Быть первым и последним

      Когда комплекс накрыло красными вспышками и воем сирены, Дерек уже мчался к источнику тревоги. По коридорам разносились далёкие шумы бега и рёв, всплескиващийся периодично вперемешку с грохотом оград. «Что ты опять творишь…» — мелькала тревожная мысль у него в голове, пока с приближением нарастал шум. Лицо его, как и многие части, скрытые тканью, было усеяно пластырями и редкими царапинами, и вновь на этом лице вспыхивало огнём беспокойство.       Последний поворот — и перед глазами Дерека предстал перекрытый стеной ограждения вольер. По ту сторону, поочерёдно вскидывая тело выше и пригибая обратно, металась Индоминус. Огромное тело её, достигающее пары десятков метров, врезалось то и дело в ограду. А за той, тяжело дыша и опираясь на предплечья, лежал на спине один из работников. — Что произошло?! — в суматохе крикнул Дерек. — Она сорвала намордник, когда его крепили! — ответил один из работников, и в ограду на его уровне тут же впились широко раскрытые челюсти Смерти. Металл дрогнул с гулом, и люди спешно отскочили. Мимо всё проносились люди из ГБР, таща с собой пушки с транквилизаторами. — Нет, стойте! — кричал Дерек им вслед, — Весь мой прогресс будет потерян! — Уже потеряны двое! — вскрикнул кто-то позади него. — Она не прорвётся! Отставить! — не обращая ни на что внимания и спотыкаясь, дрессировщик бежал по ведущей на мостик над вольером лестнице. Но вооружённые были уже далеко впереди. Ступени сменяли друг друга, бег сбивался. Резко раздался лязг металла, когда в часть ограды, скреплённую с лестницей, наскочила вдруг Индоминус, и с жутким рёвом, накрывшим мигом сжавшегося в метре от неё Дерека, она вонзилась клыками в прутья. Мужчину обдало горячим дыханием вперемешку с вонью и брызгами слюны, а лестница сотряслась. В этот момент где-то выше раздались выкрики. — Стойте!!! — всё громче кричал им Дерек, и в тот же миг Индоминус рванулась в сторону от лестницы, напоследок рваным движением лап заставив сотрястись ограду. Она бросилась назад, когда в её шкуру вонзился очередной дротик. Её голову вертело в разные стороны, лапы беспорядочно хватались за чешуйки на шее и скулах, каждое новое движение было всё более дёрганым и вялым, словно перед ними игрушка. Раздалось ещё несколько тяжёлых шагов, гибрид пошатнулся. А затем с грохотом поднялось облако пыли вперемешку с песком.       Металлические ступени отдавались лёгким бряцанием с каждым его медленным шагом. Сжимая руками перила, он смотрел на лежащую на земле Индоминус. Её грудь вздымалась всё медленнее, угасал пылающий в её жилах адреналин. Отблески красных ламп на её шкуре бледнели, затихал и вой сирен. А он всё не мог свести взгляда с неё.       Ворота открылись с тихим скрежетом, и Дерек прошёл несколько шагов по короткому тоннелю из прутьев, что был посредником между вольером и коридорами комплекса. Вторые ворота стали открываться лишь когда оказались закрыты первые. И наконец, когда стихли всплески сигналок, он смог ступить внутрь загона. Отдалённого и словно пустеющего. Подошва ступала по притоптанному песку дальше от ворот. Его взгляд всё то время был прикован к одному-единственному объекту в вольере — Смерти, что лежала на металлической платформе, привязанная к ней, со скованной намордником пастью. Её гранатово-красный глаз следил за ним, сонный и слабо открытый. Губы её дрогнули в попытке рычать, на миг обнажились кончики клыков, но толком ничего он так и не услышал. Человек приблизился к ней, и его ладонь приподнялась в плавном жесте. — Это я, — проговорил он размеренно, — Они ушли. Я не с ними.       А она в ответ прорычала сквозь сжатые металлом челюсти. Ладонь потянулась к её чешуе, холодной, блеклой. Но тишины добиться так и не вышло. Он чувствовал напряжение в её мышцах, её взгляд, что пристально следил за ним. Она не принимала его руку. — Подожди, — прошептал дрессировщик, подходя ближе к её морде. Зрачок красного глаза утомлённо следовал за его движением. Он остановился возле её носа. Для него не было в новинку находиться в такой близости к гибриду, но в случае со Смертью таких случаев было не так много. Большинство из них, как бы горько ни было ему признавать, были подобными этому.       К её носу поднеслась медленно ладонь. Тот запах, который был хорошо знаком ей с самого раннего детства. Вдыхая его, Смерть ещё некоторое время ворчала сквозь сжатые клыки, но потом затихла. Фыркнула прямо в ладонь. Ощутив влажный пар на руке, Дерек опустил её и улыбнулся. — Я не с ними, ты знаешь, — повторил он.       