Игра на выживание в садистском романе

Когда Юй Цзэчуань договорил, он полностью замолчал. Прислонившись к стене, он полузадумчиво, полупрезрительно смотрел на Лу Яня, и от него тихо расползлся холод. Это был взгляд хищника, оценивающего добычу, настолько явственный, что на мгновение казалось, будто он действительно наметил перед собой цель. Но Лу Янь почти не отреагировал. Он слушал Юй Цзэчуаня настороженно, с серьезным видом, однако к концу его монолога неожиданно почувствовал: «Аа, так вот оно что… всего-то.» В конце концов, когда люди встречаются, сообщать партнеру, где ты и что делаешь, обычное дело. Да, это слегка ограничивает свободу и вторгается в личное пространство, но Лу Янь решил, что по сравнению с тем, чтобы оказаться заколотым ножом, это вообще пустяк. Почему-то ему даже стало немного смешно: — Значит, когда ты влюбляешься, ты ужасно ревнивый. Сказав это, Лу Янь выпрямился и на шаг отступил, освобождая Юй Цзэчуаня из своего угла. Он поднял руку и поправил ворот рубашки, помятой от того, когда тот его хватал. Длинные, тонкие пальцы чуть согнулись, под бледной кожей едва заметно проступили голубоватые жилки, и вдруг он легко сменил тему: — Но тебе лучше меня не выбирать. Я больше всего на свете боюсь ревнивых людей. Будто специально, будто ему непременно нужно довести Юй Цзэчуаня до белого каления. Юй Цзэчуань вспыхнул от злости: — Ты! Но Лу Янь уже молниеносно ударил по кнопкам кодового замка, юркнул в квартиру и скрылся быстрее любого зайца. Дверь хлопнула со звуком «пах», а кулак Юй Цзэчуаня в бессильной ярости стукнулся о неё. Он вспомнил, что ещё не перевёл Лу Яню деньги за купленный кухонный нож, и сквозь зубы выдавил: — Выйди! Он терпеть не мог быть кому-то обязан. Лу Янь стоял за дверью и думал, что будет глупцом, если высунется. Он чуть повысил голос: — Если что-то нужно, поговорим в следующий раз. Уже поздно, я спать. Сказав это, он ещё раз провернул засов, запирая дверь на дополнительный замок, и только потом ушёл вглубь квартиры. У Юй Цзэчуаня снаружи от злости даже перехватило дыхание, он тяжело стукнул кулаком по двери и, не имея иного выхода, поднял с пола пакет с покупками и вернулся к себе. На балконе, у панорамного окна, по-прежнему тихо стоял горшок с тем самым фиолетовым агератумом. В ночной тьме цветок казался особенно загадочным. Юй Цзэчуань включил свет и подошёл ближе. Внутри него всё кипело. После того, как Лу Янь повёл себя почти что как заигрывающий хулиган, со временем раздражение никак не спадало. С мрачным выражением лица, он уже собирался выбросить этот горшок в мусорное ведро… но едва коснувшись растения, пальцы задели сухие, ломкие листики. Тут он и заметил, что цветок давно погиб. Этот агератум цвел тихо и незаметно: мелкие, величиной с боб, кучно собранные цветочки, чем-то похожие и на крошечные ромашки, и на пушистые помпончики, прятались среди густой листвы. Если не приглядываться, их и вовсе невозможно было разглядеть. Юй Цзэчуань ни разу не полил этот цветок, ни разу не дал ему по-настоящему увидеть солнечный свет. И вот теперь, когда наконец вспомнил о нем, и захотел его выбросить, обнаружил: растение уже давно тихо умерло в незаметном углу. Он сам не понимал почему вдруг почувствовал растерянность. Будто совершил какую-то ошибку. Будто подвёл чью-то добрую волю. Почти не отдавая себе отчёта, Юй Цзэчуань поднялся, пошёл на кухню и набрал воды. Вернувшись, он поспешно вылил её в горшок, неловкими, беспорядочными движениями словно пытаясь что-то исправить. Но даже когда воды стало так много, что она уже переливалась через край, цветок всё равно оставался мёртвым и безжизненным. С куста даже упал один листок. Юй Цзэчуань бессознательно прикусил губу. Он видел, как из дренажных отверстий медленно просачивается мутная желтовато-коричневая