Аномалия Инкуба

«Toreador, en garde! Toreador, toreador /Тореадор, к бою! Тореадор, Тореадор/» (Куплеты Эскамильо, акт 2, опера Жоржа Бизе «Кармен») Белла Обнаженная. Я обнажена перед этим мужчиной, и мое тело чувствует себя живым впервые за все мое жалкое существование. И когда все складывается как нельзя лучше, когда каждая вибрация в моем теле рождается для него… Это происходит! Пора уже вывешивать баннеры с надписью «Нахер мою жизнь». На секунду его лоб коснулся моего, глаза прикрыты, гипнотизируя. Он глубоко выдохнул, и я почувствовала себя потерянной. Мой разум затуманился, я могла чувствовать только свое сердцебиение, ощущать тягучее и странное течение крови по венам, и слышать мерное поступление воздуха в мои легкие. Веки отяжелели, глаза не могли сфокусироваться, все плыло передо мной. Я только моргнула, и он исчез. И вот я вижу потолок. «Интересно, знал ли он, что на потолке есть трещина, прямо над камином?» Пол завибрировал так, словно упало что-то огромное. Я подняла голову, приподнимаясь на локте так, чтобы увидеть, что происходит. Я застыла ошеломленная. Все вокруг двигалось, как в замедленной съемке, но с огромным ускорением. Силуэт Эдварда выглядел, как размазанное пятно мускулов и конечностей в схватке с огромным мужчиной. Эдвард завалил его, и на его лице горела маска ужасного бушующего гнева. Звук был нечетким, как если бы я заткнула уши пальцами. Я попыталась прочистить уши, слегка оттягивая их, но попытка провалилась, и я упала обратно на ковер, резко выбив воздух из своих легких. Закрыв глаза, сосредоточилась на дыхании. Я чувствовала себя так, словно забыла что-то очень важное. Небольшое, но очень важное. Мозг отказывался работать. Я не могла ничего вспомнить. Но потом реальность всплыла слишком быстро. «Голая». Я обнажена, а Эдвард дерется с каким-то парнем, которого он, очевидно, знает. Слышала их крики, но это звучало слишком быстро и слишком свирепо, чтобы разобрать смысл. Прикрываясь руками, я доползла до своей одежды. Я нашла юбку и кардиган у дивана, и быстро, но неуклюже, нацепила их на себя. На босых ногах я поднялась - мне нужно было сбежать! У меня не было телефона, не было ключей и некуда было пойти. Я услышала странный гудящий звук и поняла, что это вибрировал телефон Эдварда, где-то в кармане его брюк. Я скользнула рукой в карман и вытащила его телефон. Отклоняя просмотр нового сообщения, я быстро набрала номер Джессики. Я долго слушала гудки, но в итоге сонный голос ответил мне. - Джес! - Белла? В три ночи? - Джес! Ты нужна мне! Ты или Тайлер, можете подобрать меня? Теперь она резко проснулась. - Конечно! Что случилось? С тобой все в порядке? Где ты? - Мой дом заперт, а ключей у меня нет. В итоге я оказалась через улицу, но я не хочу здесь оставаться! – Мой голос звучал неестественно высоко к концу моей реплики, я была на грани слез. - О, Боже ж ты мой! Я одеваюсь! Пятнадцать минут, дорогая! Я увидела, что входная дверь открыта и побежала на выход. Эдвард повернул голову в мою сторону. - Белла! Его голос затронул что-то внутри меня. Я застыла к нему спиной. Через мгновение я обернулась, и мой мозг отчаянно пытался осознать то, что видят мои глаза. Голый Эдвард держал незнакомца за горло, а вторая рука застыла в замахе для удара. Он выглядел, как мраморная статуя Греческого Бога. - Подожди! Проигнорировав его, я рванула через лужайку. Трава резким холодом встретила мои босые ноги. Мое дыхание парило в холодном воздухе, и я задрожала, почувствовав, как мои соски затвердели под вязаной кофтой. Мой разум высветил картинку, где я пропускаю его бронзовые волосы сквозь свои пальцы, пока он ласкает мою грудь. Его губы заставляют мое тело выгибаться дугой, под натиском его ласк. Я была точно уверена, где-то там на полу перед камином лежат мои трусики! Моя мать гордилась бы мной! Мое тело жаждало вернуться назад и попросить его закончить начатое! Мой мозг пытался обуздать ураган бушующих эмоций, обрушившихся на меня, когда я дошла до своей