Обречены по праву рождения

— ...О. Я не знал, что нужно было говорить в такой ситуации. Должна же была быть особая модель поведения, которая могла бы помочь мне, но за ее неимением мне оставалось лишь глуповато смотреть на Мая. — Погоди, что? Он утер слезы, стекающие из-под повязки на его лице. — Они... Хнык... Я не знаю точно, что случилось... Понимаешь, я хотел поискать их на улице, выхожу, а там тетя Маргарет идёт, и с ней котята, и она понесла их в конюшню... И потом... И потом они пропали... Я подходил к конюшне, но там было тихо-о... Я тяжело вздохнул. Тайлер подошёл ко мне со спины, и я растерянно посмотрел на него. — Это ведь не значит, что они обязательно умерли... — неуверенно произнес я, теряясь в выражениях. — Может она их просто там оставила? Тайлер, что думаешь? Пару секунду он молчал. Я видел замешательство на его лице. — Я думаю, Ноэль прав. Май, они точно в конюшне? Ты уверен? Тайлер теперь стоял рядом со мной. Моя голова просто кипела от всего этого. Зная Маргарет, она вполне бы могла отнести котят к ближайшему озеру, которое ещё не успело покрыться льдом, и утопить их там. Но конюшня? Она же не собиралась душить их там заживо, верно? Тем более, что всем известно, для каких целей люди ходят в это проклятое место... — Уверен... — мне было так жалко Мая, что меня просто в дрожь бросало от его слез. — Мои котята... — А пойти и прижать Маргарет к стене, разве нельзя? — после долгих раздумий, предложил Тайлер. — Думаю, она не будет отпираться, если пригрозить ей чем-то. — ...Я все же думаю, что котята ещё живы, — покачал головой я. — Тем более, что ничего плохого она по сути-то и не сделала. Отец запрещает котам жить в доме, это я тайком позволял им пробираться сюда. О Мими отец был вообще ни слуху ни духу, к примеру. — Твою мать, серьезно? — Тайлер выругался. — И что делать теперь? Идти в конюшню искать котят? На этих словах мое лицо непроизвольно скривилось. — Да я уж лучше пойду удушусь, чем пойду в конюшню. Тайлер, как ты относишься к тому, чтобы сбегать туда... Эм... Один? Мая отправлять туда бессмысленно, понимаешь ведь. Я заметил, как Май поджал губы. Он не сильно жаловал Тайлера, и сейчас, боюсь, не особо-то и хотел, чтобы он шел за его котятами. — Я могу, конечно, — Тайлер медленно кивнул и посмотрел на меня. — Но где гарантии, что когда я туда приду там не будет оргии на двадцать человек? Май слегка оживился. — Там будет что? — Ничего, — я с укором пихнул Тайлера в бок, на что тот лишь довольно улыбнулся. — Если Май не против, то, прошу тебя, сходи. Некоторое время Май молчал. На его лице все ещё оставались влажные дорожки от слез, но он, кажется, уже немного успокоился. Слегка приподняв свои плечи, Май вынес вердикт: — Пусть он идёт. Может мои котята ещё там... Я облегчённо вздохнул. Тогда я искренне боялся, что Май откажет и настоит на том, что туда должен пойти я. Все мое отвращение к конюшне даже и близко не могло стоять с тем страхом, который я испытывал, понимая, что если я приду туда, то живым мне оттуда уже не выйти. Это запретная территория, идти туда нельзя, ибо последствия могут оказаться более чем ужасающими. — Не буду терять время здесь. Просто зайти, проверить есть ли там котята и... все? — Тайлер взял со стула свою куртку. — Я правильно понял? — Да. Постарайся вернуться быстрее, — я проводил его взглядом. Май отошёл в сторону, выпуская Тайлера из комнаты. — Если меня не будет больше двадцати минут, бейте тревогу, — он подмигнул мне на прощание, и скрылся в коридоре. Мы остались с Маем наедине. Он закрыл дверь в мою комнату и подошёл ко мне совсем близко. — Подождем его, — негромко сказал он, прикасаясь к моей руке. — С котятами