Вернуть вырванное сердце

Воздух в лёгких не отдавал горечью, а в теле чувствовалась привычная лёгкость. Без скованности. Без выверенных движений. Мысли бегали по голове и вылетали из губ свободно. Без фильтрации. Без страха. Жизнь не вернулась в прежнее русло. Боль не ушла, но она больше не душила. Холодные когтистые лапы наконец отпустили горло, но оставили после себя фантомные тиски. Чан наконец убедил Минхо увидеться и с остальными друзьями тоже. Они все переживали за него, но тревога утихла, стоило парням увидеть идущего Чана со смущённым Ли. Увидеть Чанбина и улыбающегося рядом Феликса было глотком свежего воздуха для Минхо. Не нового, но такого привычного. Будто в затхлой комнате настежь распахнули окно, впуская теплый весенний ветер. Феликс бросился в объятья любимого хёна и неустанно повторял «Я так скучал». Минхо крепко прижимал младшего к себе, сдерживая слёзы. Он тоже скучал. Сильнее, чем показывает. Сильнее, чем ожидалось. Слабее, чем следовало бы. Чанбин тёрся рядом, шуточно ругая Минхо за долгое отсутствие. Минхо утягивает его в коллективное объятие и тот затихает. Слезы застыли и на его глазах. Один лишь Феликс открыто плакал, хватаясь за рубашку Ли с такой силой, словно старший мог внезапно исчезнуть. Чан стоял поодаль, держа руки в карманах. В отличии от друзей, с Минхо он виделся чаще. Умиротворенная улыбка застыла на губах, а взгляд, наполненный теплотой, устремлён на радостных парней. Минхо стал чаще выбираться к друзьям. Часто они собирались дома у Чана, играя в настолки или распивая пиво. И, с наставления друзей, Минхо стал снова приходить на студию. Не так часто, как делал раньше. Но его появление стоило многого. Наконец, он был представлен Джисону. Младший, крепко сжимая протянутую ладонь, тихо сказал «Добро пожаловать». Минхо это рассмешило. Он хотел съязвить, что был здесь задолго до появления Хана, но глаза младшего ясно дали понять. Он это знает. И он не об этом. Ответом было такое же тихое «Спасибо». Хотя вопросы всё же имелись. — Думаю, в конце можно немного изменить. Такая энергичность не вяжется с размеренным движением всей песни, — Минхо сидел на диване, лениво наблюдая за работой парней. Феликс задремал на его плече. Сессия его сильно выматывала, но от нормального отдыха он упрямо отказывался. — Эта резкость отражает сломленность. Главный герой боролся с болью, но проиграл, — пояснил Джисон, не отрываясь от ноутбука. — Думаю, это войдёт в финальную версию. Менять не будем, что думаешь, Бин? — Да, это хорошо. Оставим, — Минхо загнанно посмотрел в сторону Джисона. Его слова тревогой отозвались где-то глубоко внутри. Парень не говорил напрямую о Минхо, но старший подозревал, что это имеет к нему отношение. — Это то, что ты наконец дописал? Теряешь хватку, Хан, — Чан рассмеялся, встретившись с испепеляющим взглядом младшего. — Ты пишешь? — Минхо с интересом вклинился в разговор. Он тоже раньше много писал. Некоторые из его текстов были положены в песни, написанные Чаном. — Да. Дольше, чем занимаюсь музыкой. Собственно, на текстах я первое и сидел, когда присоединился к ребятам. — Малой классно пишет. Раньше, кстати, писал нам Минхо. — Ты пишешь? — Джисон отзеркалил вопрос, поворачиваясь к старшему. Минхо смущённо почесал затылок, будто эта часть его личности не должна была придаваться огласки. Слабое чувство, будто его могут осудить или высмеять, обретало голос. Шептало на ухо, что нужно молчать. Призывало отрицать. — Писал раньше. Сейчас уже нет, — выдавил из себя Минхо. Голос дрогнул и Джисон, намереваясь спросить что-то ещё, отвернулся. Минхо с благодарностью улыбнулся, хоть младший этого и не увидел. Но видел Чан. И в сердце поселилась слабая надежда на то, что когда-нибудь они с Бином вновь увидят текста Минхо. И он вновь будет стоять над душой, внося правки в песни, критикуя звук или парней, неправильно его понявших. Когда-нибудь. Вечер продолжается в размеренном темпе. Минхо порой тихо вставляет свои замечания или предложения и, на своё удивление, его слышат. К нему прислушиваются. Это неожиданное наблюдение отзывается теплом в сердце. Минхо вдруг подумал, в какой же период своей жизни он стал заглушать свой голос? Почему вдруг подумал, что может быть неинтересен? Несмотря на использование его текстов в песня, несмотря на то, что пользовался успехом в танцевальной группе. К нему обращались за советами, за помощью люди, которые занимались всем этим дольше, чем он. Так почему? Это ведь малая часть его увлечений и умений. Что стало не так? Чан, заметив поникшего друга, предложил на сегодня закончить. Джисон хотел было запротестовать, но взгляд друга, направленный на Минхо, не дал ему сказать хоть что-то. В мыслях зародилось желание чем-то помочь. Отвлечь, переключить фокус внимания на что-то другое. — Минхо, мы расходимся. Тебя подкинуть? — Джисон помахал