humedad

Карлоса хочется вылизать. Полностью. С пяток до головы. Его потную кожу хочется ощупывать. Производить языком незамысловатые круги, слизывая знакомый соленый привкус. После изнурительной квалификации в Сингапуре Карлос выглядел уставшим, но безумно привлекательным. Лицо было покрасневшим. Кожа блестела, а мокрые волосы нелепо падали на лоб и глаза. Карлос постоянно их поправлял, пытаясь выглядеть собранным и опрятным. Почему он просто не мог надеть кепку? Головоломка, которую Ландо Норрис не мог никак разгадать. Он наблюдал за ним уже достаточно долгое время, предвкушая их скорую встречу где-нибудь в номере отеля или другом уединенном местечке. Ландо давно и чеканно прокомментировал свою неудачную попытку на быстрый круг и стычку с Максом. Осталось лишь только собрать вещи и поехать в отель, чтобы дать мышцам и мозгу отдохнуть, поскольку его тело извращенно ныло от перенагрузки. Но Ландо продолжал стоять в стороне и просто пялиться. Он давно позабыл о паршивых результатах квалификации. В конце последнего и тяжелого сегмента Оскар смерил его пренебрежительным взглядом и поздравил с пятой позицией. Это, безусловно, было намного лучше, чем стартовать с конца стартовой решетки или с пит-лейна. Ландо молчаливо кивает, принимая собственное поражение, и пожимает руку напарнику. Их срубленная маска дружелюбности в мгновение стирается, обнажив истинную форму жестокого соперничества. Ландо опускает ладонь почти брезгливо. Завтра он обязательно поборется за высокую позицию, оттесняя Оскара в ближайшую стену, и покажет на что способен на пороге дикого отчаяния. Однако сейчас его беспокоило только одно. Точнее один. Карлос Сайнс. Ландо мысленно и неторопливо растянул его имя на слоги, подобно приторному мёду, и ощутил на языке призрачную сладость. Сейчас Карлос казался таким недосягаемым, буквально мифическим. Как же Ландо хотел подойти сзади, чтобы опоясать руки вокруг мощной талии и положить подбородок на плечо, показывая всему миру кем они являются друг другу на самом деле. В груди невольно кольнуло. Страх едкого разочарования мгновенно накрыл исполинской волной. А на что он может рассчитывать? Лишь на тайные свидания и запретные отношения, которые длились уже почти два года. Ландо болезненно сглатывает, когда Карлос перенаправляет взгляд в его сторону. Темный и глубокий одновременно. Пожирающий изнутри. Ландо поежился, ощутив себя беспомощной овечкой, загнанной хищником в ловушку. Но он смотрит в ответ, норовя выиграть эту развратную игру. Напряжение между ними накаляется до предела даже сквозь такое вытянутое расстояние. Но Карлос также быстро отводит взор, чтобы сфокусироваться на вопросах журналистки. Он все ещё давал интервью. Делился впечатлениями о собственных результатах. Никудышняя 13-я позиция. Несмотря на неудачный день, Карлос выглядел уверенным. Он привык к непрестанным осечкам, поэтому сохранял непреклонное хладнокровие. Но Карлос также был силен и хорошо подготовлен. Все равно мужчина мечты, — думает про себя Ландо и обворожительно улыбается. Как же, наверное, глупо он выглядит со стороны. Это нельзя было назвать подростковой влюбленностью. Чувства были намного сильнее. Обжигающая привязанность просочилась в сердце. Карлос смиренно улыбается журналистке. Ландо очерчивает его улыбку, словно художник на чистом холсте. Мнимо представляет, как прикасается большим пальцем к влажным губам. Как нежно и до боли ласково проводит, размазывая метку безграничной преданности. А Карлос, словно ощутив чужое вожделение, показательно облизывает губы и что-то отвечает девушке по-испански. Его недо-интервью наконец-таки завершается. Испанец грациозно расправляет плечи и машет рукой в знак прощания. Ему передают бутылку с водой. Карлос подносит горлышко ко рту и с жадностью выпивает содержимое. Небольшие капли стекают по его подбородку, с позором падая на пол. Ландо вжимается в стену и чувствует себя самым гнусным озабоченным психопатом, выслеживающим каждый шаг своей жертвы. Он очень хочет оказаться на месте этой бутылки. Теперь Карлос становится ещё ближе. Он направляется в сторону Ландо. Норрис достает телефон, намереваясь показать безразличие. Скользит пальцем по разным приложениям, обдумывая, что можно открыть для просмотра. Их не должны видеть. Но Карлос любит нарушать правила. Он любит рисковать прямо у всех на глазах, демонстрируя