все будет хорошо... — Угу. Я сел на кровать, Май устроился рядом. Сидя его макушка едва доставала мне до плеча, но несмотря на свой низкий рост, он всегда мне казался гораздо более высоким, чем каждый здесь на каком-то подобии духовного уровня. Все годы, что мы оба провели в этом месте, он был единственным, кого я по-настоящему любил. Я относился к нему, как к младшему брату, и Май, кажется, испытывал ко мне ответные чувства. Несколько лет назад я научил его писать. Слепота не смогла омрачить его ум, и как обладатель но отличной памяти, Май смог запомнить буквы и то, как они пишутся. Я был так горд им, что целую неделю хвастался всем в школе, что научил писать своего племянника. Да, по большей части я говорил о нем именно так. Одноклассниками легче принять факт того, что у меня есть на одного родственника больше, чем то, что в моей жизни воистину считалось за правду. Всю мою сознательную жизнь я был белой вороной в обществе. Буквально белой. В начальной школе шутили, что я "антоним негритенка" и спрашивали, не страдаю от я альбинизмом. Нет, не страдаю. У меня вообще хронических заболеваний тогда не было, но слова одноклассников звучали так обидно, что я выдумывал себе другие заболевания, чтобы обратить их внимание на что-то кроме моего лица. Мои шансы на социализацию стремительно упали бы вниз, если бы хоть кто-то знал, что на самом деле происходит у меня дома. Все, что я имею сейчас, исчезло бы во мгновение ока. Люди не любят тех, кто выделяется. Они любят весёлых, харизматичных и красивых людей, но не слишком — нужно соблюдать баланс. Это хрупкое равновесие, годами удерживаемое мной было так ценно для меня, что если бы в какой-то момент оно рассыпалось, вслед за ним рассыпался бы и я. И этот секрет я унесу за собой в могилу.

***

Время шло. Тайлер не возвращался. Двадцать минут, двадцать пять, а его все не было, и внутри меня начала зарождаться неумолимая паника. — Где же он... — стиснув зубы, прошептал я. Май, что сделал со мной все это время, ткнул в меня пальцем: — Пора бить тревогу, да? — Пора, — я встал с кровати так резко, что у меня закружилась голова. — Я за ним. Я не могу просто сидеть здесь и ждать... Май промолчал, и слов от него я не требовал. Наспех одевшись, я оставил комнату незапертой, и побежал вниз, на улицу, через черный выход. Быстрым шагом до конюшни было идти всего пять минут, но тогда эти пять минут показались мне вечностью. Я слишком поздно осознал, куда вообще собрался идти. С каждым шагом сердце мое стучало все сильнее, так, что стук его раздавался у меня в ушах и болезненно проникал под корку мозга. Куртка моя была распахнута, и хотя под ногами хрустели снег, мне было до безумия жарко. Конюшня грязным пятном расплывалось перед моими глазами, одним своим присутствием делая зимний пейзаж в сто раз хуже. Когда я наконец подошёл к главным двери, то оказалось, что они были наглухо заперты. Я потратил потратить ещё несколько минут на то, чтобы найти заднюю дверь, которая почему-то была закрыта доской с внешней стороны. Мне пришлось знатно попыхтеть, прежде чем доска наконец упала на снег. Осторожно открыв дверь, я проскользнул внутрь, прислушиваясь к тишине внутри. Моя паника достигла предела, и в какой-то момент мне пришлось схватиться за деревянную стенку, чтобы не упасть. — Ай! — негромко воскликнул я, когда в палец на моей руке вонзилось что-то острое. Одернув руку от стены, я обнаружил, что по моей руке стекает кровь. Я облизал раненный палец, которым по всей видимости зацепился за гвоздь, коих там было просто тьма, после чего продолжил свой путь. Мои шаги были мелкими, по большей части из-за того, что я боялся наделать лишнего