Игра на выживание в садистском романе

Как Лу Ваньшань не мог понять, почему Лу Бин вдруг выбежал, так и Дуань Цзян совершенно не понимал причины его вспышки эмоций. Он догнал его, схватил за запястье и нахмурился: — Что с тобой?! Лу Бин был так зол, что даже кончики его пальцев дрожали. Он резко вырвался и, тяжело дыша, ответил: — Что со мной? Лучше спроси, что с тобой! Разве ты не говорил, что не любишь Лу Яня? Разве не говорил, что после расторжения помолвки это не будет иметь значения? Тогда почему ты сегодня всё равно сидел с ним за одним столом?! С виду это казалось пустяком. Но по-настоящему задевало Лу Бина то, как Дуань Цзян во время ужина то и дело с едва заметным интересом, с неосознанной заботой, возможно, даже сам этого не замечая, поглядывал на Лу Яня. Дуань Цзян чуть не рассмеялся от бессилия: — Из-за этого? Лу Бин холодно посмотрел на него: — А из-за чего ещё? Первые годы жизни Лу Бин игнорировал Ян Цинь и её сына. Но только сейчас он понял, что это равнодушие на самом деле было более глубокой формой отвращения. Он ненавидел то, что Ян Цинь забрала у него отца, ненавидел и то, что Лу Янь пытался разделить с ним ту малую долю отцовской любви. А теперь даже внимание Дуань Цзяна тоже оказалось «разделённым». Он чувствовал себя лишним, будто ему нигде нет места. Дуань Цзян подавил раздражение: — Лу Бин, можешь перестать вести себя неразумно? Я сегодня пришёл обсудить наш брак. Твой отец просто пригласил меня остаться на ужин. Так что тебя на самом деле злит?! Стоило Лу Бину услышать слово «брак», как его лицо мгновенно побледнело. Он в панике отвернулся: — Я уже сказал. Я не собираюсь сейчас жениться. Нет необходимости что-то обсуждать с ними. Если до этого холод испытывал Лу Бин, теперь очередь дошла до Дуань Цзяна. Он с недоверием посмотрел на него, ощущая абсурдность происходящего: — Не собираешься жениться? Значит, ты и не собирался мириться? Если не собирался, тогда зачем Лу Бин появлялся на мероприятиях под видом его партнёра? Зачем пользовался его связями и деньгами, чтобы открыть студию и участвовать в показах? Лицо Дуань Цзяна мгновенно потемнело: — Лу Бин, ты всё это время играл мной?! Лу Бин скованно попытался оправдаться, но слова звучали слабо: — Нет. — Нет? Дуань Цзян усмехнулся: — Тогда почему ты не хочешь выйти за меня? Лу Бин не нашёл ответа. Он не хотел, чтобы Дуань Цзян узнал о его почечной недостаточности, именно поэтому он столько лет скрывался за границей. Его губы дрогнули: — Я… у меня есть причины… Ну почему тот не может его понять? Дуань Цзян, дойдя до предела, внезапно успокоился: — Какие причины? Скажи. Лу Бин сжал губы и отвернулся: — В любом случае, я не думаю о браке. Услышав это, Дуань Цзян без выражения кивнул, несколько раз повторив «хорошо». Неизвестно, из упрямства или по другой причине, он отступил на пару шагов и медленно сказал: — Ладно. Раз так, нам больше не о чем говорить. Давай расстанемся. Он развернулся и собирался уйти. Лу Бин запаниковал и схватил его за запястье: — Цзян! Послушай меня! У меня правда есть причины, о которых я не могу сказать. Я… я… Не успев договорить, из-за сильного эмоционального напряжения его лицо побледнело, и он внезапно потерял сознание. Выражение лица Дуань Цзяна резко изменилось. Он поспешно подхватил его: — Лу Бин?! Лу Бин?! Что с тобой?! Лу Янь, присевший за деревом, приподнял бровь, увидев это. Похоже, у Лу Бина начался приступ. Он молча достал телефон и вызвал скорую, при этом странно занервничав за собственные почки. После того как Лу Бин потерял сознание, его срочно доставили в больницу. Лу Янь за ним не пошёл, он сразу вернулся домой. Шутка ли, а