Медовые грёзы

Юджин нервно поправлял очки, стоя у ворот особняка Аддамсов. Приглашение Пагсли было неожиданным — «зайти посмотреть на редкий вид ночных бабочек в нашей оранжерее». Конечно, ради энтомологии Юджин был готов на многое. Хотя... возможно, дело было не только в бабочках. — Заходи! — Пагсли распахнул дверь с широкой улыбкой. — У нас как раз Люрч готовит печенье с паутинкой. — С... с чем? — Юджин сглотнул. — Шучу! — Пагсли рассмеялся, легонько толкая его к лестнице. — Хотя в прошлый раз действительно было. Но для тебя у меня припрятаны нормальные пряники. Оранжерея Аддамсов оказалась волшебным местом. Месяц пробивался сквозь стеклянные своды, освещая причудливые растения. А между ними порхали огромные бабочки с крыльями цвета угля и лунной пыли. — Красиво... — прошептал Юджин. — Да, — ответил Пагсли, но смотрел не на бабочек. Их плечи соприкоснулись. Юджин почувствовал, как по спине пробежали мурашки. Он всегда считал Пагсли просто «братом Уэнсдэй», но сейчас видел нечто большее — добрые глаза, застенчивую улыбку, руки, которые так бережно держали сачок... — Знаешь, — тихо сказал Пагсли, — я всегда завидовал твоей смелости. — Моей? — Юджин фыркнул. — Я же трус. — Трус не стал бы дружить с моей сестрой. И уж тем более не защищал бы её. Они сидели так близко, что Юджин чувствовал тепло Пагсли. Бабочки кружили вокруг, словно в вальсе. И когда пальцы Пагсли коснулись его руки, Юджин не отдернул свою. — Можно я... — Пагсли не договорил, но его взгляд упал на губы Юджина. Тот лишь кивнул. Поцелуй был нежным, сладким, как мёд. В нём не было той страсти, что сжигала Юджина в мыслях об Уэнсдэй — только тепло и понимание. --- Комната Пагсли пахла старыми книгами и чем-то ещё — возможно, магией. Свечи отбрасывали танцующие тени на стены, пока они с Юджином стояли, прижавшись лбами друг к другу. — Ты уверен? — спросил Пагсли, его пальцы уже расстёгивали пуговицы рубашки Юджина. — Да, — ответил Юджин твёрже, чем ожидал сам. — Я хочу этого. Они оказались на кровати, и мир сузился до прикосновений. Грубоватые ладони Пагсли скользили по его коже, вызывая мурашки. Юджин, в свою очередь, с удивлением обнаружил, что хочет исследовать каждую родинку, каждый шрам на теле Пагсли. — Ты такой... красивый, — прошептал Пагсли, целуя его шею. Юджин вспыхнул. Он никогда не считал себя таковым — просто пчеловод в очках. Но под взглядом Пагсли он чувствовал себя желанным. Их движения сначала были неуверенными, робкими. Но с каждым прикосновением они узнавали друг друга лучше. Шепот имён, прерывистое дыхание, тихий стон Юджина, когда пальцы Пагсли нашли его самое сокровенное место... Позже они лежали, переплетённые, под одним одеялом. Юджин прислушивался к стуку сердца Пагсли. — Знаешь, — сказал Пагсли, играя его волосами, — завтра Уэнсдэй наверняка будет строить из себя детектива и выпытывать всё. — А мы ей расскажем? — Юджин поднял на него встревоженный взгляд. — Может, не всё. Пусть у неё будет хоть одна неразгаданная тайна. Юджин рассмеялся и прижался ближе. За окном порхали ночные бабочки, а в ег о душе впервые за долгое время было спокойно и тепло.