Новое начало

      3 марта 2003 года, понедельник       Министерство Магии, Лондон       Утро выдалось на удивление ясным для Лондона. Солнечные лучи настойчиво проникали сквозь зачарованные окна Министерства Магии, создавая иллюзию весеннего тепла. Драко перебирал документы по последнему делу – партии проклятых медальонов, которые вызывали у владельца навязчивое желание отдать все свои сбережения анонимному получателю. Простое, но эффективное проклятие, если знать, как его наложить.       Становилось всё труднее сосредоточиться на работе. Воспоминания о прошлой пятнице не давали покоя: мягкий снег, тёплые губы Гермионы, её руки в его волосах… И последовавшее молчание. За все выходные ни одной совы, ни случайной встречи. Словно ничего и не произошло. Хотя, возможно, для неё так и было – слишком много вина, импульсивный поступок, о котором стыдно вспоминать.       Он резко закрыл папку и раздражённо выдохнул. Даже работа – его убежище, способ не думать о личном – не спасала от навязчивых мыслей о Гермионе Грейнджер.       Негромкий стук в дверь вырвал его из размышлений, и прежде чем он успел дать разрешение войти, дверь распахнулась, и в кабинет ворвался неприлично бодрый Блейз Забини.       — Не помню, чтобы я приглашал тебя, — холодно заметил Драко, откидываясь в кресле.       — Amico, если бы я ждал твоих приглашений, мы бы виделись раз в год – на Рождество, — Блейз проигнорировал тон друга, прошёл по кабинету и беззастенчиво рухнул в кресло для посетителей напротив. — Проработаешь ещё так часок и превратишься в горгулью.       Драко скептически приподнял бровь.       — Какими судьбами в Министерстве? Решил наконец получить британское гражданство?       Мулат скривился, словно ему предложили проглотить флоббер-червя.       — Избавь меня от этого кошмара. Я здесь по делам клуба – получаю разрешение на использование некоторых… скажем так, не совсем стандартных развлечений.       — Не уверен, что хочу знать подробности, — усмехнулся Драко.       — О, не будь таким снобом, – сказал Блейз, наклонившись вперёд. — Кстати, именно об этом я и пришёл поговорить.       — О моём снобизме?       — О твоей социальной жизни, вернее – о её отсутствии, — Блейз драматично вздохнул. — Ты вернулся в Лондон почти три месяца назад, и всё, чем ты занимаешься – это работа, воскресные обеды у Поттеров и игры с малышкой Лили. Это не личная жизнь, Драко. Это расписание пенсионера.       — И что в этом плохого? — нахмурился Драко.       — Ты молодой, неприлично богатый и, будем честны, не самый уродливый волшебник в Англии, — сказал Блейз. — Когда ты в последний раз был на свидании?       Драко пожал плечами.       — Не помню. Да и не горю желанием.       — Вот именно! — воскликнул мулат и воздел руки к потолку. — Это ненормально! Я понимаю твои опасения – охотницы за состоянием, девицы, которых возбуждает твоё прошлое, предвзятость, бла-бла-бла… Но я придумал отличное решение!       — Мне уже страшно, — сухо произнёс Драко.       — В эту пятницу в «Фениксе» я устраиваю новый формат вечера – «Свидания вслепую».       — Избавь меня…       — Нет-нет, ты не понял! — Забини поднял руку, останавливая возражения. — Это не обычные свидания. Каждый участник заполняет подробную анкету о своих интересах, взглядах, предпочтениях – без указания имени. Затем анкеты подбирают по совместимости. Во время свидания действует специальное заклинание, которое делает лица неузнаваемыми, скрывает отличительные особенности – шрамы, родинки, татуировки. Ты можешь познакомиться с человеком, а не со статусом или внешностью.       Драко задумался: идея была... необычной. Но в его голове уже сидела одна ведьма, а секс он найдёт и без свиданий.       — Забини, мне некогда развлекать твоих гостей. У меня работа, — отрезал он.       — Да-да, важное министерское расследование, — отмахнулся Блейз, — которое ты уже закончил, судя по закрытой папке на столе.       Забини вздохнул с демонстративным огорчением, затем достал из внутреннего кармана мантии небольшую золотистую карточку и начал обмахивать ею своё лицо, как веером.       — Жаль, жаль. А я-то думал, тебя может заинтересовать некая... — он сделал паузу, изучая карточку, — мисс «G», приславшая сегодня утром анкету. Послушай только: «Что для вас важнее: традиции или прогресс?» И ответ: «Прогресс необходим для лучшего будущего, но мы обязаны помнить уроки прошлого и беречь ценные традиции, создавая справедливое общество для всех». — Блейз мечтательно вздохнул. — Ну разве она не прелесть?       Драко закатил глаза, но внутри что-то сжалось. Он узнал этот занудный, до тошноты правильный стиль.       — И знаешь, какой вопрос самый интересный? «Какую книгу вы перечитывали больше всего раз?». Угадай ответ.       — Понятия не имею, — соврал Драко.       — «История Хогвартса», — торжественно произнёс Блейз. — Умная, принципиальная… Наверняка страшненькая, как смертный грех, но ведь для этого и нужны мои чары!       Драко молчал, глядя на друга с каменным выражением лица.       — Забини, — осторожно начал он, стараясь придать голосу равнодушие, — каким образом приглашение оказалось у... — он не мог заставить себя назвать её «золотой девочкой», как раньше, — у Грейнджер, если ты рассылаешь их только свободным людям?       Блейз загадочно улыбнулся.       — Дорогой Драко, я всегда знаю больше, чем кажется. К тому же, некоторые браки существуют только на бумаге, ты же знаешь.       — Это всё равно неправильно, — покачал головой Драко. — Она замужем. Технически.       — Если тебя это так беспокоит спроси её сам, — Блейз встал и направился к двери. — Но для этого тебе нужно принять моё приглашение. А если не поторопишься, то на её анкету найдётся кто-то другой – уже пять претендентов.       Эти слова вызвали в груди у Драко горячую волну; он с ужасом осознал: это ревность. Чистая, неразбавленная ревность при мысли о том, что Гермиона будет сидеть в полутёмной комнате с другим мужчиной, смеяться над его шутками, возможно, позволять прикасаться к себе...       Не успел он ответить, как Блейз уже был у двери.       — Подумай над этим, дружище. Это может быть именно то, что тебе нужно.       И прежде чем Драко успел возразить, Забини исчез, оставив на краю стола конверт с приглашением.       Через час мучительных раздумий, подписав короткое согласие на участие и привязав его к лапке филина, Драко убедил себя, что делает это ради защиты Гермионы – лучше он, чем какой-нибудь незнакомец с сомнительными намерениями. Но где-то глубоко внутри, в месте, которое он старательно игнорировал, созревало понимание: он просто не мог допустить, чтобы она была с кем-то другим.       7 марта 2003 года, пятница       Клуб «Феникс», Лондон       Драко стоял перед зеркалом в своей квартире, критически оценивая отражение. Тёмно-серый костюм идеально сидел на теле, серебряные запонки поблескивали при движении. Он намеренно не стал надевать ни одного фамильного украшения – сегодня он хотел быть просто мужчиной, а не наследником древнего рода.       Для первого свидания Драко выбрал классический, но шикарный букет из белых и кремовых роз с веточками гипсофилы. Композиция была элегантной и не слишком броской – идеальный вариант для первой встречи, когда не хочется показаться навязчивым. Белые розы символизировали новое начало и чистоту намерений, хотя сам Драко иронично осознавал двойственность этого символизма, учитывая свою ложь. Букет был перевязан серебристой атласной лентой – тонкий намёк на его слизеринское происхождение, который «G» вряд ли заметит.       «Феникс» в этот вечер выглядел иначе. Блейз трансформировал своё детище под эксперимент: вместо танцпола и обычного бара стояли десятки отдельных столиков, отгороженных друг от друга мерцающими полупрозрачными перегородками. Над каждым столиком парили маленькие светящиеся сферы, дававшие ровно столько света, чтобы видеть силуэт собеседника, но недостаточно, чтобы различить черты лица.       У входа его встретила администратор, молодая ведьма с короткими зелёными волосами и ярким макияжем.       — Добро пожаловать в ночной клуб «Феникс» на новейшее мероприятие в мире магов: «Свидания вслепую». Ваш номер? — спросила она, сверяясь с пергаментным списком.       — М7, — ответил Драко, стараясь выглядеть скучающим.       — Вам в седьмую кабинку, — она указала направление. — Ваша пара уже ожидает. Помните правила: никаких имён, только инициалы. Заклинание анонимности действует в пределах кабинки. Вам выделено два часа.       Драко кивнул и направился к указанной кабинке, чувствуя, как с каждым шагом его сердце бьётся сильнее. Он успел заметить, как заклинание вступило в силу, стоило ему пересечь невидимую границу зачарованного пространства – ощущение лёгкого покалывания по коже, словно по нему пробежал слабый электрический ток.       И вот она – сидит за маленьким столиком, освещённая мягким светом парящей сферы. На ней была мягкая водолазка кремового цвета, идеально гармонирующая с тоном кожи, и строгие черные брюки клеш, создававшие плавный, изящный силуэт. Её знаменитая копна непослушных волос сегодня была усмирена и заплетена в длинную, густую косу, ниспадавшую на плечо. Драко видел её лицо отчётливо, а заклинание делало черты неузнаваемым. Его взгляд зацепился за детали: тонкую цепочку с кулоном на шее, едва заметные серьги и классические часы на запястье.       Гермиона Грейнджер. И следующие два часа она будет принадлежать ему. Эта мысль – собственническая, эгоистичная, неправильная, наполнила его теплом.       — Добрый вечер, — произнёс он, опускаясь напротив неё и протягивая букет. — Надеюсь, я не заставил вас долго ждать. Это вам.       Она чуть наклонила голову, изучая его силуэт. Через мгновение взгляд её опустился на букет.       Гермиона приняла цветы и пальцы коснулись его руки.       — Он восхитителен, — прошептала она, её взгляд скользнул по нежным лепесткам роз. Аромат наполнил кабинку – сладкий и утончённый. Гермиона поднесла букет к лицу, закрыла глаза и вдохнула полной грудью. — Спасибо. Это очень мило. И вовсе нет, я только пришла.       — Занятный эксперимент, правда? — он постарался смягчить свой голос, скрыть характерные интонации, которые могли бы выдать его. — Никогда не думал, что буду участвовать в чём-то подобном.       Драко трансфигурировал из салфеток вазу и поставил букет на стол между ними так, чтобы Гермиона могла видеть его.       — Я тоже, — в её голосе промелькнула нотка смущения. — Подруга подсунула мне приглашение. А когда я заполняла анкету, это казалось игрой. Не думала, что действительно решусь прийти.       Драко поднёс к губам бокал с вином, который уже стоял на столе.       — Почему же решились?       Она помолчала, вертя в руках свой бокал.       — Скажем так, я в поиске новых возможностей.       Разговор потёк удивительно легко. Он был готов к неловким паузам, к натянутым вопросам, но ничего этого не было. Они говорили о книгах, о последних реформах в Министерстве, о нелепой моде на самопомешивающие котелки. Драко старался не говорить ничего, что могло бы выдать его – никаких упоминаний о прошлом, о Хогвартсе, о своей работе. Вместо этого он задавал вопросы, внимательно слушал, иногда подначивал и флиртовал – всё то, что он делал бы на настоящем свидании с Гермионой Грейнджер.       