Два друга, бутылка и трое щенят.

Это был теплый вечер августа. На улице дул прохладный летний ветерок, и сумерки постепенно сгущались над Берязняком. Последние летние деньки постепенно утекали, и скоро всех школьников и студентов снова ждала неблагоприятная участь возвращения к ненавистным учителям и нелюбимым предметам. Возможно, именно поэтому ученик 35 лицея Саша Собакин проводил эти дни как можно "активнее", круглые сутки болтаясь по впискам и заброшкам вместе со своей компанией. Ну что еще делать, вся литература на лето была прочитана, а слоняться по улицам оживленного города в одиночку желания не было. - Со-ба-кааа! Ты оглох, что ли? Мыслительный процесс прервал писклявый мальчишеский голос. - Опять о своих пидорах думает. Не отвлекай его. – ехидно вторил первому голосу голос побасовитее. Послышался громкий мальчишеский гогот. Саша озлобленно вздохнул. - Че? - Хуй через плечо! Бутылку подай! Саша приподнялся с дивана и подал бутылку водки сидящему слева от него светловолосому парню. - Смотри не поперхнись. - Маме своей советы давать будешь, пидрила. Саша еще раз вздохнул и уселся обратно на свое место. Несмотря на праздничную атмосферу, набухиваться в щи не хотелось и он молча сидел за столом, слушая как Ëрик с Кабаном болтали о какой-то шняге и потягивал вишневый Гараж из стакана. "Боже, ну и кал. И как Картон умудряется по две бутылки в день выпивать?" Саша покосился на пустующий стул справа от него. "И где он вообще, блять?!" Прямо перед впиской Илья послал компанию вперед, а сам ушел, сославшись на неотложные дела, пообещав при этом вернуться. "Саша, если до моего прихода опять всю водку выпьют, я те пизды дам." Однако Ëрик с Кабаном уже открывали последнюю бутылочку беленькой, плейлист с китайской колонки последнего повторялся уже в четвертый раз, а Картонова все не было и было. "Еще "малыху" свою на нас оставил, подлец" - подумал Саша и расплылся в язвительной улыбке, бросая взгляд на противоположную сторону стола. Действительно, рядом с Ериком и Кабаном, сидел третий уничтожитель их водочных запасов - красивая и ярко накрашенная брюнетка. Она из-за всех сил пыталась поддерживать диалог с ребятами, и нарочито громко смеялась над каждой их шуткой. В последнее время Картон только и делал, что постоянно трындел о ней повсюду, от школьного туалета до каждой тусовки лицея, называя ее либо "Кристиночкой", либо "Малыхой". Правда, "Малыхе" уже скоро должно было стукнуть 18, но такого харизматичного и привлекательного парня, как Илья Картонов, мало волновали этические нормы подростковой романтики. Вообще, он еще с ранних лет был тем еще юбочником, но до недавних пор его "лучший друг" рассказывал о своих любовных делах только Саше и раз в пятилетку даже просил помощи. "Помню, в 4 классе стихи ему помог написать для одной девочки, а он их потом выучить забыл. Дурачок. Видимо, девочкам такие по нраву" Две бутылки вишневого гаража слегка расслабили напряженный ум задумчивого подростка, и он, облокотившись на спинку дивана, был готов придаться воспоминаниям о лучших временах, когда ему не приходилось каждый день пиздить водку из пятерочки. Но вдруг режущий ухо хохот вернул его с небес на землю. - Ëрик, ну как можно такие вещи при дамах рассказывать? - Что естественно, то не безобразно, Кристиночка) Саша презрительно фыркнул и скрестил руки на груди. Очевидно было, у кого мелкий алкаш спиздил эту фразу. Из всей их компании Ëрик нравился ему меньше всего. Казалось, что, кроме того, как рассказывать похабные анекдоты и бухать за десятерых, этот голубоглазый чмошник ничего больше не умел. Всю домашку и контрольные он постоянно скатывал у соседа по парте, зато на физре бегал, как в жопу ужаленный. Возможно поэтому физра была его единственной "пятеркой". Поняв, что повспоминать в тишине у него не получится, и слегка отсидев себе пятую точку, Собакин снова обреченно вздохнул. Он подпëр голову рукой и окинул комнату взглядом. Трио уничтожителей водки наконец-то одолели своего злейшего врага - способность к внятной артикуляции. Они, конечно, пытались продолжать диалог и без нее, но выходило как-то не очень. Леха, все это время сидевший рядом с Сашей на диване, уже мирно дремал лицом в стол после четырех бутылок грейпфрутовой Эссы. Единственным относительно