Плачь героя (A Hero's Lament)

В самом сердце Второго округа, всего в десяти минутах от границы Первого округа и в пятнадцати минутах от ближайшего агентства героев, располагалось, пожалуй, одно из самых популярных кафе в городе. А может, и во всей стране. На первый взгляд «Маффинтерс» был простым заведением. Строгий и аккуратный фасад был безупречно вычищен, чтобы соответствовать остальным бело-золотым зданиям с аккуратной кирпичной кладкой. Внутри всё было совсем по-другому. Впрочем, так обычно и бывает, но «Маффинтерс» был уникален. Уникален своим пряно-сладким ароматом. Уникален искренними улыбками и честной помощью. Даже уникален своей клиентской базой. Герои были обычным явлением в кафе, даже чаще, чем в «Саду Эдема», популярной пекарне, которой управляла сама героиня. Как в костюмах, так и без них, поклонники героев и сторонники теорий идентичности толпились в этом месте. Большинство из них отчаянно пытались хоть мельком увидеть своего любимого героя в повседневной обстановке. Не то чтобы это была единственная причина, по которой люди приходили. Второй район был одним из основных производственных центров города. Просто не таким, как Первый район. Если Первый район был раем для генеральных директоров, то Второй район был раем для рабочих. Во Втором округе работали люди из всех районов, как богатых, так и бедных. Там было самое большое количество рабочих в городе. От Десятого округа до Третьего работали местные жители и лишь изредка встречались более… необычные люди. Тем не менее это означало, что они были довольно популярны среди обычных горожан. Чашка кофе утром, обед и ужин вечером — вот что украшало кафе каждый день. Владелец, Бэдбойхало, никогда не обращал внимания на то, что один или два клиента уходят в другие кафе. У него было много других. — Сегодня утром как-то тихо, не находишь? — Да, моя сестра работает в «Эдеме», она говорит, что днём там совсем пусто, но она не жалуется. — Я тоже не жалуюсь, но… как ты думаешь, куда они ушли? Хало заметил, что его сотрудники предпочитают сплетничать, а не работать в длинных очередях, как положено. Он не жаловался, но заметил это. Тема разговора тоже была немного тревожной. Кажется, сегодня в кафе меньше посетителей? Теперь, когда он присмотрелся, так и было. Конечно, столики были заняты, как и всегда, но очереди были заметно короче. Обычно в это время вереница людей выходила за двери, так всегда было во время обеденного наплыва посетителей. Но сейчас очередь заканчивалась прямо у дверей. Не то чтобы Хало жаловался на то, что люди могут оставаться внутри, пока они ждут! Он просто… заметил это. В большинстве мест было довольно оживлённо, но в «Маффинтерс» было не так. Это заставило его задуматься о том, куда все направляются… может, Ники знает? Судя по слухам, её пекарня тоже пострадала от того, что происходило. Не то чтобы Хало часто прислушивался к слухам. Слухи обычно бывают грязными, и их следует игнорировать из-за их пагубного влияния на людей! Но эти слухи его как-то насторожили. Поэтому несколько часов спустя, когда «Маффинтерс» наконец закрылся, он отправился в пекарню к Никки. Он шёл по переулкам и срезал путь, хотя технически не должен был иметь к нему доступ, но у него были связи среди клиентов. Он шёл к высокому зданию, где, как он знал, жили в основном герои. Не то чтобы он должен был это знать, но всё же знал. На самом деле это издержки профессии. Администратор, которая, казалось, ни за что не собиралась называть своё имя, пропустила его без единого слова. Её ногти громко стучали по клавиатуре, пока она выполняла пять задач одновременно. Это действительно впечатляло. Ну, правда. Рядом с клавиатурой лежало незнакомое печенье в форме, отдалённо напоминающей крыло. Оно выглядело довольно красиво, и Хало задумался, где она его взяла. Он не видел такого ни у кого из своих конкурентов во Втором округе или даже в Третьем. Наверное, это не так важно. Это было всего лишь печенье, они могли бы принести его из дома. Но выглядело оно неплохо, и та маленькая часть Бэда, которая любит смотреть и украшать