вода, смешанная с землёй, пачкая светло-серую плитку. И только теперь окончательно понял: этот цветок, похоже, действительно мёртв. Через стену, в соседней квартире, Лу Янь, слушавший всё происходящее через жучок, внезапно почувствовал, будто ему в ухо попала вода, а в наушнике раздался резкий, оглушающий треск. Он рывком сел на кровати, поспешно выдернул наушник и нахмурился, вполголоса пробормотав: — Неужели Юй Цзэчуань что-то обнаружил? Эта мысль была пугающей и вполне могла быть связана с тем, как он умирал в прошлый раз. Лу Янь осторожно снова надел наушник, но на этот раз в нём не прозвучало ничего подозрительного. Тишина стояла настолько гнетущая, что казалось неестественной. Беспокойство нарастало, ему почти хотелось немедленно броситься к соседу и проверить, всё ли в порядке, но здравый смысл всё же удержал его от этой импульсивной глупости. После дождя из-за рваных облаков показалась яркая луна, платаны снова усыпали землю сухими листьями, похоже этой ночью было суждено не принести ни минуты покоя. Юй Цзэчуань почти не сомкнул глаз. Он лежал, свернувшись на диване, лениво опуская веки, но взгляд всё равно раз за разом сам собой возвращался к засохшему цветку на подоконнике. Это был один из немногих жестов доброты, которые он получал в своей жизни. Слишком долго погружённый в отчаяние, человек действительно становится ужасающе хрупким, и любая искра тепла обжигает, как огонь. Юй Цзэчуань закрыл глаза. Он решил, что на рассвете выбросит этот цветок, ведь мёртвое не должно оставаться. На следующее утро Юй Цзэчуань нашёл пакет, аккуратно сложил туда горшок и приготовился спуститься вниз, чтобы выбросить его. Но стоило открыть дверь, как он едва не столкнулся с кем-то нос к носу. От близости человека в воздухе мгновенно разлился лёгкий аромат стирального порошка, а над головой прозвучал голос с лёгкой улыбкой: — О, это ты? Какая случайность. Юй Цзэчуань поднял голову, перед ним стоял Лу Янь. Вспомнив, что в пакете у него засохший цветок, он будто ощутил странный укол, машинально спрятал пакет за спину и бесстрастно откликнулся: — Да, случайность. Он впервые удостоил его ответом, пусть и всё тем же холодным, отстранённым тоном. Лу Янь просидел в засаде перед его дверью всё утро и наконец-то дождался. Беглым взглядом он заметил, что чёрный мусорный пакет в руках Юй Цзэчуаня выглядит как-то странно. Он был тяжёлый, с неровными очертаниями. В груди что-то кольнуло, он сразу понял, что внутри. Почему Юй Цзэчуань вдруг решил выбросить этот цветок? Лу Яня охватила ещё более неприятная тревога. Он опустил взгляд, пытаясь по выражению глаз понять, что происходит, но из-за маски невозможно было прочесть ни тени эмоций. Лу Янь улыбнулся и осторожно спросил: — Спускаешься выбросить мусор? Юй Цзэчуань почему-то совершенно не хотел, чтобы Лу Янь узнал, что цветок у него погиб. Он нахмурился, коротко и уклончиво ответив: — Ага. Сказав это, он быстро прошёл мимо Лу Яня, вышел из квартиры и нажал кнопку лифта. Но, к его раздражению, мужчина позади сделал один длинный шаг и тут же оказался рядом. Из-за маски виднелись только улыбающиеся глаза. Он даже сложил ладони, будто моля о прощении: — Ты же не злишься на меня, правда? Вчера я был неправ. Я извиняюсь. Ты человек великодушный, ну прости меня, ладно? Сладкое чувство, когда хочется двинуть кому-то по голове, но этот «кто-то» сам признаёт вину, мало кто в мире способен понять, насколько оно приятно. Юй Цзэчуань зашёл в лифт. Услышав его слова, он поднял взгляд и холодно посмотрел на Лу Яня: — Неправ? В чём именно? Он отлично помнил вчерашние слова: что он якобы «ужасно ревнивый», что ему «лучше не влюбляться», и что от него нужно бежать как от чумы. Юй Цзэчуань сдерживал раздражение и молча ждал объяснения. Лу Янь стоял позади и честно сказал: — Я не должен