Игра на выживание в садистском романе

Когда Лу Янь только попал в этот мир и услышал от системы о судьбе Юй Цзэчуань, он не смог сдержать внутреннего смешка: «Неужели этот человек идиот? Вырос до такого возраста и всё ещё может быть обманут каким-то мужчиной?» Теперь он понял — Юй Цзэчуань действительно идиот. Запер другого в спальне, а сам каждую ночь спал на диване. Юй Цзэчуань глубоко нахмурился, пытаясь уклониться от поцелуя Лу Яня. Он чувствовал, что тот снова лжёт, из его уст не прозвучало ни одного правдивого слова. Однако вырваться не получилось, крепкая хватка удерживала его голову, и на него обрушился настойчивый, почти яростный поцелуй, словно буря, не оставляя возможности отступить. Лишь когда ему стало трудно дышать, Лу Янь наконец отпустил его. Юй Цзэчуань яростно уставился на него, но из-за покрасневших глаз в этом взгляде не было прежней угрозы: — Лу Янь, ты действительно хочешь, чтобы я тебя убил?! Брови Лу Янь слегка приподнялись: — Я уже давал тебе шанс в прошлый раз, но ты сам им не воспользовался. Он ухватился за тот мимолётный проблеск мягкости в Юй Цзэчуане и больше не сдерживался. Резким движением он поднял его с пола на руки и направился в сторону спальни. В груди Юй Цзэчуаня вспыхнула тревога: — Что ты делаешь? Он понимал, что вопрос бессмысленный, но в тот момент не смог подобрать других слов. Лу Янь опустил на него взгляд. Под светом его красивое лицо казалось особенно мягким, а жар его тела передавался полностью. Его голос был низким и глухим: — Разве ты не хотел меня убить? На губах Лу Яня появилась загадочная улыбка: — Как насчёт того, чтобы сделать это на кровати? Как говорится, ссоры заканчиваются в той же постели, где и начались. Нет ничего, что нельзя было бы решить хорошим сном. А если нет — значит, нужно поспать дважды. Главное было в том, что Лу Янь просто не знал, что ещё сказать. Он мог лишь прибегнуть к этой близости, пытаясь таким образом унять боль в сердце. Юй Цзэчуань грубо бросили на кровать. Хоть он мог бы одним ударом повалить болезненного Лу Яня на землю, сейчас после падения у него закружилась голова, и тело словно лишилось сил. Пытаясь вырваться, он оказался лишь снова притянут назад, Лу Янь схватил его за лодыжки. Его спина неожиданно врезалась в объятия другого, окружённая сухим и свежим запахом. Лу Янь перевернул его лицом к себе, взгляд был напряжённым: — От чего ты прячешься? Не в первый же раз. Юй Цзэчуань плотно сжал бледные губы. Его глаза были настолько тёмными, что в них не проникал свет. Всё его тело дрожало от напряжения, прежде чем он наконец тихо прошептал: — Я не хочу этого. Отпусти! Лу Янь, казалось, заинтересовался: — Почему? Выражение лица Юй Цзэчуаня стало мрачным: — Без причины! Лу Янь усмехнулся: — Тогда продолжим. Пока он говорил, он уже стянул с него одежду. Но в тот момент, когда он склонился, покрывая его поцелуями, холодные руки внезапно обвились вокруг его шеи, постепенно сжимаясь, перекрывая дыхание. Лу Янь замер. — Ты солгал мне ещё в одном… Голос Юй Цзэчуаня был хриплым и лишённым эмоций: — В тот день, когда мы… ты сказал, что это был твой первый раз… Как мог Лу Янь, любовник Цзян Боюня, оказаться девственником? Юй Цзэчуань не придавал значения таким деталям, но ему было важно другое — что Лу Янь солгал ему об этом. Его собственническое чувство разъедало сердце, делая взгляд тёмным и тяжёлым, будто из него могла сочиться влага. Лу Янь понял причину. Он убрал руку Юй Цзэчуаня со своей шеи: — Хочешь верь, хочешь нет, но у меня никогда не было