Его пальцы коснулись стяжки, что обвивала челюсти самки. Индоминус зашевелилась, но движения были всё так же скованы. Медленно рука вела вдоль намордника, выше, к креплению. Остановилась. Индоминус замерла. Раздалось несколько щелчков, и стяжка ослабла. Морда не дёрнулась, когда та медленно сползла по ней вниз. Передняя часть намордника была снята. — Это сделал я, — проговорил ей Дерек, вновь подставляя руку ближе к носу хищницы. Может, она понимала это и без его повторений, но он хотел быть уверен. Несколько раз пасть Смерти медленно приоткрывалась и закрывалась обратно. Мужчина с трепетом в сердце наблюдал за этим, потянувшись к сумке, перекинутой через плечо, секунда — и белошкурая морда вдруг потянулась, поматываясь, вперёд, а тело пыталось протиснуться вслед за ней через оставшиеся стяжки. Гудящее ворчание выплеснулось на отпрянувшего Дерека, и тот выставил машинально к ней ладонь: — Смерть, нет!       Но та не слушалась. В попытках втиснуться хоть куда-то, её тело тянулось плавно и податливо вперёд, но лишь вытягивалось само, нежели пробиралось дальше. И вновь раздался ворчливый гулкий рёв.       Из сумки дрессировщик достал наконец кусок мяса. Его мужчина вытянул к морде Смерти, и та сомкнула пасть перед ним, слегка свернув голову в сторону. Её глаз, красный, как кровь, смыкался то и дело третьим веком и смотрел то на лицо человека, то на угощение. Из пасти разнеслось негромкое клокотание, а затем морда слегка поддалась вперёд, раскрывая, насколько возможно, челюсти. Зазор между рядами клыков смог наконец вырасти достаточно, чтобы Дерек с помощью палки положил мясо ей на язык. Тот всё обливался слюной от накатывающего голода и чувства еды. Извиваясь, он захватил наконец кусок, и челюсти сомкнулись. В несколько дёрганых движений мордой Индоминус сумела проглотить подачку. Голод в её взгляде отступал, но одно оставалось тем же: пристальный взгляд неверящего, что пронзал его, несмотря ни на что. И молчание, столь же беспокойное и полное ненависти, как всегда.       Путь через весь комплекс был небыстрым. Редкие животные, что находились в немногих загонах, практически не шумели. Во всю проходили их тренировки. Дерек же шёл мимо них. Потирая пальцами тонкие линзы, он надел очки, что до этого услужливо лежали в кармане белого плаща. Вольер, отдалённый от остальной части комплекса, казался свободнее других. Люди оттуда уже ушли, и подошедший, помимо обитательницы этого места, увидел лишь нескольких работников. — Слышали, Смерть снова взбунтовалась? — бросил один из них. — Да. Надо понять, что ей не нравится, и у меня есть кое-какое предположение. — Контроль ей не нравится, вот и всего. — Да знаю, Элиас… Это ясное дело, но всё глубже… — и, не дожидаясь ответа, дрессировщик двинулся было в сторону мостика, как голос позади отрезал: — С тобой хотят поговорить.       Шаги стихли. Дерек остановился. Обычно это не говорило ни о чём хорошем, тем более утро предвещало много чего. — Кто? — обернулся он. А в ответ мужчина качнул ему головой в сторону смотровой галереи. Напряжённо и медленно дрессировщик выдохнул, пальцами сжав на секунду переносицу, и направился туда.       Дверь открылась, Дерек шагнул за порог. Приглушённый свет комнаты, излучаемый, разве что, освещением вольера по ту сторону стекла, не бросался в глаза так, как свет коридора. Посреди комнаты, перед обширной панелью управления, стояла женщина в деловом светлом костюме. Всё в ней, начиная стилем и заканчивая причёской, выдавало лишь одного человека. Клэр Диринг. Та самая, что была управляющей сегментом СР. С ней Дереку уже приходилось как-то иметь дело, но в куда более нейтральной обстановке, в другом контексте, в принципе по другой теме. А о нынешней теме он догадывался. — Дерек Пинжер, верно? — несколько шагов разбавили тишину стучанием каблуков по плитке. — Верно, я, — ответил тот, зеленовато-карими глазами оглядывая привычную обстановку галереи. — Сегодня утром весь комплекс был на ушах, я хотела бы услышать ваши объяснения. Ваш объект      в очередной раз напал на работников. — Вы сами виноваты, ей больше не с кем взаимодействовать там. — Это не человек. Это животное, которое едва ли своё место понимает. И то, что находится там, — она указала на белую чешую, мелькающую среди листвы вольера, — тоже животное. — Но они обе социальные. Я все эти годы смотрел за обеими. Может, стоит наконец поместить их в один загон? — высказал Дерек мысль, — Уже прошло достаточно времени, а работать в будущем им, скорее всего, придётся вместе. Я видел их жизнь и во взаимодействии, и по отдельности. Смерть хотя бы так поучится у неё. — Обучение всегда взаимно. А насчёт их встречи… Возможно, мы думаем над этим, но пытаемся подобрать нужное время. У Мазрани есть опасения, что она… вновь начнёт проявлять агрессию и животное умрёт. Где есть пострадавшие — там есть и умершие. Кстати говоря, и на этот счёт когда-нибудь начнутся разбирательства. Заявления об увольнениях вечно писаться не будут. — Да