был отвергать твоё проявление доброжелательности. Юй Цзэчуань: «?» — Если ты действительно… проявил ко мне интерес, — продолжил Лу Янь, — мне следовало бы чувствовать себя польщённым, а не вести себя так, как вчера. Юй Цзэчуань: «??» Вывод закономерен. Лу Янь с самым искренним выражением лица произнёс: — Я был неправ. Прости меня, ладно? Он совершенно точно пришёл не извиняться, а выводить его из себя. Юй Цзэчуань терпел, терпел… но всё-таки не выдержал. Его рука у бедра медленно сжалась в кулак, и вдруг он резким точным движением ударил Лу Яня локтем. Того отбросило на полшага назад, удар был отточенный, и скорее это был толчок, чем попытка пробить тело. Боли почти не было. И тут Лу Янь понял: ни жучок в цветочном горшке, ни его личность, ничто не было раскрыто. Он держась за живот усмехнулся: — Ай… вот так грубить совсем непривлекательно. Юй Цзэчуань презрительно фыркнул: — Мне не нужно, чтобы меня кто-то любил. Он и правда никогда не был для людей приятным, так было с детства. В этот момент лифт как раз прибыл на первый этаж. Юй Цзэчуань, не оглядываясь, вышел, оставив Лу Яня стоять в замешательстве. Только Лу Янь опустил голову, обдумывая, стоит ли пойти за ним и посмотреть, всё ли в порядке, как в поле зрения внезапно появились чёрные шнурованные кроссовки. Юй Цзэчуань вернулся. Нахмурившись, он сунул телефон ему прямо под нос, а на лице читалось сплошное раздражение: — Добавь меня в друзья. Я переведу тебе деньги за вчерашние покупки. Лу Янь замер, потом мягко отказался: — Не стоит. Там всего пара десятков юаней. Взгляд Юй Цзэчуаня потемнел: — Ты добавляешь или нет? Лу Янь: — … Пришлось достать телефон и отсканировать его QR-код. Они добавили друг друга, и Юй Цзэчуань стал вводить своё имя, собираясь поставить пометку и только тогда вспомнил, что до сих пор не знает, как зовут соседа. — Как тебя зовут? — спросил он. Лу Янь на миг застыл: — Меня зовут… — Что? — насторожился Юй Цзэчуань. Лу Янь в панике вспомнил, как две прошлые «игры» он умирал от собственной лжи, и после долгих мук выдавил: — А… Янь. Янь, как «долголетие и спокойствие». Юй Цзэчуань нахмурился: — И всё? А фамилия? Лу Янь сунул руки в карманы куртки, опустил голову и притворился смущённым: — Если тебе не нравится это имя… можешь звать меня Янь-Янь. Так меня зовут все мои друзья. Юй Цзэчуань: — …… Юй Цзэчуань развернулся и ушёл. Он чувствовал, что если останется хоть на минуту дольше, Лу Янь его просто доведёт. Лу Янь, чтобы не вызвать подозрений, сделал вид, будто собирается вниз в круглосуточный магазин купить одэн. Через полупрозрачное стекло витрины он издалека увидел, как Юй Цзэчуань выбросил мусор и ушёл. Лишь после этого Лу Янь подошёл к мусорному баку и заглянул внутрь. Через приоткрытый край пакета нетрудно было увидеть внутри засохший, пожелтевший цветок. Листья обвяли, высохли и осыпались, остался почти один голый стебель. Оказалось, он просто умер. Лу Янь стоял на месте, погружённый в мысли. Вспомнив что-то, он вышел на дорогу и остановил такси. Сев на заднее сиденье, сказал водителю: — Шэф, отвезите, пожалуйста, к ближайшему цветочному магазину. Водитель мельком взглянул на него в зеркало, увидев в нем молодого парня в маске. Ну все ясно, кто ещё покупает цветы с раннего утра? Машина тронулась, и он с ухмылкой спросил: — Девушке, небось, цветочки берёшь? Лу Янь не стал объяснять, только улыбнулся и промолчал. Через несколько минут телефон в кармане завибрировал, пришло уведомление о переводе. Лу Янь взглянул, деньги прислал Юй Цзэчуань. Он тут же выключил экран, не приняв перевод. *** Жизнь Юй Цзэчуаня всегда текла одинаково. Ближе к вечеру, когда он сидел за компьютером и работал, снаружи внезапно раздался стук в дверь. Его пальцы над клавиатурой на мгновение замерли. «Тук-тук-тук…» Стук повторился, теперь