Рисунок в технике СЕИ.

Неделю назад: … — Цзян Чэн, еще раз смотри, — объяснял ему Чжань во второй раз. Твое кольцо прячет в себе саму молнию. Разряд такой мощи, что ты сам его едва контролируешь. Я придумал как его разделить в бою на всех. — Смотри: Так как молния это ничто иное как электрический разряд, то при твоем содействии и определенном заклинании, мы можем поместить частичку этого разряда в мечи наших воинов. Его силы и мощи не хватит, чтобы ослабить тебя и Цзыдянь или нанести противнику непоправимый вред, но это сможет точно вывести много человек из строя. Да так, что они не смогут биться. Несколько минут каждый! — Как это возможно? — Вот, смотри, — сказал Чжань. Он открыл один из ящиков, что стояли по периметру зала дворца. В нем лежали ткани для одежд, а также некоторые обрезки, которые могли пригодиться в будущем. Он взял два неровных кусочка, подошел к столу и продемонстрировал их брату. Затем быстро потер кусочек шерсти о кусочек шелка. Закончив, он осторожно прикоснулся шелковой тканью к тыльной стороне ладони Цзян Чэна. Почти мгновенно тот почувствовал удар током, от которого невольно отдёрнул руку. — Ух ты! — воскликнул Чэн, изумлённо смотря на ладонь. — Что это было? Сяо Чжань улыбнулся: — Это статическое электричество. Шерсть, трение и шёлк создают заряд, который переходит на твою кожу, вызывая легкое покалывание. Цзян Чэн задумчиво посмотрел на ткань: — Это что за магия такая? — Ну… В далеком будущем это назовут электростатикой, но я не буду обременять тебя научными терминами. Представь, что такой разряд, а точнее в сто раз сильнее, ударит каждого противника, до кого дотронется заряженный меч! — Звучит и впрямь сложно. Как же мы это сделаем? — В нашем случае это не статическое электричество, а разряд молнии. Он в миллионы раз сильнее. Если ты приложишь всю имеющуюся в тебе силу, ты сможешь сотворить удар такой силы, что он рассечет каменную скалу! Но делать мы этого не будем, иначе после первого удара ты в изнеможении просто упадешь на землю. — И как это провернуть тогда? — Я, конечно, мало чего знаю об электричестве, но все же школьные уроки не прошли даром. Кое-что да помню. Спустя сутки им все же удалось найти нужное заклинание для временного раскола силы молнии. Эффект длился до тех пор, пока хозяин источника электричества не произнесет ответное заклинание и вся сила снова не вернется в кольцо. Им повезло, что книга этого ценнейшего артефакта находилась на запретном этаже библиотеки Юнмэн, бережно оставленная там мадам Юй. Из нее то они и почерпнули, что силу молнии можно передавать, усиливать или ослаблять, а также множество других функций, которыми впоследствии Цзян Чэн зачитывался целую ночь. Ученики и опытные адепты клана, все выстроились в ряд, перед троном форме лотоса. Цзян Чэн и Сяо Чжань придумали систему, благодаря которой можно было, не касаясь кольца, передать энергию остальным. Они положили на тумбу Саньду, меч Цзян Чэна, в который уже передали часть электроэнергии кольца. Воинам оставалось лишь дотронуться своим клинком до лезвия Саньду, стоя под талисманом передачи, и они получали порцию заряда для своего клинка. Чтобы никто не жульничал, они ввели правило трех секунд. Чжань заколдовал одну из своих нефритовых палочек так, что она сама отстукивала три удара по бамбуковому тубусу каждую смену людей. Подходили по четыре человека, чтобы не было столпотворения. И также быстро отходили, когда слышали третий удар палочки. Разумеется, после этого действия, никто не подумал, что ученики пойдут биться на мечах и начнут друг друга калечить. А некоторые даже специально касались друг друга лезвиями для потехи. Сяо Чжань сразу понял свою ошибку и