перед лицом старшего, выводя из транса. Тот повертел головой, осмотрел стоявших парней. Потрусил плечом, будя Феликса. — Не переживай, я его заберу, — Бин подошёл к своему парню, мягко призывая идти. Дверь за ними закрылась и в студии остались трое. Чан собрал оставшиеся вещи и подхватил сумку Минхо. Привычное действие в непривычной обстановке. — Пойдёмте, подброшу двоих. Вам в одну сторону? До машины младшего Минхо шёл молча. Мыслями он был не здесь. Ребята о чём-то переговаривались, но их диалог не долетал до ушей, хоть Ли и шёл рядом. Приземлившись на заднее сидение, Минхо прикрыл глаза. Усталость навалила тяжким грузом, желая придавить к земле. Через несколько минут, показавшиеся мгновеньем, двери открылись и Джисон, наконец, сел в машину. Пассажирское сидение заняла сумка Минхо. — А как же Чан? — Минхо недоумённо смотрел на удаляющегося друга. Чан двинулся в сторону остановки и скоро его не было видно. — Сказал, что не поедет. Тебя домой или может хочешь проветриться? Могу отвезти на мост, в такое время там мало людей. На перед не хочешь пересесть? — Нет, спасибо. Мне и тут нормально. Давай на мост, дома стены душат, — Джисон кивнул и завел машину. До моста ехать не больше получаса. Парень подключил телефон и машину заполнило тихое звучание неизвестных Минхо песен. Во многих улавливалось фирменное звучание друзей и парень предположил, что Джисон включил их записи. Другие же были не похожи на то, что раньше слышал Минхо. Собственные сочинения Хана? Вопрос остался не озвученным, хоть и хотелось узнать ответ. Уже подъезжая к мосту, Джисон остановился. Минхо недоумённо посмотрел на него через зеркало. Младший кивнул на выход, предлагая немного пройтись. Воздух был свежим из-за протекающей реки, а ветер обдавал лицо приятной прохладой. Джисон оказался прав. Людей было очень мало. Сновали редкие прохожие, влюбленные пары останавливались посмотреть на реку, но быстро уходили прочь. Они встали у края и Минхо, облокотившись на ограждение, смотрел вдаль. Река размеренно текла и её спокойствие передавалось парню. Джисон стоял чуть поодаль, не мешая и не нарушая момент единения. Дышалось спокойно. По-настоящему спокойно впервые за долгое время. Голова пуста. Лёгкость на сердце отражалась слабой улыбкой на губах. Минхо повернулся к Джисону, взглядом прося подойти. Парень осторожно, будто боясь спугнуть, встал рядом. Также облокотился и посмотрел на реку. Улыбнулся чему-то своему, с благодарностью смотря на старшего. За то, что не отказал в поездке, что позволил встать рядом. Джисон для него незнакомец, друг его друзей. И Джисон по достоинству оценил крохотное доверие, которое парень проявил к нему. Минхо в ответ на благодарность ответил откровенностью. — Раньше я часто сидел на студии. Иногда, после танцев, я заходил к Чану и помогал с очередной песней, которая не шла. Он говорил, что нуждается в свежем взгляде. Так я однажды показал ему свои текста и они с Чанбином взяли их для ещё не записанных песен. Я был так рад. — Что случилось? — Джисон догадывался, что Минхо ему не расскажет. И показывать, что он знает о боли старшего, он не хотел. — Я… Смотри, большая медведица, — Минхо указал пальцем на небо и Джисон проследил за взглядом Ли. Он спокойно принял его неготовность делиться чем-то более личным. Джисон и не считал, что Минхо должен быть готов открыться ему сейчас. Может, позже. Джисону бы хотелось стать другом. — Реку Хан, кстати, в мою честь назвали, — неожиданно вставил Джисон. — Чего? — Ли ошарашенно посмотрел на парня, забыв о созвездиях. — Моя фамилия Хан. И река Хан. Улавливаешь? — А ты уверен, что реку назвали в твою честь, а не наоборот? — усмехнулся Минхо, смотря на Джисона. — Так, — парень упёр руки в бока и Минхо разразился заливистым смехом. До того комично он выглядел в такой детской позе. — Ладно-ладно. В твою честь, так в твою, — примирительно поднял руки Ли, не переставая смеяться. — Ещё реп читаю, кстати. Должен был услышать в машине. — Так всё же там и твои песни были? — Ага. Ночью иногда засиживаюсь, — Джисон повернул в сторону машины и Минхо последовал за ним. На обратном пути Минхо уже сидел на переднем сидении. Расслабленные разговоры ни о чём продолжались всю поездку. Джисон рассказывал много историй, Минхо делился интересными фактами о космосе. Джисон искренне удивлялся познаниям старшего, на что тот смущённо отмахивался. Дорога домой заняла меньше времени, чем ожидалось. Улицы были практически пусты, а со светофорами везло. За всю дорогу стояли только на одном. Попрощавшись с Джисоном и поблагодарив за прогулку, Ли поднялся в квартиру. Она встретила его приятной тишиной. Минхо было спокойно. Стены квартиры наконец не давили и сладкая нега заполнила каждую клеточку. Умиротворение разлилось по телу, расслабляя и убаюкивая. Этой ночью ничего не тревожило чуткий сон Минхо.