Встать за тобой

Костыли проваливались в снег, но Лёша упорно продолжал шагать. Он боялся, что если разрешит себе не выходить из дома в зимний период, то потом не сможет встать на ноги. По квартире он всё равно толком не ходил: то забывал, то ленился. А вот вышел на улицу и всё, хочешь не хочешь, а должен. — Мда, ну ты и плетёшься, — Влад стоял на месте и скучал. — Иди домой, раз надоело, — Лёша не смотрел в сторону брата, продолжая медленно шагать. Сегодня утром Влад поразил всех своим неожиданным визитом. Нормально извиниться у него не получилось, вместо этого он то и дело объяснял, что, вообще-то, из лучших побуждений «вправлял» мозги родителям. А потом махнул рукой и предложил забыть о ссоре. Так было всегда, сколько Лёша себя помнил. С Владом было сложно, но как только они в очередной раз сжигали мосты, становилось тревожно. Поэтому хорошо, что он первый пришёл к примирению. — О, Лёша! — из размышлений вывел сосед, встретившийся по пути. — Ходишь? Молодец, — одобрительно произнёс он. — Не всё ж в коляске сидеть. — Ага, стараюсь, — пробормотал себе под нос Лёша, не поднимая глаз на соседа. Вдруг стало так неприятно от осознания, что все вокруг наблюдали за ним. Что они думали? Жалели его? Сочувствовали его родителям? — О, вот это у меня флешбэк сейчас был! — воскликнул Влад. — Тебе тогда, наверное, года полтора было, ты вообще на улице ходить не хотел, только в коляске сидел. И вот, как-то мы шли втроём с папой, а ты вдруг сам попросился и пешком пошёл. Тоже соседа какого-то встретили и он такой: «Лёша, ты ходишь? Ну правильно, не всё ж тебе в коляске сидеть!». Помнишь? — Влад усмехнулся. — Не помню, — резко произнёс Лёша и сделал шаг вперёд. Этот день становился хуже с каждой минутой. Лёша считал, что смирился со своей травмой и больше ничем нельзя его задеть, но эти слова Влада… У него ведь были все шансы жить иначе. Если бы он не связывался с этими друзьями, не пошёл на ту вписку, не употребил… Это было нелепой ошибкой. Спонтанным, необдуманным поступком. И если бы он смог вернуться в тот день и убедить себя остаться дома… Вскоре Лёша устал и замёрз. Влад шёл рядом размеренным шагом и молчал. Было бы проще, если бы они взяли с собой коляску, как настаивал папа, но Лёша твёрдо решил: гулять будет только с костылями, чтобы не было соблазна бросить ходьбу. Дома Лёша оставаться не планировал. Сегодня он собирался поехать к Тимофею на новоселье. Тот арендовал квартиру не так далеко, в Чертаново, и Лёше не терпелось туда поехать. К тому же ему предстояло впервые поехать куда-то одному. Он уже всё спланировал и предупредил Тимофея, чтобы тот встретил его на улице. — Может, я с тобой поеду? — неожиданно предложил Влад, когда они ждали такси. — Провожу. — Ага, ещё чего, — Лёша бросил на брата недовольный взгляд. — А что, почему бы и нет? — поддержал папа. — С коляской поможешь. — Тим его недолюбливает, — объяснил Лёша и тут же нарвался на возмущения от брата: — Ох, я не нравлюсь его высочеству! Подумаешь, строит из себя невесть кого. Давай с тобой поеду. — Ладно, — скрепя сердце согласился Лёша. Поехать одному у него всё-таки не получилось. Помощь нужна была, он это не отрицал, но собирался справиться самостоятельно. Брат, и правда, оказался полезен: сложил и погрузил коляску в багажник. Лёша думал, как ему научиться делать это самому, но пока не получалось, потому что он не мог стоять без опоры на костыли. Их он тоже с собой взял, чтобы воспользоваться возможностью походить у Тимофея. К тому же он сомневался, что в его подъезд сможет заехать на коляске, хоть друг и говорил, что там есть пандус. Дорога заняла чуть больше получаса. Лёша все чаще стал задумываться, чтобы