печенье, была довольна. Оно было в стиле «Феникса»? Хало покачал головой и вошёл в ожидающий его лифт. Лифт плавно поднялся и доставил его на пятый этаж с такой скоростью, которая не имела никакого технического обоснования. Впрочем, это и не требовалось, ведь он был героем. У него всегда всё было самое лучшее. — Никки? У меня вопрос! — окликнул Хало, выходя в главную комнату. Это была большая открытая планировка с зоной отдыха и просторной кухней. Он знал, что слева от него находится спальня или, скорее, гостиная. Как всегда, его слегка ревнивое внимание было приковано к кухне. Мраморные столешницы, бытовая техника из нержавеющей стали и большой островной стол, который мог бы заменить весь обеденный стол Хало. Всё было идеально подобрано, как в мечтах кондитера. На самом деле Хало знал, что чистота в помещении поддерживается в основном благодаря услугам горничной. Это была конкретная компания, выбранная под строгим контролем, с работниками которой он встречался всего пару раз. Однако Скеппи, казалось, действительно заслуживал доверия… и был симпатичным. Что? — Мы в гостиной! — раздался голос женщины, о которой шла речь. Хало вздохнул, натянуто улыбнулся и повернул налево. К счастью, гостиная была ближайшей комнатой. Никки сидела на диване рядом с Уилбуром, окружённая косметикой и закусками. Чашка с чаем стояла на стопке книг, вокруг были разложены пакетики с изображением какого-то паука и их обычные домашние угощения. Гитара Уилбура была отодвинута в сторону, а его волосы были в полном беспорядке. — Бэд! Спаси меня, на меня нападают! — драматично воскликнул Уилбур, протягивая руку, но позволяя Никки нанести на него тени. Хало хихикнул, и его улыбка стала чуть более искренней. — О нет, Никки, дурочка ты эдакая! Ты его убиваешь, — посетовал Хало, аккуратно присаживаясь в кресло. Его брюки были слишком тесными, а лента на шее — неудобной. Мода — отстой. — Думаю, он умрёт, — хихикнула Никки. — Чего ты хочешь, Бэд? — Её тон был дразнящим, но требовательным. Она даже не подняла глаз, продолжая безуспешно пытаться подвести глаза идеальной линией. — В пекарне было меньше людей сегодня? — Она замолчала, услышав этот неожиданный вопрос, нахмурила брови и склонила голову набок, а может, она просто оценивала свою работу над глазами Уилбура. Мужчина продолжал тихо ворчать, не обращая на них внимания. — Я… может быть? Я была немного… занята сегодня, — промычала Никки. Верно. Она разбиралась с ограблением на углу Первой улицы и Нолс-авеню. Это было крупное ограбление, в котором участвовали злодеи уровня С, и для его раскрытия потребовалось шесть героев. Хало не придал этому особого значения. Он был занят с посетителями. — У меня сегодня было меньше людей. Можно было подумать, что ты знаешь, куда они направляются, — беспомощно пожал плечами Хало, когда Никки повернулась к нему. Её непроницаемые чёрные глаза каким-то образом успокаивали, но в то же время пугали. Она наморщила нос, в замешательстве нахмурив брови. — Ты же понимаешь, что не единственный, кто владеет кафе в этой стране, верно? — внезапно вмешался Уилбур. Он взял зеркало, валявшееся где-то в ворохе одеял справа от него, и прищурился, глядя в него. Похоже, ему понравился макияж. Даже несмотря на то, что его простая чёрная рубашка была вся в краске. — Ч-что? Я знаю! Это просто… необычно, — надулся Хало, оправдываясь. Его хвост, обвивавший талию, напрягся. От этого он стал неловко ёрзать. Ещё несколько минут, и он сможет уйти. — Где ты это взял? — спросил Хало, кивнув в сторону незнакомой упаковки. Уилбур замер и посмотрел в окно так, словно хотел выпрыгнуть наружу. Интересная реакция. — В кафе? А где же ещё? — Уилбур легко рассмеялся, уклоняясь от ответа. Теперь это привлекло внимание Никки, а эндер знает, как это непросто. Большую часть времени она была погружена в свои мысли, если только это не было связано, скажем, с умирающими детьми. — Теперь, когда ты об этом упомянул, я тоже не узнаю этот бренд. Это что-то новое? Третий округ? Четвёртый? Может, я схожу, — она взяла печенье. Нежно-голубой паук на чёрной