Игра на выживание в садистском романе

Эмбер не знал, о чём думает Фан Юнь, а даже если бы и знал, то лишь усмехнулся бы. С повязкой на глазах он откинулся в кресле, закрыв глаза, отдыхая и накапливая силы. Левая рука крепко сжимала длинный меч, даже во сне он не терял бдительности. «Бум!» Неизвестно сколько прошло времени, как вдруг звездолёт резко тряхнуло, разбудив всех насекомых. Эмбер резко сел, снял повязку и увидел, как снаружи к иллюминаторам облепились бесчисленные тёмные твари. Они плотным слоем покрывали стекло, а самая большая из них была почти вполовину меньше самого корабля и с глухим ударом врезалась в корпус. Эмбер нахмурился: — Что это такое?! — Кровососущие пауки. Людвиг лишь бросил взгляд и спокойно отключил световую панель: — Эти твари питаются кровью. Они учуяли нас и вылезли на охоту. Спускаться не нужно, раствор их убьёт. Это мелочь. Как будто подтверждая его слова, система защиты звездолёта автоматически активировалась. Из боевого отсека выдвинулась тонкая трубка, распыляя очищающий раствор во все стороны. Пауки, разъедаемые жидкостью, издавали пронзительные крики и один за другим падали с иллюминаторов. Пока корабль очищался от внезапной атаки, он медленно снижался к звезде Куарга. Из динамиков раздался голос генерала Джойса: — Боевая группа прибыла на звезду Куарга. Всем проверить снаряжение и организованно высадиться для установки лагеря. Из-за темноты и плохой видимости датчики работают с помехами, будьте готовы к внезапным опасностям. Ввести первый уровень боевой тревоги! Поскольку в отряде было много новобранцев, его голос звучал особенно строго. Эмбер надел боевой шлем и очки, готовясь выйти вместе со всеми. Людвиг взглянул на меч в его руке, взял у адъютанта винтовку и с насмешкой протянул её: — Лучше выбрось эту зубочистку. На поле боя винтовка куда полезнее. У тебя всего две руки, поэтому избавься хотя бы от лишнего груза. Зубочистка? Эмбер на мгновение остановился, опустив взгляд на меч, способный разрезать железо как масло. Он невольно подумал, как Людвиг может называть это зубочисткой? Он чуть не рассмеялся от возмущения. — Не нужно. У меня есть световая пушка, а с этим мечом комплектации вполне достаточно. Он решительно отказался от винтовки и вместе с самками корпуса Чёрного орла покинул звездолёт, оставив Людвига стоять в лёгком удивлении. Генерал Джойс не удержался от смеха, и похлопал Людвига по плечу: — Я же говорил, самцы лучше всего умеют предъявлять нелепые требования. Людвиг слегка приподняв бровь, сразу встал на защиту: — Нелепые? Где ты увидел нелепость? Пушки и меча вполне достаточно. А вот таскать на себе полный комплект, вот это действительно глупо. Джойс промолчал, потому что считал, что влюблённый Людвиг выглядел куда глупее. Место высадки было безопасной зоной, определённой приборами, ведь здесь было меньше всего энергетических минералов и зверей. Ступив на буровато-коричневую поверхность, Эмбер заметил, что она твёрже обычного камня. Он приложил внутреннюю силу, чтобы отколоть кусок, и внутри увидел множество блестящих вкраплений. Возможно, это и были те самые энергетические минералы. — Господин, вы здесь впервые, верно? Сифрей появился за спиной Эмбера словно призрак. Он тепло улыбался, будто вовсе не был разочарован «изменой» Фан Юня, и по какой-то причине осмелился подойти ближе. Обернувшись, Эмбер всё больше убеждался, что поведение Сифрея становится странным. — Вот как? Ты уже бывал здесь раньше? Сифрей пожал плечами. Его лазурные глаза при внимательном взгляде уже не казались такими чистыми, а словно в них скрывалось нечто более глубокое. — Нет, я тоже здесь впервые. Просто слышал, что тут очень опасно, несчастные случаи происходят