подъездной дорожки: смущение, злость, усталость, расстройство. Я искала машину Джес, когда дошла до двери своего гаража. Я не могла попасть внутрь, но то, что я была около своего дома и на расстоянии от него, давало мне чувство сохранности. Обошла дом и решила подождать Джес на заднем дворе, чтобы не сидеть перед закрытой парадной дверью, как раненая утка в ожидании спасения. Кожей я почувствовала какое-то движение, и опять вернулась пульсация… Там… Я вздрогнула, когда что-то холодное коснулось моей руки. И звук мелкой посыпи, зашуршал по деревьям и алюминиевому сайдингу… «Отлично! Снег с дождем!» Я задрожала, и спряталась под небольшим навесом у задней двери дома. Окна моего дома были занавешены. Я пыталась заглянуть внутрь, чтобы увидеть что-нибудь родное. Я просто нуждалась в этом сейчас. - Белла? Его голос был нежен, и все атомы моего тела тянулись в его направлении. Я повернулась и увидела его. Он стоял босиком на холодной траве. На нем были только его черные брюки. Мой взгляд ласкал его обнаженную грудь, вид его кожи заставил мой рот наполниться слюной. Он был идеален! Хищная кошачья грация его движений завораживала. Он шагнул ко мне. Я сглотнула и выпрямилась перед ним. - Ммм. Я не знаю, кто это был, или что… - жестикулируя одной рукой, объясняла я, - ...это было. Но тебе не стоит беспокоиться о том, чтобы звонить мне утром или там… не знаю. И было бы просто замечательно, если бы ты вообще держался от меня подальше! Мой тон был достаточно едкий, и я надеялась, что он просто уйдет и оставит меня одну. Его движение было настолько быстрым, что это поразило меня, и я задохнулась. Он коснулся меня своими чувственными пальцами. Я вздрогнула и отстранилась от прикосновения, уставившись куда-то на деревья. - Я просто хочу заползти в какую-нибудь дыру и тихо умереть! – Мои глаза уже были полны слез, но я сжала зубы, чтобы не позволить ему это увидеть. Со скоростью моего вдоха в следующее мгновение я была прижата к окну собственного дома, а его доминирующее тело впечатывалось в мое. Я хотела сказать нет, но мое тело предавало меня, громко крича возбуждением от его присутствия. Его руки упирались в стену с обеих сторон от моей головы, а голова склонилась к моей шее. Его губы коснулись пульсирующей вены на шее и в нежном касании поднялись к щеке прежде, чем он прошептал мне прямо в ухо. - Есть множество эвфемизмов этого, Белла (ПП: Эвфемизм - слово или описательное выражение явления). Я могу предположить, что ты бы сослалась на «le petite mort» /«маленькая смерть»/. Мои внутренности просто таяли от французских слов, стекающих с его губ прямо в мой кровоток. Его рот продолжал путешествовать по моему телу: нежно коснулся щеки, проследовал вниз по шее и царапнул зубами мое оголенное плечо. Он снова плотнее прижался ко мне и я, вздохнув, закрыла глаза. Я пыталась сосредоточиться, но не могла. В моем сознании, то и дело, возникали образы движений его тела на моем… Мои соски упирались в его грудь, его руки прижимали меня к нему, мои руки упирались в стекло окна. Звук падающего снега, окружающий нас, был словно очередным уколом моим измотанным нервам. Я отчаянно пыталась сосредоточиться на звуке, но его губы, его рот, медленно одурманивали меня. Джес будет здесь с минуты на минуту. Он рядом со мной, и я не знаю: хочу я остаться, или нет. Его голос вторил моим мыслям. - Пойдем со мной. Давай вернемся. Ты не можешь стоять здесь всю ночь, - его губы скользнули по моей скуле, и мой мозг начал отключаться. - За мной приедет подруга, - выдохнула я. И как только я это произнесла, прозвучал сигнал автомобиля. Я услышала, как Джес звала меня. Свет фар скользнул по деревьям, когда машина заехала на подъездную дорожку. Его тело напряглось, прижимая меня, и я могла сказать, что так просто он меня не отпустит. - Эдвард, пожалуйста! Он закрыл свои темные глаза и, оттолкнувшись от окна, освободил меня. Он все еще стоял достаточно близко, так, что наши тела соприкасались, когда я проскользнула мимо него. Я