чёрт с ними, Смерть если даже не тут, но всё равно загрызёт Аврепс непосредственно в полевых условиях, а здесь всё хотя бы будет под контролем. Её можно будет остановить, если что-то пойдёт не так, и дать привыкнуть. Работать им всё равно вместе, Клэр. — Это всё равно не мои полномочия. Обсуди это с Хоскинсом. И лучше подумай, как мы сможем передать её, когда подойдёт срок контракта. Потери парка из-за неё составили несколько миллионов на выплаты пострадавшим, а прогресса… я не вижу. — Потому что вы не можете предоставить всё, что нужно. — Это что же? — Клэр искоса глянула на него, — Это существо и без того неконтролируемо. — Она столь же контролируема, сколь и Аврепс. Мешают только условия: такой организм, наделённый достаточным интеллектом, хорошо чувствует фальш и ограниченность, своё запертое положение. Для проявления всех черт нам необходимо избавиться от этого и поместить Смерть в естественную среду, где она наконец начнёт вести себя так же естественно. Ей присущ контроль, только чувство скованности мешает и делает её более агрессивной. Она, как бы, более восприимчива к неволе, чем Аврепс. — Проще говоря, ты, Дерек… хочешь предоставить существу, которое даже сам назвал Смертью, путь на волю? Туда, где сейчас тысячи мирных туристов? — Почему настолько грубо? Я хочу предоставить ей открытую среду, в которой её контролируемость не будет ей в тягость. Вы увидите, и если уж вы так беспокоитесь, то никто не исключает дополнительных средств безопасности, всё в любом случае будет под полным контролем. Туристы будут в безопасности и незнании, ни у кого и подозрения не возникнет, что что-то не так. — Эту идею хотя бы кто-то поддерживает? — Да. Хоскинс согласен со мной. — Хоскинс? А кто-то более нейтральный? — Клэр, послушайте, это- — Никаких больше слов, мистер Пинжер, сегодня же вечером я жду от вас объяснительную по поводу поведения вашего объекта с подробным списком ваших рекомендаций к работе и обращению с объектом. Прошу заметить: рекомендаций, а не детских мыслишек.       Дерек едва успел вновь раскрыть рот, как начальница развернулась и, бросив напоследок взгляд в сторону смотрового окна, двинулась к двери. — Это не всё. Есть ещё дело. Пройдёмте, — бросила она сухо, а Дерек лишь смотрел ей, скрипя зубами, вслед.       Захлопнулась дверь. Он сжал кулаки. В кармане пальцы наспех нащупали сигареты, и одну из них он крепко сжал в зубах. А затем, развернувшись, зашагал твёрдо к двери. Но не той, в какую прошла Диринг. В другую, что располагалась напротив. Над ней, за хлипкой сетью, сияла тусклым мягким светом красная лампочка, и стены близи двери — бетонные, холодные и шершавые, — окрашивались ею в кровавые тона. В руке мелькнула карточка, что с писком легла на панель возле ворот. Он крепче сжал в зубах тлеющую сигарету, а ворота с грохотом принялись раскрывать ему путь внутрь. Шаг за шагом отдалял его от коридоров цивилизации. Свет вольера затмил былой полумрак галереи. Зашелестела под ногами сухая трава. — А-аврепс!!! — напряжённо и гулко крикнул он, и из вольера, покрытого местами крупными зарослями, раздался в ответ клокочущий рык.       Клэр шагала по коридору, только и делая, что глядя в телефон. Сейчас её волновало лишь одно: звонок, что уже несколько раз звучал за день. Немногочисленные работники вольеров по её требованию уже расходились или разошлись, и дело оставалось за малым. — Да, мистер Мазрани, — в который раз поддакнула она в телефон, — Они подтвердили, что будут в течение часа. — Кто среди них? — Вакодо нет, но есть его… советник, — Клэр попутно пробегалась взглядом по заметкам на экране, пытаясь понять, на каких ступенях военной иерархии стоят те или иные чины, что были упомянуты ей, — И ещё несколько сопровождающих… всего их будет 8 человек, прибудут на въезд сегмента СР, чтобы не проходить через главный вход. — Правильное решение, там сейчас много посетителей, им не стоит видеть таких людей. Надеюсь, вы всё подготовили к их приезду? — Конечно! — воскликнула та, — Встречающие направились к порту, а в комплексе наводится порядок. — Вы забыли про людей и животных, Клэр. Работники проинструктированы? Животные в здравии и сыты? — Насчёт этого… утром был инцидент с одним из Индоминусов, но обошлось без пострадавших, сейчас всё улажено. А насчёт работников — инструктажи уже направлены, сейчас я как раз веду одного из смотрителей к- — и она, обернувшись кратко, вдруг затормозила и замерла. Позади было пусто. Рука поневоле чуть спустила телефон к щеке, пока глаза в лёгком беспокойстве окинули взглядом коридор. — Мистер Мазрани… — пролепетала она, оглядываясь вновь вокруг, будто Дерек мог оказаться позади неё, — Я перезвоню вам позже, сейчас должна всё подготовить… — Понял вас, Клэр, работайте. И сообщайте обо всём, — мягко завершил голос главы, и короткий гудок прервал разговор. Ворота позади остались открыты. Во всём комплексе вокруг висела необычайная тишина, что была присуща только этому месту. Здесь был только Дерек, сотрясаемый гулкими шагами нечта величественного. Встряхивались и растрёпанные тёмные волосы от каждого дрожания земли. Будто что-то просилось на поверхность из её недр.       