Рисунок в технике СЕИ.

Место, под названием Лэй Сюнлин представляло собой лес. Вот просто-напросто тайгу. Здесь практически не встречались заросли бамбука, как южнее, в Гу Су. Здесь преобладали хвойные деревья, многие из которых возвышались к небу на несколько десятков метров, практически загораживая собой солнце. Внутри леса было относительно прохладно, но в воздухе всегда стояла томная влажность. Весь он был будто окутан зеленым свечением, что придавало ему магический оттенок. Сяо Чжань до сих пор не привык к подобной компьютерной графике, и каждый раз восхищался тем, как природа делает за него его работу. Что-что, а спецэффекты в этом мире были всегда на высоте. Вся делегация клана Гу Су Лань, во главе с Лань Сичэнем и Лань Ванцзы вступила на территорию зеленого с золотом дворца клана Лэй, в котором было запланировано приветственное пиршество. Там уже находилось больше сотни человек, очевидно, что клан Лань прибыли последними. Из тех что он уже знал, Чжань заметил клан Ланьлин Цзинь, которые выделялись своими бежево-золотыми одеждами, и некоторые из которых носили на лбу метку цвета киновари. А также, как он помнил, которые почему-то не ели лесные орехи. Также, сюда прибыли адепты родного клана Вэй У Сяня и Цзян Чэна – Юнмэн Цзяна. Их отличительными особенностями во внешнем виде были светло и темно сиреневые одежды, а на поясах красовались украшения в виде лотоса. Ярким пятном среди всех выделялся клан Вэнь. Их одежды были кроваво-красными, с черными элементами. Их было намного больше, чем пара других кланов, вместе взятых в этом зале. Он слышал о них лишь от Не Хуайсана и Цзян Чэна, но тот трепет и страх, с которым они рассказывали о могущественном клане Вэнь вызывало невольное уважение. Далее, в зеленых одеждах сидели адепты ордена Лэй, как догадался Чжань. На их одеждах красовался герб в виде дерева. Когда все расселись на подготовленные места, в тронный зал вошел человек. Одеяние его также было в лесных зеленых цветах, и он почти сливался с окружавшими его стенами. Сяо Чжань уже видел его однажды. — Я рад впервые приветствовать вас в моем дворце, — прозвучал громко его голос. – Прошу, отведайте для начала еду, и насладитесь дарами наших лесов, а затем поговорим о деле, — закончил он. Лэй Мао был ростом выше среднего, с благородной осанкой и уверенностью, излучавшей силу и достоинство. Его волосы были аккуратно убраны в высокий пучок, закреплённый заколкой в виде корня дерева, увенчанного листом дуба, придающим образу утончённую строгость и природную мудрость. Взгляд был холодным, словно взгляд волка — внимательного и расчётливого. Говорил он уверенно, властно, но в то же время заискивающе-уважительно, без малейшего оттенка высокомерия или унижения. Казалось бы, человек располагающий к себе, но, как только взгляд Сяо Чжаня останавливался на нем, он чувствовал непонятную тревогу, словно холодный сквозняк проносился по позвоночнику, оставляя неприятные мурашки на коже. Что именно в нём вызывало это чувство, Сяо Чжань так и не смог понять. Возле Шона послышался яростный шепот: — Не вздумай здесь выпендриваться, понял меня? – настойчиво проговорил Цзян Чэн, который как-то оказался по правую руку от него, — будь скромным, не выскакивай и не привлекай внимание своими бреднями про кухню! Лэй Мао это тебе не Лань Цижэнь! — Чжань понимающе кивнул и улыбнулся. — Не беспокойся, я постараюсь не ломать устои сразу всех кланов, ограничусь пока только Гу Су. — Цзян Чэн обеспокоенно отвернулся, но сделать что-либо еще он не мог. На закуски подали димсамы с грибами и зеленью - китайские пельмени из тонкого теста и традиционной начинкой из мяса и трав, однако, клан Лэй решил удивить всех