старалась сдержать свой стон, рвущийся наружу, когда отходила, но я знаю, что он услышал его. Его рука обхватила в замок мое запястье. Джес позвала меня снова. - Мы не закончили, Белла! Я попыталась освободить свою руку, но его хватка стала только крепче. Какое-то время мы стояли, пытаясь переглядеть друг друга. Я отвернулась первая, и в итоге, он отпустил мою руку. И я сразу побежала к парадной двери, где ждала меня Джес, прямо сквозь снег. Я продрогла, мои ноги оледенели от влаги, а волосы покрылись ледяными каплями. Джес открыла для меня дверь. Мои зубы отбивали дробь. Я скользнула на сиденье, закрыла дверь и пристегнула ремень. Я обхватила себя руками в попытке согреться. - Иисусе, Белла! – она дотянулась до панели, и включила обогрев на полную. Машина медленно выехала с подъездной дорожки и направилась прочь. Мы молчали, и только звуки работающего вентилятора на обогрев, и скользящих по лобовому стеклу дворников, нарушали тишину. На Джес были ярко розовые спортивны штаны и такая же толстовка. Волосы были собраны в высокий хвост. Она, каким-то образом, выглядела собранной в три часа ночи. Я же была без бюстгальтера, без трусов, босиком и просто умирала от желания покурить. Я вздохнула и пробежалась рукой по волосам. - Блять! Джес бросила на меня взгляд, а потом повернулась обратно, глядя на дорогу. - Хочешь поговорить об этом? - Джес, я сраная неудачница! Со мной, наверное, что-то не так, или я расплачиваюсь за какой-то страшный грех, который совершила в прошлой жизни! Джес ухмыльнулась. - Белла, мы обе знаем, что с тобой все нормально! И я уверена, что ты ни за что не расплачиваешься! Что произошло? - Ты не поверишь, если я расскажу, - простонала я. - Давай проверим? Я прочистила голос и поправила волосы. Джес остановилась на красный. Светофор освещал машину, окрашивая все в зловещий цвет. - Ну, в общем, у меня было свидание с Эдвардом. Джес так резко повернула голову, что могло бы свернуть шею. - Ты имеешь в виду того горячего засранца из дома напротив? Я кивнула. Она подняла брови в изумлении и вернула глаза на дорогу. - Продолжай. - Мы ходили на вечеринку после «Инферно». - Погоди-ка! Как ты могла быть на свидании на работе? Ты же должна быть за сценой? Ты же обожаешь кулисы! «Ах, да! Я же не говорила Джессике про свою травму!» - Ну… короче, там был небольшой несчастный случай, и я не работала около недели. - Белла! Что значит «небольшой несчастный случай»? Я глубоко вздохнула и рассказала ей все. Об упавшей декорации, о швах, о бесполезном недельном заключении в собственном доме. И даже о том, как пыталась раздобыть для себя «Сларпи». Она хихикала. Я рассказала ей про свой День Благодарения и о визите Эдварда. - И как все прошло? - Ну, мы много разговаривали… о всякой ерунде. - Так… Ну-ка, выкладывай подробности, подруга! Я чувствую, что ты покраснела даже отсюда! Мы с Джес знали друг друга, как облупленные! Мы прошли вместе всю старшую школу и колледж. И когда она услышала о моем разводе с Джейком, она не дала мне замкнуться в своем внутреннем саморазрушении. Мы знали друг о друге все. Она поддерживала меня в мои самые сложные времена! Так что, я рассказала ей во всех подробностях о том, что происходило между мной и Эдвардом в тот вечер. Она слушала молча, просто позволяя мне высказать все мои мысли. Она вела машину молча, когда я закончила. Я в волнении теребила край своего кардигана. В итоге она заговорила. - Белла, ты знаешь, что я здесь ради тебя! И что бы я ни сказала сейчас, я думаю, что ты все равно сделаешь так, как считаешь нужным. И вскоре ты сама наведешь порядок в своих мыслях! Она была права! Мне необходимо просто разобраться в себе! Мы подъехали к ее дому, и она сразу же нашла место для парковки. Мы забежали в парадную дверь, и ее палец быстрым движением вызвал лифт. Она оглядела меня с ног до головы. - Думаю, душ, смена одежды и чашка горячего чая! - Точно! За это я так тебя люблю, Джес! * * * Час спустя я уже успела согреться в горячем душе и