Рисунок в технике СЕИ.

Сяо Чжань вышел из офиса как всегда поздно вечером, погружённый в повседневные мысли и заботы. Но едва он шагнул на улицу, его внимание невольно привлекли детали, на которые он обычно не обращал внимания. Тёмное небо украшали золотые нити фонарей, обвивающих фасады зданий. Машины и пешеходы заполняли широкие улицы, создавая неповторимый городской гул. Люди бежали по делам, торопливо пересекая проспект, спеша завершить рабочие звонки или отправляясь на свидания. Вот, человек в очках и с рюкзаком пронесся мимо, не замечая, как распихивает медленно идущих людей. «За ним явно кроется какая-то история. Быть может, он спешит к своей девушке на свидание, или же что-то случилось у него дома». Сяо Чжань любил рассматривать людей вокруг, пытаться угадать их истории, их жизни. Он ощущал себя песчинкой в огромной пустыне. Частью чего-то большого и внушительного. Он такой же, как и все остальные. Незаметный. Куда-то идущий, о чем-то думающий, чего-то хотящий и к чему-то стремящийся. На улицах торговцы разложили свои лотки, источая аппетитные ароматы жареного мяса, свежих фруктов и горячего чая. Теплый воздух был пропитан запахами домашней еды, сладкой выпечки, крепкого кофе и, смешиваясь между собой превращались в тяжелый аппетитный воздух. Неприметные кафе и ресторанчики манили уютом и теплом, привлекая посетителей простым декором и доброжелательной атмосферой. Чжань шёл по асфальту, прислушиваясь к звукам улиц: звон велосипедных звонков, лай собак, шёпот влюблённых парочек, одинокие шаги пешеходов. Дома сияли огнями окон, люди проводили домашние беседы, обсуждали новости и мечты. Он достал свой фотоаппарат, что всегда носил с собой в сумке и сделал несколько кадров. Обычная улица Пекина, такая яркая и насыщенная событиями, звуками, запахами и красками. И черное звездное небо, что проглядывало между верхушек небоскребов, словно исподтишка наблюдающее за копошащимися здесь маленькими человечками. Вернувшись домой, он лёг в кровать, задумчиво глядя в потолок. Бессчётное количество раз он видел этот ночной город, но сейчас, как никогда, осознавал его простую красоту и обычность. Он задумался: «Интересно, что мне приснится на этот раз?» Сон накрыл его мягким облаком. На сей раз ему виделось тёмное помещение, заполненное тяжелым запахом плесени и сырости. Желтоватый мерцающий свет едва прорезал тьму, искажая контуры предметов. Ощущение вязкости, будто пространство сгустилось, не давало свободно дышать. Он сидел на коленях, связанный какими-то невидимыми путами, которые сковали руки и ноги. Почувствовав присутствие другого человека, Чжань повернул голову и увидел фигуру юноши в сиреневых одеждах, стоящего напротив. В мерцающем свете его лицо оставалось неразличимым, лишь тёмные глаза внимательно смотрели на него. Внезапно юноша шагнул вперёд, сжимая в руках тонкий и элегантный меч, сияющий холодным светом. Без слов он протянул руку и нанёс удар. Меч пронзил грудь Чжаня, вызвав острую, нечеловеческую боль, которая распространилась по всему телу. Но самое страшное было не это — Шон почувствовал, как жизнь покидает его, а он не может ни закричать, ни сопротивляться. Страх и паника захлестнули его, но звуки застряли в горле. Силуэты помещения расплывались, стены дрожали, пространство сужалось, пока он не оказался в центре маленькой комнаты, полностью лишённой выхода. Атмосфера безысходности, тяжесть в груди и невозможность двигаться наполняли сердце болью и отчаянием. Сознание ускользало, а перед глазами плясал жёлтый свет, мерцая и создавая ирреальные тени. Паника достигла апогея, и Чжань понял, что это не просто сон — это кошмар, который затягивает его в бездну. Его веки медленно сомкнулись, и он провалился в темноту.