дарами леса, что в принципе логично. — Что же, это весьма неплохо, — пробормотал Чжань и Цзян Чэн на него покосился из-за соседнего столика. Далее последовал суп из грибов, с добавлением тофу и лесных трав, жаркое из дичи с соусом из лесных ягод, хвойный ягодный десерт и лесное вино из шишек с орехами. Оно имело приятный еловый аромат, в котором читались нотки фундука, и дополнял его едва кисловатый вкус. Сяо Чжань дернул брата за рукав, обращая на себя внимание: — Цзян Чэн, вот это я понимаю блюда! Не то что пресные отвары в Гу Су Лань, а? — он произнес это чуть громче шепота, от чего сидящий наискосок перед ним человек медленно, но грозно обернулся. Это был ни кто иной, как Лань Ванцзы. Он бросил испепеляющий взгляд на своего друга, но ничего не сказал. И тут случилось то, чего боялся бедный Цзян Чэн. Сяо Чжань встал, и в полной тишине по-армейски проговорил: — Разрешите обратиться! — Он сложил руки в почтительном жесте и повернулся к трону, на котором сидел господин Лэй Мао. — Подойдите ближе, пожалуйста, — приказал хозяин леса, — зал очень большой, боюсь, мне вас не услышать. — Чжань вышел на центральную дорожку зала, покрытую зеленым ковром, и остановился метрах в пяти от трона, поглядывая по пути куда-то в левую часть банкетного зала. Лэй Мао встал с него и медленно подошел к говорившему. — Прошу, — приказал он, наклоняя голову, и сверля взглядом Чжаня, от которого тому стало холодно и неловко. — Прошу меня извинить, но, возможно, вы не заметили одной важной детали. – Начал свою речь Чжань, — посмотрите на столы клана Ланьлин Цзинь. Все их бокалы с вином полные. Ни один из них даже не пригубил напитка, — Лэй Мао прошелся вдоль нескольких столов и убедился, что тот был прав. В огромном зале устоялось гробовое молчание, звуки столовых приборов мгновенно стихли. — Прошу меня еще раз извинить за дерзость, — нарочито вежливо обратился снова Чжань, — но это не говорит об их неуважении к вам, как вы могли ошибочно подумать! — глава клана Лэй снова подошел к нему и встал напротив. — А что же тогда это значит? Цзинь Цзысюань встал со своего места и почтительно поклонился. — Господин Лэй, просим нас простить, но адепты нашего клана не употребляют в пищу лесные орехи. По этой причине мы не можем отведать вашего вина. — Чего мы не можем понять, — продолжил за него его двоюродный брат Цзинь Цзысюнь, поворачиваясь к Чжаню, — так это почему ученик клана Юнмэн Цзян все время сует свой нос в дела других кланов и делает это достоянием общественности! Сяо Чжань уже хотел было сказать в оправдание, что люди с аллергией на что-либо каждый день рискуют своей жизнью. И что-то про то, что перед началом пиршества следовало бы узнать предпочтения адептов кланов, а также есть ли по каким-то причинам запрещенные продукты, чтобы не попасть впросак. Он только собирался открыть рот и выпалить все это, как далеко за его спиной послышался знакомый голос. Человек также подошел ближе к уже собравшейся кучке разноклановых людей. Лань Сичэнь, а это был именно он, также учтиво поклонился и произнес: — Господин Лэй, Вэй Ин сейчас находится под нашей опекой, пока обучается в Гу Су Лань. Он очень трепетно относится к еде. – Тут он посмотрел на опешившего Сяо Чжаня, и продолжил, — так уж получилось, что про особые отношения клана Цзинь с орехами он узнал на наших глазах, а поэтому, в его защиту могу сказать, что за его словами, кроме заботы о своих одноклассниках, ничего не стоит. Вам не стоит винить его в заботе о вас, — обратился он к братьям Цзинь. Снова воцарилось молчание. Цзян Чэн пытался скукожиться и превратиться в дождевого червя, уползти из этого зала и больше никогда не видеть своего брата. Снова