свое бесстрашие. Таков он был и на трассе, управляя болидом с отточенной решительностью и со всей силы вжимая ногу в педаль газа, чтобы преследовать конкретную цель. Знакомый запах бьет в нос. Ребра сжимаются, с хрустом обнажая кожу. Ландо убирает телефон в карман и позволяет приподнять глаза. — Через пять минут в моей комнате-отдыха, будь осторожен, — сдержанно шепчет ему на ухо Карлос, и британец просто застывает на месте, почувствовав стальной узел у себя в животе. Карлос перед уходом ещё соблазнительно подмигивает и растворяется в толпе журналистов и сотрудников. Ландо нервно усмехается и прикладывает ладонь на глаза. Как же он всё-таки хочет вылизать Карлоса. *** В коридоре моторхоума Williams совершенно тихо. Пальцы опускаются к двери. Ландо стучит костяшками четыре раза (два из них быстрые, остальные медленные) — их личный релевантный код. Дверь тут же открывается, и перед ним появляется Карлос. На обнаженном торсе все ещё застывшие капли противного пота. На бедрах аморально висит часть гоночного костюма. Темные небритые волосы вереницей тянутся к пупку из под кромки бело-синей одежды. Ландо смотрит слишком долго, оценивая подтянутый живот, и мечтательно прикусывает губу. Он буквально может протянуть руку и прикоснуться к этой загорелой и блестящей коже, но по какой-то причине медлит, боясь разрушить это очаровательное помутнение. — Нас могут увидеть, — недовольно произносит Карлос и хватает Ландо за руку, утягивая вглубь комнаты. Ландо слышит знакомый щелчок, сигнализирующий их скрытые желания и бесстыжий приговор. Он снова прикусывает нижнюю губу, ожидая дальнейших действий. В комнате пахнет свежестью. Работает кондиционер. Но Ландо чувствует парализующий жар. Карлос подходит ближе и обнимает его за талию. Через футболку Ландо чувствует горячую мокрую кожу. Его тело рефлекторно вздрагивает. — Ты хотел о чем-то поговорить? — Карлос притворяется дурачком, задавая такой вопрос. Ландо дергается от собственной ядовитой усмешки. Он опускает руки на его широкие плечи, чуть сжимая, и оставляет быстрый поцелуй на щеке. Губы слегка саднит от щетины, но как же Ландо плевать. — Я соскучился, — только отвечает Норрис и целует ещё раз, но теперь в районе подбородка. Это знакомый акт поддразнивания. — Знаю, я тоже. Ландо сладко ухмыляется. Он выпускает кончик языка и проводит им по нижней губе, удерживаясь от развращенного укуса. Карлос жадно наблюдает за его действиями. Не спешит. Ждёт следующего шага. — Ты чертовски сексуален, — откровенничает Ландо, запуская пальцы в длинные чёрные волосы. Карлос прикрывает глаза, отвечая на ласку. Он как кот. Доверчиво льнет под прикосновения и неосознанно наклоняет голову под нужным углом. Ландо умело массирует кожу. И в этой нежности есть нечто большее, чем просто незримое обожание. Ландо оскаливается и оставляет короткий поцелуй в уголке рта — интимно и горячо. Клеймо намерений и безумных желаний. И тогда замаскированная страсть вскипает наружу. Сердце начинает биться быстрее под действием бурлящего адреналина, как при бешеной скорости по прямой во время гонки. Их губы наконец-то встречаются в необузданной схватке. Ландо кусается. Он жаждал распробовать эти губы ещё с начала квалификации. А Карлос ответно двигается, позволяя Ландо съедать его целиком. Они слепо ступают к стене. И прижатым к ней неожиданно оказывается именно Карлос. Ландо жмется как можно ближе. Руки скользят по обнаженной груди и цепляются за самое излюбленное место. Он скручивает один сосок двумя пальцами почти искусно и тянет на себя, переменно зацеловывая рот. Карлос обвивает за шею, приказывая не останавливаться. Они яростно двигают губами, словно находятся на клочке от смерти. Панически растворяются в поцелуе. Но через некоторое время Ландо с трудом отлепляется от пухлых испанских губ. Он опускается ниже и припадает к шее. А Карлос не отталкивает. Он позволяет быть ему грязным и грубым. Его длинные пальцы задевают оранжевую футболку и ныряют к такой же вспотевшей коже. Ландо рвано выдыхает и тут же кусает. Карлос хрипло рыкает, утопая в горячих ощущениях, а Ландо победно ликует. Он чувствует, как дрожит чужое тело под его действиями. Ощущает ангельскую хрупкость взрослого мужчины. Он понятия не имеет, как могут соединиться эти диаметральные понятия, но ему очень нравится, как Карлос реагирует на его касания. Неважно — руки, губы, зубы или пальцы. — Какой же ты вкусный, — проговаривает Ландо прямо в шею и с жадностью прикусывает яремную вену. Карлос вздрагивает, удерживая очередной громовой рык. Потом Ландо обязательно пожалеет о своих словах, но в данный момент ему всё равно. Он готов стоять на коленях перед Карлосом и рассказывать ему, какой же он горячий и красивый. Проводить щекой по внутренней стороне бедра, открыто заглядывая в глаза, чтобы продемонстрировать все свои монументальные чувства и запретные фантазии. Лишь бы Карлосу стало отрадно. Они оказываются на небольшом диванчике. Ландо садится сверху, на крепкие бёдра. Он чувствует ослепительное господство, поэтому позволяет себе бесстыдно поёрзать, демонстрируя свое возбуждение. Карлос рычит на данную манипуляцию и опускает руки на поясницу, задевая задравшуюся футболку. Ландо не медлит и снимает её. Кожа к коже. Безумно приятное ощущение. Их пот смешивается, сигнализируя об зверской близости. И Ландо жмется ещё ближе, разрушая эти отвратительные миллиметры между ними. Он целует снова — требовательно и мокро. Язык проникает в чужой рот, безобразно сталкиваясь с другим. Они сплетаются в непристойном поединке. Ландо обвивает шею Карлоса практически до удушения и также глубоко целует. Весь мир сужается до их обоих в этой крохотной комнате и данных жгучих движениях. Воздуха едва хватает, он осел где-то на потолке. — Cariño, estás muy impulsiva hoy, — проговаривает Карлос прямо в губы на своем родном языке, и Ландо понимает, что сейчас кончит только лишь от этого чертовски великолепного акцента. Он напряженно выдыхает и приваливается щекой к исцелованным губам. Дышать не выходит от слова совсем. В груди укоренился свинцовый обломок. Внизу живота вспыхивает неистовый пожар, испепелявший кровь. — Пожалуйста, заткнись, — огрызается Ландо и слезает с его бедер. Карлос, явно недовольный уходом, с недоумением взводит брови вверх. Ландо ехидно улыбается и опускается на колени. Он в два счета справляется с костюмом и нижним бельем. Всё это падает к щиколоткам, оставаясь там мертвым грузом. И тогда Ландо на момент застывает. Он видел член Карлоса огромное количество раз, однако сейчас всё было по-другому. Что-то необъяснимо инородное въелось под кожу, разрезая скальпелем всю разумность Ландо. Член невероятно красивый. Он резко дергается лишь только от одного ненасытного взгляда Ландо. Чертовски хочется почувствовать его внутри себя, но у Норриса сегодня немного другие планы. Он встречается с глазами Карлоса. В них Ландо считывает лишь глубочайшую потребность. Никаких отступлений, согласие уже получено. Рот автоматически наполняется необходимой слюной. И Ландо непоправимо ломается. Он припадает к члену почти зачаровано. Губы опускаются к розовой головке. Ландо высовывает язык и с ненасытным удовольствием облизывает вытекший предэякулят. Карлос над ним ожидаемо вздрагивает и кладет руку на голову. Это напряженный рывок и раздирающее до костей давление. Ландо вздрагивает и рефлекторно открывает рот, чтобы погладить горячую плоть, явно жаждущей мокрых прикосновений. И теперь он улавливает довольный стон. — Vamos cariño, puedes hacerlo más rápido. Карлос совершенно беззастенчиво раскидывается пошлыми фразами на испанском. Ландо не понимает их значения, но чувствует явный подтекст. А знакомое cariño с силой бьет в живот, расправляясь в жгучую кислоту. Он послушно двигается под натиском чужой громадной руки. Карлос направляет. Сам создает темп. В уголках глазах скапливаются слёзы безумного восторга. Ландо сосет как отменная шлюха. Но член настолько большой и длинный, что он просто не может опуститься до конца. А Карлос надавливает, вербуя заглатывать его плоть целиком. В горле резко першит, когда головка упирается прямо туда. На мгновение он отстраняется, чтобы сомкнуть руку на члене и поймать горстку необходимого воздуха. Под ладонью вспухшая и мокрая плоть. Ландо показательно облизывается, собирая по крупицам чужой терпкий вкус. По подбородку тянется вязкая слюна, смешанная с предэякулятом. Он начинает дрочить и постепенно увеличивает темп. — Por favor cariño no pares, — мурлычет Карлос где-то сверху. Ландо испускает стон блестящего упоения. И снова наклоняется. Он нежно целует головку и выбивает из возлюбленного ещё один сытый на блаженство вопль. Чувствуя приближающуюся разрядку, Ландо