паутине. Казалось, что рисунок нарисован вручную, и когда она поскребла его ногтем, он слегка отслоился. Кто вообще сейчас рисует вручную? — Э-э, нет, — неловко рассмеялся Уилбур, — это… вообще-то округ… Двенадцатый? — Пауза, что? Хало показалось, что он перестал дышать. Двенадцатый? Что, во имя преисподней, заставило Уилбура зайти так далеко? Он не мог этого сделать! — Двенадцатый? Ты что, самоубийца? Разве ты не знаешь, насколько это опасно? — забеспокоилась Никки, потому что, в отличие от Хало, она не знала, кто такой Уилбур на самом деле. Хало на самом деле волновалась по немного… другой причине. Неужели ещё больше героев отправятся в нижние районы? — Я в порядке, Никки! Кафе всё равно безопасно, — отмахнулся Уилбур, отстраняясь, когда она наклонилась к нему. Её глаза сузились, безмолвно угрожая. — Безопасно? — Не заходи слишком далеко, Хало, ещё один вопрос, и ты можешь идти. Ещё один вопрос. Уилбур отступил, притворившись, что сражается с Никки, и намеренно проиграл. — Да, владелец — тот ещё чудак, в каком-то смысле иронично, но он жуткий и очень странный. Я буквально видел, как он швырнул злодея через дорогу по пути сюда, потому что тот пытался напасть на выходящую женщину. Я почти уверен, что злодей врезался в стену, и когда я потерял его из виду, он всё ещё торчал там, — рассмеялся Уилбур. — Это безумие, но в этом всё то место. Новое кафе, которое отбирает у него клиентов и создаёт криминальную пустоту в районе? Это было… тревожно. Особенно учитывая, что Хало только сейчас об этом услышал. Он должен был знать такие вещи! Это была буквально его работа. Что ж, по крайней мере, ему было что рассказать. Найтмер всё равно собирался убить его из-за этого. … — Таббо, сядь. Ты уже достаточно нагулялся сегодня, — позвал Дрим, даже не взглянув вниз. Он услышал, как Таббо попытался отодвинуть стул от стола. Сегодня это было уже в третий раз. — Да ладно! Прошло уже два месяца, сэр, босс, сэр! — пожаловался Таббо. — Томми приступает к работе, почему я не могу? — Для человека, который буквально всю свою работу выполнял на старом неуклюжем ноутбуке, Таббо слишком много спорил о положенном ему по медицинским показаниям отдыхе. Он должен был гулять по часу в день, и он уже его отгулял. — Доктор сказал, что не можешь, разве ты не работаешь удалённо? — заметил Дрим, приподняв бровь. Таббо фыркнул и встал, опираясь на ходунки. Дрим даже не стал напоминать, что без лекарства, которое также рекомендовал доктор, Таббо всё ещё испытывал бы боль. Таббо всё равно бы его проигнорировал. — Вы когда-нибудь задумывались о доставке? — Посетитель наклонился над прилавком, оказавшись в неудобной близости от лица Томми. Эрет, который в это время заносил товар на склад, внимательно наблюдал за происходящим. Дрим на мгновение задумался о том, как легко тот держался на этих каблуках. Неважно. — Вообще-то это не моя работа, здоровяк, — Томми отодвинулся, бросив на него сердитый взгляд. Гость тоже отодвинулся, раздражённо закатив тёмные глаза. Как будто это не он тут мешает. — Да, но я сомневаюсь, что твой босс со мной поговорит. Он не из таких, понимаешь, малыш? — Он ударил по стойке и рассмеялся, как будто это была шутка для своих. На мгновение в глазах Томми мелькнуло понимание, они расширились, а затем всё его тело напряглось и, казалось, приняло защитную стойку. — Откуда, чёрт возьми, тебе знать, какой он, — прорычал Томми. Эрет по-прежнему не двигался, но, похоже, начал понимать, что происходит. То же самое можно было сказать и о Таббо, который всё больше нервничал. Это сбивало с толку… Дриму казалось, что он упускает что-то важное. Ты даже не настолько хорош, чтобы понять, что. — Он горец, разве не очевидно? — фыркнул посетитель, одергивая поношенный костюм. Дрим нахмурился, он уже слышал этот термин. Если бы ему пришлось угадывать, он бы сказал, что это классовые предрассудки? Он не был уверен. — Слушай сюда, ты, грёбаный… — А-А-А! — Томми не успел договорить, потому что мужчина с криком отшатнулся. ЭмДи громко расхохотался, держа в руках пустой кофейник. Жидкость из кофейника потекла