вдруг прямо на месте обнаружат его почечную недостаточность? А если Лу Ваньшань и Дуань Цзянь заставят его проходить тест на совместимость?! Лу Янь считал, что потеря брата, который его недолюбливает, не сильно повлияет на его жизнь. Но вот потерять почку — это уже совсем другое дело. У каждого органа в теле есть своё назначение, и последствия такой утраты могут понять только те, кто через это прошёл. Всю следующую неделю Лу Янь практически оборвал связь с семьёй, не отвечая ни на какие звонки. От нечего делать он нашёл неподалёку от университета Тан Жуфэна квартиру с хорошим ремонтом, купил туда мебель, оплатил аренду на полгода вперёд и собирался переселить туда Тан Жуфэна. — Это… твоя новая квартира? Тан Жуфэн не знал истинных намерений Лу Яня. Когда тот внезапно написал ему и позвал поужинать, он не придал этому значения. Но Лу Янь сразу привёз его в жилой комплекс недалеко от университета. Эта квартира уже была полностью обставлена, шкаф забит одеждой с бирками. Естественно, он подумал, что Лу Янь просто переехал. Лу Янь сидел на диване, закинув ногу на ногу, небрежно бросив ключи на стол. Его глаза были лениво прикрыты, а красивое лицо в мягком свете выглядело почти нереальным. — Это не для меня, а для тебя, — спокойно сказал он. — Живи здесь пока. Так тебе будет удобнее учиться. Я оплатил аренду на полгода. После выпуска найдём что-нибудь получше. Тан Жуфэн не ожидал, что квартира предназначена для него. Он посмотрел на ключи на столе, затем на панорамное окно за диваном, словно о чём-то размышляя. К вечеру небо постепенно темнело, облака на горизонте окрасились в розово-фиолетовые оттенки заката. Вокруг возвышались высотки, одна за другой загорались неоновые огни. Отсюда открывался вид на ночной центр города, усыпанное морем огней. Квартира, где раньше жил Тан Жуфэн, имела лишь маленькое обшарпанное окно, почти всегда в тени, сырое и затхлое место. Солнце туда почти не заглядывало, окна редко открывались. Снаружи были лишь обвалившаяся стена и тёмный переулок с мусорными баками, кишащими насекомыми и источающими зловоние, что служило настоящим отражением пыльной жизни большинства людей на дне общества. Тан Жуфэн вернулся в реальность и посмотрел на Лу Яня: — Ты… собираешься содержать меня? Его глаза, в которых чёрного было больше, чем белого, словно проникали в мысли собеседника, под таким взглядом трудно было лгать. Лу Янь слегка приподнял брови: — Я уже говорил, я никого не содержу. Тан Жуфэн наклонился ближе, их дыхание смешалось. Он упрямо смотрел прямо в глаза Лу Яню, требуя ответа: — Тогда зачем ты даёшь мне всё это? После короткой паузы Лу Янь дал ответ, который не был ответом: — Поддержка будущего цветка нации? Студенты ведь после выпуска будут приносить пользу обществу. Он просто делает вклад. — Хм. Тан Жуфэн чуть скривил губы, как будто улыбнулся, но выглядело скорее насмешливо: — Таких «цветков нации» слишком много. Молодой господин Лу собирается всех содержать? Ему не нравилась эта расплывчатость. Внутри него даже поднялось странное раздражение, словно в застоявшейся воде наконец пошла рябь, но он сам не понимал, к чему это приведёт. Лу Янь лениво улыбнулся: — Не обязательно. Они должны мне нравиться. Тан Жуфэну не понравилось слово «нравиться». Так можно сказать и про кошку на улице, и про случайную собаку, слишком уж это звучало безлично. — Но я не хочу здесь жить. Ночью, получив сообщение о встрече, он не спал, доделывая экспериментальные данные. И точно не ожидал, что речь пойдёт об этом. Сказав это, Тан Жуфэн наклонился за рюкзаком, собираясь уйти. Но его запястье вдруг сжали, Лу Янь потянул его обратно на диван. Он