«Ху Минг Легенда о Белом лисе»

На следующее утро госпожа Ли получила тонкий свиток, скрепленный печатью из красной киновари. Развернув его, она увидела изящно выведенные иероглифы, пахнущие дорогой тушью и сандалом: «Уважаемая госпожа Ли, Его Высокопревосходительство, Четвёртый Принц, с радостью приглашает Вас на празднование Осеннего Фестиваля в резиденции Золотого Ветра. Просим явиться в одеждах темно-оранжевого, красного и белого цветов. С почтением, Секретариат Принца». Госпожа Ли нахмурилась. Просто отправить вежливое согласие — это было не в её вкусе. Она быстро набросала свой ответ, аккуратно скрутила свиток, запечатала и отдала слуге, ждавшему у порога. Выйдя из комнаты, она отправилась искать Ся. — Ся! — её голос звонко разнесся по галереям дома. Лис, как всегда, бездельничал в кресле, закинув руки за голову и лениво покачивая ногой. — Ох, госпожа, ваш раб так устал… — протянул он, хитро подмигнув. — Спина молит о пощаде, а ноги сами готовы пуститься в бега от любой работы. — Ничего не знаю, — отрезала она, хотя в глазах плясали смешинки. — Ты идешь со мной. Ся покорно опустил голову, понимая, что сопротивление бесполезно, и поплелся следом, имитируя глубочайшее страдание. На рынке Линь кружилась возле лавок, словно яркая бабочка. Стеллажи ломились от тяжелой парчи и легкого, как туман, газа. Ся, чье терпение иссякло быстрее, чем у простого смертного, примостился у ступеней. Закинув руки за голову, он закрыл глаза, пытаясь абстрагироваться от бесконечного шелеста ткани и запаха городской пыли. — Ся! Ся, ты где?! — раздалось от прилавка. — О, вы уже выбрали? Как красиво сидит! — воскликнул он, надеясь, что на этом всё. Но Линь лишь махнула рукой: «Беру!», а затем указала на него. — Что-о-о? Почему я?! Что, мало мужчин на свете, чтобы наряжать их в эти шелка? — Лис прикинулся вкрай удивленным, хотя внутри уже почуял неладное. Таких, как ты? — рассмеялась она. — Нет, ты единственный! Она засмеялась ещё громче, игриво подмигнув ему, отчего подвески в её волосах весело зазвенели. Ся не смог не улыбнуться, хотя внутри его привычно ворчал старый дух: «Ох, эти людишки… всегда находят способ заставить нас заниматься пустяками». Наконец, после долгих споров и сравнения десятков отрезов, они выбрали для него тёмно-оранжевый наряд. Госпожа Ли не жадничала: шёлк был нежно-пастельного оттенка, но при каждом движении на нём вспыхивали мастерски вышитые золотые ветви и лотосы. Ткань переливалась на солнце, словно чешуя живого существа, придавая Ся величие, которого он сам в себе старался не замечать. Наступил «День Х». В воздухе поместья витало возбуждение, пахнущее пудрой и дорогим маслом для волос. Они готовились вместе, превратив это в своего рода ритуал: Линь помогала ему расправлять складки тяжёлого халата, а он, ворча для вида, поправлял её шёлковые манжеты. — Ся, — вдруг сказала госпожа Ли, заглядывая ему в лицо через зеркало чжуантай, — тебе определённо стоит научиться искусству чжуанжун (нанесения грима). У тебя руки точнее, чем у моих служанок. Лис вскинул бровь, и в его взгляде мелькнуло притворное возмущение: — Эээ… а почему именно я? В городе полно парней, мечтающих о такой работе… — Нет, ты — лучший вариант, — отрезала она, смеясь. — И к тому же, кто ещё умеет так загадочно смотреть на мир, как ты?Сидя в повозке, среди мягких подушек и аромата сандала, Линь оглядела их обоих. — Ммм… только посмотри на нас! Сегодня мы затмим самих звёзд! — Точно, — подтвердил Ся, улыбнувшись в ответ. Его наряд цвета заката идеально гармонировал с её красным платьем. Когда они вышли из повозки, перед ними предстала дворцовая резиденция Четвёртого Принца — шедевр архитектуры Тан. Высокие красные ворота с золотыми орнаментами охраняли вход, а на крышах, казалось, вот-вот взлетят нефритовые фигурки драконов. В воздухе плыли звуки далёких цитр и смех гостей. Пройдя мимо стражи, они оказались у берега реки. Здесь сотни жителей и гостей запускали в воду маленькие огни —дэнлун. Огоньки плавали, отражаясь в чёрной воде, создавая чарующий танец света, который сливался с фонариками, парящими в небе. На лужайках стояли группы резных деревянных стульев и столиков, накрытых шёлковыми скатертями красных и тёмно-оранжевых тонов — всё строго по приказу принца. Свет бумажных фонариков мягко ложился на шёлковые одежды, превращая каждого гостя в часть живой картины. Воздух был пропитан ароматом жареного мяса с пряностями, свежего чая и дорогих благовоний. Все улыбались, и даже Лис почувствовал, как напряжение отступает. Они осторожно зажгли свои бумажные огни. Ся смотрел, как его фонарик медленно поднимается ввысь, превращаясь в золотую точку среди тысяч других. После они сели за стол, уставленный изысканными яствами: засахаренными фруктами, медовыми сладостями и пряными напитками. Но несмотря на всё веселье, в воздухе витало предвкушение — все гости, затаив дыхание, ждали появления самого Четвёртого Принца. Вот он вышел. Величественный, в роскошном золотом одеянии истинно королевского происхождения. Тяжелый халат, расшитый золотыми драконами, казался живым — нити шелка переливались, создавая иллюзию движения чешуи. Пояс с массивными изумрудами подчеркивал его стать, а легкий плащ, наброшенный на плечи, мягко струился при каждом шаге. Его осанка и холодный, властный взгляд не оставляли сомнений — перед ними настоящий принц. Ся чуть не провалился сквозь землю. В этом ослепительном золотом сиянии он узнал того самого наглого юношу, что вчера приставал к нему в павильоне и искал повод для конфликта. Сердце застучало по ребрам, как испуганный зверь, а ладони мгновенно стали влажными. Быстрым, почти рефлекторным движением он вскинул веер и изящно прикрыл лицо. Теперь он смотрел на мир сквозь узкие щели между костяными пластинами, словно играя в прятки с самой судьбой. «Надо всё рассказать Ли, — лихорадочно соображал он. — Предупрежден — значит вооружен». Сидя неподвижно и пытаясь сохранить на лице подобие улыбки, он заметил на себе взгляд Линь. Она придвинулась ближе и тихо прошептала: — Ся… что за маскарад? Зачем ты прячешься за веером, как пугливая невеста? — Только не злись… — едва слышно выдохнул он. Коротко, глотая слова от напряжения, он пересказал ей вчерашнюю встречу. Линь на глазах начала багроветь, её пальцы вцепились в край рукава. — Ты что, с ума сошел?! — прошипела она. — Когда я спрашивала, ты сказал, что это пустяк! — Ты что, не знал, кто это?! — уже тише, но с ледяной нотой спросила она. — Ну… да, — пробормотал он, чувствуя себя крайне неуютно под её яростным взором. — Главное — не делай резких движений и не привлекай внимания, — добавила она, мгновенно выпрямляя спину и принимая вид безупречной аристократки. Ся кивнул, но понимал: теперь они оба на мушке. Антураж праздника — огни, плывущие по реке, смех гостей и аромат пряных яств — больше не казался ему мирным. Теперь это была сцена, на которой любой неверный шаг мог закончиться падением в бездну.