в любой момент, вот и решил предупредить тебя. Эмбер с интересом выслушал: — Правда? Но мне кажется, что тебе опасаться нужно куда больше. Он что, угрожал? К сожалению, когда всё выйдет из-под контроля, ещё неизвестно, кто окажется в выигрыше. Они стояли рядом, всего в нескольких шагах друг от друга, оба с приятными улыбками. Но для окружающих это создавало странное напряжение. Фан Юнь только что получил на складе две энергетические плитки, чтобы восполнить силы. Он радостно подбежал, собираясь отдать одну Сифрею. Вкус у них был куда лучше, чем у питательной жидкости, но из-за высокой цены их выдавали редко, и лишь из уважения к самцу ему дали сразу две. — Сифрей! Смотри, что я принёс… Он подбежал, но, увидев эту сцену, резко остановился. Его выражение изменилось, и стало напряжённым. Ему показалось, что Эмбер и Сифрей слишком сблизились, будто что-то выходит из-под его контроля. Услышав своё имя, Сифрей обернулся к нему, улыбка не изменилась: — Господин, вы что-то хотели? Фан Юнь замялся: — А… ничего. Я взял у снабжения энергетическую плитку. Ты голоден? Сифрей, похоже, намеренно разжигал между ними конфликт. Его взгляд мелькнул, он посмотрел на Эмбера с мягкой привязанностью: — Не голоден. Отдай её господину Эмберу, возможно, он захочет. У меня есть дела, я пойду. С этими словами он развернулся и ушёл, оставив всю ситуацию на Эмбера. Фан Юнь сжал кулаки, едва сдерживаясь, чтобы не броситься вперёд и не ударить его. Он тихо зарычал: — Эмбер! Чего ты добиваешься? Тебе мало того, что ты несёшь всякую чушь при всех? Теперь ещё хочешь увести у меня Сифрея?! Почему ты всё время цепляешься ко мне?! — Увести? Эмбер усмехнулся, будто услышал что-то забавное: — Господин Фан Юнь, думаю, вы кое-что неправильно поняли. Сифрей меня совершенно не интересует. А если ваши отношения рушатся, стоит поискать причину в себе. Он бросил взгляд на стоящего неподалёку Эндрю и с намёком добавил: — Это место тебе не принадлежит. Если задержишься здесь ещё дольше, ты и правда станешь насекомым. В обычной системе человек ещё может сохранить себя. Но попав в яркий, роскошный мир расы насекомых, кто знает, во что он в итоге превратится? Последние человеческие черты Фан Юня постепенно стирались. Возможно, совсем скоро он окончательно станет таким же, как эти распущенные самцы в городе Хейц. Выражение лица Фан Юня изменилось, ему вдруг показалось, что Эмбер знает о его происхождении. — Что ты имеешь в виду?! Но Эмбер не собирался продолжать разговор. Он развернулся, чтобы уйти, однако Фан Юнь схватил его за плечо: — Ты что-то знаешь?! Говори! «Клац—» Раздался звук обнажаемого меча. Без предупреждения Эмбер выхватил клинок и резко рубанул по плечу Фан Юня. Удар был тяжёлым, сопровождаемым свистом воздуха. Тот почувствовал, как плечо буквально провалилось, не выдержал силы и с глухим звуком рухнул на колени, лицо побледнело от боли и паники: — Ты что творишь?! Теперь Эмбер был уверен, что тот, кто напал на него в спальне, не Фан Юнь. У него просто не хватило бы на это решимости. Он посмотрел на него сверху вниз, холодное остриё меча упёрлось ему в лицо. В тёмных глазах мелькнула тень жалости, и он тихо произнёс, чтобы слышал только он: — Раб на арене Святого Терана… это ведь ты приказал ему отравить меня, верно? Услышав это, зрачки Фан Юня резко сузились, его мгновенно прошиб холодный пот: — О чём ты говоришь? Я ничего не понимаю! Эмбер равнодушно опустил взгляд: — Неважно, понимаешь ты или нет. Фан Юнь, живи как знаешь. Надеюсь, Сифрей тебя не убьёт. Если он погибнет на поле боя, это будет его судьба. А если выживет и вернётся, то заключённый раб даст показания об отравлении, и этого будет достаточно, чтобы разрушить его