Кодекс Сириуса Блэка

~~~

Правило 6.

Не путать вину с совестью.Совесть помогает жить, вина — не сдохнуть.

~~~

Мысли. Они вернулись спустя пару часов в комнате под тихое сопение Джеймса. Главной была: «И что там, блять, произошло?» Сириус не успел сесть на кровать, когда понял: сейчас он не вынесет вопросов Джеймса. А ведь когда Поттер проснётся, то разбудит его, чтобы узнать все подробности. Он поступил странно. Опять. Но он не мог оправдать ничего из того, что происходило с ним. Но курить рядом с чужим мотоциклом оказалось на удивление успокаивающим занятием. Хоть память мерзкими урывками возвращала ему куски произошедшего накануне. Что же он снова натворил? *** Кабинет был душным, а лампа на столе гудела, будто издевалась. Фрэнк выслушивал их отчёт молча, кивая в нужных местах. Бекка говорила коротко, ровно, без лишних деталей, без имён, без угроз. Сириус сидел рядом, не вмешивался. Когда она закончила, Фрэнк закрыл папку. — Ты узнала кого-то? — Одного, — кивнула Бекка. Фрэнк и Сириус тут же встретились взглядами. — Кого? — настороженно спросил Долгопупс. Бекка шумно вздохнула, её взгляд ушёл куда-то за спину Фрэнка. — Там была зачарованная вещь на поиск по крови. Это была нашивка Ноттингема. И я… дотронулась до неё… знаю, что это не по протоколу, — призналась она. Напряжение стало ещё более ощутимым, почти как на том складе. «Кто “он”?» — пульсировало в голове Сириуса, но он промолчал, боясь выдать своё присутствие, ведь он явно слышал то, что не должен был услышать. — Он… что? — не поверил своим ушам Фрэнк. Бекка не ответила, Долгопупс ущипнул себя за переносицу: — Он играет с тобой. Бекка поджала губы. Воздух вокруг неё сгустился. Сириус почти видел, как из её рта вырывается язвительный комментарий, но она промолчала. — Больше не… — начал Долгопупс. — … не поведусь на провокацию. — отрезала она, — Можно без нотаций? Фрэнк демонстративно закатил глаза, словно говоря «Как будто это хоть раз помогло». — Кто знает, кроме вас двоих? — спросил он. Бекка дёрнула плечом, и Сириус понял, что она имеет ввиду: — Я никому… — быстро выпалил он. Фрэнк бросил на него взгляд на секунду, и тут же вернулся к Бекке. — Клэфф, прошу тебя... без глупостей, — взмолился Долгопупс. — Это ты просишь не пытаться лишний раз провоцировать его? — усмехнулась она, — Или просишь, чтобы я промолчала? Боишься, что Грюм из меня сделает наживку? Теперь шумно выдохнул Фрэнк. — Обо всём сразу? — продолжила глумиться она. — Клэээээф, — аврор сполз с кресла под стол. — Ладно, я поняла, — выдохнула Бекка. Она встала со стула и направилась к выходу. Фрэнк поймал взгляд Сириуса и кивнул на стул, словно говорил «Останься». — У вас выходной сегодня, и чтобы я не видел обоих в штабе до захода солнца, — крикнул ей вдогонку Фрэнк. «Не самая лучшая идея», — подумал Сириус, передёргиваясь от очередного флэшбэка, услужливо напоминающего о вчерашнем. Дверь скрипнула и с мягким щелчком захлопнулась. — Я хотел поговорить до того, как произойдёт что-то… подобное, — избегая смотреть в глаза, начал Фрэнк. Сириус кивнул. — Я понимаю, что ты человек чести, — продолжил старший аврор. «Что? Со мной пытаются поговорить, как с аристократом?» — Сириус едва не рассмеялся от нелепости этого диалога. Многие древние семьи славились своим кодексом, и если Блэки, Малфои и Лестрейджи были откровенными чистоплюями, то Поттеры и Долгопупсы были более продвинутых взглядов. Но какое представление о «чести» было у Фрэнка — неизвестно. У Сириуса, например, никакого не было. — Бекка человек непростой, — осторожно сказал Фрэнк. Сириус медленно кивнул, соглашаясь, — Иногда она импульсивна, и в такие моменты… она может сделать то, о чём пожалеет. — Например? — Сириус с серьёзным лицом продолжил ломать комедию. Фрэнк