Разве демон может любить?

Примечание: Йоу пупсы. Я тута. Глава чуть задержалась так как вчера был занят пипец и не было ваще времени. Сорянчик). Ну а теперь приятного чтения) ===================================== - Лихорадка отступила лишь на исходе третьих суток, оставив после себя свинцовую тяжесть в костях и жуткую, звенящую тишину в голове. Наруто очнулся от резкого слабого удара. Кадзу бесцеремонно пнул его в здоровое бедро носком стоптанного сапога. В лачуге пахло прогорклым жиром, кислым дымом самосада и сыростью, которая, казалось, пропитала сами стены. — Вставай, коноховец. - Голос старика эхом прозвучал в ушах блондина. — Либо ты сейчас заштопаешь это гнильё на предплечье, либо я выкину тебя в болото до заката. Мне лишнее мясо в доме не нужно, тем более несвежее. - Наруто с трудом разлепил веки. Левый глаз почти не открывался ведь веки слиплись от засохшей корки сукровицы(прозрачная или желтоватая тканевая жидкость с примесью крови, выделяющаяся из ран, царапин или воспаленных тканей) и дорожной пыли. Он попытался опереться на правую руку, но та отозвалась пульсирующим взрывом боли, от которого перед глазами заплясали багровые пятна. Порез от ножа нукенина, который раньше затянулся бы за пару минут под ленивым присмотром Курамы, теперь выглядел пугающе: края раны посинели, кожа вокруг натянулась и лоснилась от воспаления. — У меня... нет мазей... - Прохрипел Наруто, чувствуя, как распухший язык прилипает к нёбу. — У тебя есть зубы, чтобы терпеть. - Кадзу поставил перед ним жестяную кружку с кипятком, в котором плавали серые хлопья неочищенной соли, и обломок иглы с намотанной на неё суровой жилой. — Промой солью. Выжги заразу. А потом шей. Живым мясом, пацан, без сантиментов. - Наруто посмотрел на кружку. Его пальцы дрожали мелкой, противной дрожью. Океан чакры внутри сильно мешал заглушить боль ощущаясь запертым в узких, забитых шлаком трубах. Малейшая попытка направить каплю энергии, чтобы унять тремор, отзывалась болезненным спазмом в кисти. Бывшего контроля уже не было. Он зубами сорвал остатки повязки, обнажив рану. Запах гнили ударил в нос, вызывая рвотные рефлексы. Наруто зачерпнул ладонью соляной раствор и, зажмурившись до хруста в челюсти, плеснул его прямо на мясо. Мир на мгновение перестал существовать. Наруто выгнулся дугой, его горло выдало сухой, надрывный хрип, который тут же оборвался резким кашлем сломанное ребро напомнило о себе, вонзившись в край легкого. Боль была такой нечеловеческой, что он на несколько секунд потерял сознание. — Хорошо. - Бесстрастно обронил Кадзу, пуская облако едкого дыма из трубки. — Значит, не сдохнешь. Теперь работай иглой. - Наруто чуть очухавшись взял иглу. Руки всё ещё ходили ходуном, а взгляд был расфокусированным. Первый прокол. Кожа сопротивлялась, игла входила туго, с противным, влажным хлюпаньем. Наруто закусил губу до крови, концентрируясь на каждом движение. Он видел, как жила проходит сквозь его плоть, стягивая рваные края. Один стежок. Второй. Пятый. Его пот капал на пол, смешиваясь с кровью. Каждый узел стоил ему колоссальных усилий воли. Когда последний стежок был затянут, Наруто откинулся на стену лачуги, хватая ртом воздух. Его трясло от озноба(субъективное ощущение холода, сопровождающееся мышечной дрожью и спазмом сосудов кожи для согревания организма). Он посмотрел на свой уродливый, багровый шов. Это была его первая победа без посторонней помощи. Без "стабилизаторов". Без чудес. — Я закончил. - Выдохнул он, глядя старику в единственный глаз. — Ты только начал, щенок. - Кадзу сплюнул на земляной пол. — Ты лишь зашил дырку в шкуре. Пора тебе учится быть самостоятельным. - С этими словами старик прихватив иглу и кружку покинул лачугу оставив Наруто на едине. - Шов на предплечье тянул кожу, напоминая о себе при каждом неловком движении, но жар наконец-то отступил. Следующие два дня Наруто провел в липком, тяжелом полузабытьи. Он не спал, но и не бодрствовал он прислушивался к тому, как его собственная чакра, лишенная