отношений с Цзян Боюнем… Если что-то и было, то только по принуждению. Сказав это, он поднёс руку Юй Цзэчуаня со шрамами к губам и начал покрывать её поцелуями, продолжая шептать ласковые слова. Его голос был мягким, даже он сам уже не мог отличить правду от лжи: — Юй Цзэчуань, Цзян Боюнь не имеет ко мне никакого отношения. Мне нравишься ты… Ресницы Юй Цзэчуаня дрогнули. В его глазах мелькнуло настоящее замешательство. Ему казалось, будто Лу Янь спустился с небес, сколько бы он ни перебирал свои воспоминания, он не мог найти никакой связи с этим человеком. Однако этот человек вполне реально существовал в воспоминаниях каждого. Смущённый, Юй Цзэчуань пробормотал: — Лу Янь? Лу Янь продолжал целовать его, не поднимая головы: — Я здесь. Взгляд Юй Цзэчуаня был расфокусирован, дыхание сбивалось: — Ты… правда Лу Янь? Если так, то почему он настолько не совпадал с тем образом, который сложился у него в голове? С таким характером, мог ли Лу Янь действительно быть любовником Цзян Боюня? И человек вроде него, мог ли все эти годы оставаться незамеченным Юй Цзэчуанем в компании? Юй Цзэчуань чувствовал странное, почти нелогичное ощущение несоответствия. Лу Янь, конечно, не мог объяснить, что такое переселение во времени. Его тонкие пальцы скользнули в волосы Юй Цзэчуаня, заставляя того приподнять голову, обнажая уязвимое горло. Опустившись, он поцеловал его, голос звучал приглушённо: — Тебе достаточно помнить только одно — я никогда не причиню тебе вреда. И не верь ни единому слову Цзян Боюнь, понял? Слова Лу Яня снова и снова звучали в ушах Юй Цзэчуаня, почти как заклинание. Он не мог сопротивляться, его затягивало всё глубже и глубже. Его взгляд блуждал по потолку, губы дрожали, и он беззвучно прошептал: — Хорошо… Он крепко обнял человека в своих руках, вены на его руках вздулись, будто он хотел переплестись с ним плотью и душой. — Я верю только тебе. Лу Янь, я верю только тебе. Он больше не поверит ни одному слову Цзян Боюня. Почувствовав, что Юй Цзэчуань опустил защиту, Лу Янь ощутил, как тяжесть, давившая на его сердце последние дни, наконец исчезла. Ему нравилось, каким покорным и растерянным становился тот в постели, словно ёж, втянувший иглы, или змея, спрятавшая клыки, полностью лишённая своей опасности. Средняя по размеру спальня была наполнена интимной атмосферой, которая держалась какое-то время, прежде чем постепенно рассеяться. С закрытыми глазами Юй Цзэчуань лежал, положив голову на колени Лу Яня, настолько уставший, что не мог пошевелить даже пальцем. Он уже несколько дней не спал как следует, и когда напряжение в его нервах ослабло, усталость накрыла его словно волной. И всё же он не хотел засыпать. Подняв взгляд на Лу Яня, он увидел выступающий кадык и чёткую линию челюсти, из-за чего слегка прищурился: — Ты правда любил меня семь лет назад? Это был не первый раз, когда Юй Цзэчуань задавал этот вопрос в постели, но не из-за сомнения, а потому что хотел восстановить воспоминание, которого у него самого не было. Лу Янь притянул его ближе и терпеливо ответил: — Да, правдивее золота. Юй Цзэчуань: — Я был в лифте, а ты вбежал и врезался в меня? Лу Янь: — Ага, это был мой первый день на работе, я почти опаздывал. Не ожидал, что столкнусь с тобой вот так. Чтобы сделать свою ложь убедительнее, он добавил: — Я был уверен, что мне влетит, но ты оказался таким добрым, даже не стал меня ругать. Юй Цзэчуань подумал, что дело было вовсе не в доброте, а в везении Лу Яня. В тот день он спешил на рейс в Гонконг по делам и у него просто не