Небо перед бурей

Сердце сжалось так сильно, что на секунду стало трудно дышать. То, как Гарри попросил его почитать… Он не мог подобрать слова. Слышать тихую, неуверенную речь брюнета было больнее всего. Вроде самая малая и обыкновенная просьба, но Гарри с такой надеждой попросил его об этом… От глаз Драко не ускользнула промелькнувшая боль в потухшем и слепом взгляде. Из-за отсутствия магии, связанной со зрением, Поттер был полностью открыт перед ним – мысли звучали слишком громко и отчётливо, и Драко прекрасно мог их прочитать без какой-либо легилименции. Магические щиты на сознании героя полностью отсутствовали. Вот и сейчас Малфой слышал их чересчур отчётливо и режуще. Он старался противиться этому, игнорировал как только мог, ведь не хотел их слышать таким подлым образом. Но отгородиться никак не получалось. Среди всего болезненного потока он вдруг различил… собственные слова. Те самые, сказанные когда-то в далёком прошлом. По телу прошёлся неприятный, липкий и мерзкий холод. Драко непроизвольно сжал кулаки, чувствуя, как внутри поднимается глухая ярость – на себя, на тёмное прошлое, да вообще на всё сразу. Он застыл, ненадолго задумавшись. Как он мог себя так вести?.. Драко почти поддался порыву – опуститься перед Гарри на колени, обхватить его руки, сказать всё, что так давно жгло изнутри, вымаливать прощения до тех пор, пока язык не устанет говорить, сожалеть и плакать, даже если зная, что слёзы не помогут и он никогда не отмоется от всех грехов, что совершил по отношению к людям... Но он лишь сдержанно выдохнул и аккуратно вызволил книгу из чужих рук. — Прошу тебя, Гарри… – Драко сделал небольшую паузу, прочистив горло. — В следующий раз говори мне напрямую о своих желаниях. Хорошо? – Малфой посмотрел на него с такой надеждой, на какую был только способен. — Я не хочу доставлять проблем. Ты не обязан этого делать. Ты здесь не для этого, – шепнул Гарри, всё ещё смотря себе под ноги. — Нет, Гарри. Именно поэтому я здесь, слышишь? – Драко приподнял голову брюнета за подбородок, обеспокоенно глядя ему в лицо. — Я здесь, потому что должен помочь тебе. Я здесь, потому что не хочу, чтобы ты был один. И да: я здесь, чтобы сделать всё, о чём ты только попросишь, ведь мне важно знать, что ты чувствуешь себя человеком, даже несмотря на потерю зрения и магии. Поттер застыл, как статуэтка, медленно переваривая сказанное у себя в голове. Противоречивые чувства клубились внутри, с которыми было сложно совладать. Он нервно поджал губы, не особо веря в чужие слова. В голове никак не укладывался тот факт, что рядом с ним человек, который так рвётся ему помочь. Доверие утрачено уже давным-давно, чтобы так слепо вешаться на пустые обещания. Но деваться было некуда. Этот человек всё равно будет рядом с ним. До поры до времени, конечно, но на данный момент он единственный, кто так хорошо относится к нему и находится поблизости, оберегая от внешнего мира. Гарри ощущал пальцы на своём подбородке и с каждой минутой краснел всё больше от расстояния между их телами. Поэтому он просто кивнул, тем самым отвечая целителю. — Отлично, – выдохнул Драко и опустил руку, расслабившись. Вспомнив о книге в его ладони, он перевернул её, пробегаясь взглядом по обложке. — «Ton nom sur mes lèvres»? Французский роман? – блондин приятно удивился, вертя книгу в руках и любопытно рассматривая её со всех сторон. Гарри недоумённо приподнял бровь. — Я не помню, чтобы у меня была такая книга… Она вся на французском? — Да! C'est merveilleux, oh Merlin! Поттер окончательно выпал из реальности, услышав из уст колдомедика мягкий, красивый и невероятно приятный акцент. Он удивлённо хлопал глазами. — Откуда ты..?! Драко