Хранитель

Глава 2. Возвращение Малира стояла у пруда, закутавшись в меховой плащ. Холодный ветер пронизывал до костей, и она то и дело лепила снежки, бросая их в темноту — лишь бы чем-то занять руки. «Пять минут — и я ухожу. Если они не придут, вернусь одна…» «Каспиан, зачем ты пошёл на эту разведку? У нас что мало воинов, и ты один! Если с тобой что-то случится…» Она отмахнулась от тревожной мысли. Внезапно послышались шаги. Малира подняла голову — по дорожке к ней шли четверо. «Слава Аслану… они пришли.» — Привет! — Малира улыбнулась. — Я рада, что вы откликнулись. — Я Люси, — представилась младшая из них, глаза её сияли. — Это Эдмунд и Сьюзен. Питер шагнул вперёд и улыбнулся: — Мы готовы. Что дальше? — Мы отправимся прямо в Кэр-Параваль, — сказала Малира. — Точнее… ко мне в покои. — Но Кэр-Параваль разрушен, — удивился Питер. — Был, — с лёгким вызовом ответила она. — Я восстановила его. Хотела переехать туда, но после смерти Лилиандиль осталась с Каспианом. Он сейчас там. — Тогда — веди, — кивнул Питер. — Только как мы туда попадём? Малира загадочно улыбнулась, подняла руку — и ледяной ветер обвил их, поднимая в вихрь света. Мир исчез в белом сиянии. Через мгновение они стояли в просторной гостиной с небесно-голубыми стенами. Воздух пах снегом и лавандой, а у камина тихо потрескивал огонь. — Добро пожаловать в Нарнию, — сказала Малира с лёгкой гордостью. — Раздевайтесь, я распоряжусь, чтобы ваши вещи отнесли в комнаты. А сейчас… я должна навестить Каспиана. — Мы пойдём с тобой, — сразу сказала Люси. Они спустились по мраморной лестнице. Малира постучала в дверь королевских покоев. — Войдите! — послышался знакомый голос. Она вошла — и замерла. Каспиан, бледный, но упрямо держащийся на ногах, стоял среди лордов, склонившихся над картой. — Это что такое? — ледяным тоном спросила Малира. — Каспиан, ты ранен и должен лежать! — Малира, мне лучше, — ответил он, стараясь не заводить спор. — А это, полагаю, твоя работа? — он кивнул в сторону гостей. — Да, — сдерживая раздражение, сказала она. — И на сегодня твоё совещание окончено. Лорды переглянулись, торопливо поклонились и вышли. Они знали: с Хранительницей лучше не спорить. — Каспиан! — Люси подбежала и аккуратно обняла его. Он улыбнулся, хотя глаза выдавали усталость. — Рад вас видеть. Простите за бардак. Она… временами бывает невыносима. — Благодарю за комплимент, Ваше Величество, — Малира скрестила руки на груди. — Вы как всегда очаровательны. Питер вмешался, чтобы разрядить обстановку: — Думаю, стоит поговорить спокойно. — Говорите без меня, — бросила Малира и резко вышла, хлопнув дверью так, что дрогнули стены. — Не обращайте внимания, — вздохнул Каспиан. — Успокоится — вернётся. Моя… хранительница и головная боль Он повернулся к Сьюзен. Их взгляды встретились — и всё остальное исчезло. — Моя королева, — прошептал он. Поняв, что мешают, Люси и Эдмунд обменялись взглядами и тихо вышли. Питер последовал за Малирой. Каспиан подошёл ближе. — Я скучал, — сказал он, сжимая её ладонь. — Осторожнее, ты ранен, — Сьюзен села на рядом стоящую кровать, пытаясь сохранить холодность. — Нам нужно поговорить. Он кивнул и опустился рядом. — Говори. — Тот поцелуй, — начала она, — был моментом слабости. Мы были в безвыходном положении… — Ошибкой? — Каспиан вскочил. — Три года, Сьюзен. Три года я ждал тебя. Женился, потому что мой народ нуждался в королеве, но любил всегда тебя! Его голос сорвался. В груди будто прорвалась плотина. Он упал на колени перед ней, сжимая её руки. — Сьюзен, не плачь, — прошептал он, глядя в глаза. — Прости. — Я пыталась жить без тебя, — прошептала она в ответ, — но не смогла. В каждом лице я искала тебя. Он прижал её к себе. Слёзы Сьюзен упали на его плечо. — Тише… — сказал он, вытирая её щёки. — Мы вместе. Пусть и ненадолго. Он поцеловал её. На миг весь мир исчез — остались только двое. — Каспиан, — прошептала она, отстраняясь, — тебе нужно отдохнуть. И… помирись с Малирой. Она рисковала ради нас. — Обещаю, — сказал он устало. — Она права, я слишком упрям. Сьюзен помогла ему лечь, осталась рядом, поглаживая его по волосам, пока он не заснул. А за дверью, в пустом коридоре, Малира стояла, слушая тишину и стараясь не думать о том, что в её сердце стало слишком тесно.