выучиться на права и приобрести машину на ручном управлении, но сомневался, что это реально. Родители точно будут против, но если не ставить их в известность? Хотя бы попробовать начать учиться дистанционно в автошколе, а перед тем, как начнётся практика, поведать им о своих планах. Пенсия у него была, должно было хватить на обучение. А вот машина… Здесь будет сложнее, не факт, что ему одобрят кредит. Тимофей ждал их возле подъезда многоэтажного дома. Он был в тёплом зимнем сером пальто и черной шляпе с полями. Влад усмехнулся и шепнул Лёше: — У деда своего, что ли, эту шляпу стащил. — Только попробуй что-нибудь не так сказать при нём! — Лёша с возмущением посмотрел на брата и тот, закатив глаза, кивнул. — Вы вместе приехали? — Тимофей пытался скрыть удивление, но его недоумённый взгляд выдавал, что он был не рад присутствию Влада. — Сопровождаю почётного гостя, — объяснил Влад. Он катил коляску в то время, как Лёша медленно шагал на костылях. За сегодня он ходил уже много, отчего болели ноги. Хотелось сесть в коляску, чтобы облегчить себе дорогу, но Лёша понимал, что если сдастся, то вперёд не продвинется. В подъезде оказался удобный пандус, и Лёша обрадовался, что смог бы самостоятельно заехать, но всё-таки предпочёл дойти до лифта на костылях и поднялся вместе с Владом и Тимофеем на одиннадцатый этаж. — Ну что, я тебя в целости и сохранности доставил? Свободен? — уточнил Влад, когда Тимофей принялся открывать дверь. — Может, зайдёшь? — неожиданно предложил Тим. — Пообедаем. Ты ведь такой путь проделал, тебе ж ещё домой полтора часа ехать. Ноги у Лёши уже горели, руки тряслись, так сильно он устал. Но слова Тимофея заставили забыть о дискомфорте. С чего это ему Влада к себе звать? — Ну, пока ты такой добрый, воспользуюсь, — брат тоже удивился, но не стал возражать, и они зашли в квартиру. Стоило только переступить порог, как Лёша с облегчением пересел на коляску и принялся разглядывать квартиру. Все было свежим, новым, даже запах стоял приятный. Не то, что у них дома: ремонт с девяностых годов не делался, мебель вся старая была. Он догадывался, что аренда такой квартиры стоила немало и расстроился, что ему самому вообще никакой съем не потянуть. С его пенсией больно не разгуляешься. Когда Тимофей открыл холодильник и достал бутылку вина, Лёша краем глаза уловил, что внутри было совершенно пусто. Это ни в какое сравнение не шло с их забитым до отвала холодильником. Судя по пакетам на столе, Тимофей питался исключительно доставками, что он подтвердил: — Два часа у плиты стоять и гору посуды перемыть, чтобы потом за пять минут съесть? — Тимофей усмехнулся. — Нет, я ничего не готовлю. — Уже твоего будущего мужа жалко, — сказал Влад, приступая к еде. — Мои бывшие наоборот мне готовили, — ответил ему Тимофей. — Альфы? — с недоверием спросил Влад. — Какие ещё альфы? — Тимофей скривился в лице. — Омеги. — Ты ж сам под омегу косишь, — не стесняясь, подметил Влад, отчего Лёша дернулся на месте. Брат опять говорил лишнее! — Зато я в отношениях лучше любого альфы, — самодовольно произнёс Тимофей, наливая всем вино в фужеры. — Ну, сам себя не похвалишь… Зато альфы работают на нормальных работах, а ты чем занимаешься? Лёша не знал, куда себя деть от возмущения. Влад опять намеревался обидеть Тимофея, но тот, судя по выражению лица, не выглядел расстроенным. — Раз ты так уверен, что блогерство — это легко, снимешь со мной видео? — предложил Тим, ехидно посмотрев на Влада. — Два слова в камеру сказать? Да без проблем. — Тогда слушайте. Лёша, ты ведь не против? Я давно хотел такой сюжет снять: значит, альфа приводит парня-бету знакомиться с родителями. Ожидает, что те хорошо его