сменить свою промокшую одежду на спортивные штаны и футболку Джес. Мои волосы были завернуты в полотенце, в руках я держала кружку горячего чая, между пальцами была зажата дымящаяся сигарета. В комнате было темно, и единственным источником света была луна и приглушенные огни улицы. Джес, молча, рассматривала меня. Где-то в квартире тикали часы, а из спальни доносилось тихое похрапывание Тайлера. Я только что рассказала ей события вечера во всех подробностях. - Так ты смущаешься того, что этот парень все-таки уломал тебя на секс… на лучший секс в твоей жизни? Я кивнула. - Так ты хочешь быть с Эдвардом? Я опустила взгляд на свой чай, прежде чем поставить кружку на небольшой деревянный столик, потом, стряхнув в пепельницу сигарету, поднесла ее к губам и затянулась, глубже, чем обычно, и выпустила дым в темноту комнаты… - Я даже не знаю, какого хрена мне надо, Джес! - Белла, я разговариваю с тобой, как подруга. Окей? - Окей… - Белла, какого черта? Ты разошлась с Джейком два года назад. Ты уехала из гнилого маленького городка и начала здесь все сначала. Разве это не здорово, когда у тебя появился парень, которому ты очень нравишься? Который считает тебя сексуальной? Который заставляет чувствовать себя желанной? - Джес, а что, если я окончательно повернутая? Что, если все это прошлое дерьмо с Джейком превратили меня в ничто, и я теперь не смогу нормально общаться ни с одним парнем? - А если сможешь? И как узнать это наверняка, если ты даже не будешь пытаться? А даже, если и так, что такого хренового может произойти? Умопомрачительный секс с горячим красавцем? Этот компромисс мне нравится, Беллз. Я ухмыльнулась. - Думаю, ты права. - Белла, сделай мне одолжение! Не отказывайся от него! И если что-то пойдет дерьмово, ты всегда сможешь обвинить в этом меня! Но парень, который интересуется тобой даже после встречи со всеми теми уродами, с которыми ты работаешь, просто достоин приза! Я уставилась на нее, а она улыбнулась в ответ. - Просто дай ему шанс, окей? Я снова сделала глубокую затяжку и выдохнула: - Окей. Она зевнула и поднялась. - Так. Я пошла, попытаюсь выспаться за оставшиеся пару часов до работы. Холодильник полон еды, водка в морозилке. Можешь смело похозяйничать здесь. - Спасибо, Джес! - Не за что! И подумай над моими словами… - она подошла ко мне и крепко обняла. К слову, Джес всегда любит обниматься… Но в этот раз, я впервые не чувствовала себя неудобно. Она отпустила меня, и я какое-то время слушала ее удаляющиеся шаги по коридору. Затушила окурок и позволила своим мыслям течь в свободном направлении. Я сделала глубокий вздох и открыла одну единственную дверь к миру взаимоотношений, которую имела. Моим примером были отношения моих родителей, и моих с Джейком. Мои старые воспоминания были такими же неуютными и неудобными, как старое кресло, на котором давненько никто не сидел. Моя мама была уже достаточно устала от брака с Чарли, когда я была маленькой. Он тогда был новичком в полиции. И вот однажды, когда он был на ночном дежурстве, мама собрала вещи и меня, и сбежала из дома на своем стареньком Шевроле. Одно из воспоминаний детства – как оранжевый свет уличных фонарей пробегал по моим ногам, оставляя за собой тени, когда я сидела в темном автомобиле. Она умерла от кровоизлияния в мозг, когда мне было тринадцать лет. И конечно же, по закону я оказалась у Чарли. Шериф Свон оказался на руках с девочкой–подростком, полной всяких страхов и играющих гормонов. К счастью, у меня был Джейк, на которого можно было смело положиться. Во время обязательных визитов к Чарли, каждое лето компанию мне составлял Джейк. Он был немного младше, с ребяческими темными глазами и темными волосами. Джейк жил в местной индейской резервации, а его отец дружил с моим. Когда я насовсем переехала в Форкс, штат Вашингтон, мы с Джейком перешли от стадии «друзья», к стадии «лучшие друзья». Вместе, мы были похожи на несокрушимую силу, как сила гравитации, держащая меня на Земле. Но то, с чем я не могла