привычного "русла", медленно остывает внутри каналов, превращаясь в запоры внутри чакро каналов. Контроль он похерил знатно и ему долго ещё придётся возвращать его. Кадзу почти не разговаривал с ним. Старик лишь изредка швырял на солому кусок черствого хлеба или ставил кружку с мутной водой, молча наблюдая за тем, как "коноховец" пытается вернуть себе человеческий облик. На седьмое утро Наруто впервые смог встать, не хватаясь за стену. Его ноги, обмотанные жесткими тряпками, пропитанными смолой и дегтем, ощущали холод земляного пола неестественно остро. Без мягких сандаль шиноби мир казался колючим и враждебным. — Долго засиживаться вредно. - Прохрипел Кадзу, не оборачиваясь. — Либо ты выйдешь сам, либо плесень сожрет тебя раньше, чем нукенины. Иди. Пройдись по округе. - Наруто накинул на плечи серый, дырявый плащ и шагнул за порог. "Гниль" встретила его чавканьем грязи и едким туманом, который лип к лицу, словно мокрая паутина. Он шел медленно, опираясь на суковатую палку. Мир вокруг казался серым и плоским. Без Курамы он чувствовал себя не просто одиноким он чувствовал себя никем. Он миновал ряд покосившихся лачуг, когда у него в голове что-то "щёлкнуло". Это не был звук шагов или крик. Просто в какой-то момент пространство за его спиной внезапно "сгустилось". Наруто не успел подумать, его разум не успел обработать информацию, но тело, измученное неделей боли и запертое в режиме выживания, сработало само. Тонкий, ледяной укол страха прошил позвоночник. В ту самую секунду, когда ржавый нож, пущенный из тени умелой рукой мародера, должен был вонзиться ему между лопаток, Наруто резко, почти судорожно качнулся в сторону. Стальное лезвие с противным свистом рассекло воздух там, где мгновение назад была его спина, и со звоном вонзилось в гнилой столб ближайшего сарая. Наруто замер, хватая ртом холодный туман. Сердце бухало в ушах, как военный барабан. Он не видел нападавшего глазами, но он почувствовал его присутствие. Неподвижная, тяжелая тень сзади, за штабелем досок. Наруто ощущал тепло этого человека, его сбитое дыхание и то, как его пальцы судорожно тянутся ко второму ножу. Пространство вокруг него внезапно наполнилось деталями, которых не было раньше. Всё, что было дальше определенной невидимой границы, оставалось серым туманом, но внутри этого негласного круга Наруто чувствовал всё. И стены домов, и лужи и крыс пробегающих под лачугами. Неизвестный, явно не ожидавший такой реакции от "ходячего мертвеца", замешкался на долю секунды. Этого было достаточно. Наруто не стал вставать в стойку и выкрикивать угрозы. Он скользнул в сторону тени, увернувшись от ещё одного ножа. Боль в ребре полоснула огнем, но он лишь крепче сжал зубы. В его руке, словно сама собой, оказалась заточка, которую он точил ночами. Один короткий удар рукоятью в висок и нападавший мешком осел в грязь, даже не успев вскрикнуть. Наруто стоял над ним, тяжело дыша и глядя в пустоту. Наруто не стал обыскивать бедолагу. Он просто выдернул нож из столба дешевая сталь, зазубренная и пахнущая ржавчиной, но в руке лежала надежнее, чем обломок напильника. Спрятав его под плащ, он двинулся дальше, стараясь не хромать слишком заметно. Туман в "Гнили" был таким густым, что лачуги казались просто грязными пятнами, но теперь внутри Наруто что-то постоянно "зудело". Это было очень непривычно. Он шел по узкому проходу между сараями и то и дело останавливался. Это новое чувство давало ему возможность... Сканировать пространство? Это не было похоже на навыки сенсора которые им объяснялись в академии. Он закрыл глаза и замер. Слева, за грудой дырявых бочек, кто-то возился. Наруто сделал два шага назад ощущение присутствия стало размытым, почти исчезнув. Сделал шаг вперед и снова четко чувствовал. Он повторил это еще пару раз, прикидывая расстояние на глаз. — Пять шагов... Ну, может, чуть больше. - Прошептал он. — примерно пять метров. Дальше я слепой. - Он вышел к центру поселения, где у костров из старого мусора грелись те, кому