Игра на выживание в садистском романе

Человеческая кровь отличалась от крови рассы жуков, для зверей она была сродни пиру для обжор. И действительно, эти жадные твари, рыча без умолку, с трудом скрывая возбуждение, безостановочно преследовали след Фан Юня. Не будет преувеличением сказать, что почти все вылезшие из-под земли звери окружили именно его. Самки-военные, получив приказ защищать самцов, могли лишь сомкнуть кольцо вокруг Фан Юня, изо всех сил отражая атаки снаружи. Но перед плотным потоком чудовищ они постепенно начали сдавать позиции. Многих раздавливали их клешни, их кости ломались, рвались сухожилия, а крики не стихали. Генерал Джойс, видя, как падают его товарищи, мгновенно покраснел от ярости. Отступая к звездолёту, он отчаянно стрелял: — Чёрт побери! Быстро отступайте! Вы что, с ума сошли?! Вы меня слышали, когда я приказывал рассредоточиться и отходить?! Последнюю фразу он почти выкрикнул, срываясь. Защищать самцов, безусловно, было важно, но если ценой становилась гибель множества солдат — это не имело смысла. Самки услышали приказ Джойса, в их глазах мелькнула нерешительность, челюсти сжались, но ни одна не отступила. Подчинение приказам — их долг. Перед вылетом адмирал Гейлс ясно приказал, чтобы с этими двумя самцами не должно случиться ничего! Бой становился всё ожесточённее, потери росли. Грохот выстрелов смешивался с дрожью земли, звеня в ушах. И в этот момент фигура в чёрном боевом костюме вдруг легко перепрыгнула в центр защитного кольца. Он схватил перепуганного Фан Юня и, используя боевые навыки, вытащил его прочь. Звери тут же бросили сражающихся самок и, словно прилив, ринулись за ними. Людвиг резко изменился в лице, голос его прозвучал с яростью: — Эмбер! Ты с ума сошёл?! Он даже забыл о формальностях. Эмбер ясно чувствовал, как звери жаждут человеческой крови. Отступая с Фан Юнем на открытую площадку, он с холодным взглядом одной рукой разил мечом нападающих, а другой тянул его за собой: — Сначала отступаем! Генерал Джойс, увидев это, испытал облегчение и тут же крикнул: — Быстро отступаем! Пока самки организованно отходили, Людвиг внезапно рванулся вперёд, разрывая окружение и прокладывая кровавый путь. Его острые когти, уже залитые алой кровью, разили одного зверя за другим, и он стремительно направился к спине Эмбера. Он хотел воспользоваться хаосом, чтобы убить Фан Юня! Фан Юнь, прятавшийся за Эмбером, встретился взглядом с Людвигом и побледнел от ужаса. В этот критический момент Эмбер вдруг резко крикнул: — Людвиг! Быстро отступай! Людвиг нахмурился, не желая подчиняться: — Но… — Никаких «но»! Отступай! Меч Эмбера пронзил зверя, преградившего путь. Под прикрытием Людвига он затащил Фан Юня на звездолёт. Люк захлопнулся, и корабль тут же взмыл в воздух, отсекая обезумевших зверей снаружи. Наконец все получили короткую передышку. Едва они оказались внутри, самки-военные тут же подбежали, обеспокоенно спрашивая: — Господин, вы в порядке?! — Спасибо вам за помощь, иначе мы бы не смогли вовремя отступить! — Не ожидали, что вы так сильны. Вы даже лучше нас справляетесь с уничтожением зверей! В любую эпоху жизнь бесценна. Никто не готов умирать ради постороннего. Защищая Фан Юня, они уже потеряли многих товарищей. Если бы Эмбер вовремя не вмешался, потери были бы ещё тяжелее. Эмбер всё больше чувствовал, что внезапное нашествие зверей слишком уж подозрительно, скорее похожее на чьё-то намеренное действие, чем на случайность. Он поднял взгляд на Сифрея, стоявшего в самом конце группы. Тот был словно незаметная тень, не имея всякого присутствия. Все окружили Эмбера, выражая благодарность и восхищение, а Сифрей стоял в стороне, неподвижный. — Со мной всё в порядке. Всем срочно обработать раны и как можно быстрее покинуть это место. Эмбер отказался от осмотра медика и велел сначала спасать тяжело раненых самок-солдат. В отряде было немало тех, у кого были сломаны конечности. Звездолёт наполнился стонами и резким запахом крови. Людвиг вышел из боевой формы и, измождённый, рухнул в кресло отдохнуть. Кровь на его лице уже потемнела до бурого, на фоне бледной кожи придавая ему странную, мрачную привлекательность. Когти втянулись, обнажив руки с чёткими суставами и теперь они бессильно свисали, покрытые множеством пугающих ран. Самая глубокая оголяла белизну кости. Людвиг закрыл глаза, тяжело дыша, чувствуя невыносимую боль в голове. Самки-военные, безусловно, высвобождали