усмехнулся. — Откуда я знаю французский язык? — Да, чёрт возьми! — Это секрет, – Драко хитро прищурился, не переставая улыбаться. Ему определённо понравилось, что он смог удивить Поттера и выбить его из привычного гнусного равновесия. — А теперь… кто последний добежит до гостиной – тот моет посуду до конца месяца! Слова едва успели раствориться в воздухе, как Драко сорвался с места, сверкая пятками. Он не дал Гарри даже шанса осмыслить услышанное – только лёгкий порыв воздуха, тихий стук каблуков по полу и быстрый бег, уходящий дальше по коридору. На мгновение пространство вокруг словно опустело, оставив после него лишь отголосок смеха и ощущение внезапно начавшейся игры. Гарри остался стоять на месте, нелепо и растерянно, с приоткрытыми губами и запоздалым осознанием того, что его только что обвели вокруг пальца. — Вот... сука! – выдохнул он, после чего тут же рванул вперёд. Он старался бежать, даже если ни черта не видел. Старался бежать, полагаясь на звук и память, на ощущение пространства, которое ещё не до конца успел выучить. Шаги отдавались гулким эхом, сбивались, путались; плечо едва не задело стену, а носок ботинка зацепился за край ковра – Гарри споткнулся, но стал останавливаться. Впереди – Коллинз. Судя по звукам, он не просто бежал – он играл с ним. То ускорялся, то нарочно сбавлял шаг, позволяя Гарри почти догнать себя, а затем снова пропадал на расстоянии вытянутой руки, оставляя после себя тихий, насмешливый смешок. Он был словно снитчем, который постоянно ускользал от его цепкой хватки. — Серьёзно, Гарри? – донеслось из коридора, уже чуть ближе, чем раньше. — Я думал, ты быстрее! — Стой, Эрл, я тебя–!.. – Гарри сорвался на полуслове, потому что в этот момент случайно врезался в угол, едва удержав равновесие. На секунду Гарри потерял его: ни шагов, ни дыхания. Сплошная пустота. — Эрл! – нервно выдохнул он, резко повернув голову, словно мог что-то увидеть. Ответом был короткий смех. Где-то впереди, прямо у самой цели. Когда Гарри, наконец, ворвался в гостиную, задевая плечом дверной косяк и тяжело переводя дыхание, внутри уже было тихо. Он замер, вслушиваясь в тишину. Эрл был здесь. Он услышал его слегка сбившееся дыхание рядом. — Ненавижу тебя, – выдохнул Гарри, опираясь ладонью о ближайшую поверхность, стараясь привести дыхание в норму. Поттер поднял голову. Он почувствовал, как целитель сделал шаг вперёд, сокращая расстояние между ними. Драко приблизился, остановившись напротив парня. Победная усмешка не сползала с его губ. — Мм... – протянул он лениво, с явной издёвкой в голосе. — Неправильный ответ, Гарри. Ты должен был сказать: «Вау, Эрл, ты невероятно быстрый, научи меня так же, умоляю!». Гарри фыркнул, всё ещё задыхаясь. — Ты… жульничал! — Я? – искренне удивился Драко. — Я просто начал раньше, вот и вся правда. — Ты нагло сбежал, пока я думал! — Так это и есть стратегия, Гарри, – мягко усмехнулся аристократ, чуть понижая голос. — Надо быстрее думать. Гарри неосознанно сделал шаг вперёд и оказался слишком близко – настолько, что почувствовал тепло, исходившее от его тела, и едва уловимые нотки парфюма… — Ты специально замедлялся, – тише сказал он, незаметно принюхиваясь и запоминая его запах. — Я слышал. — Может быть, – так же тихо ответил Драко, не переставая обглядывать Поттера. Герой чуть склонил голову, будто прислушивался не к звуку, а к нему самому. — Я бы победил, если бы ты не жульничал. — Ох, ну конечно, – легко согласился Драко. — Может быть, когда-нибудь... Ещё минута – и Гарри, не выдержав, отступил на шаг, разрывая это тёплое расстояние, которое принесло ему ураган смешанных чувств. Он тут же стал хмурым, ругаясь на самого себя за свою неуместную реакцию. — Но