некуда было идти. Наруто пристроился с краю, в тени развалившейся телеги. Он сидел тихо, накинув капюшон и спрятав руки в рукава. Его чакра, которую он теперь давил изо всех сил, не выдавала его, и для местных он был просто очередным бродягой, доживающим свои последние дни. У костра сидели трое. Один из них, с гнилыми зубами и в обрывках жилета шиноби Травы, громко ржал, размахивая бутылкой. — Да я тебе говорю, Клык и его банда сейчас короли! - Выкрикнул он, сплевывая в огонь. — Видел бы ты его рожу. Он этот протектор с листом нацепил прямо на пояс, вместо пряжки. Орал на всю округу, что пацан-коноховец сдох в канаве и даже не пискнул. - Наруто почувствовал, как внутри него что-то кольнуло. Он определённо был намерен отомстить. Его вещи, его деревня всё это сейчас было темой для шуток у костра в самой глубокой дыре мира. Ребро отозвалось ноющей болью, напоминая, что он всё еще слаб. — И где они зарылись? - Спросил другой, жадно глядя на бутылку. — В старой шахте у Трех Гор. Там заброшенные штольни, тепло, и жратвы у них теперь завались. Клык сказал, в рюкзаке того щенка были конохские пайки и пилюли, от которых даже мертвый встанет. Собираются там неделю отсидеться, пока всё не утихнет, а потом двинут к Облаку свитки загонять. За техники Листа там кучу бабла отвалят. - Наруто слушал, запоминая каждое слово. Шахта у Трех Гор. У него было пару дней, не больше. Он медленно поднялся. Один из жителей мазнул по нему мутным взглядом, но Наруто просто ссутулился еще сильнее и заковылял прочь. Для них он был пустым местом. Вернувшись к Кадзу, он застал старика за чисткой какой-то подозрительной рыбы. — Нашел их? - Буркнул тот. — В шахте у гор. -Наруто сел в свой угол и достал заточку. — Клык носит мой протектор на поясе. Кадзу хмыкнул, не оборачиваясь. — Пойдешь туда сдохнешь. Твоя рука еще дрожит, а ребро хрустит при каждом шаге. Ты их даже не поцарапаешь. — У меня есть свои тузы в рукаве... Которые я больше не побоюсь использовать. - Наруто посмотрел на свою ладонь. — Мне просто нужно научиться бить точнее. - Весь следующий день он не выходил из лачуги. Он лишь занёс внутрь большой плоский камень и пытался сделать в нем дыру. Это было чертовски больно. Раньше чакра просто взрывалась, когда он бил по стене, но теперь он пытался сжать её в одну точку. Первые попытки были провальными. Он просто отбивал себе ладонь, а чакра разлеталась во все стороны, обжигая кожу. Наруто шипел, тряс рукой, вытирал кровь, текущую из носа от перенапряжения, и пробовал снова. К вечеру, когда рука уже почти не чувствовалась от онемения, у него получилось. Тюк. Короткий звук, похожий на удар молотком по долоту. Наруто убрал руку. В камне осталась небольшая, рваная, но глубокая дырка. Не идеальная, но если ударить так в грудь человека кости просто превратятся в кашу. — Сойдет... - Выдохнул он, вытирая пот со лба грязным рукавом. Правая рука висела плетью, но внутри было странное спокойствие. Теперь он знал, что может убить. И он сделает это. Завтра он уйдет из Гнили. Дождь как раз обещал быть сильным в такую погоду даже собаки не лают, не то что часовые у шахт. Ночь выдалась паршивой, как раз такой, какую Наруто и ждал. Небо над "Гнилью" окончательно прохудилось, обрушивая на лес потоки ледяной воды. Ветер выл в кронах деревьев, заглушая любые случайные звуки, а туман от болота смешивался с водяной пылью, превращая мир в серую кашу. Наруто вышел из лачуги, не прощаясь. Кадзу просто кивнул ему, не отрываясь от своей трубки, и этот сухой жест стоил больше, чем любые напутствия. Ноги в дегтярных обмотках почти не скользили по размокшей глине. Наруто двигался медленно, прижимая локоть к сломанному ребру. При каждом резком выдохе оно всё ещё неприятно ныло, напоминая, что он не в лучшей форме. Путь к Трем Горам занял почти три часа. Без привычных прыжков по веткам, которые сейчас отозвались бы адской болью в груди, ему приходилось продираться сквозь кустарники и обходить глубокие лужи. Но заточка в рукаве и трофейный нож за