тяжело вздохнул, поднимая взгляд к потолку и решая, готов ли он вступать в более открытый диалог. — Блэк… Сириуса уже физически разрывало между желанием рассказать о вчерашнем, начать язвить как Бекка или оказаться подальше от этого кабинета. — Да понял я, — сдержался Сириус, — но… — и сам себя заставил замолчать. — Продолжай, — потребовал Фрэнк, нахмурившись. Сириус знал этот взгляд, именно так он выглядел, когда кто-то пытался осудить кого-то. Ну по крайней мере он надеялся, что выглядит. Ему не нравилось двуличное отношение к парням и девушкам, ведущим свободный образ жизни. И всё же стоило перевести диалог в более безопасное русло. — Ты серьёзно считаешь, что она не в состоянии контролировать себя? — спросил Блэк. Фрэнк удивлённо поднял бровь: — А ты считаешь, что в состоянии? — Конечно, — кивнул Бродяга, — Бекка, которую знаю я, контролирует каждый свой вдох, и ненавидит себя за каждый срыв. Долгопупс зашевелил губами, словно пытаясь прожевать слова Сириуса. Блэк, решив, что разговор окончен, поднялся с места. — А ты ничего не хочешь спросить? — спросил Фрэнк. — Нет. Я подожду, пока она сама захочет рассказать. *** Сириус вышел из кабинета и втянул воздух, будто после допроса. В коридоре стояла тишина, только лампы потрескивали под потолком, пахло бумагой и озоном от заклинаний. Он спустился на один пролёт, и между этажами кто-то стоял, скрестив руки. Бекка. Тень от перил легла на её лицо, глаза блестели в полумраке. — Ну поехали, — сказала она, будто они заранее договаривались. Сириус остановился на ступеньке ниже, глядя снизу вверх: — Что? — Фрэнк приказал, — она чуть качнула головой, — чтобы нас двоих не было видно в штабе до вечера. Он моргнул, усмехнулся, но не нашёл, что ответить кроме: — А ты всегда выполняешь приказы? — Нет. Но этот совпал с моим желанием, — спокойно ответила Бекка и двинулась вниз по лестнице. На ходу добавила: — Возьми куртку. Сириус машинально пошёл за ней, чувствуя, как внутри что-то сдвигается — усталость, злость, остатки ночного хаоса. Всё вдруг стало как-то… легко. — Куда? — спросил он, когда они миновали холл. — Туда, где не задают глупых вопросов, — бросила она через плечо. — Ты ещё скажи — «доверяй и держись крепче», — хмыкнул Сириус. Бекка остановилась у двери, обернулась, глаза сверкнули коротким огнём: — О, именно так я и скажу. Для начала. На этот раз они ехали на мотоцикле другой дорогой: пейзаж хоть не отличался сильным разнообразием, но был другим. Заправка тоже. Несмотря на почти бессонную ночь, Сириус был бодр, но обычно это было обманчиво, после полудня его начнёт рубить. Интересно, Бекка спала сегодня? Она молча свернула с шоссе к деревушке, но не поехала туда, а направила мотоцикл в лес через едва заметную дорогу по выбивающейся траве, и это было странно. Ещё более странным выглядело место остановки посреди леса у каких-то ворот в бетонной трёхметровой стене. Она очень буднично открыла навесной замок, который лишь со стороны казался закрытым, но имел чисто декоративную функцию. — Мы нарушаем какие-то маггловские законы? — смешливо уточнил Сириус. — Не только, — фыркнула Бекка, — В этом месте магглы начали стройку по ошибке, а потом министерство потребовало остановить строительство на территории волшебной Англии. — А ты откуда знаешь? — спросил Сириус насмешливо, но её лицо изменилось за секунду, словно он её ударил. — Один друг рассказал, — коротко изрекла она. Он не стал уточнять, ощутив, что если спросит, то она скорее всего сорвётся. Сириус пошёл за медленно едущим мотоциклом по… огромной пустой дороге. — Что это? — восхищённо спросил он, разглядывая идеальный асфальт. — Автотрек, о котором не знают магглы, и который не нужен магам. Сириус кивнул, словно понимая о чём речь, но Бекка поправила