В следующей жизни.

Танец для Чимина был больше, чем увлечение — это был язык души, история, рассказанная телом без слов, где каждая эмоция находила отклик в мимике и пластике. Он танцевал так долго, что понял: это его призвание, дело всей жизни. Вопреки желанию родных, мечтавших о его обучении за границей, Чимин, по совету преподавателя и отринув сомнения, отправился на прослушивание. Он надеялся пройти, но не ждал триумфа. В его арсенале были отточенные движения, но чуждой оставалась музыка — пение. Вот он, Чимин, стоит на остановке, сжимая лямку увесистой спортивной сумки. Сердце колотится от нервного волнения. Прощание с родителями, с младшим братом Джихёном, с родным Пусаном — всё позади. Он рискнул, бросившись навстречу мечте. Вдруг замер, выискивая взглядом того, кто должен встретить его, и заметил парня с улыбкой, яркой, как солнце. — Ты Пак Чимин? — раздался звонкий голос. — Я Чон Хосок, но можешь звать меня Хоби. Очень рад знакомству. — Здравствуйте! Да, это я. Хён? — Чимин ответил такой же светлой улыбкой. — Всего год разницы. Ну что, пойдём? Ты откуда? — Из Пусана. — О, наш макнэ Чонгук тоже оттуда! Познакомишься с ним позже, он сейчас в школе. — А вы? — спросил Пак. — Давай на «ты», я из Кванджу, — ответил Хосок, и его мысли на мгновение унеслись туда, в родной город. — Ты уже подал документы для перевода? — Да, в Корейскую школу искусств, на музыкальное отделение. Танцы — это всё для меня, но без пения в группе никак. Не хочу никого подводить, — задумчиво произнёс Чимин. — Мне нравится твой настрой, — Хосок одобрительно кивнул. — Если ты так чувствуешь танец, значит, у тебя не только чувство ритма, но и слух. В нашей группе есть ещё Ким Тэхён, он сейчас на учёбе. Вы ровесники, тебе с ним будет легче. А насчёт пения не волнуйся. Джин, Чонгук, Тэхён — они тоже не умели петь, но слух у них есть. Танец требует упорства и терпения, так что и с вокалом справишься. Мы все будем рядом, чтобы поддержать, — добавил Хосок. — Когда я проходил прослушивание, в компании были только Намджун и Юнги. Потом пришло много людей, но они не остались. Позже сказали, что надо учиться рэпу. Я испугался, но Юнги и Намджун помогли. Теперь я не только танцор, но и рэпер, — громко засмеялся Хосок. Чимин тоже невольно улыбнулся. Чон так располагал к себе. — Завтра покажу тебе зал для тренировок, а сегодня ты освоишься и познакомишься с остальными. Кстати, ты танцуешь просто великолепно! — сказал Хосок. — Перехваливаешь, хён, но я очень польщён. Я видел, как ты проходил повторный кастинг, когда сказали, что группа теперь не только хип-хоп. Это было потрясающе! Твоё тело будто изгибается без костей, а рэп ты читаешь просто здорово! — ответил Чимин. — Ну хватит, — смущённо отмахнулся Хосок. — Мы сможем друг у друга многому научиться. Смотри, пришли! — они остановились перед небольшим зданием. Хосок уже открыл дверь, но Чимин жестом остановил его, придерживая её. Хоби благодарно кивнул. Они подошли к нужной двери, когда у Хосока зазвонил телефон. — Алло? Уже готово? Да, заберу, спасибо. Извини, я заказал еду на всех нас к твоему приезду. Надо забрать. — Всё нормально, — ответил Чимин. — А сколько нас всего? — Семеро, — ответил Хосок. — Хён, давай помогу? Одному будет сложно всё унести. — Спасибо, но не переживай. Джин-хён, Юнги-хён и Намджун должны вот-вот освободиться, а ты отдыхай после дороги, — Хосок на бегу сообщил код от двери. Пак вошёл в узкий коридор, разулся и осмотрелся. На кухне было светло и чисто. Рядом располагались две спальни с двухъярусными кроватями. Чимин осматривался, когда из ванной вышел парень в красных боксёрах и с полотенцем на голове. Оба вздрогнули. — Боже, прости. Я думал, здесь никого нет, — произнесли