уже отчётливый и настойчивый. Юй Цзэчуань нахмурился. Он никак не мог понять, кто мог прийти. Отодвинув стул, он подошёл к двери, открыл её узкой щёлкой и настороженно спросил: — Кто? — Это я. Лу Янь стоял за дверью, поздоровался и поднял пакет непонятно с чем. Глаза над маской улыбались, будто вспыхивали тысячей огней, словно салют, внезапно расцветающий в ночном небе. Юй Цзэчуань увидев, кто это, на долю секунды остолбенел: — Ты? Его пальцы, стискивающие дверную ручку, сами собой ослабли. Щель двери под действием силы немного расширилась, и в квартиру пролилась тёплая жёлтая полоска света из коридора. Лу Янь кивнул и вдруг, ни с того ни с сего, спросил: — Ты случайно не… загубил тот агератум, что я тебе подарил? Движение Юй Цзэчуаня застыло: — …… Он и так знал, что этот парень просто так с визитом не приходит. Конечно же, явился предъявлять счёт. Но Юй Цзэчуань никогда не признавал вины, даже если действительно был неправ. А уж здесь он вовсе не считал себя виноватым. Этот цветок навязал сам Лу Янь, он его вовсе не просил. Юй Цзэчуань вскинул бровь и холодно спросил: — Он умер и что? Лу Янь что, хочет устроить драку из-за цветка? Очевидно, драться Лу Янь не собирался. Он услышал ответ, достал из пакета новый горшок и протянул Юй Цзэчуаню: — Я подумал… агератум действительно капризный. И, кроме того, вчера я тебя случайно разозлил. Чтобы извиниться, я сегодня купил новый цветок. Новый? Юй Цзэчуань проследил взглядом и увидел, что в руках у Лу Яня действительно стоит зелёный горшочек с кактусом. На макушке торчал жёлтый цветочек, такой нелепый и корявый. Лицо Юй Цзэчуаня несколько раз сменило выражение, в итоге став откровенно мрачным: — Ты это называешь цветком? Лу Янь опустил глаза, слегка погладил жёлтую макушку кактуса и искренне удивился: — Но это же цветок. Вон смотри, уже и распустился. И цветёт, и не капризный — что может быть лучше? — Ты… Юй Цзэчуань уже хотел что-то сказать, но в кармане брюк зазвонил телефон. Ему пришлось прервать разговор, он отвернулся к двери и ответил: — Алло? Звонил Се Цзин: «Эй, я как раз еду с работы, заодно взял тебе еды». Юй Цзэчуань посмотрел на часы: — Не надо. Я уже ел. Се Цзин хмыкнул: «Одну порцию за весь день? Ты ещё проект не закончил, а себя уже заморить хочешь? И вообще, мне сегодня нужна готовая версия твоего островного презентационного плана. Завтра Цзян Боюнь поедет на встречу с «Динъю» обсуждать сотрудничество». Юй Цзэчуань только и мог ответить: — Ладно, приезжай. Се Цзин сказал: «Я почти у твоего дома. Десять минут, припаркуюсь и поднимусь». Лу Янь, стоявший у дверей, едва удержался, чтобы не выругаться вслух. Хоть Юй Цзэчуань не произнёс имя, догадаться было легко. Человеком, который может прийти в эту квартиру с едой, был только Се Цзин. В отличие от ничего не подозревающего Юй Цзэчуаня, Се Цзин прекрасно видел оригинального Лу Яня раньше и знал о его связи с Цзян Боюнем всё до последней грязной детали. Если они столкнутся, то его почти наверняка узнают. Этот змей Се Цзин… в прошлой игре Лу Янь уже едва не погиб от его чёртовых «зелёных перчиков» и «матча-тортиков». В этот раз он точно не может дать себя поймать. За каких-то пару секунд в голове Лу Яня промелькнула сотня мыслей. Увидев, что Юй Цзэчуань закончил разговор, он быстро улыбнулся, протягивая кактус: — Возьми. У тебя в комнате слишком хмуро, а зелень будет полезна для глаз. Юй Цзэчуань поморщился: — Не люблю я всё это… выращивать. Лу Янь терпеливо сказал: — Тебе ведь и поливать не нужно. Просто поставь возле компьютера и всё. Не дожидаясь ответа, он первым делом сунул кактус Юй Цзэчуаню в руки, развернулся и поспешно ушёл, лишь бы избежать столкновения с Се Цзином. Движение Юй Цзэчуаня запоздало, поэтому он был вынужден принять в руки этот кактус размером с ладонь. Провожая