мириться в нем – это его убежденность в том, что он вправе распоряжаться мной, как хочет, и принимать решения за нас обоих. Он всегда подталкивал меня, если я сомневалась. Он просто решал за меня. Я позволила себе быть с ним открытой и ранимой, я доверяла ему. А он хранил тайны, играл со мной очень грамотно, настраивал меня и позволял мне падать. В тот день, когда я подписала бумаги о разводе, я думала, что наконец-то почувствую себя свободной. Но нет, не почувствовала. Я уже просто не знала, кто я. И самым поганым было то, что все в нашем маленьком городке, считали Джейка золотым мальчиком, им казалось, что солнечный свет исходит на них от его задницы, в том числе, и мой отец. Именно из-за этого мы с Чарли перестали общаться. Он винил в разводе только меня. Я глубоко вздохнула, и взяла в руки кружку уже остывшего чая. Потом поднялась и пошла на кухню, не зажигая свет. Обнаружив несложную микроволновку, я быстро разобралась, как нагреть мой остывший чай. Я наблюдала, как моя черная кружка вращается на подставке внутри печи с легким жужжанием. Мысли вернулись к сегодняшнему вечеру, и к Эдварду. Я размышляла, могу ли я попробовать? «Черт побери, конечно, можешь!» - Ну, голос моей вагины, безусловно, был за Эдварда. «Возможно, Джес права. Возможно, мне просто следует позволить этому происходить, и тогда уже посмотреть, к чему это приведет. Джейк был задницей! Что, если он неправ во всем?» «Возможно, мне нужно уже начать встречаться с другими. Мне просто нужно установить границы с Эдвардом. И нам не стоит торопиться, ему следует знать об этом.» «И ему следует знать, что надо запирать входную дверь.» Эдвард После того, как Белла убежала от меня, я вернулся в дом, чтобы избавиться от Эммета. Он ждал, наклонившись у стены, рассматривая вмятину, которая по размерам походила на его голову. «Мда, осталась отметина…» Насколько позволяли его мысли, я знал, что он спросил у Элис, как мои дела, она подробно ему рассказала, и вот он решил навестить меня лично. - Эммет, если ты прямо сейчас не свалишь отсюда, то рискуешь, все свое оставшееся существование провести без своего причиндала! Он поднял на меня усмехающийся взгляд. «Это уже второй раз, когда ты не услышал моего приближения, младшенький. Хочешь что-нибудь сказать в свое оправдание?» В его мыслях, вспыхнули картинки обнаженной Беллы подо мной. Моя челюсть громко клацнула, и я уставился на него. Он в примирительном жесте поднял руки. «Эй, полегче, Тигр! Она особенная, да?» Я отвернулся от него, и посмотрел в гостиную. Она оставила обувь и свое белье на полу, убегая. - Я не знаю. Он фыркнул. «Я тебе точно говорю! Обычно ты слышишь мое приближение за милю, Эдвард! Хотя я вижу, что тут, бесспорно, есть на что отвлечься!» - Уходи. Сейчас же! – рыкнул я. Он все также держал руки поднятыми. «Окей, окей. Уже ухожу.» Он направился к двери, проходя мимо меня, и я снова услышал его мысли, но в этот раз, не направленные лично мне. «Подожди, вот как только я расскажу Роуз… Уж она-то своего не упустит…» Я захлопнул за ним дверь. Прошел в гостиную, и начал медленно собирать ее вещи… И впервые за целый век я почувствовал, что мои руки трясутся... Белла Сонная Джес с мешками под глазами приплелась в гостиную, широко зевая. - Привет, дорогая! Ты спала вообще? – пробормотала она, прикрывая свой зевок рукой. Я помотала головой: - Нет, зато я приняла кое-какие решения. Она налила себе чашечку кофе, приготовленного Тайлером чуть ранее, перед его уходом. - Оу? - Ага, - ответила я, подтягивая под себя ноги на диване, когда она вернулась с горячим кофе. Я откинула высохшие пряди волос за спину, а она уселась поудобнее. Я сделала глубокий вдох, и посмотрела в ее сонные глаза. - Я собираюсь сделать это. Я, черт возьми, не сдамся, и просто пройду через это, и постараюсь не думать о прошлом. Он чертовски горяч, он не живет со своей мамой, и он реально заводит меня. Я увидела, как Джес улыбнулась, а потом спрятала улыбку за кофейной кружкой. Она сделала глоток, и