Очки скользнули из его руки в карман, и до него вновь донёсся приближающийся грохот шагов. Тяжёлых, неторопливых. Листва тряслась при каждом её движении. Дыхание интуитивно замерло, как в первый раз, когда она предстала перед ним во весь огромный рост, и Дерек остановился. Ветви сомкнулись за её спиной, а шкура, переливаясь зелёными тонами, стала принимать белый оттенок. Только глаза блестели несменным рябиновым цветом. А он смотрел на неё с тлеющим огоньком возле губ. Клокотание над ним не взывало к страху, смотритель чувствовал только себя: свою уверенность, свою жажду. Голова гибрида склонялась неторопливо в сторону, передние лапы же поджимались нескончаемыми движениями. Позади раскачивался плавно скрытый в листве хвост. Хищница смотрела на него умиротворённо, морда не опускалась ниже, глаза изучали его оттуда. При виде на Аврепс он вновь видел те же черты, что уже замечал у Смерти. В конце концов, они близнецы, а у всех близнецов есть некая странная область, что объединялась в одно, даже если их разделить.       Клэр торопливо двигалась обратно, в сторону вольера одного из гибридов. По пути она в надежде заглядывала практически во все попадающиеся помещения, но ни в дезинфекционном секторе, ни в комнате отдыха, ни где бы то ни было ещё смотрителя не было. И вот всё быстрее, едва переходя на бег, приближалась она к вольеру, где в последний раз видела его. Каблуки всё интенсивнее отбивали ритм шагов вкупе с эхо по коридору, и наконец её прервал вид за оградой приблизившегося по одной из сторон коридора вольера. — Дерек! — вскрикнула тут же Клэр, но стекло сглушило её голос. Там, по ту сторону двойной ограды, она видела Дерека. Он стоял недвижно посреди вольера и смотрел наверх. На склоняющуюся над ним морду Аврепс. Губы той всё подрагивали в негромком рокотании, обнажая желтоватые клыки и капли слюны, что медленно просачивалась меж ними. Диринг с вздымающимися от утяжелённого дыхания плечами не знала, куда и смотреть. Руки сами собой в телефоне набирали кому-то неразборчивый текст. А мужчина чуть повернул голову. Она едва ли видела край его глаза, зато он боковым зрением уже заметил страх в её фигуре. Дерек повернулся всем телом, и гибрид оказался теперь за его спиной. В спину врывались стихающие от его шагов порывы дыхания, пока он стал двигаться неторопливо и демонстративно в сторону фигуры Клэр. Разведя руки в стороны и поднимая их с каждым шагом, он смотрел прямо на неё. И на смутное отражение в стекле. Ужас в глазах женщины нарастал, но холод не позволял ему проявиться более. — Вот! Вот моя работа! — кричал Дерек, подходя ближе к ограде. Сквозь прутья и стекло он видел пустые коридоры, здесь была только Диринг. А она не сводила глаз с него и той массивной туши, что приближалась неторопливо к нему. Красные бусинки глаз следили за движениями Дерека, по шкуре пробегались песочного цвета пятна. Аврепс склоняла голову то влево, то вправо, пока её тень накрывала силуэт человека. — Дерек, она… — шептала Клэр, медленно отступая назад, — …она без намордника… — Достаточно хорошей проработки! — рявкнул мрачно тот, и его волос коснулось тяжёлое дыхание сверху. Оно придавило его на несколько мгновений, а дрессировщик даже не шелохнулся. — Мало ещё моей жизни? — крикнул он вновь, когда меж лопаток вдруг с машинной силой упёрся разгорячённый нос хищника. От резкого толчка мужчину подкинуло вперёд, и тот, влетев животом и грудью в несколько толстых прутьев, обвис на них с тихим шипением. — ГБР сюда!!! Сейчас же!!! — закричала было в телефон Диринг, но в стекло ударил кулак Дерека: — Да нет же.! — зашипел он злостно и стал постепенно переворачиваться лицом к гибриду, всё ещё вися на прутьях. Клэр с дрожью в руке сжала телефон крепче, оттуда всё доносились периодичные шумы в ответ на её звонки. А она смотрела на морду Индоминуса в нескольких метрах перед собой, что, склонившись к земле, наблюдала за Дереком. С периодичным клокотанием Аврепс обогнула его мордой справа, затем слева. А человек, выдыхая, опирался постепенно на ноги и приподнимал руки с прутьев позади себя. Под подошвой трещали выпавшие очки и карты. — Ей просто любопытно! Ей так не разрешали делать в наморднике! — крикнул, не оборачиваясь, он. А затем покачал головой, глядя на Аврепс, — Ав-репс, не на-до! Мне не нра-вит-ся!       