себя: — Дорога для проведения гонок. Он видел репортажи о гонках в маггловских журналах сокурсников, было интересно увидеть подобную трассу в реальности. Бекка остановила мотоцикл, поставила его на подножку, стала доставать из мини-багажника под сиденьем плед, бутылку, похожую на огневиски и пару баночек колы. Одну она кинула ему. — Эй! — возмутился Сириус. Половину пути ему пришлось прижимать к себе пакет продуктов, которые Бекка купила на заправке. — Ну чего..? — закатила она глаза, — Ты как предлагаешь объяснять магглам, почему вместо пол-литрового отсека для инструментов почти бездонный багажник? Сириус недовольно на неё посмотрел. Бекка откупорила бутылку и глотнула прямо из горла. — Если у тебя есть вопросы, как водить мотоцикл, спрашивай, — сказала она, — Если хочешь потренироваться, то используй Протего для защиты. — Я? — уточнил Сириус, будто тут был кто-то кроме двоих. Он мягко провёл по баку мотоцикла. — Да. Его разрывало между восторгом и страхом. — Но почему я? — Потому что к концу бутылки я обещаю себя контролировать ровно настолько, чтобы не свалиться с мотоцикла. И Сириус понял: эта бутылка не просто похожа на огневиски, это и есть маггловское огневиски. Бекка закупорила бутылку и взяла колу в руку. — Глесиус, — она направила замораживающее заклинание на баночку. Блять. Сириус закурил и предложил ей. Она не отказалась. — Первая передача вниз? Бекка кивнула. — Наверх нейтраль, а после вторая? — всё же уточнил Сириус. — Ага. Он сел на водительское сидение и завёл мотор. Сам, впервые. Сменил руку с сигаретой, потрогал газ, затем повторил тоже самое со сцеплением, но передачу не включал, пока не докурил. — Не думай, — посоветовала Бекка, — Просто отпусти сцепление. Он послушно отпустил. Мотоцикл дёрнулся и заглох. — Медленнее, — Бекка хмыкнула. — Ну или газуй сильнее. Звучало как самоубийство, но Сириус решил выполнить первую часть совета. Снова завёл, и стал осторожно отпускать сцепление, когда мотоцикл под ним слегка дрогнул и потянулся вперёд, его глаза сильно округлились: он не ожидал что получится. Чем слабее было выжато сцепление, тем выше была его скорость. Он оглянулся — Бекка шла по обочине, следя за ним. Его качнуло, и он инстинктивно вернул взгляд перед собой. — Не вертись, куда смотришь, туда и приедешь, — крикнула она, чтобы он расслышал через рёв мотора. Несмотря на страх и дрожь в руках, впервые за долгое время Сириус чувствовал, что не бежит от чего-то, а движется куда-то. Без цели, но с направлением. — Тренируем торможение, — скомандовала Бекка, — сейчас сразу оба тормоза, в повороте только задним. Сириус кивнул и остановился. Мотоцикл чуть накренился, но он удержал равновесие. Бекка подошла ближе, взгляд серьёзный, но чуть мягче, чем обычно: — Не думала, что ты справишься с первого раза. — Рад, что ты в меня верила. Бекка фыркнула, на секунду закатив глаза, но тут же вернула учительский тон. — Поворачивать как на метле: смещением тела и наклона мотоцикла, — пояснила она, — С остальным разберёшься. Экспериментируй со скоростью, торможением и поворотами. Не забудь про Протего. — Я справлюсь без защиты. — Не сомневаюсь, — усмехнулась она, — только мотоцикл плохо реагирует на Репаро, а чинить его руками долго. — Ладно, — кивнул Сириус уже представляя, как он будет лететь по треку. — Устанешь — приходи, я взяла сэндвичей на заправке. Он услышал это краем уха, потому что был сосредоточен на газе. Очень долго он ехал этот круг. И не потому что страшно, а потому что забыл как переключать передачи. Вроде два раза вверх рычагом, но ничего не выходило. Он подъехал к Бекке. Она наколдовала себе небольшой навес от солнца, и спокойно сидела на траве, вглядываясь в небо. — Нервничаешь? — спросила она, когда Сириус заглох перед