трезвым человеком за столом (помимо Собакина, конечно) была та, кого он так старательно избегал всю вечеринку. Как известно, беда редко приходит одна, и на тусовку "Кристиночка" пришла с подругой. По неизвестной Собакину причине "подруга" уселась с правого края стола, прямо напротив его места. И если в начале вписки ее знаки внимания ограничивались мимолетными, но многозначительными взглядами, то потом, слегка осмелев (и немного охмелев) после пары стаканов вискарика с колой она перестала стесняться и подолгу смотрела на парня с неприкрытой страстью. К несчастью для Саши, страсть была не единственной неприкрытой вещью столь богатой от природы девушки, поэтому зрительного контакта с ней он старался избегать. Тем временем место главного зачинщика и ловеласа тусовки до сих пор пустовало. Саша мысленно выругался и вышел из-за стола, направившись к балкону. Оказавшись на балконе, Собакин удивленно хмыкнул. Обычно на балконах люди хранят всякую ненужную шнягу, которую и выкинуть жалко, но и в квартире хранить стыдно, вследствие чего они больше напоминают склад какого-нибудь заброшенного завода, чем просторное место для отдыха. Но этот балкон был исключением. Это, без преувеличения, был самый атмосферный и уютный балкон, что он когда-либо видел. Первое, что бросалось в глаза, так это его просторность. Балкон был полностью не застеклён, и с него открывался прекрасный вид на двор с довольно богатой инфраструктурой. Но что поражало еще больше, так это его чистота. Застеленный линолеумом пол отражал яркий лунный свет, а стоящий в углу маленький железный столик на двух человек с двумя стульями по бокам придавал балкону вид вип-ложи панорамного ресторана. Ну и завершал пейзажную картину довольно высокий матрас, лежавший на двух одеялах слева от Саши. Если бы Саша умел свистеть, он непременно бы свистнул от удивления. "На такой красоте даже курить жалко." Тем не менее, он все равно потянулся в карман джинсов, достал оттуда свои любимые Мальборо две кнопки и коробок балабановских спичек. Ловким движением он чиркнул спичку об коробок и поднес пламя к наружному концу сигареты. Пару секунд полюбовавшись на горящее пламя на фоне звездного вечернего неба, он потушил спичку и бросил ее в сторону. Не успел он облокотиться на каменную перегородку и сделать пару тяжек, на балкон вальяжно вошло чье-то пышное декольте, за которым вскоре показалась его владелица. "Блять, даже покурить спокойно не дают" Девушка огляделась, и, убедившись, что на балконе никого больше нет, кокетливо присела на столик, скрестив ноги и мечтательно наматывая крашеные в блонд пряди на палец. "Ладно, похуй. Щас докурю и домой пойду." — Давно-о-о тут стои-и-ишь, красавчик? "БЛЯТЬ." — Меня-я-я кстати Софья зовут. А тебя-я-я? По манере речи стало понятно, что вдобавок к вискарику Софья догналась тем, что осталось на столе. — Саша. Дабы спугнуть нежеланную собеседницу, он решил решить отвечать максимально холодно и односложно. — Ты же с 35-ого? — Да. — Так и зна-а-ала. В 35-ом ВСЕ такие красавчики. "Блять, Илья, ты где их откопал нахуй?" — Слу-у-ушай, Саш, я тут хату осматривала, там в комнате така-а-ая люстра красивая!!! Пойдем, покажу-у-у!!! Собакин чуть дымом не поперхнулся. — Не, че-то не хочу пока. – выдавил он, пытаясь сдержать смех. — Почему-у-у? Саша сделал последнюю тяжку и бросил бычок в бездонную тьму позднего летнего вечера. "Пора с этим кончать." Медленно выпустив последние пары сладковатого дыма из-за рта, он драматично развернулся на 180 градусов и встретил любвеобильный взгляд девушки легкой улыбкой. — Слушай, Соф, я знаю, что тебе от меня нужно, но, к сожалению, у нас с тобой ничего не выйдет. — Почему же? Очень даже выйдет. Мы же еще даже не попробовали. Сказав это, она поправила декольте, и встала со столика, явно направляясь в сторону Саши. Действовать надо было быстро, иначе у Собакина был ненулевой шанс "завести щенят" гораздо раньше времени. — Видишь ли, я не могу заниматься... ну, этим... — И почему же? — вкрадчиво и чуть ли не шепча, спросила Софья, слегка нагнувшись и положив руки на бедра, будто спрашивая маленького ребенка, что он сегодня ел в садике. Саша собрал все актерское мастерство в кулак, и стараясь не смотреть на соблазнительницу, жалобно заявил: — Я импотент. Собеседница