они одновременно. Чимин тут же вышел, чтобы дать парню возможность одеться. Через несколько минут Тэхён вышел в шортах и майке. — Я Пак Чимин, — представился он, слегка наклонив голову. — Ким Тэхён, — ответил тот. — У тебя день рождения в октябре, а у меня в декабре, так что по возрасту ты мне хён. — Давай без формальностей. Разница у нас всего два месяца, — предложил Чимин. — Извини, что напугал. Хосок-хён сказал, что здесь никого нет, — продолжил Пак, но Тэхён на это отмахнулся, и квадратная улыбка озарила его лицо. — Ничего страшного. Пойдём, Чимин. Я покажу, где что находится, — сказал Тэхён. Экскурсия была краткой — минут десять с пояснениями. — Чимин, ты не боишься высоты? Я боюсь, поэтому мог бы ты спать на втором ярусе? — спросил Тэхён. — Конечно, всё нормально, — ответил Пак. Чимин переоделся, разложил вещи и осмотрелся. Кровать находилась прямо под кондиционером, что ему совсем не понравилось. Но он решил подумать об этом позже. Из этих размышлений его вывел стук в дверь. На пороге стоял Тэхён. — Вижу, ты уже закончил. Голоден? Хоби-хён сказал, что они уже забрали заказ. Если хочешь, могу рассказать о хёнах и Чонгуке, — предложил Тэхён. Чимин благодарно кивнул. — Давайте начнём с Намджун-хёна. Он появился первым в компании. Благодаря ему у Шихёк-сонсенима появилась идея о группе. Намджун-хён — лидер, — начал Тэхён. — Следующим был Юнги-хён. Он проходил прослушивание, читая рэп, но хотел быть продюсером. — С Хоби-хёном ты уже знаком? — увидев кивок, Тэхён продолжил. — Джин-хён — самый старший. Его можно считать вторым лидером после Намджуна. Он часто готовит. Юнги тоже следит за нами: если что-то сломается или если хочешь научиться играть на чём-то, лучше обращаться к нему, — немного помолчав, Тэхён добавил: — На самом деле эти четверо заботятся о нас, уже троих. — Я родился в Тэгу. Мои родители фермеры, — сказал Тэхён, его лицо озарила улыбка, которая через мгновение поникла. Чимин понимал, что разговор о семье может быть болезненным, и уже хотел сменить тему. — Меня вырастила бабушка, — продолжил Тэхён, вновь улыбнувшись. — Попасть в компанию я не планировал. Пошёл поддержать друга, мне предложили пройти прослушивание. Я позвонил родителям и бабушке, попросил их благословения. В итоге я прошёл, а друг — нет. Чимин понял причину, по которой взяли Тэхёна: его необычный голос, идеально подходящий для джаза и схожих жанров, выразительная внешность и общая располагающая аура. Это было удивительно для Чимина, который нелегко открывался людям. Тэхён же был открыт, что вызвало у Пака лёгкую настороженность, хотя он и признавал, что это его личная проблема, над которой следует поработать. В ответ он лишь сказал, что из Пусана. — И наш макнэ, Чон Чонгук. Он был здесь ещё до моего прихода. Скоро вернётся из школы. — И словно услышав его слова, послышался писк набора кода от двери. В помещение зашли пять человек, державшие в руках пакеты не только с готовой едой, но и обычными продуктами. Тэхён и Чимин приняли пакеты, относя их на кухню, но позже Ким сказал, что разложит их сам, а Чимин пусть знакомится с остальными. — Чимин? Я Ким Намджун, но можешь звать меня просто Джун-хён. Рад знакомству! — парень в солнечных очках, возвышающийся над Чимином на целую голову, если не на две, протянул руку. — Не знаю, рассказывал ли тебе Тэхён, но здесь, в общежитии, я отвечаю за хаус. — Он нервно усмехнулся и добавил: — А в группе я буду лидером. Надеюсь, мы найдем общий язык. — На лице Кима заиграла добрая улыбка, а на щеках проступили ямочки. Чимин вежливо поклонился. Следующим, кто представился, был широкоплечий, высокий, но чуть ниже Намджуна парень. — Добро пожаловать, Чимин! Я Ким Сокджин, Джин-хён. Надеюсь, это место