примут, они посидят, поговорят. Но! — воскликнул Тимофей. — Реальность другая: родители встречают бету крайне негативно, а потом высказывают сыну, чтобы он его бросал. Лёша — сын, Влад — отец. Я, естественно, парень. Папу-омегу тоже я сыграю. Как вам, идёт? — Нет, — сухо ответил Влад. Его лицо не выражало никаких эмоций, но Лёша уловил по его взгляду, что он был задет. Ведь такой сюжет был в его жизни пару лет назад. — Ты ж говорил, что всего два слова сказать… — начал Тимофей, но Влад тут же его оборвал: — Зачем вообще это снимать?! — Показать, как общество относится к бетам… — И что бы сделал вот этот сын из видео? — поинтересовался Влад, сложив руки на груди. — Хочу верить, что он не пошёл на поводу у родителей и остался со своим парнем. — А я пошел… — признался Влад, отведя взгляд в сторону. — Один в один было. Мы хотели подавать заявление, но что мне устроили дома… После этого я всё равно пытался продолжать отношения, но у нас всё испортилось. — Вы расстались? — уточнил Тимофей, на что Влад кивнул. Лёша не знал, что сказать. Ему было жаль брата, он злился на родителей и на себя, что в трудный момент не поддержал. Он ничего не сказал брату, считая, что его это не касается. А ведь мог помочь… Тимофей тоже приуныл и сказал, что тогда видео лучше не снимать, но Влад вдруг передумал и попросил его детальнее ознакомить со сценарием. Лёшу охватило приятное волнение, он никогда не учавствовал ни в каких съемках. Тимофей подошёл к делу максимально ответственно: достал из шкафа коробки с одеждой, большую косметичку и поставил Лёшу перед фактом, что с его лицом надо будет что-то сделать. Лёша до этого момента и не думал, что его проблема с прыщами так сильно заметна. Но пришлось послушаться и позволить Тимофею замазать их тональным кремом. Их с братом внешний вид Тим тоже не одобрил и выделил им несколько вещей. А когда стал размещать их за столом и устанавливать телефон для съёмки, Лёша успел утомиться. Свою речь он запомнил, но как только произнёс первую фразу на репетиции, Тимофей тут же забраковал: — Лёш, ты инструкцию к таблеткам читаешь? Где интонация, выражение? Давай ещё раз. Мучился Лёша долго, пока не прилетела новая претензия: — А выражение лица-то чего такое весёлое? На тебя только что «отец» накричал, а ты улыбаешься. Так никуда не пойдёт. Зато у Влада получалось хорошо. Он настолько вжился в роль строгого отца, что Лёша аж вздрагивал от его пламенных речей в свою сторону. А Тимофей с лёгкостью изобразил глубоко расстроенного выбором сына папу и так же правдоподобно изобразил обиженного бету, которого не приняли родители. Один только Лёша говорил неуверенно, краснел, когда обнимал Тимофея в кадре и ни слова не сказал против Владу. — Быть блогером точно не моё, — признал Лёша, когда, к его счастью, съемка закончилась. — Ну вот, а завёл бы ты свой блог! — мечтательно произнёс Тимофей. — Я бы тебе помог с раскруткой! — Да нет, я бы не смог. — А мне понравилось, — неожиданно сказал Влад. — Так что, Тим, если понадобится актёр, обращайся. — Ты серьёзно? — Лёша вытаращил глаза на брата, на что тот кивнул. Он же всегда негативно высказывался о блогерстве, а тут готов участвовать в съемках. Время пролетело незаметно и пора было возвращаться домой. Лёша ощутил лёгкую тоску, когда обнимал Тимофея на прощание. Они успели договориться о новой встрече, и Лёша знал, что будет ждать. Ему было хорошо с Тимофеем, как с близким другом, но он не был уверен, что это что-то большее. Лёшу не покидали сны об истинном, и с каждым днём он всё сильнее верил в их встречу. Но когда это произойдёт? Он же стал выходить из дома, где-то бывать. Может быть, совсем скоро они где-нибудь пересекутся?