поясом придавали уверенности. Когда он подошел к подножию, его недо-сенсорика начала работать на полную. В лесу это ощущалось иначе, чем в поселении. Здесь не было стен, только хуева туча веток и камней. В какой-то момент Наруто замер, не донеся ногу до земли. Он не видел растяжку в такой темноте это было практически невозможно. Но он почувствовал её. Тонкая, едва уловимая вибрация воздуха, натянутая нить, которая пересекала его невидимый купол. Если бы он сделал еще полшага, взрывная печать на другом конце нити поднял бы на ноги всю банду. — почти Попался... - Прошептал он, аккуратно перешагивая ловушку. Сенсорика работала рывками, выматывая его не хуже спорта. Ему приходилось постоянно "давить" свою чакру внутрь, чтобы не светить на всю округу, и одновременно держать периметр открытым. Голова начала гудеть, а в висках застучала кровь. Вход в шахту "Черный Клык" показался внезапно. Это был рваный пролом в скале, укрепленный балками. Снаружи, под навесом из еловых веток, сидел первый часовой. Он съежился от холода, натянув капюшон на самые глаза, и пытался разжечь маленькую горелку, чтобы согреть руки. Наруто замер в шести метрах от него, за широким стволом сосны. Сердце колотилось в горле. Ему нужно было подойти ближе, не издав ни звука по этой хлюпающей грязи. Он дождался очередного порыва ветра, который с шумом встряхнул ветви деревьев, и сделал два быстрых, плавных шага. Наруто осторожно достал свою заточку. Разбойник даже не шелохнулся. Он был уверен, что в такую погоду никто не придет из леса. Наруто не стал использовать УХС это было бы слишком громко и возможно при использовании он был не смог сдержать чакру. Он просто сократил дистанцию и, зажав рот противника левой рукой, быстрым, коротким движением вогнал заточку под основание черепа. Часовой только дернулся, мелко засучив ногами по грязи, и затих. Наруто медленно опустил тело на землю, стараясь, чтобы броня не лязгнула о камни. Руки парня дрожали. Толи от холода толи от страха. Он вытер окровавленную заточку о плащ убитого и посмотрел вглубь шахты. Там, в глубине коридора, мерцал слабый свет костра и слышались приглушенные голоса. — "Один готов. Осталось трое" - Подумал он, делая шаг в темноту штольни. Внутри шахты пахло сырым камнем и жареным мясом. Его вещами. Его едой. Ярость, которую он так долго сдерживал, начала медленно подниматься со дна сознания, но Наруто жестко задавил её. Сейчас ему нужна была не ярость, а холодный ум. Он должен убить их всех. Он двигался вдоль стены, касаясь пальцами мокрого гранита. Его сенсорика теперь сканировала пространство впереди. Каждый поворот, каждая ниша он прощупывал их, прежде чем высунуть голову. Впереди показался расширяющийся зал. Там, вокруг костра, сидели остальные. Главарь Клык, огромный детина с сальным лицом, действительно носил протектор Конохи на поясе. Металл тускло поблескивал в свете пламени. Рядом с ним на ящике лежал рюкзак Наруто распотрошенный, со вспоротыми боковыми карманами. Они смеялись. Главарь что-то рассказывал, размахивая куском вяленого мяса из армейского пайка. Наруто остановился за последним выступом скалы. До цели оставалось метров десять. Трое врагов. Все бухие, расслабленные, но всё еще опасные. Его правая рука непроизвольно сжалась в кулак, и он почувствовал, как чакра начинает собираться в центре ладони, готовясь к тому самому "тюку".Наруто прижался спиной к холодному, склизкому камню, сдерживая дыхание. В груди всё еще неприятно тянуло, а сердце билось так сильно, что казалось, что оно сейчас из груди выпрыгнет. Но в пяти метрах перед ним мир был абсолютно прозрачен. Он видел как один из разбойников чешет затылок, и как Клык, вальяжно откинувшись на ящик, перекладывает тяжелый тесак с колена на землю. — ...