В ответ донеслось вздёрнутое, нарастающее за пару секунд своего звучания рявканье. Голова зависла сбоку от человека, а затем вдруг плавно сдвинулась к нему и подтолкнула мордой в плечо. Чуть не подкосившись, Дерек упёрся ладонью ей в щёку и прошагал немного в сторону. Чешуя стала холоднее, он отчётливо это ощутил. Несколько секунд гибрид стоял, после чего, под пристальным взглядом обоих, поднял голову на свой уровень и сделал несколько шагов в сторону мужчины. Тот стал отходить спиной назад, постепенно заворачивая полукруг.       Картина была пугающей для неё, но с каждым действием Дерека и Аврепс устанавливалась в голове мысль: она ведь и вправду привыкла, не первый раз видит его вблизи, только на этот раз без намордника. Без той самой вещи, что была всё это время предохранителем. Рано или поздно он всё равно оказался бы снят, но хотя бы в контролируемый и предсказуемый момент. А он решил не ждать.       Из телефона бесполезно продолжали идти шумы с примесью гудков. Клэр то и дело вслушивалась в динамик, но ничего нового не происходило. «Вышка.?» — спросила она мысленно сама себя, и телефон потух в её тревоге.       Он широкими шагами вёл Индоминус дальше от ограждения, и та гибкими и с тем массивными движениями следовала за ним. От её поступи по земле шла лёгкая дрожь и вздымалось бледное облако пыли. Вслед за ним поднимались по шкуре Аврепс и того же песочного цвета пятна, постепенно покрывшие её полностью, оставив лишь редкие белые проблески. Проведя её по кругу, Дерек остановился и поднял руку вверх. Сигнал остановки, что сработал как и всегда. Только в этот раз Аврепс активнее склоняла морду в сторону человека и порыкивала что-то, видимо, с непривычки ощущая свободу пасти. Рокотание почти не стихало, принимая разные тоны, а Дерек что-то изредка говорил, что Клэр замечала по его движениям и гулу голоса, но не могла расслышать.       Когда Дерек вскинул руку в сторону зарослей, Аврепс выпрямилась и устремила взгляд туда. С шумным выдохом она опустила голову в сторону человека, затем вновь повернула по направлению его руки. И, изгибая длинный чешуйчатый хвост, двинулась туда. Взгляд её порой падал на силуэт по ту сторону оград, одаривая его ответным пристальным наблюдением. А позади в то время раздавались удаляющиеся шаги дрессировщика.       Грохот ворот стих, и мужчина, весь потрёпанный, наконец стоял перед Клэр. — Вот она — моя работа, — повторил он, кивая головой в сторону вольера. А там, скрытая в глубине зарослей, наблюдала незримо за ними Аврепс.       Тропа петляла меж деревьями леса, а вместе с ней — и монорельс, что, в отличие от общедоступного, пролегал не над кронами, а под. Ветви не касались капсулы на протяжении всего пути, дорога всегда была расчищена ровно до той степени, чтобы листва смыкалась над ней, а стволы не располагались слишком близко. Ряды сидений, что проходили вдоль окон, были заняты группой людей. На одной стороне сидела лишь начальница, а на другой — сразу четверо работников, тех, что имели непосредственное участие в выполнении условий контракта. — Итак, наш главный гость — это Аарон Норан, — приступила к новой теме Клэр, — Близкий подчинённый Алана Вакодо. В составе группы он проведёт осмотр комплекса и проверит ход вашей работы и соответствие контракту, заодно оценит приближение сроков его выполнения и передаст сведения Вакодо. — Они специально не предупреждали до последнего? — спросил Дерек, сидя напротив Клэр. По обе стороны от него находились и другие работники комплекса, что выслушивали весь проходивший инструктаж Диринг. — Они хотят убедиться, что мы исполняем свои обязанности и без дополнительного наблюдения, — уверила его с натянутой улыбкой Клэр, — И потому мы должны предоставить им всё, чего добились за эти несколько лет. Грейди, вы предоставите сведения о велоцирапторах. — Они ещё малы, — ответил мужчина по левую сторону от Дерека, — Ну знают пару команд, их-то покажу, впечатлит — так впечатлит. А если нет? — Ваше дело — показать. Если результаты на нынешнем уровне соответствуют требованиям, которые мы вам поставили, то их и продемонстрируйте. Это ещё не этап завершения, особенно в случае с велоцирапторами. А вот Индоминусы уже приближаются к акту передачи. Пинжер, вы продемонстрируете Аврепс и опишите её особенности. — А Смерть? — «Она сейчас на плановом осмотре специалистами, поэтому её пока не можем вывести». На эту грубую, угодную ложь Дерек лишь безмолвно кивнул. Он прекрасно знал, где находилась Смерть, и это был не совсем осмотр. «Карцер», где занятия будут проводиться интенсивнее и с применением определённых веществ, успокоительных и ослабляющих волю, и, конечно, с повышенным уровнем контроля. Там не было другого уровня физического наказания. Лишь уменьшенное пространство, минимальное количество природных составляющих