по спине грубого гостя и испачкала его одежду. Он надеялся, что кофе не был горячим. Если парень обжëгся, то всё равно может подать в суд. Формально, но всё же. — ЭмДи, — добродушно вздохнул Дрим, качая головой. Таббо фыркнул, а Томми заулыбался как сумасшедший. Эрет просто посмотрел назад, а затем на дверь, как будто она могла его спасти. — Чёрт возьми! Это место проклято! — выругался посетитель, вытирая лицо от тёмного кофе. Перья на его голове взъерошились и быстро улеглись, сместив тщательно зачёсанные назад волосы. Он в гневе выбежал из заведения. — Единственное, что проклято, — это твой гель для волос! — парировал ЭмДи, смеясь над собственной шуткой. Дрим просто вернулся к одеялу, которое он делал по… причинам. Определённо, это не имело никакого отношения к тому, что была зима и детям было холодно. Нет. Вообще нет. — Чёрт возьми, парень, это было круто! — прервал их чей-то голос, в котором слышалось явное веселье. Вошедший мужчина на первый взгляд был удивительно похож на ЭмДи, и это быстро заставило невидимку замолчать от удивления. У них был одинаковый смуглый оттенок кожи и чёрные как смоль волосы. Черты лица немного различались, и вошедший был ниже, но… Это было нечто. — Кстати, о доставке. Я знаю парня, который знает другого парня, если ты всё же захочешь немного расширить бизнес, — он широко и дружелюбно улыбнулся и протянул Дриму визитку. Аккуратно отодвинувшись, он освободил руку, чтобы взять её. Лас-Невадас (XXX) XXX–XXXX Для удовлетворения всех ваших уникальных потребностей, какими бы необычными они ни были Акрвуд-драйв, 1812 Район 13 Половину карты занимал символ красного бриллианта, обведённый золотым контуром. Рисунок был простым, чтобы не отвлекать внимание от причудливых букв, покрывающих остальную часть карты. Надо признать, Дрим никогда не слышал о Лас-Невадас. По крайней мере, почти ничего. Только название неуловимого Тринадцатого округа. На обратной стороне была нацарапана самая причудливая подпись, которую он когда-либо видел. Там было написано «Квакити». Странное имя, если только это не псевдоним? Зачем использовать псевдоним при личной встрече? Особенно в такой унылой одежде… — Позвони мне, если я тебе понадоблюсь, и будь осторожен с визиткой. Она, наверное, стоит больше, чем ты сам, — кокетливо подмигнул Квакити, показав пистолеты из пальцев. Томми в замешательстве переводил взгляд с Дрима на Квакити. Таббо, казалось, побледнел, а Эрет? Эрет сдался и побрёл на кухню, чтобы спрятаться. — Чёрт, да что с ним, да, la luciernaga? — прокомментировал ЭмДи. Дрим был вынужден согласиться. Несмотря на то, что он совершенно не разбирался в большинстве различий между мирами, даже спустя столько месяцев он понимал, когда кто-то… переигрывает. Квакити слишком старался, он слишком старался. Совсем как ты. — О, и мне, наверное, нужно передать тебе это, — пожаловался Квакити, прислонившись к стойке, как будто это было единственное, что удерживало его на ногах во время шторма. — Наш друг хочет поговорить с тобой, не заставляй его ждать, а меня здесь никогда не было. — Он бросил на стойку ещё одну визитку и вышел. Тишина. — Что такое Лас-Невадас? Звук удара ладонью по лицу громко разнёсся в воздухе. На самом деле это ни в малейшей степени не помогло ответить на вопрос Дрима. Он не упомянул о том, что Анна была в двух шагах от того, чтобы укусить Квакити. Ему кажется, что это могло усугубить ситуацию. … Фил тяжело вздохнул и потёр глаза. Два месяца, несколько десятков героев и головная боль — и он ни на шаг не продвинулся. Это… мягко говоря, не самое приятное чувство. Ничего об Инициативе «Кошмар», ничего о Лас-Невадас. Ни утечек, ни шпионов, ничего, что могло бы выдать его причастность к чему-то большему, чем прыжки из тени в тень. Видите ли, проблема с расследованием в отношении любого из них заключается исключительно в юридической стороне вопроса. Вся эта бюрократия и высокопарные речи юристов приводят к тому, что один неверный шаг может отправить любого героя, независимо от его ранга, прямиком в ящик Пандоры. Кто вообще классифицировал