уж точно не сегодня, – добавил Драко уже бодрее. — Так что… поздравляю! Гарри приподнял брови, недоумевая: — С чем? — С посудой на ближайший месяц, – невинно отозвался Малфой, смотря на реакцию собеседника. Тот криво улыбнулся, скрещивая руки на груди. — И как ты себе это представляешь? Да я же просто перебью всю посуду в этом доме. — Ладно, ладно… Ты серьёзно подумал, что я заставлю тебя мыть посуду? – Драко покачал головой, небрежно проводя ладонью по светлым волосам. Улыбка всё ещё не сходила с его лица. — Ну… думал, что да… — Нет, Гарри. Твоя главная задача сейчас – это лечение, – мягче произнёс блондин и, сделав жест рукой, прошёл к большому дивану напротив камина. — Иди сюда. Сейчас немного расскажу тебе о книге, а потом я должен сходить за кое-какими ингредиентами для твоего зелья. Не переживай, я почитаю тебе перед сном, просто… я очень спешу. Ты не против? Гарри тихо опустился рядом, чуть нащупав край дивана. Он лишь пожал плечами, коротко отвечая: — А почему я должен быть против? — Ну, может ты думаешь, что твоё лечение никак не продвигается, а я слишком затягиваю? – хмыкнул Драко, опуская взгляд на книгу в своих руках. Он провёл пальцами по обложке, будто считывая что-то невидимое, и задумчиво добавил: — Я сам разработал один прибор, который должен тебе помочь. Просто нужно забрать его из дома. Скоро сам всё поймёшь и почувствуешь. — Прибор, значит… – с недоверием протянул Гарри, поворачивая голову в сторону и подозрительно щурясь. В ответ на это он тихо рассмеялся и, не удержавшись от возникшего желания, потрепал Поттеру волосы. — Эй! Ты испортишь мою укладку! – обиженно-шутливо воскликнул Гарри, едва сдерживая смущённую улыбку. — Ой, а она была? Прости, не заметил. Уж слишком твоя «укладка» напоминает гнездо домового эльфа. — Очень смешно. Я хотя бы не трачу по полчаса, как многие чистокровные снобы с их вечным культом идеальной причёски... – Гарри непроизвольно закатил глаза. Драко замер. Уголок его губ незаметно дёрнулся вверх, но удержать усмешку он всё же не смог. Снобы, значит… Как предсказуемо и знакомо, Поттер. Парень чуть склонил голову, разглядывая его так, будто тот мог это почувствовать. В груди неприятно кольнуло: он позволял Гарри верить в его лживую личность… Но вслух Драко лишь лениво протянул, высокомерно выгибая бровь: — Завидуешь, что ли? – и, будто ничего не произошло, небрежно провёл рукой по своим волосам, на этот раз нарочито медленно и демонстративно. — Ни капли, – уверенно ответил Гарри. На секунду между ними повисла комфортная, домашняя тишина. В камине тихо потрескивали дрова, наполняя комнату мягким жаром. Гарри вслушивался в эти звуки, постепенно расслабляясь. Драко первым нарушил молчание. — Книга, кстати, про любовь. Думаю, тебе понравится. Гарри повернул к нему лицо, и в голосе промелькнул интерес: — Ты читал этот роман? Тебе он понравился? — Безумно, – Драко открыл книгу, но не сразу начал читать. Его взгляд задержался на строчках, губы слегка приоткрылись, словно он собирался с мыслями. Гарри затаил дыхание и навострил слух, чтобы услышать долгожданный перевод от Коллинза. — Там о человеке, который потерял кое-что важное… – тихо начал он. — И о другом, который решил это вернуть любой ценой. Герой заметно напрягся, но ничего не сказал; только чуть сжал пальцы на обивке дивана. — Звучит знакомо, – уныло пробормотал он. Коллинз на мгновение замолчал, затем мягко перевернул страницу. — Так и есть. Он прочёл ему эту страницу – негромко, ровно, с той самой спокойной интонацией, от которой Гарри уже начинало казаться, будто мир вокруг становится чуть устойчивее и надёжнее, чем казалось до этого. Переводил он чётко, без запинок и долгих пауз, словно