шума. Коридор от задней двери закончился, и я вышел в общее помещение. Несмотря на отсутствие коней, внутри сильно пахло сеном. По обоим сторонам от меня находились полностью пустые стоила. Дойдя до последнего, я хотел было развернуться и пойти назад, но тут за углом раздался какой-то шум. Я замер. Мое дыхание участилось. Вся смелость, которой я набрался за последние пару минут, рассеялась во мгновение ока, и я ощутил, как мои колени стали ватными. Вне себя от страха, я сделал шаг назад, пока звук чужих загов спереди от меня продолжал нарастать. Стоило только чьей-то темной фигуре появиться передо мной, я вскричал от ужаса и свалился на пол. — Ноэль! Я открыл глаза. Передо мной было лицо Тайлера. Походу меня на секунду отрубило, потому что я не заметил, как он подошёл ко мне. Сейчас Тайлер стоял, склонившись надо мной и с удивлением разглядывая мое лицо. — Ноэль, как ты здесь оказался? — он помог мне подняться, и я принялся оттряхивать одежду от сена, которое тут было разбросано повсюду. — Я думал, ты сюда не пойдешь... — Полчаса прошло, твою мать, знал бы ты, как сильно я испугался! — всю былую панику точно рукой сняло. Закончив с одеждой, я выпрямился и недовольно впился взглядом в Тайлера. — Я не нашел котят. Когда я уже хотел уйти отсюда, то оказалось, что все двери, через которые я вошёл, заперты. Короче, я просто уселся и стал ждать, пока сюда кто-то придет, — он вздохнул. — Первым стал ты. — Господи... Давай уходить отсюда. Я не выдержу, если мне придется провести тут ещё хотя бы пять минут. Тайлер улыбнулся и похлопал меня по плечу. — Так мило, что ты пошел сюда спасать меня. Я польщён. Я закатил глаза. — ...Ты не думай себе, это разовая акция. У меня чуть сердце не остановилось, пока я шел сюда. Имей совесть не добивать меня! В ответ он лишь пожал плечами и рассмеялся. — Давай, пора убираться. Боюсь, придется огорчить Мая... Хотя мертвыми котят пока тоже не назовешь. Кроме нас тут никого больше нет. Я бы конечно предложил ещё вместе поискать, но я уверен, что все поиски будут напрасны... — Нет, все. Хрен с котами. Я найду ему других. Тут довольно холодно, ты не замерз? — Только если слегка. Мы пошли к заднему входу, через который вошёл в конюшню я. Сено негромко шелестело под ногами, и это все равно было гораздо приятнее хруста снега. — Ненавижу снег, — прошептал я для себя, Но Тайлер все равно услышал: — К сожалению, зиму ты никак не пропустишь. Терпи, красавица. — Да завались ты. Мы подошли к двери. Слегка толкнув ее рукой, Тайлер сделал было шаг вперёд, готовясь выйти, но она не поддалась. Впрочем, не помогли ей открыться и более сильные толчки, после чего улыбка на лице Тайлера начала медленно сходить на нет. — Блять, серьезно?! — воскликнул он и пнул дверь ногой со всей силы. — Опять? Какого хрена она вообще закрыта во второй раз?! — Когда я сюда заходил, с той стороны ее подпирала доска. Наверное, кто-то увидел что она упала, и снова закрыл дверь... — я с сомнением оглядел доски, из которых она была сколочена. — Нет. Сколько не бей, все равно не откроется. — Твою ты, сука, мать! — в последний раз ударив кулаком по дереву, Тайлер резко развернулся ко мне. — Сил моих больше нет. Теперь мы застряли здесь вдвоем. Просто класс! Нужно срочно искать способ выбраться отсюда, иначе... Иначе... Он по видимому не придумал, что сказать в таком случае, и поэтому замолчал. А я не знал, что и думать. Идиотская ситуация. — Я здесь за всю жизнь в первый раз, так что на меня не рассчитывай. Здесь, у входа, ещё холоднее, чем в стоилах. Вот-вот совсем стемнеет, и зря растрачивать тепло нельзя. Неизвестно, сколько ещё мы тут просидим... Тайлер, поджав губы, засунул руки в карманы