ней. — Нет, но кажется коробка передач сломана, — признался он. — А, — она поднялась на ноги, зажала рукой сцепление, завела байк и подняла лапку коробки передач. — В общем, бросаешь газовать, выжимаешь сцеп, переключаешь, догазовываешь дальше, иначе заглохнешь или коробка тебе не даст следующей скорости. Информация впорхнула в уши Сириуса и испарилась. Тарабарщина какая-то. — Просто не забывай про сцепление, — махнула Бекка, — пару раз попробуешь и сам всё поймёшь. Он не понял ни слова, но понял главное: впервые ему позволили не понимать. И почему-то это было страшнее, чем любой приказ. *** Оказалось, управление метлой и мотоциклом было во многом схоже. Руль ничего не решал, всё дело было в балансе. Когда Сириус выдохся, он съел сэндвич, который Бекка оставила на пледе. Она спала рядом, неподалёку лежала полупустая бутылка с надписью «Jack Daniels». Он понимал, что должен был отобрать бутылку. Или хотя бы сказать что-то. Но решил, что лучше не вмешиваться. Сириус тоже прилёг, всё же бессонная ночь не давала о себе забыть. Его лицо было напротив её лица, и в тот момент его накрыло воспоминание. Последний день Бекки в Хогвартсе. Вечеринка выпускников, на которую она не пошла, потому что предпочла побыть с Сириусом наедине лишний раз. В тот день она впервые уснула в его объятиях. В тот день он впервые нарушил правило «никаких девчонок в общей спальне»… В тот день он впервые хранил чей-то сон… Его пальцы едва не коснулись её лица, но он остановился в миллиметре от кожи. Мысль обожгла, но он уже провалился в сон. … Когда он проснулся, солнце уже склонилось к деревьям. Бекка всё так же спала рядом. Он лишь перевернулся к ней спиной и снова оказался ближе, чем им обоим позволено. Слишком близко, чтобы это было случайностью, слишком далеко, чтобы это можно было исправить. — Чёрт, — он попытался избавиться от горечи на языке, но сквернословие не помогло. Матерясь на разный лад, он поехал очередной круг по треку. Становилось легче. Он решил попробовать всё, что слышал про мотоциклы, например, он так и не понял, почему в повороте надо тормозить задним тормозом. На небольшой скорости он поджал сцепление и передний тормоз. Будто бы просто моргнул, а на деле уже лежал на асфальте рядом с заглохнувшим мотоциклом. — Прикольно, — улыбнулся он сам себе и обновил защитные чары. Падать оказалось проще, чем останавливаться. Сириус поднялся сам, но кажется разбудил её. Бекка сидела на краю пледа, закуривать не хотелось — воздух и без того был густой от жары и бензина. Он поднял мотоцикл, завёл, объехал трек несколько раз и только потом вернулся к ней. Сел рядом, будто между ними не было ничего, кроме пыли. Она смотрела на дно бутылки. Пара глотков оставались, но они уже ничего не решали. Пьяной она себя не чувствовала — слишком трезвой для всего, что внутри. Они молчали. Пару минут, может, больше. Время растянулось, как горячий воздух над асфальтом. — Ну давай, — сказала Бекка наконец. Голос прозвучал хрипло, без вызова, но с усталостью. — Скажи это. Сириус повернул голову: — Что именно ты хочешь услышать? Бекка чуть усмехнулась. Когда-то она сама задавала ему этот вопрос в кладовой перед их первым поцелуем. — Например, что-то вроде «я же говорил», — предположила она, разглядывая траву под ногами. — Я много чего говорил, но вряд ли что-то дельное, — фыркнул он. Бекка подняла взгляд, Сириус чуть-чуть качался перед глазами или, возможно, качалось её тело. — Ну как минимум у тебя есть один повод, чтобы сказать «я был прав», — язвительно улыбнулась она. Но в его глазах ни грамма понимания. Он играл? Претворялся? Шутил? Бекка изучала его лицо, а Сириус достал сигареты и предложил ей одну. — О чём ты говорил с Фрэнком? — спросила она наконец, позволяя ему поджечь кончик