было времени разбираться с каким-то младшим сотрудником. Разумеется, вслух он этого не сказал. Юй Цзэчуань плавно сменил тему: — Что на мне было надето в тот день? Лу Янь описал: — Светло-бежевая рубашка, галстук с диагональными полосками и серебрянная булавка для воротника. В этом костюме ты выглядел таким холодным и сдержанным… с тонкой талией. Закончив, он мысленно раскритиковал себя. Это больше походило не на любовь с первого взгляда, а на откровенное вожделение. Юй Цзэчуань невозмутимо перехватил руку Лу Яня, которая под одеялом незаметно ощупывала его пресс, и продолжил: — А ты? Что было на тебе? Лу Янь усмехнулся: — Что мог носить обычный сотрудник? То же, что и все. К удивлению Лу Яня, Юй Цзэчуань оказался неожиданно настойчивым, он требовал подробностей вплоть до цвета обуви. Сначала Лу Янь не понял, почему, думая, что тот всё ещё сомневается. Лишь позже он осознал — это было сожаление. Сожаление о первой встрече, которую он совершенно не помнил. Юй Цзэчуань спрашивал без устали, а Лу Янь терпеливо отвечал. В конце концов даже он сбился со счёта, сколько раз они повторяли этот разговор. В итоге пересохшее горло и сонливость взяли верх, и он погрузился в глубокий сон. В ту ночь он спал необычайно спокойно. Воображаемые предательства и обманы исчезли из его снов, оставив лишь воспоминание о встрече в лифте. С чувством сожаления Юй Цзэчуань думал о том дне семь лет назад, когда он ещё не был связан с Цзян Боюнем. Если бы, выходя из лифта, он обернулся и внимательно посмотрел на Лу Яня, могло ли всё сложиться иначе? Ведь Лу Янь подходил ему во всём, от внутреннего мира до внешности, вплоть до каждой пряди волос. Если бы он тогда обернулся, возможно, он бы не оказался рядом с Цзян Боюнем, не был бы обманут и не попал бы в тюрьму. Но сколько в этом мире «если»… Юй Цзэчуань уже давно забыл подробности той встречи. Теперь она существовала лишь в его снах. День, когда он надел белую рубашку, день, когда завязал галстук с диагональными полосками, и день, когда вошёл в лифт, где его плечо задел слишком спешащий младший сотрудник. Ему стоило обернуться. Не годы равнодушия, не случайный взгляд, а хотя бы один раз обернуться перед выходом из лифта, вместо того чтобы уйти так, словно другого человека вовсе не существовало. *** На следующее утро Лу Яня разбудил звонок телефона. Сонно открыв глаза, он достал его из-под подушки и задумался, кто мог звонить так рано. Увидев имя на экране, он мгновенно проснулся. Чёрт… Цзян Боюнь! Лу Янь резко подскочил с кровати, словно его ударило током, и тут же выключил звук и сбросил звонок. Этот источник проблем звонил ему всегда только по одной причине и ничего хорошего это не сулило. Если Юй Цзэчуань узнает, будет катастрофа! Сидя на краю кровати, скрестив ноги, Лу Янь уже собирался заблокировать номер, как вдруг за его спиной раздался хриплый, низкий голос: — Кто это был? «…» Лу Янь с запозданием обернулся и обнаружил, что Юй Цзэчуань уже проснулся. Тот сидел на кровати, светло-серое одеяло соскользнуло с плеч, обнажая его стройное тело. На бледной коже особенно отчётливо виднелись разбросанные следы поцелуев. За несколько секунд в голове Лу Яня промелькнули три возможных оправдания, но в итоге он отбросил телефон в сторону и притянул мужчину к себе: — Это был Цзян Боюнь. В тот же миг температура в комнате будто резко упала. Взгляд Юй Цзэчуаня устремился на него, глаза слегка сузились: — Ты всё ещё с ним на связи? Под этим давящим взглядом Лу Янь уткнулся лицом ему в шею и решил свалить всё на