и я говорю ему: "Слышь, урод, этот щенок из Листа даже не понял, что его срубило!" - Клык зашелся хриплым кашлем, который тут же перешел в хохот. — А вы видели его рожу, когда я забрал эту жестянку? Он смотрел на меня так, будто я у него мать родную отобрал. - Разбойники заржали. Один из них, тощий тип с татуировкой на шее, потянулся к рюкзаку Наруто и выудил оттуда запечатанный свиток. — Слышь, босс, а если мы не сможем это вскрыть? Говорят, коноховские печати могут и пальцы оторвать. — Не ссы, в Облаке спецы найдутся. - Клык лениво сплюнул в огонь. — Наше дело доставить товар. А пацан... пацан сейчас, небось, уже червей кормит в той канаве. Туда ему и дорога. - Наруто закрыл глаза на секунду. Ярость больше не обжигала она превратилась в лед. Он не думал о том, что это убийство. Он думал о том, что это чистка. Избавление мира от мусора, который посмел тронуть его вещи. Он начал движение. Медленно, по метру, он вышел из-за угла. Дождь снаружи заглушал всё, а треск костра внутри шахты создавал идеальный шумовой фон. Наруто шел босиком по мокрому граниту, и его дегтярные обмотки липли к камню. Девять метров. Семь. Шесть. Пятерка. Смотря в затылок тощего, который сидел ближе всех к выходу. Он чувствовал тепло костра и то тошнотворное амбре перегара, которое исходило от бандитов. Тощий внезапно замер. Видимо, какой-то первобытный инстинкт шепнул ему, что тень за спиной лишняя. Он начал медленно поворачивать голову, но Наруто уже не прятался. - Рывок. - Прежде чем тощий успел хотя бы открыть рот, заточка вошла ему точно в горло. Наруто придержал его обмякающее тело, плавно опуская на пол, и в ту же секунду второй разбойник, сидевший напротив, вскочил, опрокинув кружку. — Чт... Ты?! - Его глаза округлились от ужаса. Перед ним стоял "мертвец" бледный, осунувшийся, с пустым взглядом и окровавленным шилом в руке. — Мразь! - Взревел Клык, хватаясь за тесак, но Наруто был быстрее. Он не стал фехтовать. Он проигнорировал второго бандита, который судорожно пытался вытащить нож из ножен, и сосредоточился только на одной цели. На сверкающей пластине протектора, которая была прицепена к поясу главаря. Клык замахнулся огромным лезвием, намереваясь разрубить пацана надвое, но Наруто нырнул под удар. Боль в ребре полоснула каленым железом, выбивая воздух, но он лишь сильнее сжал правый кулак. Он сосредоточил чакру, весь тот "океан", который он сжимал под замком, в одну секунду устремился к его ладони. Он просто коснулся груди Клыка центром ладони, прямо там, где под кожей и плотью билось его сердце. — УХС. - Выдохнул Наруто. Тюк. - Звук был коротким. Но эффект был чудовищным. Узконаправленный импульс чакры, сжатый до размеров иглы, прошил кожаный доспех Клыка, как бумагу. Энергия не взорвалась снаружи она сдетонировала внутри грудной клетки. Раздался глухой хруст ломающихся ребер, и Клык, чьи глаза внезапно наполнились кровью, застыл на месте. Его рот открылся в беззвучном крике, а тесак со звоном выпал из ослабевших пальцев. В центре его груди зияла небольшая, идеально круглая дыра, из которой даже не сразу пошла кровь ткани были просто испарены точечным выбросом чакры. Главарь рухнул навзничь, сминая своим весом ящики с награбленным. Его тело еще пару раз конвульсивно дернулось и затихло. Последний разбойник, увидев, что случилось с их лидером, просто бросил нож и с воплем бросился вглубь шахты, в темноту необследованных штолен. Наруто даже не обернулся. Его это больше не волновало. В шахте воцарилась тишина, нарушаемая только шипением костра, на который попала кровь. Наруто стоял, тяжело дыша, его правая рука висела каналы чакры горели так, словно по ним пропустили молнию. Но он смотрел только на пояс мертвеца. Он опустился на колени рядом с телом Клыка и дрожащими пальцами отцепил свой протектор. Металл был холодным. Наруто провел большим пальцем по выгравированному листику, стирая брызги чужой крови. — Я не паразит... - Прошептал он. Он медленно поднялся, поднял свой рюкзак и, не оглядываясь на трупы, шагнул обратно в дождь. ===================================== Примечание: Как вам глава? Пишите в комментах а то критики не хватает! Я любом случае надеюсь вам понравилось. Встретимся на следующей неделе. Не болейте! Ну а продолжение... Следует!