произнесла: - Ты, Белла Свон, только что сказала: «заводит», и так странно посмотрела на меня? - Не могу сказать тебе ни да, ни нет. И если ты кому-нибудь проболтаешься, ты вынудишь меня на изощренное убийство! Джес подавилась кофе. - Бог мой, ты сегодня, определенно, другой человек! Мне скоро надо уходить, тебя подбросить куда-нибудь? - Да, ты можешь подбросить меня до театра? Мой байк до сих пор там, я хочу забрать его домой. - Без проблем, дорогая. Выходим через двадцать минут. Джес довезла меня, прямо до черного входа театра. У двери стоял Маркус, и он как-то странно посмотрел на меня. - Все в порядке, Маркус? Он кивнул, и я не стала акцентировать на этом внимание. То, как они с Эдвардом вчера реагировали друг на друга, казалось, по крайней мере, странным. Как будто они были знакомы ранее, или что-то в этом роде. Маркус казался строгим, но я бы скорее сказала, что он защищал. То, как он смотрел на Эдварда, казалось, что он хочет мысленно воздействовать на него. Я мысленно пожала плечами. «Мужчины такие странные.» Направилась к шкафчикам в раздевалку. Мрачная неясность тусклого освещения, несколько пугала, и я почему-то, затряслась. На стенах была кафельная плитка, которая в неярком мерцающем освещении приобретала зеленоватый оттенок больничных помещений. Позади меня послышался какой-то странный шум, будто щеткой чистили ткань, или натирали обувь. Я обернулась, но никого не обнаружила. «Мне определенно, нужно выспаться. А то, я сегодня и не такое сама себе придумаю.» Я дошла до своего ящика, открыла его, и достала оттуда свои кожаные штаны. Оставила их здесь в прошлый раз, когда приехала на байке на вечеринку. Положила их на скамейку, радуясь своей запасливости. У меня всегда была смена одежды в шкафчике, включая нижнее белье. Я достала мягкую футболку, с длинными рукавами темно-синего цвета, обычные, черные трикотажные лифчик и трусики и, нырнув в одну из душевых, быстро переоделась. Выйдя, и сразу же почувствовав себя свежей, я натянула кожаные штаны. Мои байкерские сапоги стояли в шкафчике! «Слава Богу!» А то эти розовые кроссовки Джес, просто сводили меня с ума! Я быстро натянула сапоги, и достала из шкафчика кожаную куртку. Сунув, по привычке, руки в карманы, я почувствовала кусок бумаги под рукой и вытащила его. Широкая улыбка расползлась по моему лицу, когда я увидела портрет Авраама Линкольна. Я засунула его обратно в карман, размышляя над тем, как буду мстить тому аппарату «Сларпи». Сверху шкафчика я достала свой шлем, сложила одежду Джессики в рюкзак, и закрыла шкафчик. Закинув рюкзак на плечо, я вышла в закулисье, где в темном углу стоял мой байк, накрытый полотнищем. Я стянула ткань, и пока сворачивала ее и убирала, в дверях появился Маркус, которые с интересом рассматривал меня. - Видишь что-нибудь, что тебе нравится, Маркус? - Просто проверяю, все ли с тобой в порядке, Белла. Как прошел вчерашний вечер? Получила удовольствие? - Не думаю, что слово «удовольствие» подходит для описания вечера. Он сердито свел вместе брови. - Не волнуйся, Маркус… это долгая история, и я не хочу надоедать тебе. Я выкатила байк на улицу, в пасмурные краски утра. Воздух был холодным, но мне было комфортно и тепло под черной кожей. Я села на байк и надела шлем. Маркус закрыл за мной дверь. Я завела мотор, и мой зверь взревел между моих ног. Натянув перчатки, я покрепче сжала руль и покатила вниз по улице. Я чувствовала себя хорошо, хорошо настолько, что это была почти прежняя я на моем любимом байке. Повернув на мост, я направилась к дому Майка. Подъехала и увидела, что вечеринка вчера плавно переместилась на передний двор. Повсюду лежали пластиковые бутылки, а на газоне стояло кресло из гостиной. Я пошла ко входной двери, и постучала. Никто не отвечал. «Вот дерьмо!» Я повернула ручку, и дверь со скрипом отворилась. Запах явного перегара ударил в нос. Я беззвучно прошла в гостиную. Несколько человек из моей группы спали, кто где. Я увидела свой клатч под Йорки, который распластался