Сообщение

Свинцовые тучи снова затянули небо над Мобиус-Сити, но на сей раз Шэдоу не замечал уныния за окном. Его мир сузился до размеров экрана смартфона, на котором горело одно-единственное сообщение. BlueStreak: *Прости, нас внезапно разгрузили на работе. Не могу отойти. Можешь подъехать ко мне? Адрес пришлю. Очень не хочется переносить.* Под сообщением был адрес в не самом богатом, но и не в опасном районе города. Шэдоу, обычно патологически не любивший спонтанные изменения планов, ответил почти не думая. Ultimate_Lifeform: *Хорошо. Буду через 20 минут.* Одевшись в свое привычное черное, он вышел из дома, и холодный влажный воздух обжег легкие. Нервы звенели в нем, как натянутая струна. Встреча в кафе казалась безопасным, нейтральным вариантом. Посещение чужой квартиры — это уже нечто иное, более интимное и пугающее. Он нашел нужный дом — типовую панельную многоэтажку, и поднялся на пятый этаж. Прежде чем он успел нажать на звонок, дверь распахнулась. Перед ним стоял парень в синей куртке, наброшенной на плечи, и с тем самым оранжевым шарфом. Он был немного ниже Шэдоу, поджарый, с невероятно живыми изумрудными глазами и улыбкой, которая, казалось, освещала всю тусклую площадку. От него буквально исходила энергия, словно он был собран из молний и скорости. — Ultimate_Lifeform? — выдохнул парень, и его голос, такой знакомый по переписке, звучал теперь по-настоящему, с легкой, сбивающейся скоростью. — Можно просто Шэдоу — ответил он, чувствуя, как нелепо это звучит. — А я Соник. Заходи, прошу. Квартира оказалась маленькой, но уютной. Повсюду висели постеры с гоночными трассами и карты города, на столе стоял ноутбук, а рядом — стопка прочитанных комиксов. Та самая, третья арка «Кризис Имперской Короны» лежала на самом верху. — Извини за бардак — смущенно бросил Соник, торопливо убирая с дивана куртку. — Работа не ждет. Они сели, и первые несколько минут говорили о пустяках — о дожде, о работе Соника, о последних новостях с форума. Но напряжение не уходило, оно витало в воздухе, густое и сладкое. Их взгляды постоянно встречались и тут же отскакивали, словно два магнита. — Я не могу поверить, что ты настоящий — наконец сказал Соник, обрывая неловкую паузу. Его колено случайно коснулось колена Шэдоу. Шэдоу почувствовал, как по телу пробежала волна жара. Все его привычные барьеры, стены, которые он годами выстраивал, трещали по швам под напором этой искренности. — Я тоже — тихо ответил он. — После всех наших разговоров... я боялся, что в реальности все окажется иначе. — А оказалось? — спросил Соник, его голос стал тише, а взгляд — пристальнее. Шэдоу посмотрел на него — на его взъерошенные шипы, на румянец на щеках, на губы, тронутые все той же неувядающей улыбкой. И он понял, что нет. Все оказалось именно так, только в сто раз интенсивнее. — Нет — прошептал Шэдоу. — Оказалось даже лучше. Он не помнил, кто из них сделал первый шаг. Возможно, двинулся он, возможно, Соник бросился ему навстречу. Но в следующее мгновение расстояние между ними исчезло. Шэдоу прижал Соника к стене в коридоре, и их губы встретились в поцелуе. Это был не нежный, исследовательский поцелуй, а вспышка, взрыв всего того напряжения, что копилось неделями. Голодный, стремительный, полный отчаянной потребности. Соник ответил с той же яростью, вцепившись пальцами в черную ткань куртки Шэдоу. Он был как ураган, но сейчас позволил собой управлять. — Шэдоу... — простонал он, когда тот перешел к его шее, оставляя горячие следы поцелуев на чувствительной коже. Это было все, что было нужно. Вопросов не требовалось. Шэдоу, ведомый инстинктом, который был глубже любого разумения, подхватил Соника на руки — он был удивительно легким — и понес в спальню. Тот обвил его ногами вокруг талии, не прерывая поцелуя. Они рухнули на узкую кровать, и мир сузился до запаха дождя, дошедшего с улицы, смешанного с чистым, электрическим запахом Соника, до стука их сердец и прерывистого дыхания. Одежда мешала, была лишней, и они спешно сдирали ее с себя и друг с друга, торопясь, спотыкаясь о швы и пуговицы. Когда они остались обнаженными, наступила секундная пауза. Шэдоу смотрел на Соника, лежащего под ним, на его разгоряченное, доверчивое лицо. В его глазах не было страха, только предвкушение и та самая, знакомая по переписке, жажда жизни. — Ты уверен? — хрипло спросил Шэдоу, последний раз давая ему шанс отступить. — Да — без тени сомнения выдохнул Соник. — Пожалуйста. Я хочу этого. Я хочу тебя. Этих слов было достаточно. Шэдоу наклонился, и его губы снова встретились с губами Соника, пока его рука скользнула вниз. Он был осторожен, но настойчив, прислушиваясь к каждому вздоху, к каждому движению тела под собой. Соник выгнулся, вскрикнув, когда пальцы Шэдоу нашли нужное место, а затем приготовились. — Расслабься — прошептал Шэдоу ему в ухо, и его голос был низким и властным. — Я не сделаю тебе больно. И он не сделал. Было тесно, жарко и непривычно, но боли не было. Было лишь нарастающее чувство заполненности, единения, которое заставило Соника закатить глаза и вцепиться пальцами в простыни. Шэдоу двигался сначала медленно, выверяя каждый толчок, но вид потерянного лица Соника, его сдавленных стонов сводил с ума. Ритм ускорился сам собой. Кровать скрипела в такт их движениям. Шэдоу, всегда сдержанный и контролирующий себя, отпустил все тормоза. Он чувствовал, как Соник обнимает его изнутри, как его ноги сжимаются на его спине, притягивая его глубже. Это был не просто секс. Это было утверждение, падение всех масок, разговор на языке, который был древнее слов. — Смотри на меня — потребовал Шэдоу, и Соник послушно открыл глаза, полные слез от переполнявших его чувств. В этом взгляде было все: доверие, отдача, и та самая одинокая пустота, которая наконец-то была заполнена. Он поцеловал его снова, когда почувствовал, как тело Соника напряглось, готовое к кульминации. Его собственное тело ответило той же волной, накрывшей с головой. Он услышал свое имя, сорвавшееся с губ Соника в момент пика, и это стало самым сокрушительным и прекрасным, что он когда-либо слышал. Тишину комнаты нарушало лишь их тяжелое, выравнивающееся дыхание. Шэдоу лежал на боку, прижимая к себе Соника, который прильнул к его груди, дрожа мелкими, счастливыми судорогами. Дождь за окном снова забарабанил по стеклу, но теперь его стук был убаюкивающим, почти ласковым. Соник поднял на него глаза, и его улыбка была уставшей, но безмерно счастливой. — Ну что — прошептал он. — Как тебе продолжение? Шэдоу рассмеялся, коротко и искренне, и притянул его ближе, чувствуя, как биение их сердец наконец-то сливается в один ритм. Он нашел не просто родственную душу. Он нашел дом.