взглядом уходящего Лу Яня, он опустил глаза и осторожно коснулся колючек: острые, цепляющие кожу… а вот цветок сверху дрожал, словно от слабого ветра, такой хрупкий до нелепости. Юй Цзэчуань на миг задумался, погружённый в какие-то свои мысли. В это время Лу Янь уже сидел за своим столом, включив систему прослушки. Надев наушники, он закрыл глаза и вслушивался в каждый шорох за стеной, постукивая пальцами по столешнице. Он боялся упустить хотя бы намёк на какую нибудь информацию. Судя по словам Юй Цзэчуаня перед смертью в прошлой игре, Се Цзин скачал доказательства с компьютера Цзян Боюня ближе к концу месяца. Сейчас только начало, так что тревожиться вроде рано. Но Лу Янь слишком хорошо знал, насколько страшен эффект бабочки: в этой жизни он изменил слишком многое. Любая мелочь могла сместить исход и стоить ему жизни. Поэтому он не смел расслабляться ни на секунду. На восьмой минуте после его ухода лифт поднял Се Цзина. Тот, неся пакет с едой, подошёл к двери Юй Цзэчуаня, привычно набрал код, вошёл и захлопнул дверь. — Сегодня дождь хоть немного прекратился. Пробки ужасные, — сообщил он с порога. Юй Цзэчуань сидел на диване, всё ещё рассматривая кактус, и, услышав голос Се Цзина, даже не поднял головы: — Я же говорил, можешь не приходить. — И бросить тебя голодать? Как бы не так. Если бы не Анни, которая велела принести тебе еды, я бы вообще не пришёл. Се Цзин выложил бумажный пакет на стол и начал доставать контейнеры: — Матча-мусс, свинина с зелёным перцем, картофельная соломка, суп с рёбрышками… Юй Цзэчуань оборвал его: — Не перечисляй. Это всё вы двое любите. Се Цзин поправил очки: — Я бы и рад принести что-то из того, что любишь ты, но ты ничего особо не любишь, у тебя нет предпочтений. Анни любит матча-тортики, вот и велела взять один для тебя. Да и блюдо из зелёного перца такое ароматное. Я бы и три миски риса с ним умял. У Юй Цзэчуаня было немного любимых вещей, а вот нелюбимого хватало с головой. Он открыл контейнер с супом, сделал глоток и сказал: — Мне хватит. Остальное съешь сам. Я сладкое не люблю. В следующий раз не приноси. — Ну, съем так съем, — не обиделся Се Цзин. — Я как раз с работы голодный. Он уселся на диван, схватил палочки и с аппетитом начал есть. Но, откусив зелёный перец, резко поморщился: — Тьфу, что за горечь? Он что, испорчен? В прошлый раз тоже был испорчен и вот снова то же самое. Юй Цзэчуань глянул на него: — Если испорчен, то не ешь. — Ерунда, мясо нормальное. Перец выберу, нечего добру пропадать, — буркнул Се Цзин. Когда он учился за границей, семья Юй давала ему достаточно денег, но он всё равно жил экономно, как обычный студент: работал по выходным, разогревал еду по семь раз, лишь бы не выкидывать. Юй Цзэчуань молча наблюдал пару мгновений и в груди у него вдруг кольнуло. Было ощущение, будто он втягивает в пучину ещё одного человека, у которого могло быть хорошее будущее. — Се Цзин. — А? Юй Цзэчуань хотел было закурить, но, нащупав пустой карман, передумал: — Дальше… не вмешивайся. Движение рук Се Цзина замерло, но он быстро сделал вид, что всё нормально: — Посмотрим по обстоятельствам. Кстати, я продолжил проверять те старые счета. Цзян Боюнь на днях уезжал в командировку, я почти подобрал его пароль… И тут… «Ж-ж-ж!» Резкий звук вызова перебил его слова. Се Цзин машинально взглянул на телефон на столике: — Юй Цзэчуань, кто тебе звонит по WeChat? У него был цепкий глаз, он сразу увидел в контактах имя «А-Янь». — Ты его не знаешь, — сухо сказал Юй Цзэчуань, взял телефон и вышел принимать звонок на балкон. О чём они говорили — Се Цзин не слышал, но видел, как у Юй Цзэчуаня резко поменялось лицо. Тот мгновенно схватил ключи и, уже шагая к двери, бросил на ходу: — Мне срочно нужно выйти. Ешь пока. Файл с проектом в u-drive, не забудь скопировать! И исчез.