на диване. - Свон, я умираю! Поцелуй меня! - Отвали, Йорки! Хорошая попытка! Он глубоко вздохнул и простонал: - Черт, даже дышать больно! Слава Богам, что сегодня выходной! Я захихикала, оглядываясь на тела вокруг. - Да, замечательно! Увидимся завтра! - До скорого, секси! Я закатила глаза и открыла свой клатч. Все выглядело нормально. Мои ключи и телефон были на месте. Вышла на улицу и, закинув клатч в рюкзак, снова оседлала байк. Я гнала домой, мечтая наконец, оказаться внутри. Въехав на подъездную дорожку, я откопала пульт от гаражной двери. Запарковав байк в гараже, я накинула на него брезент. Оставив шлем на полке, пробежалась пальцами по волосам, вытаскивая их из-под куртки. Они шелковым облаком легли на плечи. Я вышла на подъездную дорожку, чтобы забрать почту, и увидела Эдварда, переходящего улицу мне навстречу. Его взгляд был полон решимости. Мое сердце застучало, как сумасшедшее, от одного его вида. На нем были темно-серые брюки, так легко повторяющие движения его длинных ног, и толстый свитер на оттенок светлее, с приподнятыми рукавами. В памяти замелькали картинки, как на этих руках играли, напрягаясь, мышцы, когда он раздевался. Его волосы были как всегда спутаны, и мне захотелось, как вчера, запустить в них пальцы. Он шел ко мне уверенной походкой и я, залюбовавшись его движениями, облизнула губы. В руках он держал небольшую коробку. Я попыталась улыбнуться, когда он подошел ближе. В его взгляде было столько настойчивости, что мне пришлось бороться с желанием прижаться к его груди, и поцеловать его шею. Вместо этого я нервно пробежалась рукой по своим волосам снова, он проследил мое движение, и его глаза, такие голодные, потемнели еще сильнее. Я снова облизнула губы. Он неотрывно наблюдал за моим ртом. Мои колени почти подкосились от мыслей, что он захочет поцеловать меня прямо здесь, посреди улицы. - Привет, - прохрипела я. Мне пришлось совладать с собой, чтобы выдавить это приветствие. Его губы завернулись в фирменной кривоватой улыбке, которая запросто сведет с ума любую. - Привет. Вот, ты вчера забыла это у меня. Я потянулась, закидывая рюкзак на плечо и перекладывая газеты подмышку, взяла белую подарочную коробку. Открыв, я обнаружила там мои туфли, лифчик и кружевные трусики. Я закусила губу, и меня внезапно осенило. Туфли я вытащила, а белье оставила в коробке. - Спасибо. А это оставь себе. Его глаза в шоке распахнулись. - Знаешь, у меня полно всякого. Так что, просто дай мне знать, когда захочешь пополнить свою коллекцию. Он сглотнул. Я проследила движение его адамова яблока, и мне жутко захотелось укусить его за шею. Она была такой соблазнительной. Я шагнула ближе к нему, его глаза следили за мной, почти устало. Я приподнялась на носочки, и поцеловала его губы. Он бросил коробку и притянул меня ближе. Мои газеты рассыпались по земле, когда я вцепилась в его свитер, притягивая его еще ближе. Я обхватила его нижнюю губу, прикусывая, пока наконец, наши губы не слились в жарком поцелуе. Его язык ласкал мой. Его вкус просто опьянял. Его руки запутались в моих волосах, а я сильнее прижималась к нему. Он целовал меня сладко, вкусно, упоительно. Я почувствовала его острые зубы, когда он слегка прикусил мою губу и нежно потянул. Я тонула в его потемневшем взгляде. - Завтра в «Bauhaus», в семь. И не опаздывай, Эдвард. Его руки, скользнули с моих волос по плечам, он сжал мои запястья: - В семь. Он слегка дотронулся своими губами до моих, криво ухмыльнулся и, подобрав свою коробку с земли, пошел к дому. Я вздохнула, наблюдая, как он переходит улицу. Собрала с земли рассыпанные газеты и пошла обратно к гаражу. Закрывая за собой гаражную дверь, я зашла в дом через смежную дверь, бросая свои вещи на диван. Мои сапоги глухо чеканили по линолеуму. Раздался телефонный звонок. Подумав, что это должна быть Джес, я схватила трубку: - Алло. - Белла? «Джейк». - Белла? Не вешай тру.. Но я повесила. И этот пикающий звук после сброшенного звонка был невероятно удовлетворяющим!