куртки. — Тогда идём туда. Ты же понимаешь, что кто-то специально нас тут закрыл? — Понимаю. Но мы же тут вдвоем. Это не так страшно, — я сомневался в своих словах. — Странные у тебя понятия страха... Мы вернулись к стоилам. Окна в конюшне находились очень высоко. Через стекло было видно, как небо постепенно темнеет. Немного пошарив по деревянной стене, я нашел переключатель, и через пару секунду конюшню осветила одинокая лампочка, висящая под потолком на проводе. Только сейчас мне удалось наконец рассмотреть помещение целиком. Висящие на стенах упряжи покрылись сильным слоем пыли, и догаться почему, было нетрудно. в некоторых местах под сеном виднелся каменный пол. Когда-то давно кто-то сказал мне, что в конюшне каждое лето заготавливают сено, и с того момента я никак не мог понять, какой смысл тратить усилия на что-то настолько бесполезное. А потом до меня дошло, что заниматься развратными вещами на каменном полу не хочет никто, м тогда заготовка сена показалась мне не таким уж и глупым занятием. Потолок в конюшне поддерживали несколько балок, висящие горизонтально над полом и имеющие некие подпорки в четырех местах. К одной из них как раз и была приделана лампочка с идущем от нее электропроводом. Она тоже была пыльной, но светила довольно ярко, так что я не жаловался. — Со светом гораздо лучше, — между дела заметил я и запахнул на себе куртку поплотнее.— Давай посидим в стоиле? Лошадей тут все равно нет. — Не нравится мне все это, — покачал головой Тайлер, но все же зашёл вслед за мной в один из загонов. — Я не думаю, что тут есть вода или еда. Просидеть всю ночь здесь было бы плохой перспективой. — Пытаться выломать дверь, безусловно, лучше, — съязвил я. — У нас нет выбора. — У тебя был выбор не идти, — заметил он, садясь со мной рядом. Наши плечи соприкасались, и даже через куртку я чувствовал тепло его кожи. — А теперь мы застряли здесь вдвоем. Ты взял с собой телефон, или что-то в этом духе? — Нет... — Как я и думал. Некоторое время мы сидели молча. Холод сквозил из щелей в стене, и я постепенно понимал, что надолго нас обоих не хватит. Когда выпадает снег, сюда обычно даже взрослые перестают бегать за своими похотливыми делишками. Никто не хочет трахаться в мороз. Отопление тут отсутствовало, и температура внутри отличалась от наружной максимум на несколько градусов. — Слушай... — Тайлер прервал тишину первым. Я невольно вздрогнул. — А может быть такое, что никаких котят в этой всей истории и вовсе нет? Я нахмурился. — Что? Нет. У меня нет причин не верить Маю, а у него нет причин врать. Тем более, я знаю, как сильно он печется о кошках. — В конюшне их нет. Ни живых котят, ни их трупов, тут нет буквально ничего подозрительного. Ты не думал, что кто-то просто хотел заманить тебя сюда с помощью уловки с котятами? По правде говоря, я не думал об этом. Маю я верил во всем. И разве это плохо, верить тем, кого любишь? — Я.... Я не знаю, — я вздохнул. От слов Тайлера появилось чувство какой-то опустошенности внутри. — Я просто хочу думать, что все будет нормально. Не нагнетай, ладно? Краем глаза я заметил, как Тайлер едва заметно растянул губы в улыбке. — Неужели жизнь в секте не научила тебя тому, что предусмотреть все невозможно? Ты поверил Маю, Ноэль. Кому же ещё, если не тебе знать, что его слепота ставит буквально большую часть его слов под сомнение? Что-то внутри больно кольнуло и я отвернулся. — Тогда почему ты пошел сюда, если изначально не поверил? — Потому что ты попросил. И в тот момент я разозлился. Как он, твою мать, может говорить что-то подобное?! — Это не причина. Я не особенный, Тайлер, — слово "особенный" я подчеркнул интонацией. — Ты головой