и больше времени с Дереком. Один раз её уже туда поместили после того, как они с Аврепс сцепились в драке и та чуть не была загрызана при выполнении одной лишь команды: «стоп». Неделя подействовала чудесным образом, и скачок в дисциплинированности Смерти был виден. Результаты оставались и в последующем, на команды самка реагировала, но попыток ограничить сестру не оставила. Однако в успехе этого раза Дерек сомневался. Тогда она была ещё мала, ростом с него, с ещё не окрепшим детским разумом и неполным пониманием всего, что происходило. Теперь же, когда ей нужна была свобода, помещать в ещё более замкнутое пространство было грубой ошибкой. Погашение воли позволит добиться успехов в тренировках, но и сделает особь другой. Она будет не такой активной, основной побочкой всегда отмечалась слабость по сравнению с теми особями, что обходились без таких добавок.       Близилась станция порта. Часть острова, что оставалась незрима для посетителей. Сам порт был слишком сер, невзрачен, сплошь бетонные и металлические бесцветные конструкции. И возле одного из причалов покачивалось на волнах судно — крупный, десятиметровый катер. На самом причале стояли люди, практически единственные на всём пустом пространстве. Они сразу бросались в глаза своей военной формой, да и на катере красовался потрёпаный годами флаг родной страны. Работники порта уже встретили их и, судя по всему, ожидали прихода «переговорщиков». А те уже шли к ним во главе с Клэр, оставив позади открытую капсулу монорельса. Среди людей один сразу обратил внимание на подходящих. Блондин, чья форма выделялась деталями и нашивками, сразу сделал несколько размеренных шагов в сторону идущих. На его лице с глубоко посаженными блестящими глазами закрасовалась улыбка, и Диринг ответила тем же: — Добро пожаловать в наш Парк! — Благодарю за ваше быстродействие, надеюсь, что мы не слишко поздно сообщили вам о нашем прибытии, — блондин приветственно склонил голову, заведя руки за спину и поочерёдно глядя на каждого из присутствующих со стороны Парка. — Что вы, мы всегда готовы. Моё имя Клэр Диринг, управляющая сегментом СР. — Рад встретить вас лично! — мужчина протянул одну из рук, — Аарон Норан, заместитель начальника глав-штаба.       После рукопожатия с ним Клэр провела рукой в сторону капсулы монорельса: — Прошу, мистер Норан, вы бы хотели посетить номера, которые мы вам подготовили, или перекусить после дороги? — Нет, благодарю, мы с моими сопровождающими предпочли бы сначала посмотреть на продвижения в области нашего контракта. — Как пожелаете.       И вся группа направилась в сторону капсулы. Мысли Дерека были заняты тем, что ему говорить об Индоминусах и кого описывать: Аврепс или же Смерть? Насчёт общих черт он не сомневался, а что насчёт предложенного ему Диринг? Просто не говорить об особенностях Смерти и проблемах из-за бюрократической невозможности осуществления подхода?       Поезд скользил безропотно по нескончаемому монорельсу, и сквозь просветы густой листвы изумрудных тонов проносились в окнах и по полу вагона проблески света. Находясь здесь, Дерек вновь забывал о внешнем мире. Том, что находился за пределами Нублара, и который медленно погибал день за днём с каждой пролитой кровью. Здесь же не было практически никакой связи с внешним миром, по крайней мере у работников комплекса. Только друг с другом. И то, слыша, как у Диринг звонит телефон, а затем из него идут лишь бесформенные гулы, стало сомнительно даже насчёт этого. Отгорожение было сделано ради не столь сохранения их морального духа, сколь ради нераспространения информации. Сколько лет это уже длилось? Он прикрыл глаза, вспоминая времена, когда был подростком. Тишина того его мира внезапно превратилась в грохот и гул дронов, далёкие следы высоко в небе, что взвивались из-за горизонта и летели куда-то к неведомым своим целям. Эти неживые глаза видели тепло тел и неслись на него, и если защитные системы не засекали новые модели — спасаться приходилось самому. Он помнил, как в один момент, уснув, в ночи он внезапно услышал жуткий грохот, что вместе с пылью и штукатуркой обрушился на него во тьме. Он тяжело дышал, но лёгкие наполнялись лишь грязью, а перед глазами была сплошная чернота. Холод от уличного ветра прогонял мурашки по всему его телу, невзирая на смятое вокруг него одеяло. Не понимая ничего, метаясь неосознанно по кровати, он пытался раскрыть глаза шире, увидеть хоть искру света, но руки нащупывали лишь острые обломки бетонных плит и обрывки арматур, что торчали из сколов. Кожа, покрывавшаяся плотным слоем пыли, становилась сухой, жгло от любого движения ссадины на лице и теле. Он кричал, яро прощупывал стёртыми в кровь ладонями каждую окружающую его плиту, звал, звал, звал… пока вокруг не вспыхнул свет.       