Инициативу «Кошмар» как религию де-факто? Сможет ли Фил сразиться с ними? Он обещает, что не убьёт их. Разве что жестоко покалечит. В Лас-Невадас всё было наоборот. Вместо того чтобы быть по уши в бюрократических проволочках, из-за которых Фил мог сделать что-то не так и обрушить на себя всю тяжесть Прайма, они были настолько незначительными, что практически всё, что они делали, могло быть технически законным. Только с точки зрения логики Фил мог понять, как Люциферу и Шуту удалось добиться для Лас-Невадас такого статуса неприкосновенности. С эмоциональной точки зрения это было бессмысленно, и он был готов расплакаться. Ни одно из их действий не было преступлением по закону. Ничего. В основном это связано с тем, что ни Лас-Невадас, ни Тринадцатый округ… не существуют? По крайней мере, юридически. Как только Тринадцатый округ пришёл в упадок и превратился в беззаконную пустошь, множество законов фактически отделили его от остальной страны. Но поскольку технически Лас-Невадас является Тринадцатым округом… проблема кроется именно в этом. Это своего рода пробел в законодательстве, который не имеет смысла, поскольку в их действиях не было ничего противозаконного, но и ничего законного в них тоже не было. Всё должно быть предъявлено в качестве обвинения, но ничего не может быть предъявлено в качестве обвинения. Без видео, фотографий и реальных доказательств того, что они сделали. По сути, это поощряло порчу имущества, потому что, если ничего не оставалось, не имело значения, знали ли герои, что это их рук дело, ведь у них не было юрисдикции в Лас-Невадас. Фил положил голову на стол. Прохладное дерево и бумага давили на его лоб, но это мало помогало унять сильную боль в висках. Он расправил крылья, перья свободно зашевелились, а ветер зашуршал страницами. Вот и всё, это было началом злодейской линии Фила. Он собирался сойти с ума. — Э-э-э, Фил? — монотонный голос Техно привнёс в кабинет Фила столь необходимый шум. Фил неохотно поднял голову. В его кабинете царил самый большой беспорядок с тех пор, как всё это началось. Бумаги были свалены в кучи и разбросаны по полу, в некоторых были закладки, а другие валялись под стульями или на книжных полках. Коробки с ещё большим количеством папок, в которых были только бумажные копии, занимали целую стену и блокировали дверь. Пожароопасно. Филу было всё равно: если из-за бумаг он погибнет в огне, то так тому и быть. — Да, Тех? — простонал он, махнув рукой на приличия ещё тридцать чашек кофе и двадцать часов назад. Причудливый плащ его костюма супергероя, маска и большая часть официальной защиты лежали на диване, где по идее должны были сидеть гости. Но не сегодня. Фил задыхался в этом костюме. — Думаю, тебе не помешал бы помощник, — с напускным весельем заметил Техно, протискиваясь в комнату и наблюдая за настоящим ураганом из бумаг. Однако его брови слегка нахмурились от беспокойства, так что это уже кое-что. С другой стороны, Техно редко проявлял эмоции. — Техно? — Мужчина промычал, — Пожалуйста, прекрати этот шум. — Фил откинул голову назад, чтобы отдохнуть. Что-то звенело? Ему казалось, что что-то звенит. Он не знал, что именно, но это было что-то громкое, и Филу это не нравилось. Фил расслабился, почувствовав, как что-то мягкое и тёплое легло ему на плечи и сняло с них груз. Сначала это было похоже на то, как если бы с тебя сняли рубашку, но постепенно это превратилось в тяжёлое одеяло, которое сняли с его тела. Он глубоко вздохнул, и звон в ушах немного утих. Поднять голову было немного проще, и он снова посмотрел вверх. Техно смотрел в окно, прищурившись и навострив уши. Фил улыбнулся. — Спасибо, Тех, почему бы тебе не пойти потусоваться с Уилбуром? Я тут сам справлюсь. Может, он покажет тебе то кафе, куда он постоянно исчезает? — предложил Фил, откинувшись на спинку стула. Техно оглянулся. — Найди помощника, а я пойду, — возразил Техно, как будто это был вопрос, требующий обсуждения, а не просто просьба Фила расслабиться. Фил неохотно кивнул и отпустил Техно. Фил снова взглянул на свои бумаги… Может, ему стоит вздремнуть?