ударился, пока тут один отсиживался? Издеваешься надо мной? Он огорчённо прикрыл глаза, и от этого мне стало ещё хуже. На секунду мне показалось, что на самом-то деле все было зря. Что Тайлер такой же как они, и я возненавидел это чувство в ту же секунду, как смог его осознать. — Нет, эм... — было слышно, как он подбирает слова. — У меня ведь тоже не было причин отказывать тебе, как и у тебя не было причин не верить Маю. Ладно? Я не имел ввиду то, что ты подумал. — А ты как будто знаешь что я подумал... — У тебя на лице написано, идиот. Я закатил глаза. — А может это ты меня сюда обманом затащил, чтобы изнасиловать и убить? М? Кто знает? Между прочим, из моих знакомых тут, самый непроверенный человек это ты. Тайлер наигранно хлопнул себя по лбу и я не смогу подавить улыбку. — Ах епта, вот оно что! Спасибо за подсказку, сам бы я до такого в жизни не додумался. Ты со словами-то поаккуратнее, а то я и всерьез могу воспринять... — Боже. Ты что, из этих? — Из каких? — он озадаченно посмотрел на меня. — Из тех, кто трахает маленьких мальчиков. — Католик типо? — Я про живых маленьких мальчиков. — Тогда я не знаю. Придумай более подходящую ассоциацию. Я задумался. Других ассоциаций на ум не приходило, и чем больше я размышлял над этим, тем быстрее забывал изначальный вопрос. — Ладно, проехали. Тайлер повернулся и довольно посмотрел на меня. И как он в такой ситуации мог выглядеть так спокойно? — Ага. Проехали. Я поежился. Холод начинал пробираться под куртку, и мне стало не по себе. Сидеть в том месте, которое избегал годами, ощущалось очень странно, и в совокупе с некоторыми другими факторами, этого было достаточно, чтобы внутри у меня все съежилось. Тайлер, он ведь по сути никак меня не защитит. Он такой же как я, и если сюда вломятся несколько взрослых сектантов, чьей главной целью окажусь я, Тайлер ничего не сделает. Тем более что оружия у нас все ещё не было никакого. Возможно только подумав об этом, я почувствовал некое подобие отчаяния. Вся эта секта представляла собой лишь золотую клетку для меня и Мари, и защитить нас от всех полученных увечий не мог никто. Если моя судьба — сгнить здесь, то это самая плохая судьба из всех возможных. — Ты чего? — Тайлер осторожно прикоснулся ко мне. Сквозь собственные мысли я едва ли мог слышать его голос. — Хреново выглядишь. Не бойся ты, скоро выберемся отсюда. Тебе же в школу завтра... Даже если придется всю ночь тут просидеть, утром нас точно хватятся. Мои губы отказывались шевелиться, но я все же выдавил из себя ответ: — За ночь мы замёрзнем здесь. Я просто понадеюсь на то, что отец захочет меня видеть раньше. — Эй, если будешь так думать, то все точно будет плохо. Надо мыслить позитивно, — он попытался растормошить меня, но я лишь отмахнулся. — Давай. Нам нужно согреться. Нельзя сидеть на одном месте, пол все тепло вытянет. Нужно ещё раз осмотреть тут все. Я пару раз в жизни пробовал взламывать замок, и если найдем что-то похожее на отмычку, то я могу попытаться. Тайлер встал на ноги и протянул мне ладонь. Я нехотя принял его предложение. Мои руки и ноги уже слегка онемели, поэтому подняться обратно оказалось проблематично, но я все же справился. Пару секунду мы смотрели друг на друга, после чего Тайлер схватил меня за запястье и потащил прочь из стоила. Одинокая лампочка все ещё освещала конюшню ярким светом. Когда я встал прямо под ней, до меня донеслось ее слабое тепло, и несмотря на пронизывающий холод, это было лучше, чем ничего. — Если я не ошибаюсь, здесь есть подсобка, — Тайлер встал рядом со мной и тоже поднял голову вверх, на лампочку. — Нужно проверить там все. Вдруг что-то полезное будет? — Не думаю, что в месте