Эрл видел перед собой вовсе не один из самых тяжёлых языков мира. Прошло совсем немного времени, прежде чем книга тихо захлопнулась. — Мне удалось тебя заинтриговать? Гарри счастливо улыбнулся. — Ещё бы! Рядом зашуршала одежда: знак того, что Эрл встал, собираясь уходить. — Уже уходишь? — Да, Гарри. Я итак опоздал на час… – неслышно добавил он, накидывая на себя куртку. Но Поттер всё услышал. — Опоздал?.. У тебя встреча? Драко вздохнул, выпуская руки из карманов. Он посмотрел на брюнета внимательно, размышляя о том, стоит ли говорить правду. — Да. Встреча, – решив сменить тему, он подошёл ближе к Поттеру. Его пальцы на мгновение коснулись чужого плеча, коротко и невесомо, будто бы через это действие он старался передать всю свою поддержку. — Не передвигайся без меня по дому, хорошо? Гарри усмехнулся: — А если я всё-таки решу пойти бить посуду? — Тогда я куплю новую, здесь вообще нет проблем, – с усмешкой в голосе отозвался Драко. — Умно, – резюмировал Гарри, кивнув один раз. — Хорошо. Я буду ждать тебя здесь. Драко бережно коснулся руки Поттера, мягко сжав её в своей. Стоило ему подумать о зелье – и в его ладони тут же появился небольшой флакон с тёмно-бордовой жидкостью, известной как «Vipons». Его личная разработка. Открыв пробку, блондин аккуратно вложил флакон в руку Гарри. — Выпей это до дна, пожалуйста. — Хорошо, – он принял пузырёк и без раздумий опрокинул зелье в себя. Лишь спустя минуту мелькнула запоздалая мысль: стоило хотя бы поинтересоваться, что это за зелье, и проверить его на наличие яда. Ах, ну да. Проверить на яд. Гениально. Жаль только, что он ни видеть не может, ни магией воспользоваться. Герой мысленно отмахнулся от этих мыслей. Он прекрасно понимал, что если Эрл и намеревается его убить, то он здесь бессилен: противостоять этому всё равно не сможет. Да и, честно говоря, не видел в этом никакого смысла. Мысли накрыли его с головой, грубо отрезав от мира. Где-то хлопнула входная дверь, стихли шаги – но для Гарри это прошло мимо. Он ничего не услышал, только прилёг на диван, подтянув колени к груди и повернувшись лицом к камину. Брюнет быстро потерял интерес к происходящему вокруг, погружаясь в собственные тягучие воспоминания. Его жизнь вспыхивала в памяти короткими, стремительно сменяющимися кадрами: смерть родителей, детство, школа, война и всё, что было после. И где-то на этом фоне медленно проступало горькое осознание – он изрядно устал. Вообще от всего. Гарри решил для себя, что если целителю удастся вернуть ему зрение, то он тут же уедет. Исчезнет из Магической Британии и, быть может, начнёт путешествовать в поисках своего места в этом огромном мире. Если до трагедии он позволял себе мечтать о семье, то теперь понимал: это невозможно. В случае того, что если зрение вернуть не получится, Гарри планировал отправиться на Восток, к монахам. Он вспоминал рассказы Гермионы о далёких странах, их культуре, магии и волшебниках, которые живут там своей жизнью и довольно сильно отличаются от здешних магов. Поттер как сейчас помнил: он был так сильно очарован её рассказами о Японии, что однажды пообещал себе посетить эту страну, дабы увидеть всё вживую. Гарри не заметил, сколько прошло времени, и незаметно для себя задремал, погружаясь в мир тёмных беспокойных снов…                                                        