Цзян Боюня: — Нет, это он меня достаёт. Голос звучал приглушённо, будто он нарочно изображал жалость к себе. Юй Цзэчуань холодно произнёс: — Почему не заблокировал? Как же тогда выманить флешку? Лу Янь проглотил эти слова и нарочно вздохнул: — Я всё ещё работаю в группе Иньчуань. Если его разозлю и потеряю работу, мне даже жить будет не на что. Звучало вполне убедительно. — Родители у меня рано умерли, вырос за счёт родственников. Никому не нужен, никем не любим — как сорняк у дороги. Он уже начинал перегибать. — Я сейчас же его заблокирую. Потеряю работу, ну и ладно. Ты же будешь меня содержать, да? Юй Цзэчуань: «…» Столкнувшись с таким доверчивым взглядом, Юй Цзэчуань на мгновение растерялся. Что-то было не так, но он не мог понять что. Нахмурившись, он сказал: — Сначала заблокируй. Лу Янь протянул ему телефон: — Уже заблокировал. Юй Цзэчуань равнодушно взглянул, затем достал из тумбочки кошелёк. Вытащил одну, две, три, четыре, пять и шесть банковских карт и бросил их на кровать яркой россыпью. Себе он оставил только одну чёрную карту, а остальные отдал Лу Яню, назвав пароль: — Пользуйся. На каждой лимит десять тысяч. Лу Янь осторожно уточнил: — Долларов? Юй Цзэчуань поднял взгляд и впервые за несколько дней усмехнулся, правда, с насмешкой: — Не сто же, верно? Лу Янь: «…» Да уж, отсутствие опыта дало о себе знать. Он и представить не мог, что однажды окажется в положении, где у него есть такой богатый «спонсор». И тем более не понимал, зачем тогда Цзян Боюнь вообще напрягался. Разве не лучше быть на содержании у красивого и богатого парня, чем выматываться ради компании? Разница между домоседом и трудоголиком? Лу Янь так и не понял. С довольным видом он убрал карты и снова завалился на кровать вместе с Юй Цзэчуанем. Прижавшись губами к его уху, он начал безостановочно шептать сладкие слова. Юй Цзэчуань раздражённо прошипел: — Лу Янь, бесстыдник, тебе нужны только мои деньги! Лу Янь воспринял это как комплимент: — Я хочу твои деньги, потому что ты мне нравишься. У Цзян Боюня тоже есть деньги, так почему же я не за ним бегаю? Юй Цзэчуань усмехнулся: — Ты прекрасно знаешь, за чем ты тогда бегал! Сказав это, он отбросил одеяло и встал с кровати. Достал из шкафа одежду и направился наружу. Лу Янь приподнял бровь: — Ты куда? Не оборачиваясь, Юй Цзэчуань бросил: — В душ. Казалось загадкой, откуда у больного Лу Яня столько сил в постели. У Юй Цзэчуаня вчера едва не вывихнулась нога, а поясница будто вот-вот сломается. Только встав, он понял, насколько неустойчиво держится на ногах. Закрыв за собой дверь, он наполнил ванну горячей водой. Пар быстро затуманил пространство. Погрузившись в воду, он позволил теплу расслабить ноющие мышцы. Он уснул прошлой ночью, даже не понимая, что происходило дальше. Только сейчас, в душе, он осознал, что Лу Янь его вымыл, избавив от лишнего дискомфорта. Юй Цзэчуань плеснул водой в лицо, откинулся на край ванны, закрыв глаза. Даже это движение заставило его нахмуриться и резко вдохнуть. Теперь он был почти уверен — Лу Янь действительно был новичком. В первую ночь у него была совершенно другая выносливость, чем в последующие дни. Как это назвать? Внутри него были мешанные чувства. Пока ванная была занята, Лу Янь воспользовался моментом, снял простыни и начал менять их на чистые. Но не успел закончить, как из соседней комнаты раздался настойчивый звонок: «Динь-дон!» «Динь-дон!» Юй Цзэчуань был в душе, шум воды заглушал всё, и он ничего не слышал. Лу Янь подошёл к двери, приоткрыл её и спросил: — Кто там?