огромную силу в боевой форме, но после боя неизбежно страдали от бушующей ментальной энергии. Такова жестокость войны. В недавней атаке зверей Людвиг потерял двух старых товарищей, но не из-за слабости, а потому что они закрыли собой Фан Юня, встав перед ним и позволив чудовищам разорвать им горло, пожрать без остатка, не оставив даже тел. Грудь Людвига переполняли ярость и скорбь, но выплеснуть их было некуда. Он пытался заглушить всё болью, сжимая кулаки, из-за чего едва зажившие раны вновь раскрылись. Кровь медленно капала на пол, собираясь в небольшую лужу. Сквозь туман он почувствовал, как кто-то сел рядом, поднял его руку и начал осторожно и бережно обрабатывать рану. Людвиг открыл глаза и увидел Эмбера с медицинским набором. Его зрачки всё ещё были кроваво-красными, в тени он выглядел почти демонически. — Господин… Эмбер тщательно очистил раны, затем равномерно нанёс специальный кровоостанавливающий гель, слегка нахмурившись: — Почему ты не пошёл к военному врачу? Людвиг медленно выдохнул, выражение его стало мрачным: — У меня лишь поверхностные раны. А Бош и остальные… защищая этого самца, были сожраны зверями, исчезнув без следа. И Нанла… он потерял руку. Слюна «обжор» была ядовитой, после укуса от нее разъедались нервы, и конечность уже нельзя было пришить обратно. Голос Людвига стал ледяным, пропитанным холодом до костей: — Нанла уже был помолвлен. Он ждал окончания этой битвы, чтобы вернуться в город Хейц и жениться. Но, защищая того самца, ему откусили руку… Что его теперь ждёт? Разрыв помолвки? Отставка? Людвиг не осмеливался даже представить это, стиснув зубы: — Ты не должен был меня останавливать. Мне следовало его убить! Эмбер туго перевязал рану бинтом, думая о том, сколько бед принёс Фан Юнь. К сожалению, в этом случае он был лишь соучастником, а настоящий кукловод скрывался за кулисами. — Людвиг, при стольких свидетелях убийство принесло бы тебе только проблемы. К тому же нападение зверей было слишком внезапным. Я подозреваю, что кто-то играет свою игру. Людвиг резко поднял взгляд: — Кто?! Эмбер не стал раскрывать имя, ведь доказательств пока не было. — В любом случае, план устранить Фан Юня откладывается. Постарайся держать его подальше от поля боя. Эти звери крайне чувствительны к запаху его крови и стоит им его учуять, и случится бедствие. Людвиг холодно усмехнулся: — Такой бесполезный человек вообще не должен быть на поле боя. От него один только балласт. С тех пор как Эмбер вытащил Фан Юня из звериного потока, тот находился в состоянии шока. Забившись в дальний угол в хвосте звездолёта, он бесконтрольно дрожал, лицо его побледнело, а сам он бормотал: — Я хочу уйти отсюда… хочу уйти… это место не для людей… Медик попытался подойти и обработать его раны, но Фан Юнь резко отреагировал, словно его задело что-то болезненное, и с силой оттолкнул его: — Не подходи! Держись подальше!! Все, проваливайте! На шум поспешил Джойс. Его привычная улыбка исчезла, уступив место раздражению и отвращению, но он всё же сдержался: — Господин Фан Юнь, медицинские ресурсы сейчас крайне ограничены. Прошу вас не вести себя неразумно. Немедленно перевяжите раны. Многие солдаты ждут помощи! Если бы позволяли обстоятельства, Джойс с удовольствием вышвырнул бы Фан Юня за борт на корм зверям. Третий принц, должно быть, ослеп, раз принял в отряд такого бесполезного самца. Особенно злило то, что чудовища упрямо преследовали именно его! Фан Юнь в панике поднял голову: — Когда отряд вернётся в город Хейц? Я не хочу здесь оставаться! Вы должны придумать способ отправить меня назад! Пожалуйста, увезите меня! В жизни он не сталкивался с таким ужасом. Чудовища ростом почти с человека преследовали его без остановки, разрывая тела самок-солдат, разбрасывая конечности. Сегодня он выжил лишь чудом, а что будет завтра? Послезавтра? Лицо Джойса мрачнело всё сильнее. За столько лет на войне он впервые слышал такую нелепую просьбу: — Господин, на поле боя не бывает дезертиров. Ни я, ни даже генерал Гейлс не согласимся. Если вы так боитесь смерти, зачем вообще вступили в корпус Чёрного ястреба?! Он говорил не громко, но достаточно, чтобы стоящие рядом самки услышали. Их удивлённые, презрительные, холодные взгляды обрушились на Фан Юня, почти утопив его. — Я… Губы Фан Юня дрожали, по лбу стекал холодный пот, но он так и не смог закончить: — Я… Он всего лишь считал себя не таким, как