для секса можно найти что-то, не относящееся к этой теме, — я покачал головой. — Хотя... Не знаю. Идём. Тайлер пошел первым, я за ним. Подсобка находилась за углом, и дойдя до нее, Тайлер резким движением распахнул дверь. — Ага, открыта! — победно воскликнул он и зашёл внутрь. Не видно правда ничего... Свет от лампочки едва ли доставал до подсобки, и внутри нее царила непроглядная темнота. Пошарив по стенам, я не нащупал никакого переключателя: — Придется в темноте. Тайлер громко цокнул языком и вышел из подсобки. — Мы там скорее убьемся вдвоем, чем что-то найдем. Но не осмотреть ее мы ведь тоже не можем! Какой-то замкнутый круг получается. — Получается... — задумчиво согласился я. — Жаль, что нельзя отодрать от балки эту лампочку и притащить сюда. Тайлер почесал затылок. — А кстати... Хороший вопрос. Смотря чем она приделана к ней, конечно... Мы вернулись обратно к лампочке. Закрывая глаза рукой от света, я пытался разглядеть тонкую полоску провода, идущего к стене. — Скобы, — уверенно сказал Тайлер. — Но там в некоторых местах провод оголен. Брать его рукой — плохая идея. — Значит не будем. К тому же, она очень высоко. Даже если кто-то из нас подсадит другого, все равно не достать. — И что делать теперь? — Тайлер беспомощно развел руками. — На улице уже совсем стемнело. — Я есть хочу... — я грустно посмотрел на него. — Походу просидим мы здесь ещё долго. — Да нет. Говорю же, не думай об этом.. Мы ещё не всё осмотрели. — Из-за темноты мы можем осмотреть только стоила, — возразил я. — Они все пустые. — Пройдемся по всем. Это гораздо лучше, чем сидеть и помирать от холода. Поверь мне. Тайлер обнадеживающие похлопал меня по спине. Я нервно сглотнул. С каждой минутой мне становилось все хуже, и я искренне завидовал Тайлеру, что он хотя бы был способен делать вид, будто у него все под контролем. — Хорошо. Большая часть стоил действительно оказалось совершенно пустой. Как и сказал Тайлер в самом начале, котятами тут даже и не пахло. Когда я уже собирался выйти из очередного загона, Тайлер резко остановил меня: — Ты видишь это? Я резко обернулся и посмотрел, куда показывал Тайлер. Под сеном на полу лежало что-то зеленое, и подойдя к нему вплотную, я присел на корточки. — Что это? Смахнув сено в в сторону, я увидел банковскую карточку. Она не была новой, и выглядела так, как будто ей активно пользовались. Я недоверчиво прикоснулся к ней, и убедившись, что она не планирую взрываться, взял ее в руки. — Карточка, — прокомментировал Тайлер, разглядывая ее с моих рук. — Чья? — Анна... Кхм... Ви... Вилетова, — читать имя, написанное на латинице, оказалось довольно сложно. — Наверное кто-то из деревни потерял. — Мне это имя ни о чем не говорит, — Тайлер сложил руки на груди. — Тебе, я так понимаю, тоже. — Ага. Оставить здесь? — Нет. Дай мне, я покажу ее Клайду. Он может знать ее. Тайлер взял у меня карту и спрятал в карман. Больше в этом стоиле ничего не было. Побродив по конюшне ещё немного, Тайлер все же признал, что это бесполезно. — Ладно, все. Остаётся только ждать. Сколько мы тут уже сидим? Час? Май должен был понять, что нас нету слишком долго. — Что-то мне уже не хочется ходить, — пожаловался я и опять уселся около стены. — Все. Сил моих больше нет. Это топтание на одном месте только хуже делает. Тайлер встал передо мной. Теперь он тоже выглядел измотанным. — Подождем немного. Потом снова попытаемся... Безвыходных ситуаций не бывает. Я подтянул колени к груди и обхватил их руками. Обстановка здесь сильно давила на меня, и глядя на то, как Тайлер сам опускает руки, уверенности мне не прибавлялось. Спрятав лицо в ладонях, я закрыл глаза и постарался приготовиться к худшему.