приказал всем сделать для своих мечей блокировку в виде двух деревянных брусков, и прикрепить их к основанию своих лезвий. — Сухое дерево или бамбук не проводит ток, — объяснил Чжань на вопросительный взгляд брата. Цзян Чэн также добавил, что если он увидит кого-то в Юнмэне, кто не воспользовался блокировкой или кто вредит остальным ученикам – отберет у каждого меч до самого их похода. Никто не хотел лишаться своего духовного оружия, а потому беспорядки сразу прекратились. — Это гениальная идея на самом деле, Чжань. Спасибо, — сказал вдруг Цзян Чэн, когда процедура была завершена. — У меня в запасе много подобного, — подмигнув, ответил Шон. Сигналом к действию послужил звук Фэн Линя. Он означал, что все должны были снять деревянный блокировщик и пустить в ход свои заряженные мечи. Противник явно не ожидал такого эффекта. Видя, как ближние ряды оцепления беспомощно корчатся на земле, большая часть красной толпы начала отступать назад, чем вызвала гнев их предводителя. — Никчемные придурки! – орал он на своих людей, все еще стоя поодаль. – Закидывайте их мечи тряпками! Не дайте коснуться себя! Сяо Чжань почти свесился с перил, наслаждаясь своей работой сверху. Внезапно, за своей спиной он услышал лязг клинка и звук падающих тел. Он обернулся. На входе стоял Лань Ванцзы. В ножны, что он держал в руке, только что влетел Бичэнь. У его ног валялось два обезглавленных человека. — Лань Чжань! – просиял Шон. – Ты вернулся! — Мгм. Сяо Чжань снова выглянул вниз и увидел голубую реку из адептов клана Гу Су Лань, которые тут же начали тушить черно-красный солнечный костер клана Вэнь. Их было около двух тысяч, и они ровным строем, возглавляемые Лань Сичэнем, начали биться бок о бок с подопечными Юнмэн. — Ну что, Цзян Чэн, — проговорил он, стоя спиной к главе клана лотосов, — Вместе до конца? — До конца! Взревел голос Не Минцзюэ, который каким-то образом оказался рядом с ними. Он был с ног до головы испачкан в крови, но лицо его горело жаждой победы и несокрушимым сиянием битвы. — С такими друзьями, — перекрикивая лязг мечей, — Не страшно и до конца! – закончил Цзян Чэн и хлестнул Цзыдянем по спинам убегающей четверки красных. Сражение длилось еще несколько часов, и поле битвы перенеслось уже в сам Безночный город. Клану Вэнь отступать уже больше было некуда. Горы трупов их собратьев уже лежали на огромной широкой лестнице, и на подступах к их воротам, и перед дверями самого дворца. Они были везде. В последний раз красно-черное солнце озарило эту землю своим светом. А далее их ждет полное забвение. Ни похорон, ни почестей, ни имен, ни флагов. Все, кто сегодня поднял мечи против трех величайших орденов неизменно падут. Цзян Чэн нагнал Вэнь Чао посреди поля боя. Его молния Цзыдянь, подобная ожившей змее, мгновенно обвилась вокруг туловища противника, надежно фиксируя его движения. — Довольно бегать, — прорычал Цзян Чэн, с ненавистью глядя на пленника. — Твоя участь решена. Вэнь Чао, презрительно улыбнулся: — Я не буду просить пощадить меня, но знаешь что? … Перед смертью твои родители умоляли о пощаде. Голоса их были жалобны и слабы, совсем не героичны. Ты хочешь услышать, как они просили о милосердии? Мой друг мне всё рассказал! Услышав эти слова, Цзян Чэн почувствовал, как его сердце пронзил ледяной холод. Негодование, ярость и боль смешались в единую бурю эмоций, угрожая взорвать его изнутри. Он утратил контроль над Цзыдянем, и хлыст начал беспорядочно мерцать, ослабляя хватку. — Заткнись! — прорычал Цзян Чэн, но внутренний голос кричал, требуя подтверждения этих слов. Вэнь Чао издевательски усмехнулся, радуясь, что сумел добраться до уязвимой точки противника. В этот момент на поле