он нарушил правила! Снова он влез не в свое дело и посеял хаос! — Только и всего? – раздался громогласный возглас главы клана Лэй. – Внесите вино из лесных трав для клана Цзинь! – приказал он кому-то и улыбнулся. – Затем он посмотрел на Цзысюаня. – Господин Цзинь, простите мне мою неучтивость, я ни коем образом не хотел вас ставить в такое положение. Вино из лесных трав очень терпкое, но не содержит орехов. Надеюсь, вам удастся оценить его по достоинству. — Господин Вэй, благодарю за своевременный сигнал. Вы поступили правильно. – И тут все еще раз поклонились друг другу, и Лань Сичэнь с «Вэй Ином» пошли в конец зала на свои места, а Лэй Мао вернулся на трон и принял задумчивый вид. Когда трапеза была закончена, глава лесного клана снова встал. — Сейчас вас отведут в ваши комнаты, а завтра в девять утра начнется наше соревнование. Чей клан наберет больше всего духов в свои ловушки – победит. Клан Гу Су Лань прибыл к нам со своими учениками из других кланов, поэтому, думаю, будет справедливо, если каждый ученик будет представлять свой родной дом, — на этом откланялся и вышел прочь. Все начали выходить из зала вслед за его главой, но Сяо Чжань остановил Сичэня за рукав. — Первый Господин Лань! – окликнул тот его, — можно вас на минутку? — Стоявший рядом с братом Лань Ванцзы обернулся вполоборота и остался терпеливо ждать его на месте. — Не стоило вам меня защищать, — проговорил Чжань Сичэню. К его удивлению, Первый Нефрит клана Лань снисходительно улыбнулся. — Простого «спасибо» было бы достаточно. Пожалуйста, помните о том, что я вам говорил о балансе на лезвии ножа. Я не смогу каждый раз приходить вам на помощь, когда вы будете встревать в подобные ситуации. Не все мысли нужно озвучивать, и не любая правда становится благодетелью в неумелых устах, — дал он еще один совет Чжаню, и, поравнявшись со своим братом, вышел из зала. Комната, в которой поселились Сяо Чжань и Цзян Чэн, выглядела как лесное убежище. Потолок подпирали колонны в виде сухих деревьев с раскидистыми ветвями, сквозь окна и отверстия в потолке и стенах прорастал плющ, и затягивал собой безликие стены. В спальне царила приятная прохлада, смягчавшая дневную усталость. Чжань расположился на своей постели, размышляя о событиях прошедшего дня. Цзян Чэн, сегодня был немногословен, предпочитая отдохнуть. Однако в комнате установилась такая тишина, что Шон не выдержал и решил завести разговор. — А-Чэн, — начал он, аккуратно подтягивая на себя одеяло, — тебе снова было стыдно за меня? Цзян Чэн слегка повернул голову, внимательно посмотрев на младшего брата. — Ты слишком часто лезешь не в своё дело, — спокойно ответил он. — Это выглядело невежливо и неуместно. Сяо Чжань улыбнулся, вспоминая произошедшее на пиру. — Но ведь я действовал в интересах клана Цзинь, — пояснил он. — Если бы люди клана Цзинь выпили вино с орехами, это могло бы плохо закончиться. Аллергия на орехи — серьёзная угроза, и кто знает, как бы всё обернулось. Цзян Чэн нахмурился, но не был убежден аргументом. — А если бы ты промолчал? Они и так его не пили. Какое вообще тебе дело до клана Цзинь? — продолжал Цзян Чэн. — Лэй Мао расценил бы это как проявление неуважения к его гостеприимству. Гораздо разумнее было предупредить их о возможных последствиях. И мне есть дело до всего, что касается здравомыслия. Как я мог остаться в стороне? Цзян Чэн промолчал, явно неудовлетворённый ответом. — Ладно, оставим это, — сказал он, укрываясь одеялом. — Устал сегодня, отдохнём, а завтра посмотрим, что принесёт нам ночная охота. Сяо Чжань кивнул, осознав, что Цзян Чэн просто не хотел ругаться в очередной раз, но понимания поступков Шона у него абсолютно не прибавилось.