***

Ближе к вечеру замело все улицы. Снег хрустел под колёсами коляски. Сын быстро заснул на морозе, и Никон, пользуясь этим, пошёл более длинным маршрутом. По дороге он позвонил Стёпе и сказал, чтобы тот собирался и выходил. Когда Никон прибыл к нужному дому, Стёпа поджидал его около подъезда. Весёлым он не казался, наоборот, понуро опустил голову и ковырял ботинком снег. — Как день рождения? — спросил Никон. — Пойдёт, — пробормотал себе под нос Стёпа и медленным шагом побрел домой. — Не понравилось, что ли? Сын ничего не ответил и опередил Никона с коляской. Пришлось ускорить шаг, чтобы догнать его и спросить: — Стёп, да что случилось-то? — А почему мы живём без папы Юры? У Пети папы живут вместе! — обиженно выпалил Стёпа. От его грустных глаз у Никона защемило в груди. Он ненавидел себя за то, что сыну пришлось испытать зависть вместо радости. Он совсем не веселился на дне рождения, а только переживал из-за того, что семья распалась. Десять месяцев они с Юрой жили порознь, да и до этого всё давно шло к разводу. Недавно у Степы был день рождения. Пять лет. Отметили они скромно, с дедушками, а на следующий день приехал Юра с подарком. Никаких шариков, друзей, просто места для этого совсем не было. Они и так ютились впятером в тесной двушке, еще и Ваня требовал слишком много внимания. Никону было не до празднования, но сейчас он пожалел. Можно было позвать хотя бы пару близких друзей сына, а родителей отправить на дачу. Они там почти всё лето провели и сейчас периодически уезжали, отдохнуть от детей. Зимой там, конечно, делать нечего, но было тихо и спокойно. Вот и сейчас свалили, и Никону придётся одному развлекать детей все выходные. Это в подростком возрасте он до потолка прыгал, когда родители уезжали, а теперь хотел, чтобы они дома оставались. — Стёп, в следующем году мы устроим тебе такой день рождения, какой ты захочешь, — Никон не знал, как поддержать сына. Он сказал первое, что пришло ему в голову, понимая, что вряд ли его это успокоит. — А папа Юра? — дрожащим голосом спросил Стёпа. — Папа Юра теперь живёт отдельно. И вместе мы жить уже не будем. Никон одернул себя, когда уже договорил, и осознал, как легко эти слова слетели с его губ. Стёпа промолчал в ответ, шмыгнул носом и пошёл в сторону дома, опустив голову. Чувство ненависти к себе сжирало Никона изнутри, но он изо всех сил противостоял ему. Вскоре они оказались дома. Ваня проснулся и громко закричал. Стёпа разделся и ушёл играть в зал. Никон радовался, что он был довольно самостоятельным, но Ване в свои десять месяцев до этого ещё далеко. Никону было стыдно себе признаваться, но он считал дни до того дня, когда Ваня вырастет. Может быть, он бы и мог наслаждаться его младенчеством, если бы не разрывался между детьми и работой. И если бы они с Юрой жили вместе и не было всего того, что привело их к разводу. Вечер прошёл в суете. Ваня ползал вокруг Никона, цеплялся за ногу и кричал, чтобы он взял его на руки. Вдобавок ко всему, Стёпа жаловался, что у него болит голова и что ему холодно. Он и с утра был вялым, но Никон не придал значения. Но когда градусник показал тридцать восемь, Никон захотел сесть на пол и заплакать. Он отчаянно надеялся, что сын не разболеется и в понедельник пойдёт в сад. Больничный Никону брать никак нельзя, он сильно потеряет в зарплате. Если Стёпа пропустит сад, папа будет каждый день высказывать свои возмущения, что вынужден сидеть дома с двумя детьми. Пока Никон возился со Стёпой и сбивал ему температуру, Ваня играл сам по себе. Время медленно двигалось к одиннадцати и Никон поймал себя на мысли, что младший уже сильно перевозбудился перед сном. Так и вышло, Ваня сопротивлялся укладыванию, кричал, вырывался, но делать было нечего и пришлось укачивать его под оры, лишь бы успокоить и настроить на сон. Заснул он только в двенадцать, когда Никон без сил лежал на кровати и ставил себе будильники на три и на шесть утра, чтобы померить температуру Стёпе. Такая особенность у него была: как только проходило несколько часов после лекарства, температура могла мгновенно подскочить с тридцати семи до сорока. Редко старший сын болел по-простому, с соплями или кашлем, чаще всего простуда перетекала во что-то более серьёзное. И ведь Ваню, скорее всего, заразит. Никон только сейчас это осознал и тяжело вздохнул. Даже думать не хотелось о том, что ему устроит папа. Главное, это пережить. Кое-как найдя в себе силы, Никон заставил себя встать с кровати и пошёл на кухню, взяв с собой электронную сигарету. Он бы с удовольствием вырубился, но ему нужно было хоть какое-то