слегка опешила, но стараясь не подавать виду, переспросила: — Что? — Ну, я импотент, короче. Я трахаться не могу совсем... Отмазка удалась на славу. Молодая особа, уже готовая сорвать с Собакина штаны, внезапно встала во весь рост и сильно изменилась в лице. "И еще в догонку чуть-чуть" Саша жалобно шмыгнул носом, и начал виновато шаркать по линолиуму носком. — П-п-прости, конечно что так п-п-получилось. — Долбоёб ты, Саша, а не импотент. С этими словами Софья важно задрала голову, и удалилась прочь, не забыв при этом как можно громче хлопнуть дверью. “Ну я хотя бы к подросткам в штаны не лезу, шмара ебаная. " — ехидно парировал Собакин и устало сел на матрас позади. Это был далеко не первый раз, когда Саше приходилось отшивать охотных до любви молодых дам. Однако этот раз почему-то выдался особенно тяжёлым. Может, потому что Софья была пьяной в стельку, и ему удалось переубедить ее только "тяжелой артиллерией". "А может из-за того, что у нее сиськи размером с глобус." В любом случае, парень чувствовал себя крайне измотано. Расслабляющий эффект Гаража и Мальборо, выброс адреналина от чудом спасенной девственности — все перемешалось в его голове, и он решил отдохнуть. "Все равно Илья не придет уже" — подумал Собакин, расстроенно укладываясь на матрас. Он лежал на спине, рассматривал звездное вечернее небо и думал о своем лучшем друге. "Куда же ты пропал, Илюша?" Юноша прикрыл глаза и снова погрузился в воспоминания. Он вспомнил, как они в началке впервые спиздили коробок спичек из Пятерочки, вспомнил, как Илья рисовал ему ручкой на руке непристойные символы, как он жаловался на маму и сестру... Вспомнил... его руки, мозолистые от постоянных драк и занятий в художке, его широкие плечи, на которых всегда криво сидела рубашка, его веснушки, не терявшие своей красоты даже зимой, его вечно беззаботный взгляд, его шелковистые темные кудряшки идеальной длины! По телу начала проходить легкая дрожь, а пальцы ног стали непроизвольно загибаться. "Ах-х... Илюшенька... Любимый..." Саша начал непроизвольно елозить на матрасе, прикусывая указательный палец левой руки и теребя себя за бедро правой рукой, все ближе и ближе подбираясь к ширинке джинсов. Однако грядущий парад грехопадения внезапно прервали глухие звуки, доносящиеся из глубины квартиры. Собакин открыл глаза и прислушался. Звуки повторялись с определенной периодичностью, то падая, то резко нарастая в громкости, будто бы кто-то... стучал в дверь? "Не дай Бог эти дауны опять соседей снизу затопили. Месяц будут сами за водкой бегать! Даже два!" Слегка ободрив себя перед страхом неизвестности, Собакин поднялся с матраса, и выйдя с прохладного балкона в душную и пропахшую дешевой спиртягой квартиру, направился к входной двери. — Кто там? — спросил он, подойдя к двери. За дверью молчали. Парень повторил свой вопрос, но снова не услышал ответа. "В молчанку играть вздумали? Ну щас я вам покажу блять. " Не до конца уверенный, что и кому он собирается показать, но разгоряченный алкоголем и прочими биологическими факторами, Собакин повернул защелку, и с силой толкнул дверь. Послышался глухой звук, словно дверь обо что-то ударилась, хотя скорее об кого-то, учитывая, что вслед за звуком последовало звонкое "ай блять". С чувством выполненного долга Собакин заглянул за дверь и обомлел от увиденного. На площадке сидел никто иной, как Илья Картонов. Одной рукой он придерживал кровоточащий от удара нос, а другой рукой опирался на каменный пол площадки. — Илья? — Хулья, блять!!! Вы там совсем все переохуевали что-ли, пидорасы ебаные?!! Я блять полчаса уже стучусь, хуесосы китайские!!! Голос одноклассника отражался от стен площадки, посылая эхо по всему подъезду. — Я... Мы думали, что уже не придешь, вот и закрылись. На самом деле, Саша понятия не имел, кто закрыл дверь и зачем, но промолчать было бы еще хуже. Картонов резко вскочил на ноги, продолжая придерживать нос рукой. — Бля, Собакин, сказал бы я тебе, кто еще думал, да только некогда мне сейчас на таких пидорасов как ты время тратить! Может впустишь меня уже?!! — Конечно, п-п-проходи. Парень полностью открыл дверь и чуть не бортанулся плечами с другом, когда тот залетел в квартиру. Собакин еще раз осмотрел площадку, тяжело вздохнул и закрыл за собой дверь.