***

Малфою давно пришло письмо – настоятельная просьба вернуться в поместье для «серьёзного разговора». И что за «серьёзный разговор» мог его ждать от заведующих Отдела магического наследия и родовых поместий? Проверка? Конфискация? Новые ограничения для семей, служившие однажды Тёмному Лорду? Он очень хорошо знал, как работает Министерство после войны. Слишком холодно и безжалостно. Драко аппарировал неподалёку от поместья – по старой привычке, не прямо к воротам. Он всё равно опоздал на целый час, вряд ли его там кто-то ждёт. Может, перенесут встречу на другой день? По крайней мере, он очень на это надеялся. Малфой медленно пошёл вперёд, чувствуя, как внутри нарастает глухое, тяжёлое напряжение. Время поджимало, пальцы от нервов чересчур сильно сомкнулись на документах в его руках. Наконец дойдя до ворот поместья Малфоев, блондин оторвал взгляд от своих ботинок и поднял голову вверх. Он замер статуей, чуть не поперхнувшись собственной слюной. То, что он увидел, сковало дыхание. Перед глазами – полуразрушенные стены, обломки, маги, которые таскали балки и мебель. Пыль висела в воздухе густым облаком. — Что здесь, мать вашу, происходит?! – голос дрогнул, а взгляд стал стеклянным. Драко сорвался с места, подбегая ближе к магам, которые творили с его особняком непонятно что. Он не мог кричать. Кажется, голос пропал. Картинка перед глазами расплывалась, плясала белыми пятнами и смешивалась с чем-то мокрым. Слёзы?.. Чтобы смахнуть их, Драко тряхнул головой, посмотрел вперёд и сфокусировал свой взгляд на происходящем вокруг: Сад пуст. Любимые цветы матери исчезли. Место с большим деревом, где он любил проводить время во дворе – тоже. Могила родителей… Могилы не было, она полностью отсутствовала, словно её здесь никогда и не было. Словно не было родителей, которые когда-то умерли. Словно не было детства, в котором он рос здесь однажды. Драко застыл, сжимая палочку и папку с документами в руках. В груди ледяная пустота, смешанная с горечью, отчаянием и бешенством. Он отчаянно хотел кричать, но слова застряли в горле, не смея вырываться наружу. Каждый угол, каждая колонна, едва уловимый запах и фрагменты из его жизни здесь – всё было уничтожено. До мельчайших деталей. На секунду Драко подумал, что это не он жил здесь. Не у него было самое счастливое детство, самые весёлые воспоминания подростковой жизни, рассказы маме и папе о бесячем Поттере, учёба, наставления и учения родителей, их советы, улыбки и громкий смех, аристократичная и изящная Нарцисса, которая учила своего сына манерам за обеденным столом, её поддержка, её присутствие рядом, когда было плохо и одиноко, когда вокруг было столько вопросов, что без её помощи он бы никогда с ними не справился; личная лаборатория, обустроенная Люциусом, его помощь и согласие на то, чтобы Драко двигался к своей мечте стать целителем; служение родителей и их разрешение на присутствие Лорда в этом маленьком семейном мирке, который вскоре так быстро разрушился. И несмотря на всё дерьмо, что случилось дальше в его жизни, Драко всё равно любил этот дом – место, где жизнь была прожита по-настоящему. Да, он ненавидел прошлое и всегда старался от него сбежать, но никак не мог отказаться от этого места и вырвать себя отсюда. Ведь Малфой-мэнор был не просто стенами. Он был частью него самого. Особенно больно было за могилы родителей. Кто позволил прикоснуться к ним? На каком основании на месте их последнего покоя теперь лежали руины и холодные обломки особняка? Эта мысль ударила в голову сильнее всего. Тошнота медленно подступала к горлу. Было обидно до слёз, до болезненного комка в груди. Он не понимал, что вообще здесь происходит и почему все эти люди распоряжаются единственным, что у него осталось после родителей. А могилы... Их просто снесли. Как и сам особняк. Как и всё, что связывало его с прошлой жизнью. Как будто семьи Малфой никогда и не существовало. Всё так, как однажды желало долбанное Министерство Магии. В какой-то момент это напряжение внутри него просто не выдержало и лопнуло, как воздушный