сигареты. — О каком-то бреде, — пожал он плечами и сделал глубокую затяжку. — Про честь, например. На этот поезд я давно опоздал. — И ты ничего не спросил? — распахнула глаза Бекка. — Нет, а о чём я должен был спросить? — его интонация выдала ложь, и Бекка почти засомневалась в словах, но алкоголь пульсировал в венах, давая дополнительные баллы доверия. — Мы напарники, и нам стоит знать друг о друге подобную информацию. Это может стоить жизни, — напомнила она, но почему-то улыбнулась. — Да я и раньше догадывался, что среди Пожирателей нет фанатов Ордена. Ну а этот ублюдок, как я понял, твой персональный фанат, — он пожал плечами, — Остальное расскажешь, если захочешь. Бекка моргнула, а затем резко перевела взгляд вниз и отвернулась. Сказанное как-то сильно шокировало её. — О, и если это важно… — к слову вспомнил Блэк, — У меня будет много фанатов среди Пожирателей. Большая часть — мои родственники или друзья семьи. Так что… через полгода сравним у кого больше, — подмигнул он. Бекка рассмеялась. Пожалуй слишком громко и затяжно для такой шутки. Но Сириусу не было смешно, внутри него кололо неприятное чувство, от которого он не мог избавиться целый день. Его лицо было серьёзным, но Бекка всё ещё подрагивала от смешков. — По поводу того, что сказал Фрэнк… — начал он. — Ооооо, — протянула Бекка, не замечая серьезности в его голосе, — и что сказал святоша? — Знаешь, — сказал он негромко, глядя вперёд, — я не хотел, чтобы всё тогда вышло… так. — Нет-нет, расскажи, что именно сказал правильный Долгопупс, и я переведу тебе на человеческий. Сириус нервно дёрнул плечом, но не ответил. Идея сказать это Бекке, пока она была пьяна, была удачной для совести, вот только совершенно не эффективной. — Да не стесняйся, — хлопнула она его по плечу, — про честь? Про девичью честь? — Ну почти, — признал Сириус. — Что-то вроде «не стоит пользоваться слабой девушкой»? — спросила Бекка подхихикивая. Повисла пауза. Она почти попала, но… — Он не называл тебя слабой, просто сказал, что ты бываешь импульсивной, и… — он запнулся о собственные слова и об её пронзительный взгляд глаза в глаза. — И ты жалеешь, что импульсивным был ты? — наконец спокойным голосом спросила она, изогнув бровь. — Господи, Блэк, не переживай по этому поводу. Я переспала с тобой, потому что хотела сама. Иначе ты бы оказался в ледяном озере, а не в доме у… Её лицо слегка переменилось. — … в моём доме, — поправила себя она. Сириус тяжело сглотнул: «Вот так просто? Но ведь он хотел сказать, что…» — Когда Фрэнк меня отверг в прошлом году в подобной ситуации, — продолжила Бекка, и пытаясь достать из бутылки последнюю каплю, призналась, — мне стало страшнее, чем до этого. Но только не думай, что я сделала это с тобой из жалости. Мне тоже было страшно столкнуться с… Бекка странно запнулась, но Сириус не замел этой реакции. Он закрыл глаза, погрузившись в вязкое ощущение, которое сдавило его в тот момент. Страх, что тело больше тебе не принадлежит. Боль, что терзает от невозможности что-то сделать. — А теперь, Блэк, у тебя в запасе появился ещё один способ вернуть себе контроль над своей жизнью, — Бекка махнула рукой в сторону, резко поднялась с земли и, пошатываясь, направилась к мотоциклу. Она вытащила ключ с брелком из зажигания, а второй рукой достала ключ без брелка из кармана. Его и кинула в руки Сириусу. Он ловко поймал. Почему-то её лицо было злым. — И не смей говорить, что ты жалеешь о том, что переспал со мной, — бросила Бекка и с характерным хлопком аппарировала. — Ст…ой… — он не успел договорить, потому что она исчезла. Во-первых, пьяным аппарировать было нежелательно. Во-вторых, он не сказал, что ему жаль, и хотел уверить, что она сама всё придумала. А, в-третьих… Чёрт возьми, неужели она — легилимент?