И он раскрыл глаза. Свет, вспыхнувший в капсуле, чуть не ослепил его. Дерек сщурил глаза и поднял голову: монорельс уже ушёл под землю, и потому вагон снаружи укрывала непроглядная тьма. По гудящим негромко голосам было понятно: разговоры с Аароном всё это время продолжались. Судя по всему, обсуждались какие-то условия и сроки, но в это Дерек не вслушивался. — Я тоже с военной службы. Морская пехота, — слышался голос кого-то из работников в разговоре с прибывшими. — Итак, значит, Грейди и Пинжер — дрессировщики? — спрашивал с другой стороны Норан у Клэр. — Верно. Они самые давние работники комплекса, — отвечала та. — Динозавры — удивительные животные! С ними надо проводить много времени? — Лучше уточните это у самих смотрителей, — Диринг с улыбкой замялась, — Они проводят в комплексе много времени, и большая часть из него отводится непосредственно на особей. В этом могу вас уверить. Но детали расскажут вам они сами. — Я надеюсь, что нам покажут каждую из особей, также Вакодо хотел получить информацию о том, как и в каких условиях их содержат. — Не беспокойтесь на этот счёт, Дерек и Оуэн всё вам покажут. Особенно вам стоит взглянуть на Индоминуса Рекса. Наши генетики вышли на новый уровень с этим проектом.       На это Дерек мысленно хмыкнул и перевёл взгляд на изредка мелькающие за стеклом лампочки. Он больше не вслушивался в чужие разговоры, да и гул капсулы от движения постепенно вновь заглушал все посторонние звуки.       Вдруг снаружи раздался визг тормозов, люди пошатнулись. Дерек приподнял голову на потолок, сквозь который стали проглядываться бледные очертания металлической обшивки тоннеля. За стеклом позади него наконец стали виднеться горящие на платформе лампочки, бледные, выстроенные на удивление ровным рядом. Гул капсулы стих окончательно, и сквозь внезапное молчание стало слышно только гудение электричества снаружи и безжизненное дыхание системы вентиляции. Невзрачные тёмные стены, окружающие платформу, не внушали Дереку приятных мыслей. — В чём дело? — раздался вопрос от кого-то из людей. — Сейчас выясню, прошу минутку, — заторопилась было Клэр, когда вдруг зазвенел телефон. Его резкие прозвоны мигом наполнили тишину, сделав её невыносимо громкой собой и своим эхо. А Диринг спешно приподнесла устройство к уху. И, что сразу бросилось в глаза Дереку, вместо несвязных шумов оттуда доносился голос. Неразборчивый, направленный Диринг, но голос. — Да, — заговорила она в трубку, проходя в край вагона под присмотром Дерека, — Мы подъезжаем, да. Что? Вас плохо слышно. Что- Да, тут. Да, конечно, я сейчас… пару минут.       Рука с телефоном опустилась, и Клэр двинулась к двери капсулы. — Прошу прощения за задержку, нужно решить проблему. Грейди, Пинжер, мне понадобится ваша помощь. Джонас, Элиас, проводите пока гостей к лифту. Ворота дальше по коридору, первые слева. Дойдите до входа в комплекс и расскажите мистеру Норану о выполнении сроков.       Дерек переглянулся с мужчиной в голубой рубашке и жилете, что сидел сбоку и, видимо, был тем самым Грейди. Тот покачал многообещающе головой и качнул ею в сторону начальницы: — Ну что, идём, раз долг зовёт.       На это Дерек ничего не ответил и встал, а вслед за ним — и Грейди. Дверь капсулы уже с гулом поднималась, открывая путь на платформу. С характерным стуком каблуков на ту ступила Клэр в сопровождении выбранных работников, а затем вышла и группа Аарона с двумя оставшимися проводниками. С трёх сторон платформа ограждалась невысокими стенами, в углу лишь виднелся ведущий с неё коридор. Монорельс же со стороны въезда капсулы проходил через длинный, лишённый света тоннель, а с другой стороны — что и стало причиной остановки — был заблокирован опущенными глухими воротами. На них красовалась белая, местами стёртая надпись «СР-4». Дерек знал: эти ворота вели в один из отделов комплекса. Лифт же вёл на внешнюю территорию, прилегающую к комплексу. На случай неполадок с воротами это был удобный путь с ближайшей станции к нему. — Пойдёмте, — раздался голос одного из проводников, и Аарон с улыбкой склонил в согласии голову: — Пойдёмте, не будем терять время.       И проводники повели тех в сторону коридора, что уходил с платформы в тёмные подземные тоннели парка. Дерек смотрел им вслед, пока Клэр шла вдоль монорельса в сторону въездного тоннеля. Она что-то смотрела в телефоне, но ни Грейди, ни Дерек не посягали на экран. Они шли за ней и были заняты каждый своим, а Дерек, в частности, вслушивался в шаги Аарона и его сопровождения далеко за углом коридора. — Мистер Мазрани, вы слышите меня? Да, я слушаю вас, — раздался негромко, почти шёпотом, голос Клэр, — Отошли. Нет… катер, — на несколько секунд она замолчала, и Дерек мельком увидел, как её глаза бегло падают то на него, то на Грейди, и она, спустя долгую паузу, ещё тише продолжила, — …я не… хорошо… поняла. Будет сделано.       