время на себя и это пересиливало усталость. «Встретимся завтра?» Сообщение от Дениса, его нового альфы, пришло ещё три часа назад, но Никону было не до него. Завтра… Они в лучшем случае через неделю увидятся. «Извини, не смогу. Очень занят» «Почему ты постоянно отказываешь? Скажи честно, не хочешь меня видеть?» — Конечно, блять, не хочу, — тихо проговорил Никон, затягиваясь электронкой. Он не сказал этому альфе о своих детях. Вроде бы и повода не было, они поначалу просто трахались, а потом Денис неожиданно предложил встречаться. Странно это было и не то, чтобы Никону это вообще было нужно. Но слишком уж сильно бывшего мужа хотелось забыть, вот он и согласился. «Наверное, должен кое в чём признаться. Денис, я не стал говорить сразу, но у меня есть двое детей. С мужем я в разводе. И поскольку я ещё работаю, у меня очень мало свободного времени. Мой папа помогает, но он не может сидеть с моими детьми постоянно» С замиранием сердца Никон отправил сообщение, догадываясь, какой ответ сейчас последует. Он уже не раз это проходил. «Ты шутишь?!» Никон усмехнулся, хотя ему было совсем не смешно. «Нет. Им 5 лет и 10 месяцев» Денис прочитал это сообщение, что-то долго печатал, а потом перестал и замолчал. Никон успел сходить в ванную, попить чай, но никакого ответа больше не получил. Зато заметил, что оказался у Дениса в чёрном списке. Впрочем, а чего он ожидал? Какому альфе захочется связываться с омегой, на котором висят двое маленьких детей? Да и Никон не успел привязаться к этому Денису, поэтому ощутил лишь лёгкое сожаление. Никакого разочарования, он был готов к этому. Решив себя отвлечь, он полез проверять соцсети и смотрел истории друзей в инстаграмме, пока среди них ему случайно не попался бывший муж. Тот выложил фотографию с незнакомым Никону светловолосым омегой. Довольно приятным на лицо. Юра обнимал своего спутника за плечи и улыбался. Вроде бы и по-дружески, но у Никона по телу прошлась дрожь. Недолго думая, он написал ему, спросив, кто это. «Ух ты, ревнуешь?» Представив ехидную ухмылку Юрки, Никон чуть телефон из рук не выронил. Как же он сейчас его раздражал. «Познакомился вот. Личную жизнь налаживаю. И тебе советую» Советует он! Лучше бы лишний раз к детям приехал! Когда Никону искать себе отношения, если он разрывался между сыновьями и работой, разве что изредка мог встретиться с кем-то на один раз. Этим случайным альфам было без разницы, сколько у него детей. А если всерьёз заняться поиском партнёра, то большинству из них Никон не нужен. А из тех, кто каким-то чудом окажется не против, надо ещё нормального отыскать. И задача эта была не из простых. А Юре было гораздо проще. Дети есть, ну и что? Они же не с ним живут. Он, считай, свободен. А Никон свободным не будет уже никогда. «У Степы температура. Возможно сад пропустит, может, ты приедешь на неделе?» «Посмотрим. А ещё, Ник, если что, без встреч пока что. Ну, тебе там вроде есть, с кем трахаться» Никон воскликнул в голос от возмущения. Юра даже не поинтересовался, как чувствует себя сын! Да, он и раньше не был вовлечённым отцом, но всё же… Без встреч пока что. Это Никон должен был первым поставить точку в их отношениях. Он должен был, должен, а теперь его бросили… Неужели с появлением этого нового омеги Юре он с детьми больше не нужен? Да нет, с чего вообще Никон взял, что это серьёзно. Кто Юрку с его характером терпеть будет? Скоро тот омега от него сбежит, обязательно. Но даже если так, Никон всё равно обязан прекратить думать о бывшем муже. Закрыв переписку с ним, он обратил внимание на фотографию Дениса в списке чатов. Одни сплошные неудачи сегодня. А ещё Стёпа с температурой, да и Ваня начинал поскуливать во сне, нужно было срочно идти к нему, иначе проснётся. Лёжа рядом и поглаживая младшего сына по спинке, Никон всеми силами гнал от себя мысли о Юре и его омеге. Горло жгло от горечи, в глазах кололо и как бы он не хотел признавать, но это было всё. Хватит жить иллюзиями, что они ещё когда-нибудь сойдутся. А ведь надежда на воссоединение теплилась в груди. Но оставалось только одно — положить уже конец этим встречам. У Юры теперь другая жизнь, новая, а у Никона… Он понял, почему ему так часто снилось, что он был на инвалидной коляске и не мог ходить. Именно таким он себя и ощущал: скованным, разбитым. Вкус жизни больше не ощущался. Кажется, что было некуда идти и нечего ждать. Днем, в домашних заботах он забывался, но ночами его накрывало так, что он сидел, сдерживая слезы и думал, что выхода у него нет. Впереди такое же беспросветное будущее. И веры в лучшее больше не было.