боя зазвучала мягкая мелодия гуциня и ритмичной флейты. Звук нежно проник в сознание Цзян Чэна, разгоняя туман ярости и боли. Медленно дыша, он восстановил контроль над собой и своим Цзыдянем. Мерцание хлыста прекратилось и загорелось с новой силой. Его лицо приобрело жёсткое, расчётливое выражение. — Ты думал, что эти слова выведут меня из себя? — спокойно спросил Цзян Чэн, он даже не достал из ножен свой меч. — Ты переоценил себя, Вэнь Чао. Он сконцентрировался, сотворил короткое заклинание, и все частички молнии, отданные ранее в пользование другим адептам, вернулись обратно в кольцо Цзыдянь. Серебристое украшение на его пальце заискрило яркими вспышками. — Посмотрим, насколько силён твой дух, — тихо произнёс Цзян Чэн, глубоко вдохнув. Хлыст мгновенно активизировался, наполняясь мощностью накопленной энергии. Холодно оценив противника, Цзян Чэн поднял руку, и Цзыдянь вспыхнул яркой вспышкой. В мгновение ока мощнейшая сила кольца вышла наружу. Чэн сосредоточил весь свой гнев и концентрацию в хлысте, обвивающем тело Вэнь Чао. Его глаза раскрылись, дух был так чист и полон уверенности, что Цзыдянь призвал настоящую молнию. Сами небеса сегодня были на его стороне. Яркая вспышка осветила поле, бой мгновенно замер, все воины обеих сторон ошарашенно уставились на площадь перед дворцом, где в центре круга стояло тело Вэнь Чао, испепеляемое ослепительной молнией. Он не успел даже вскрикнуть — тело его мгновенно почернело, источая запах жжёной плоти, и рассыпалось в чёрный пепел, оставив после себя лишь пару почерневших кусков металла, которые ранее были доспехами. Повисла абсолютная тишина. Красный лагерь, только что наблюдавший убийство своего лидера, пребывал в шоковом состоянии. Солдаты Вэнь замерли, затем начали нервно переглядываться. Один за другим, они начали скидывать оружие и опускать головы в знак капитуляции. — Умереть достойно ты не смог, — тихо произнёс Цзян Чэн, отворачиваясь от темного пепла. Силы его были на исходе. Глава Цзян медленно пробирался сквозь разгромленную армию клана Вэнь, тщетно пытаясь осознать масштаб произошедшего. Глаза его расширились, когда в центре ликующей толпы он заметил знакомый силуэт. Это был Не Минцзюэ, стоящий с характерной насмешливой улыбкой на губах. Он держал в руках что-то круглое, похожее на трофей, и Цзян Чэн внезапно понял, что это такое. Это была голова Вэнь Жоханя, бывшего лидера клана, глава Не держал ее на вытянутой руке, схватив за длинные черные волосы. Подняв голову над толпой, Не Минцзюэ продемонстрировал свою добычу всем участникам битвы. Солдаты Юнмэн и союзных кланов издали торжествующий рев, приветствуя победу. Цзян Чэн почувствовал, как адреналин и облегчение охватывают его тело. Пришло осознание, что клану Вэнь действительно пришел конец. Тем временем Не Минцзюэ небрежно бросил голову в сторону и направился к Цзян Чэну, улыбаясь. — Ты видел, как я его обезглавил? — с гордым видом спросил он. Цзян Чэн ободряюще кивнул, стараясь скрыть потрясение. Он до сих пор чувствовал тот гнев, который чуть было не завладел им при виде Вэнь Чао. Ему предстояло долго и упорно работать, чтобы сдержать влияние Цзыдяня. Но сегодня его гнев был усмирен. Благодаря его союзникам. Он посмотрел куда-то вверх, на сторожевую башню. Снизу он не мог видеть, что там происходит, но он понял, что сегодня произошел очень важный и нужный момент. Он не просил о помощи. Он не кричал и не требовал, и никого не звал. Но помощь пришла. Эта битва была целиком и полностью его. И все что угодно могло пойти не так. Но не пошло. Помощь пришла в лице чужака по имени Сяо Чжань, что разгуливает в теле его брата и Второго Нефрита клана Гу Су Лань – Лань Ванцзы.