навис над ним, прижав в углу, и тихо спросил, будто не понимая: — Ты правда хочешь, чтобы я тебя содержал? Это ведь всего лишь слово. Есть оно или нет, он ведь всё равно поможет. Почему Тан Жуфэн так за него цепляется? Тан Жуфэн нахмурился: — Нет, не хочу! Он оттолкнул Лу Яня и поднялся, его лицо словно покрылось льдом: — Я не просил тебя меня содержать. Я верну тебе эти пятьсот тысяч! Он уже собирался уйти, но Лу Янь снова схватил его. На этот раз движение оказалось чуть сильнее и Тан Жуфэн невольно упал прямо в его объятия. Они оба на мгновение замерли. Воздух наполнился не только тишиной, но и едва уловимым движением желания. Тонкая одежда почти не скрывала их жар, передающийся друг другу. Лу Янь первым пришёл в себя и усмехнулся. Наклонившись к уху Тан Жуфэна, он прошептал вполголоса, наполовину серьёзно, наполовину насмешливо, его голос был таким низким, что щекотал слух: — Как говорится, собака кусает Люй Дунбина, не узнавая доброго человека… Он ведь из добрых побуждений снял для него квартиру, а тот вот так отплатил? Тан Жуфэн холодно ответил: — А ты добрый человек? Лу Янь приподнял бровь: — Разве я похож на плохого? Тан Жуфэн ничего не сказал. Вдруг он протянул руку, обхватил лицо Лу Яня и, словно мстя, резко впился зубами в его губы. Во рту разлился металлический вкус крови. На этот раз Лу Янь не уклонился. Наоборот, он крепче обнял гибкую талию Тан Жуфэна и уверенно ответил на поцелуй. Их поцелуи всегда были жёсткими, почти собственническими, как нарастающее желание, способное ранить обоих, словно припухшие укусы на губах. Неловкие попытки Тан Жуфэна взять инициативу заставили горло Лу Яня сжаться. Он толкнул его на диван и хрипло спросил: — Ты и правда такой смелый? Думаешь, я не возьму тебя прямо здесь? Губы Тан Жуфэна, обычно бледные, теперь стали ярко-красными, что выглядело неожиданно притягательно. Он схватил Лу Яня за воротник, его глаза холодно сузились: — Трус тут только ты. Чёрт… Если Лу Янь продолжит сдерживаться, он перестанет быть мужчиной. Не утруждая себя тем, чтобы идти в спальню, он притянул Тан Жуфэна ближе, решив «проучить» его. К счастью, диван оказался достаточно прочным, чтобы выдержать их порыв. Тан Жуфэн лежал на диване без сил. Стоило ему слегка повернуть голову и он видел за окном оранжевый закат, словно само небо было охвачено огнём. Он лениво прикрыл глаза, внезапно осознав, что за свои двадцать лет ни разу не находил времени остановиться и посмотреть на такой пейзаж. Его дыхание участилось, взгляд стал расплывчатым, будто он вот-вот сорвётся вниз за панорамное окно, испытывая одновременно тревогу и странное возбуждение. Когда всё закончилось, за окном уже стемнело. В комнате горели лишь тусклые декоративные лампы. Лу Янь поднял обессиленного Тан Жуфэна на руки и отнёс в ванную. Тот, словно зверь, только что выпустивший когти, теперь совсем лишился сил сопротивляться. Он лениво уткнулся лицом в шею Лу Яня, обвивая его, как коала. Лу Янь включил душ, и горячая вода полилась сверху. Он поддерживал Тан Жуфэна, который едва стоял, глядя на его ресницы, намокшие от пара, и с лёгкой насмешкой подумал, что по идее, для них обоих это первый раз, но первые два раза он был пьян. А сейчас, он почти не успел почувствовать вкус происходящего. Такой молодой студент, с хорошей фигурой и красивым лицом, в самом расцвете, если об этом узнают, его, наверное, обвинят в том, что он растрачивает ценный «ресурс». Прочистив хриплое горло, Лу Янь сказал: — Просто оставайся здесь. Я купил для тебя одежду по размеру, она в шкафу, ты можешь её носить. У Тан Жуфэна характер вспыхивал быстро и так же быстро остывал. Услышав