демонических землях? - Ранее меня не занимала эта тема.  Ло Бинхэ скрестил руки на груди и оперся спиной о стену. - На севере, как ты уже успел заметить, практически ничего нет. Сплошь пустыня из пепла, редкие сорняки и мелкие демонические твари. Здешние демоны не пойдут против меня - просто потому, что мое правление позволяет им не помереть с голоду. С Югом же всегда было больше проблем.  Шэнь Цзю посмотрел на него со скепсисом, пока не совсем понимая, на кой черт ему эта информация. Но тем не менее, не перебил, и продолжил слушать молча.  - Южные земли более плодородны. Там племена живут по своим древним обычаям, поклоняются забытым божествам и режут друг друга за малейшую обиду. Это естественный порядок вещей. Когда я искал твой меч, я наведался туда. Первое, что я заметил - все слишком тихо. Нет привычных самосудов и кровавой бойни. Демоны никогда не становятся такими послушными сами по себе. Он отстранился от стены и медленно прошелся по залу. - И обычно их разборки привлекают много внимания. Но мои слуги молчаливы в последнее время. Можно было решить, что это просто паранойя того, кто поехал крышей на почве чрезмерной власти. Но.. Честно говоря, будь Шэнь Цзю на его месте, скорее всего, тоже чувствовал бы себя неспокойно. Тишина между врагами настораживает даже сильнее, чем открытая война и противостояние. - Так ты думаешь, что демоны не воюют потому, что их контролирует некто, кто угрожает твоей власти? Он кивнул и слегка нахмурился. - Поэтому я хочу, чтобы ты пошёл со мной. Заодно поиски меча продвинутся быстрее. Ты ведь сможешь его почувствовать. - Я действительно тебе там сильно нужен? Сам разбирайся. Ло Бинхэ помедлил.  - Не хочу, чтобы ты оставался здесь. Он действительно мог разобраться сам. Но он не хотел оставлять только что воскрешенного учителя одного в демоническом дворце, когда он уже начал сомневаться в преданности собственных слуг. Пусть лучше учитель будет у него прямо перед глазами. Тогда ему не смогут навредить. Шэнь Цинцю очень хотелось послать его, куда подальше. Хотя, в его нынешнем положении он может лишь вежливо отказаться. - Это не обсуждается. - добавил Ло Бинхэ. А, нет, даже этого не может. Ну что ж... По правде говоря, любые демонические земли, и не важно, насколько они ужасны - казались Шэнь Цзю более привлекательным вариантом, чем гарем. Дело даже не в ссорах, сплетнях и интригах. К сплетням и косым взглядам он приспособился за долгие годы на Цанцюн. Все же он не был образцом праведного культиватора - как, например, Лю Цингэ. Но сам факт, что сейчас по статусу он считался чуть ли не наложницей Ло Бинхэ, Шэнь Цзю считал глубоким оскорблением своего достоинства. Он всегда воспринимал подобное острее, чем любые трудности, и даже физические пытки.  Он сделал вид, что задумался на секунду, и медленно кивнул.  - Ты все равно не оставляешь мне выбора. Только без полетов на мече на этот раз. Ло Бинхэ улыбнулся краем губ. - Учителя пугают полеты на мече? - Нет. - отрезал Шэнь Цинцю. Ло Бинхэ вдруг замолк, и в его глазах опять появился тот самый опасный огонек. - Или я тебе настолько неприятен, что ты считаешь зазорным даже стоять рядом со мной? Шэнь Цзю напрягся. Он и так ходит по чертовски тонкому льду. Надо пытаться держать себя в руках.  - Просто времени терять не хочу. - ответил он как можно более нейтрально. Ло Бинхэ подобный расклад не устраивал. Каждый жест, полный пренебрежения, каждый испуганный взгляд, служил ему напоминанием. Он никогда больше не сможет прикоснуться к нему, не вызвав страха или отвращения. И это осознание застыло комом в горле. Ло Бинхэ привык, что для него нет ничего невозможного. Но кажется, это то, чего даже он был не в силах изменить. Он достал Синьмо из ножен и резким росчерком открыл портал.  - Как пожелает учитель.