В её взгляде Дерек видел безграничный, почти что нечеловеческий страх. Что она слышала, что она думала — это всё оставалось для него недосягаемым, но он знал: её бы не всколыхнула мелочь, не побеспокоила бы безделушка. Что-то искренне вселяло в неё страх. — Дерек, — проговорила она ему, — Пройди к нашим гостям, позови Элиаса и Джонаса. — Хорошо, — кратко ответил тот.       Пререкаться и что-то спрашивать было не время. Он чувствовал напряжение, давящее со всех сторон, слышал далёкий неразборчивый среди эха гул голосов и лампочек. — Я скоро, — напоследок бросил он Грейди. — Не знаю, что он там ей сказал, но будем ждать тут, — шепнул ему в ответ Оуэн, — Не затягивай с парнями. И если что — зови. — …на заметке.       Тот кивнул, и Дерек направился в сторону коридора. Оуэн сосредоточенно смотрел за его удаляющимся по платформе силуэтом и вслушивался в дыхание Клэр позади. Она что-то упорно шептала, прерывая тишину мёртвой станции стучанием каблуков.       Завернув за угол, мужчина сбавил шаг. Ближайший источник света мерцал где-то вдалеке. Металл поглощал всё чёрно-синими цветами, пока мужчина ступал по нему, почти беззвучно, но звук шагов всё равно глухо отдавался. По левой стене, метрах в пяти от себя, он видел очередной заворот в, судя по всему, некую выемку. Лифтовая зона. Там хотя бы было освещение, и полоса жёлто-белого света бросала свой отблеск в пол коридора. А вместе с отблеском мелькали и тени. — …для прохода нужна карта доступа, — говорил один из проводников. — Так давайте пройдём! — воскликивал в ответ голос Аарона. — Мистер Норан, подготовьте вашу карту, её нужно будет приложить к панели. — Хорошо, сейчас.       Тени на полу заворошились, копошась в карманах. Дерек медленно приближался, едва касаясь левой стены. Шаг за шагом, расстояние сокращалось. — Готовы? — уточнил проводник. В ответ раздался смешок: — Конечно.       Одна из теней на полу сдвинулась. Дерек прислушался. Раздался тихий, протяжный писк. Вспыхнул на пару секунд бледный, не заметный за углом красный блеск. — Не работает? — спросил будто бы у самого себя голос Норана, — Панель сломана? — У вас проблемы с картой? — Странно. Может, ваша тогда сработает? — Хах… нет, мистер Норан, извините, лучше мисс Диринг.       За стеной послышалась возня. В последние несколько шагов Дерек приблизился к проходу и замер в полуметре от того. Спина вжималась в холодный бетон, глаза следили безудержно и недвижимо за шевелениями теней на полу. Он не мог разобрать переговоров людей между собой. — Видимо дождёмся мисс Диринг с вашими коллегами, — раздался среди комнатушки голос Аарона. — Полагаю, что да.       «Карта?» — мелькнула мысль в голове Дерека. Его карта никогда его не подводила уже как много лет, система признаков сбоя ни разу не давала. Он вслушивался в движения по ту сторону стены, вылавливая то странно подозрительное ощущение, что всё сильнее сдавливало.       Вдруг вблизи послышалась поступь. Тяжёлая, глухая. Дерек едва ли всколыхнулся, когда проём перегородила широкоплечая фигура блондина. Ноги сковало, с вздёргиванием вжав его тело в стену, а тот сделал ещё шаг вперёд, глядя в шершавый бетон напротив прохода. Отблески света от комнатной лампочки пропали с лица Дерека. Он не смел выдохнуть. Военный сделал размеренный, медленный шаг вперёд и повернул голову в сторону. Зеленоватые глаза смотрителя же уставились ему в затылок. Несколько секунд мужчина смотрел вглубь чёрного коридора, а затем повернулся лицом обратно в помещение с сопровождающими. Дерек, беззвучно вздымая плечи, следил краем глаза за тем, как фигура того становится в проходе и опирается плечом на его боковину. Бледные отблески на полу превратились в хаотичные светлые пятна, а в нескольких десятках сантиметрах от себя он чувствовал шевеления рук и дыхание Аарона. Губы дрожали в жажде захватить хоть немного воздуха, но он не позволял: мелкими, беззвучными, но всё же вдохами воздух поступал к нему. — Как-то долго ваши коллеги разбираются с проблемой, — выдохнул Норан. Дерек не смел сделать и шагу в сторону, пока краем глаза всё ещё видел часть плеча и спину того в проходе. — Даже очень долго… — Аарон, отстраняясь от боковины, сделал вдруг несколько шагов назад. Статуей Дерек смотрел на него, на то, как перед его глазами появляется сначала плечо, затем грудь, а затем и лицо Норана. Тот смотрел куда-то в комнату. На движения, что там происходили. А затем чуть склонил голову в его сторону. И холодный, утомлённый временем взгляд искоса пронзил сокрытый в черни силуэт. — …так что, нам всё же понадобятся ваши карты.       И в полусогнутой руке сверкнул отблеск на дуле пистолета.