репутацию. Многие самки наблюдали за ними с тревогой, не понимая, почему два самца вдруг сцепились. Некоторые уже собирались сообщить генералу Джойсу. К счастью, Эмбер лишь сказал несколько слов, убрал меч и ушёл, оставив Фан Юня стоять на коленях в полном оцепенении. *** В ту ночь отряд разбил лагерь прямо на месте, чтобы отдохнуть. Генерал Джайлс отправил разведгруппу на малых летательных аппаратах искать логово «Гурманов». Вскоре было установлено, что под энергетическими залежами на юго-востоке скрывается большое скопление существ. — Сегодня хорошо отдохните. Завтра рано утром выдвигаемся! Генерал понимал, что уставшие солдаты не смогут сражаться. После двух суток пути все были измотаны, поэтому он приказал дежурить по сменам. Палатка для самцов находилась в самой глубине лагеря и была самой комфортной. Эмбер знал, что снаружи идут патрули, и лишь глубокой ночью смог укутаться в одеяло и ненадолго уснуть. Людвиг только что закончил совещание в главной палатке. Не желая будить Эмбера, он не стал заходить внутрь, а остался снаружи вместе с солдатами, неся ночное дежурство. Чтобы не привлекать зверей, костры не разводили, и лишь просто сидели, опершись где придётся, и смотрели на звёзды. Джойс и Людвиг сидели на земле, глядя в бескрайнее ночное небо. Джойс невольно вздохнул: — Людвиг, как думаешь, какая судьба нас ждёт? Людвиг запрокинул голову, сделал глоток энергетического напитка. Из-за резкого похолодания его дыхание превращалось в белый пар: — Убийства. Бесконечные убийства. Такова судьба самки-солдата. Сказав это, он вдруг вспомнил о спящем в палатке самце и невольно замолчал. Его взгляд впервые за долгое время смягчился: — Пока не встретишь того, ради кого захочешь перестать убивать… Джойс усмехнулся: — На самом деле поле боя не худшее место. У тебя есть планы на будущее? Планы? Людвигу нужно было убить одного самца, выиграть эту битву, а затем вернуться и жениться на Эмбере. Цель была простой и ясной, но, к сожалению, озвучить можно было только часть: — Джойс, давай выиграем эту битву. Уголки губ Людвига приподнялись в дерзкой, свободной улыбке, его глаза сияли ярче, чем когда-либо: — Посмотрим, кто в этот раз быстрее продвинется — ты или я. Этот Лу Сути наверняка пожалеет, что не поехал. Он ведь обожает такие вещи. Джойс поджал губы, прекрасно зная, что ему не тягаться с ним: — Людвиг, ты всё такой же азартный. Но Лу Сути точно не сможет прийти. Его семья занята устройством брака с самцом. Может, к тому времени, как ты вернёшься, он уже будет помолвлен. Людвиг тихо пробормотал: — Как быстро… Если ему попадётся отвратительный самец, вся жизнь Лу Сути может быть разрушена. Джойс уже собирался что-то ответить, как вдруг Людвиг резко поднялся с земли, мгновенно выхватив световую пушку. В ночи его чётко очерченное лицо стало особенно суровым: — Ты слышал?! Джойс нахмурился: — Слышал? Что именно… Он не успел договорить. Земля треснула. Трещина становилась всё шире, и из неё начали выбираться бесчисленные чёрные, блестящие бронированные насекомые. Даже самые мелкие были больше половины человеческого роста. Это были «Гурманы». Их тела напоминали пауков, но у них были острые клешни. Чтобы пожирать энергетические минералы, они зарывались глубоко под землю, из-за чего их не могли обнаружить приборы. А теперь, почуяв чужую расу, они мгновенно поднялись на охоту, разорвав землю почти на три метра в ширину. Горы вокруг начали дрожать, камни с грохотом сыпались вниз. Патруль тоже заметил опасность. Раздавались выстрелы, и тревожные крики: — Плохо!! Нападение зверей!! — Срочно доложить генералу Джойсу!! — Тревога! Тревога! — Быстро эвакуировать обоих господ в безопасную зону!! В тот момент, когда земля