шарик. Сначала едва заметно дрогнули губы, потом сбилось дыхание, и прежде чем он успел себя остановить, из груди вырвался глухой, сорванный всхлип. Драко резко отвернулся, будто это могло скрыть его слабость, но уже в следующую секунду всё, что он так долго держал в себе, треснуло по швам и прорвалось наружу. — Вы… вы не имели права… – голос предательски дрожал, ломался, срывался на хрип, но с каждым словом становился громче. — Кто вам позволил это трогать?! Кто, блять, посмел это сделать?! – взгляд серых глаз потемнел, в нём вспыхнула такая ярость, что казалось, воздух вокруг стал тяжелее. Злость бурлила изнутри, поднимаясь из самых глубин сознания, смешиваясь с болью и отчаянием, пока не превратилась в нечто неуправляемое. Он больше не контролировал себя, это было очевидно даже со стороны: сломанный, раздавленный человек, у которого только что вырвали последнее, за что он держался, и который вот-вот сорвётся окончательно. Он резко шагнул вперёд, не обращая внимания на голоса и жесты магов, преграждавших путь, и с силой оттолкнул ближайшего, даже не задумываясь, кто это был. В глазах темнело от глубокой ноющей боли, руки дрожали, но палочка уже была направлена вперёд. — Уберите это всё! Сейчас же уберите! – громкий отчаянный крик сорвался с губ, с той надрывной нотой, которую просто невозможно подделать. — Вы слышите меня?! Убирайтесь отсюда, бляди! Никто не двигался. Все стояли и смотрели на него так, словно он какой-то умалишённый. И эта неподвижность, эта хладнокровная бесчеловечность и выверенная отстранённость окончательно выбили из него остатки контроля. Драко рванул вперёд, вбегая во двор, туда, где когда-то был сад, где стояли аккуратные надгробия, к которым он приходил почти каждый день, в надежде проведать и поговорить с их портретами, точно зная, что родители всегда смотрят на него в ответ с той же лаской, что и он на них. Теперь же под ногами хрустели обломки, пыль поднималась в воздух, а вместо знакомых очертаний – безумный хаос разрушения. — Нет… не может быть, нет-нет-нет… – шёпот срывался с губ сам собой, переходя в судорожное дыхание. Шокированный взгляд бегал вокруг всей этой пыли, стараясь найти потерянное и самое дорогое, что у него когда-то было. Зажмурившись, он вскинул палочку – магия вырвалась наружу резко и неконтролируемо, разметая обломки в стороны. Камни, балки, куски стен отлетали напрочь, сталкивались друг с другом и рушились, но ему было всё равно: он лишь снова и снова взмахивал палочкой, расчищая пространство перед собой. — Где они?.. – голос сорвался, стал детским, печальным и потерянным. — Где же… о, мама… где же ты, мамочка… – шептал блондин, шаркая подошвой по обломкам стен вокруг, параллельно расчищая себе путь магией. Слезы обжигали кожу, смешивались с пылью, замерзали дорожками на щеках из-за сильного морозного ветра, не предвещающего ничего хорошего, но он даже не пытался их остановить. Он продолжал двигаться вперёд, отбрасывая, ломая остатки того, что когда-то было его домом, пока руки не начали дрожать так сильно, что удерживать палочку стало почти что невозможно. Он искал хоть что-то. Любой знак. Кусок камня, надпись, или хотя бы след. Хоть малейшее доказательство того, что они были здесь когда-то, что их не стёрли окончательно эти безжалостные твари, которые стояли неподалёку от него и что-то кричали ему в спину. Как бы он ни старался найти хоть малейшую частичку от их могилы, всё было тщетно: он постоянно натыкался на какую-то ненужную ему развалюху. От этого становилось невыносимо. Хотелось упасть на колени прямо здесь и взвыть во всю глотку – выть, выть и ещё раз выть, пока голосовые связки не разорвутся от напряжения. — Верните… – беззвучно