резче начинает двигать рукой. Карлос задыхается от переполненных в груди ощущений. На одно мгновение к нему возвращаются силы, и он тянется к подбородку, чтобы притянуть к себе для вялого поцелуя. Ландо неторопливо шевелит губами, а потом снова возвращается к разгоряченному члену. Он прикасается языком ещё раз и проводит по всей длине, вызывая у Карлоса долгожданный оргазм. Сперма стреляет прямо в его лицо. Ландо зажмуривается и вульгарно открывает рот, норовя поймать остатки белого семени. Он всё-таки проглатывает. Вкус не самый приятный, но такой будоражащий. Собственное возбуждение быстро выходит наружу, когда Ландо осознает, что практически поглотил частичку Карлоса Сайнса. От этого сносит голову в считанные секунды и Ландо громко стонет. Он тут же прикрывает рот ладонью, поскольку слишком перестарался. Собственный стон эхом отдает в ушах. Его попросту мог кто-то услышать за дверью. Ландо прикусывает кожу и вымученно выдыхает. Он не будет готов для серьезных допросов. А Карлос тем временем рельефно выдыхает и откидывается на спинку дивана, позволяя истоме растечься по телу. — Perfecto, — констатирует Карлос. Когда он открывает глаза и переправляет взгляд на Ландо, то потрясённо охает. Британец неуверенно убирает руку с лица и ухмыляется. Он высовывает язык, чтобы собрать остатки спермы на губах. Самая пошлая картина в глазах Карлоса. — Ох, дорогой… прости, — Карлос пытается связать слова, но язык заплетается от испытанного оргазма. Карие глаза беспокойно бегают по чужому лицу. — Всё в порядке, — отвечает Ландо. — Главное, что не попало в глаза. Карлос кивает и достает откуда-то сухие салфетки. Он одним движением просит возлюбленного подняться. Ландо бесшумно залезает на его колени и позволяет вытереть свое лицо. Кожу немного щиплет, но не так критично. Карлос осторожно убирает последние белёсые капли со скулы и кротко целует в нос. В знак беспредельной поддержки. — Я не должен был, — не перестает успокаиваться Карлос и аккуратно проводит большим пальцем по щеке, останавливаясь на яркой родинке. — Карлос, всё хорошо. Мне даже понравилось, — успокаивает Ландо и стеснительно натягивает улыбку. — И будь добр, надень что-нибудь, иначе я снова не выдержу. Карлос усмехается и резко поднимает его на руки. Ландо цепляется за плечи, как за буёк в центре пожирающего моря. Немного волнительно оказаться на чужих руках в полуобнаженном состоянии. Карлос усмехается волнению Ландо, но всё-таки усаживает его на диван. Британец закидывает ногу на другую и принимает удобное положение. Карлос переодевается прямо перед ним, ничуть не стесняясь. Ландо с улыбкой на лице довольствуется разыгрывающимся спектаклем. Вновь оценивает пропорции мужского тела. Перемещается по выпуклым мышцам. Он обворожительно прикусывает указательный палец, когда Карлос натягивает на спину чересчур облегающую футболку. Лопатки выпирают через плотную ткань, почти разрезая её. — И ты переодень, — проговаривает Карлос и кидает в Ландо такие же темные шорты. Тот искусно ловит одежду одной рукой и заразительно смеется. На его собственных шортах образовалось мокрое и грязное пятно в области паха. Он стаскивает их и осторожно складывает рядом. Кожа немного зудит от липкого семени. Поэтому Ландо берет оставленные салфетки и убирает влажную смесь пота и спермы. Они быстро собирают остальные вещи. Ландо медленно шагает к двери и разворачивается, ожидая, что его непременно остановят. Карлос почти так и делает. Он подходит достаточно близко, чтобы притянуть к себе для согревающего объятия. Ландо переплетает руками талию и утыкается носом в шею. Он поглощает знакомый запах снова и блаженно поднимает голову, находясь в неразличимых сантиметрах от чужого лица. — Я люблю тебя, — шепчет Ландо прямо в губы, а потом целует. Это не сильный порыв, а трезвая мягкость. Некий образ важности озвученных слов. — И ты сегодня отлично себя показал. Ты ещё можешь принести команде очки. — И я люблю тебя, cariño, — отвечает Карлос и обрамляет чужое запястье. Он подносит руку к губам и чувственно целует костяшки. — Спасибо, что веришь в меня. Я это очень сильно ценю. Ландо хихикает, чувствуя в груди приятную тяжесть, и обнимает ещё сильнее. И в этой близости он не чувствует себя одиноким. Не осталось больше ошибок со стороны команды, тошнотворного соперничества с напарником и личных неудач на трассе.