это, он равнодушно ответил: — Я скоро выпускаюсь, тебе не нужно продлевать аренду. После окончания учёбы он сможет сам зарабатывать и не будет всё время зависеть от Лу Яня. Лу Янь взъерошил его мокрые волосы: — Об этом потом поговорим. В паре тумана Тан Жуфэн открыл глаза и посмотрел на него. Возможно, потому что его недавно довели до слёз на диване, его глаза всё ещё были покрасневшими. — Ты останешься сегодня? Лу Янь улыбнулся: — Хочешь, чтобы я остался? Тан Жуфэн, который в нужный момент мог быть либо холодным, либо прямолинейным, хрипло ответил: — Останься. Он прижал Лу Яня к прохладной кафельной стене. Капли воды стекали с его чёрных волос, делая кожу ещё более бледной, почти фарфоровой. Несмотря на холодную внешность, в этот момент от него исходило необъяснимое притяжение. Он понизил голос: — В новом доме в первую ночь нужно «согреть постель». Разве ты не слышал? Лу Янь о таком обычае, конечно, не слышал. Он мягко провёл пальцами по припухшим, прокушенным губам Тан Жуфэна, словно разминая лепестки, и с привычной насмешкой сказал: — Мы уже «согрели» диван. По твоей логике, теперь и кровать нужно? — Как хочешь, — спокойно ответил Тан Жуфэн. Казалось, у него был высокий болевой порог, обычный человек давно бы уже сдался. Но Лу Янь не был таким уж зверем. После душа они просто легли спать. Это действительно был их первый раз, когда они делили одну подушку, и ощущения были странными. Тан Жуфэн был хорошим студентом, и даже перед сном не брал в руки телефон. Лёжа на мягкой кровати, он наблюдал, как Лу Янь рядом листает экран. Свет ночного города проникал через панорамное окно, создавая ощущение сна наяву. Лу Янь как раз переписывался в WeChat. В последнее время он намеренно избегал всех контактов, даже завёл запасной аккаунт, чтобы общаться с Ян Цинь. После того как Лу Бин потерял сознание и попал в больницу, у него, как и ожидалось, обнаружили почечную недостаточность и состояние было далеко не лучшим. Лу Ваньшань сразу же захотел заставить Лу Яня пройти тест на совместимость. К счастью, он вовремя сбежал, иначе его бы уже давно поймали. Повезло… Лу Янь поджал губы, решив больше не иметь ничего общего с этой «глупой» семьёй. Он даже велел Ян Цинь спрятаться и не показываться. Хотя он и так предполагал такой исход, когда Ян Цинь подтвердила, что Лу Ваньшань действительно собирается заставить его пройти проверку, его всё равно пробрал холод. Он не сможет вечно скрываться от семьи Лу. С возможностями Дуань Цзяна найти его, это только дело времени. Рано или поздно всё это закончится конфликтом, и никому не будет легко. Ночь была тихой. Яркие, но холодные неоновые огни за окном загорались один за другим. Лу Янь выключил телефон, впервые за долгое время почувствовав облегчение от того, что рядом кто-то есть. Он лёг спать, но, повернув голову, заметил, что Тан Жуфэн смотрит на него. Он усмехнулся: — Что смотришь? У меня на лице цветы выросли? Тан Жуфэн подумал, что цветов конечно нет, но выражение у него довольно раздражающее. — У тебя что-то случилось. Это было утверждение, не вопрос. Лу Янь не хотел вдаваться в подробности: — У всех есть проблемы. Ничего особенного. Спи. Сказав это, он накрылся одеялом и лёг рядом. Глубокой ночью Лу Яня разбудила резкая боль. Он рефлекторно схватился за живот, решив, что съел что-то не то. На ощупь нашёл обезболивающее на тумбочке, но боль только усиливалась. У него вдруг перехватило дыхание, а по спине выступил холодный пот. Тан Жуфэн почувствовал неладное и мгновенно проснулся. Нахмурившись, он наклонился к нему: — Что случилось?! Лу Янь, бледный, держась за живот, с трудом выдавил: — Быстро… вызови скорую…