трусливые самцы звезды Алиги. Думал, что война, это пустяк, а восхищённые взгляды будут принадлежать ему всегда… Но забыл, что он обычный человек. Когда Джойс уже готов был сорваться от злости, вперёд неожиданно вышел Сифрей и мягко произнёс: — Командир Джойс, господин Фан Юнь, должно быть, просто испугался. Позвольте мне обработать его раны. В его лазурных глазах не было ни тени агрессии, к тому же всем была известна его помолвка с Фан Юнем, поэтому Джойс лишь нахмурился: — Тогда займись этим. Он жестом отпустил медика, оставив Сифрею аптечку. На борту царило напряжение. Приборы не фиксировали присутствия зверей в том районе, но они всё равно внезапно появились из-под земли. Если не выяснить причину, это скажется на дальнейших боевых действиях. Сифрей открыл аптечку и мягко сказал: — Господин, позвольте мне обработать рану. Нельзя допустить воспаления. Перед Сифреем Фан Юнь сопротивлялся гораздо меньше. Дрожащей рукой он протянул ему руку, полный вины: — Сифрей… прости… Эта самка относилась к нему так хорошо, а он сам спутался с Эндрю. Это было настоящим предательством её чувств. Сифрей лишь улыбнулся: — Не нужно так говорить. Это моя обязанность. Перевязав рану, он огляделся по сторонам, убедился, что на них никто не смотрит, и тихо добавил: — Вообще-то… если вы хотите вернуться в город Хейц, есть один способ. Глаза Фан Юня вспыхнули. Он взволнованно схватил Сифрея за запястье: — У тебя есть способ, да?! Ты можешь увезти меня отсюда, правда?! Сифрей слабо улыбнулся: — Разумеется. Он наклонился к уху Фан Юня и что-то прошептал. Выражение лица того несколько раз изменилось, он выглядел встревоженным: — Это… действительно возможно? Сифрей мягко увещевал: — Это единственный способ. Генерал Гейлс уже обнаружил логово обжор, завтра будет ещё более масштабный бой. Если не уйти сейчас, то потом будет поздно. За иллюминатором выл ветер, сумерки казались бескрайними. Эта бесплодная, без растительности, но с неисчислимыми залежами энергетических руд глубоко под поверхностью планета, существовала в тишине бесчисленные годы. Согласно первоначальному плану, после рассвета отряд должен был проникнуть в логово зверей, однако внезапная атака сорвала операцию и привела к потерям. Генерал Гейлс был вынужден отложить план и дать отряду два дня на восстановление. Но во время отдыха связной солдат внезапно в панике ворвался с шокирующей новостью: — Генерал, плохо дело! Господин Фан Юнь сбежал! Лицо генерала Гейлса изменилось: — Что ты сказал?! Связной, задыхаясь, продолжил: — Сегодня ночью при проверке оборудования мы обнаружили пропажу одного микро-летательного аппарата. По записям выяснилось, что его тайно забрал господин Фан Юнь. Неизвестно, вернулся ли он на планету Алига! «Бах!» Генерал Гейлс в ярости ударил по столу, окончательно потеряв самообладание: — Топлива в таком аппарате не хватит, чтобы добраться до столицы! Он заглохнет на полпути и будет вынужден совершить аварийную посадку! Вокруг только хаотичные пустынные планеты, что если с ним что-то случится?! Чем вы вообще занимались?! Аппарат пропал, а вы только сейчас заметили?! Немедленно определить его местоположение! Связной замялся, но всё же добавил ещё одну плохую новость: — Функция позиционирования на этом аппарате… похоже, была удалена. Сейчас мы не можем определить координаты господина Фан Юня. Он уже приготовился к буре, но генерал Гейлс лишь выругался сквозь зубы, надел фуражку и поспешно покинул кабину, чтобы созвать экстренное совещание. — Сбежал и пусть. Возможно, господин Фан Юнь уже вернулся в Хейц, нам не о чем беспокоиться. Никто из присутствующих не проявил особой тревоги по поводу его побега. Людвиг даже хотел открыть бутылку вина в честь этого, а командир Джойс театрально прикрыла рот, изображая удивление: — Боже мой, господин Фан Юнь действительно тайком сбежал? Людвиг погладил подбородок: — Клянусь Богом Насекомых, это одна из лучших новостей, что я когда-либо слышал. Остальные командиры тоже отреагировали довольно спокойно. Некоторые осторожно предложили: — Генерал Гейлс, может, сначала продолжим выполнение боевого плана, а после уничтожения зверей отправим отряд на поиски господина Фан Юня? Иначе задержка приказа Императора плохо кончится для всех нас. — После уничтожения зверей?! Генерал Гейлс пришёл в ярость, снова ударив по столу: — Тогда искать его уже не придётся, и просто поставите ему надгробие на звезде Куарга!