сорвалось с губ, и он сам не понял, к кому именно обращался – к этим людям, к Министерству, или же к самой судьбе. А может, к самому Мерлину? — Верните их, я очень прошу… Но никто не мог этого сделать. Никто его и не слышал. И именно в этот момент он окончательно понял, что потерял родителей снова. Но теперь уже навсегда. Драко вцепился пальцами в волосы, судорожно вдыхая и выдыхая, чувствуя, что ещё немного – и он просто задохнётся от недостатка кислорода, как бы он ни пытался дышать. Сердце билось где-то в горле. Он пошатнулся, ноги не слушались, колени дрожали, как и всё его тело. — Мистер Малфой… – где-то за спиной прозвучал холодный голос. Корвин Линд, главный организатор, вышел из толпы. За ним стояли Арлана Блэквуд и молодой маг Мэйсон Харрисон. — Вы ведь в курсе, что опоздали на заранее договорённую встречу? — Что?.. – в ушах стоял гул. Драко ничего не слышал и никого не видел вокруг, только отдалённые, мерзкие голоса чужаков, от которых руки чесались вмазать им по морде. — Вы опоздали, – повторил Корвин, надменно вздёрнув бровь. — Из-за этого мы вынуждены были действовать без вашего присутствия. Всё по распоряжению Министерства, и я искренне не понимаю, чему вы так удивляетесь. Драко медленно поднял голову. Внутри всё ещё шумел обрывочный, оглушающий хаос –как после урагана, в котором мысли и чувства перемешались в одно целое. Он встретился взглядом с человеком напротив и с отстранённым недоумением понял, что не улавливает ни смысла его слов, ни причины этой уверенной интонации. Малфой сделал шаг вперёд; пальцы дрожали, крепко сжимая палочку. Толпа магов тут же преградила ему путь к инспекторам, явно опасаясь, что он может натворить ещё больших глупостей. — Какое к хуям распоряжение?! Кто вам его вообще выдал?! Что здесь происходит, я не понимаю! – злые слёзы подступили к глазам, уже покрасневшим от напряжения, но он упрямо не позволил им пролиться. — Документы на поместье сожжены по воле Люциуса Малфоя, – вмешалась Арлана Блэквуд, её голос был ровным, но таким же надменным. — Всё законно, мистер Малфой. Если хотите, ознакомьтесь с этим... – девушка протянула ему какие-то бумаги, но он даже не удосужился на них взглянуть. Он лишь молчал, пальцы продолжали дрожать, сжимая палочку. Блондин видел, как рабочие перетаскивают остатки лаборатории и его личное оборудование, которое он изобрёл сам, трудясь над ним годами. Драко попытался пробиться сквозь толпу. Рабочие маги, уверенные в приказе, наглым образом блокировали ему путь. Он взглянул на них холодно и отстранённо, и в этом взгляде была чистая ненависть с бессилием. — Уберите руки. Или я позабочусь о том, чтобы вы больше никогда ими не воспользовались. Магия в воздухе дрогнула. Едва ощутимо, но достаточно, чтобы это почувствовали остальные. Кто-то из рабочих нервно переглянулся, кто-то сжал палочку крепче, но уверенность, с которой они стояли здесь ещё мгновение назад, дала трещину. Он вспомнил про аппарацию и довольно быстро направил палочку на остатки открытой лаборатории. Всё магическое оборудование, необходимое для лечения Гарри, исчезло из разрушенных руин и появилось в Поттеровском доме, в его новой лаборатории. Слёзы не текли, но в глазах стояли. Сжимая палочку, он всё ещё чувствовал горечь с тихим невыносимым внутренним криком. Драко отступил. Палочка чуть не выпала из рук, дыхание не выравнивалось. Сердце жгло, а разум не мог принять происходящего, не мог поверить, что всё это так неожиданно взвалилось на Малфоевы плечи. Он отступил ещё на шаг, затем ещё и ещё, совсем не замечая, куда идёт. Голоса позади звучали приглушённо, будто сквозь воду, и вскоре совсем растворились в холодном воздухе. Он больше не смотрел