станет для тебя настоящим домом. Ты в любой момент можешь обратиться к любому из нас за помощью. — Мин Юнги, Шуга или просто хён, — парень не стал больше ничего говорить; уголки его губ едва заметно приподнялись, но Чимин не чувствовал холода или неловкости — в конце концов, они только знакомятся. Хосок вновь искренне улыбнулся Чимину. И последним, как понял Чимин, был Чон Чонгук. Его пытливый взгляд был устремлён на Чимина, и, справедливости ради, Пак заметил его едва ли не первым. Чонгук же, не отводя глаз, продолжал изучать Чимина, и в его пристальном взгляде читалось какое-то неподдельное любопытство, почти что узнавание? Но стоило им встретиться взглядами, как Чимин обомлел: большие карие, словно у лани, глаза горели узнаванием. Чимин почувствовал легкое смущение под этим вниманием, но в то же время и необъяснимое притяжение, словно они уже встречались где-то в прошлом, в какой-то другой жизни. Что-то в этом взгляде, в этом внезапном ярком узнавании, заставляло Чимина чувствовать себя так, будто он только что вернулся домой после долгого отсутствия. Это было глубже, чем простое совпадение, глубже, чем первая встреча. Это было ощущение судьбы, прочерченной невидимыми нитями на запястье, связывающими их с какой-то давней, забытой встречи. Он ощутил лёгкий холодок, пробежавший по спине, но это был не страх. Скорее, это было предвкушение чего-то значимого, чего-то, что изменит его жизнь. Казалось, что сегодняшний день — не простое знакомство, а начало новой главы, написанной неистовой рукой случая, а, возможно, и чего-то более предопределенного. Мир, казалось, застыл. Чонгук и Чимин, словно пойманные в вечное мгновение, смотрели друг на друга. Невысказанное напряжение между ними нарушил лишь лёгкий, успокаивающий жест Хосока, опустившего руку на плечо Чонгука. Тот вздрогнул, вырываясь из глубин своих полудрёмных грёз, но тут же собрался, выпрямляя спину в уважительном поклоне. — Чон Чонгук. Приятно познакомиться! — произнёс он, голос его прозвучал непривычно ровно. Чимин ответил поклоном, и на его губах расцвела широкая, обезоруживающая улыбка. Чонгука словно током пронзило, когда он услышал в голосе Чимина до боли знакомые, такие родные пусанские нотки. Они звучали как забытая мелодия, как тёплый ветерок, что доносился из самого сердца. — Так! — звонкий хлопок в ладоши от Джина прервал зародившуюся тишину, — Давайте продолжим это чудесное знакомство за столом — едва ли еда захочет ждать вечно. Чимин-а, Тэхён тебе уже показал всё, что нужно? — Да, хён. Направляясь к столу, Чонгук ощущал на себе пристальный, почти осязаемый взор Чимина. Было что-то неуловимо притягательное в том, как он держался, в той невесомой лёгкости, с которой двигался, что заставляло сердце Чонгука биться быстрее, словно обезумевшую птицу. Он изо всех сил старался вникнуть в слова Джина, рассказывавшего о планах на вечер, но все его мысли, подобно верным спутникам, неустанно возвращались к Чимину. И вот, за столом, в вихре оживлённых разговоров и искромётного смеха, они оказались совсем рядом. Чонгук делал вид, что совершенно спокоен, но каждый раз, когда их глаза ненароком встречались, по его телу разливалась тёплая волна, предвещая нечто неизбежное. Он чувствовал, интуитивно понимал, что эта встреча — лишь предвестие начала чего-то совершенно нового, чего-то что способно бесповоротно изменить всю его жизнь. Никто из присутствующих и представить не мог, через какие глубины испытаний им предстояло пройти, сколько ещё дорог оставалось изведать. И кем они станут друг для друга в этом бурном потоке судьбы… Но сейчас это не имело никакого значения. Сейчас они просто наслаждались моментом, растворяясь в непринуждённой беседе и звенящем смехе.