раскололась, Людвиг и Джойс перекатились по земле и ворвались в палатку позади. Первая мысль Людвига была спасти Эмбера. Но тот уже проснулся. Наполнив меч внутренней силой, Эмбер резко ударил вниз, точно по «Гурману», который только наполовину вылез из-под земли. Он… пробил броню, которую даже световое оружие едва брало. Брызнула алая кровь. Капли попали на щёку Эмбера, делая его тёмные глаза холодными и беспощадными, как у генерала, прошедшего бесчисленные битвы. Чёрт… Генерал Джойс в шоке расширил глаза, мысленно выругавшись. Самец, которого выбрал Людвиг… слишком силён. Он действительно сражается и убивает?! Людвиг тоже на мгновение застыл, но тут же пришёл в себя и шагнул вперёд: — Ты как? Не ранен?! Эмбер ловко выдернул меч, стряхнув кровь с клинка. Его брови были нахмурены, а голос стал быстрее обычного: — Нет. Под землёй ещё много «Гурманов». Нужно срочно отступать. Как только они выберутся, разрушат структуру поверхности. Горы уже начали трескаться. И в следующую секунду, словно подтверждая его слова, земля задрожала ещё сильнее. Сверху посыпались камни, обрушивая даже усиленные военные палатки. Эмбер вместе с Людвигом и остальными немедленно покинул палатку, срочно отступая к звездолёту. В тот же миг все самки вошли в боевой режим. Их глаза налились красным, когти вытянулись в острые лезвия, скорость стала пугающе высокой. Они разрывали броню «Гурманов» голыми руками, вырывали мозг. В общем сцена была кровавой и жестокой. И среди всех этих насекомых Людвиг, несомненно, был самым грозным. В таком первобытном боевом состоянии огнестрельное оружие лишь мешало, и только собственные «оружия» были по-настоящему смертоносны. Его янтарные глаза уже налились опасным кроваво-красным цветом, выражение лица стало свирепым, и он стремительно уничтожал «Гурманов» одного за другим. Эмбер тоже не стоял без дела. Наполнив длинный меч внутренней силой, он сделал его практически неразрушимым, и даже сильнее когтей самок. Каждый его выпад был быстрым, точным и беспощадным, звери разлетались, словно арбузы, и по количеству убитых он ничуть не уступал Людвигу. Наблюдавшие поблизости самки были ошеломлены. Людвиг обернулся и увидел, что самец вовсе не остался в стороне. В его кроваво-красных зрачках едва заметно проступал странный золотой узор Чумного тотема. На бледных щеках алели пятна крови, половина лица, скрытая в ночи, выглядела одновременно пугающе и странно притягательно. Его голос стал низким, в нём едва сдерживалась злость: — Немедленно поднимайся на звездолёт. Ты должен эвакуироваться в безопасную зону, как господин Фан Юнь. Уничтожение зверей обязанность самок! — Фан Юнь? Эмбер даже не собирался убирать меч, усмехнувшись в ответ: — Ты уверен, что он уже в безопасной зоне? Палатка Фан Юня находилась неподалёку. Когда началась атака, самки действительно бросились его спасать, но для него это было впервые. Он был настолько напуган, что у него подкосились ноги, и он буквально выполз из палатки. К несчастью, он случайно поранил руку, и запах человеческой крови привлёк огромное количество зверей, которые тут же погнались за ним. Даже сорок-пятьдесят элитных самок не могли справиться с ситуацией. — Помогите! Помогите! Кто-нибудь, спасите меня! Перед вылетом на звезду Куарга Фан Юнь был полон боевого энтузиазма, но реальность оказалась совсем другой. Он никогда в жизни не видел пауков размером с машину. От страха у него подкашивались ноги. В панике он уворачивался от вылезающих из-под земли зверей, отступая к звездолёту под защитой самок. Но он не ожидал, что «Гурманы», похоже, выбрали его целью и преследовали с одержимостью. Фан Юнь был на грани срыва: — Почему вы всё время гонитесь именно за мной?!