на них и не слушал – просто уходил прочь, унося с собой ту тяжесть и боль, которую не мог с кем-либо разделить. Драко сам не заметил, как оказался за пределами поместья. Ноги вели его дальше, прочь от развалюх, прочь от людей, прочь от всего того, что ещё недавно было его жизнью. Впереди темнел лес, знакомый когда-то, но теперь чужой и безликий. Он не остановился, продолжая идти и не думая о том, что в лесу может быть опасно. Вечер уже окончательно опустился на землю. Первый снег после ушедшей, затянувшейся осени аккуратно ложился на ветви и плечи, укрывая землю невесомым покрывалом. Воздух стал чище, прозрачнее, и в нём появилась та самая зимняя свежесть, которую Драко всегда любил, словно только в ней мог по-настоящему дышать. В любой другой день он бы остановился, поднял голову, позволил снежинкам коснуться лица, задержался бы, вдыхая этот холод. Но не сейчас. Сейчас Малфой ничего не чувствовал. Его больше ничто не волновало – ни первый снег, ни наступившая зима, которой он когда-то так радовался. Он шёл между деревьями, не разбирая дороги, цепляясь взглядом за тёмные силуэты стволов, за редкие просветы между ветвями, за тусклый свет неба. Когда-то он гулял здесь ребёнком, слышал голос матери, чувствовал присутствие отца рядом. Теперь же вокруг была только тишина. Глухая и безумно тяжёлая, оседающая прямо на сердце. И именно в этой тишине Малфоя накрыло вновь. Сначала он просто остановился, будто силы внезапно покинули его. Затем медленно провёл рукой по лицу, сжимая глаза, но это уже не помогло. Слёзы всё-таки сорвались с глаз, горькие душевно, но солёные на вкус. Он согнулся, упёршись ладонями в колени, пытаясь вдохнуть глубже, но дыхание только сильнее сбивалось. — Почему… – взвыл он тихо, в пустоту, которая не собиралась ему отвечать; она могла только слушать его беспокойные всхлипы и дрожь в тихом плачущем голосе. Он провёл рукой по волосам, сжимая их, как будто это могло удержать его от окончательного падения. И что теперь? Что теперь ему делать? Мысли путались, цеплялись одна за другую, не давая никакого ответа. Он вдруг ясно осознал, что ему больше некуда возвращаться. Малфой-мэнор был не просто домом – он был крайней точкой, к которой можно было прийти. Сейчас этого нет и уже никогда не будет. Почему отец поступил с ним так? Какого чёрта… Что случилось с документами? Теперь не осталось ничего, кроме одной цели: Гарри. Драко медленно выпрямился, с трудом переводя дыхание. В груди всё ещё ныло, но сквозь боль пробивалась упрямая мысль, за которую он отчаянно ухватился. Он должен закончить лечение, должен вернуть Гарри зрение. Но дальше что?.. Он закрыл глаза, и на мгновение мир вокруг исчез, растворился в темноте. Где он будет жить после этого? Куда пойдёт? Кем станет, если у него больше нет ни дома, ни прошлого, ни даже права на него? Ответа не было. Только холодный лес, тихо падающий снег и редкие, сбитые вдохи вместе с тем ощущением, что впереди сплошная пустота, которую придётся принять как должное. Лишь через пару часов, когда он подошёл к дому Поттера, то ощутил некое облегчение. Дверь открылась, и тепло комнаты мгновенно обволокло его. Он снял пальто, опустил плечи, изо всех сил стараясь скрыть дрожь и слёзы. — Всё хорошо… – тихо прошептал он, словно утешая себя. — Я справлюсь... Где-то внутри он понимал, что это невозможно. Нельзя справиться после такого, да ещё и в одиночку. Горькая правда поселилась в нём пожизненно: дома больше нет, прошлого – тоже нет, а вот пустота с апатией только прибавились. Он твёрдо пообещал себе, что постарается не дать Гарри почувствовать этот разрушительный шок и глубокое отчаяние, которое поглотило его полностью. Хотя сам едва держался.