С каждой минутой Драко всё больше погружался в разговор, забывая о своей изначальной цели. Ему было просто хорошо рядом с ней. Без истории, без предубеждений, без чувства вины. Просто мужчина и женщина, наслаждающиеся беседой.       — Вы очень интересный собеседник, — заметила Гермиона спустя час, когда официант принес им десерт.       Драко почувствовал, как губы растянулись в улыбке.       — Взаимно.       — Знаете, что самое странное? Мне кажется, что мы уже встречались раньше. — Гермиона наклонилась ближе, и Драко уловил аромат её духов – знакомый запах розмарина и лимона.       — Возможно, в другой жизни, — осторожно ответил он.       Она тихо засмеялась.       — Вы верите в реинкарнацию?       — Я верю, что некоторые связи существуют за пределами времени и обстоятельств.       Слова прозвучали слишком искренне, слишком откровенно, и Драко почти пожалел о них, но Гермиона не отстранилась. Наоборот, она словно придвинулась ближе.       — Интересная теория. Вы романтик?       — Нет, — Драко покачал головой. — Скорее прагматик. Но даже прагматики иногда сталкиваются с необъяснимым.       К концу вечера, когда магические часы на стене показали окончание отведённого времени, Драко испытывал тянущее чувство сожаления. Эти два часа в компании Гермионы были одними из самых приятных в его жизни.       — Время пролетело незаметно, — сказала Гермиона, удивлённо оглядываясь вокруг.       После этих слов она вновь перевела взгляд на букет.       — Было приятно, — ответил Драко, не желая прощаться. — Это был один из самых интересных вечеров в моей жизни. Надеюсь, эти розы будут напоминать вам об этом вечере.       Она улыбнулась, и в этой улыбке было что-то новое — легкое, почти кокетливое.       — Мы могли бы... повторить? — спросила она, и в ее голосе Драко услышал неуверенность, которая была так не свойственна Гермионе Грейнджер.       — С удовольствием, — ответил он. — В следующую пятницу?       — В следующую пятницу, — подтвердила она, вставая. — До встречи, незнакомец.       Заклинание протокола не позволяло им покидать кабинку вместе – один из способов Блейза сохранить анонимность участников. Гермиона ушла первой. Он слышал тихий, уверенный стук её каблуков по каменному полу – элегантные черные ботильоны, завершающие её безупречный образ. Драко смотрел, как её силуэт исчезает в полумраке клуба с букетом в руках.       Покидая «Феникс», он знал, что совершает ошибку. Знал, что его двойная игра не может закончиться хорошо. Но остановиться уже не мог. Он был на крючке.       12 марта 2003 года, среда       “Magic Pages Bookstore”, Косая Аллея       Колокольчик над дверью звякнул, когда Драко вошёл в магазин. День выдался холодным и пасмурным, но внутри было тепло, уютно пахло книгами, чаем и корицей – Гермиона любила зажигать ароматические свечи, создавая особую атмосферу.       Он не планировал заходить сюда сегодня. Собственно, он старался держаться подальше от мест, где мог встретить её – после их вечера в «Фениксе» и особенно накануне следующей встречи. Но его тянуло сюда, словно невидимая нить, связавшая их в тот момент, когда их губы соприкоснулись в снегу.       Гермиона стояла на небольшой лестнице, расставляя книги на верхней полке. Её волосы были собраны в высокий хвост, несколько прядей падали на лицо. На ней был простой серый свитер и джинсы, и Драко поймал себя на мысли, что даже в таком повседневном виде она выглядит прекрасно.       — Малфой, — заметив его, она слегка вздрогнула, и одна из книг чуть не выскользнула из её рук. — Что... что ты здесь делаешь?       Её щёки окрасил лёгкий румянец. Она помнила их поцелуй – эта мысль наполняла его одновременно удовлетворением и тревогой.       — Решил пополнить свою библиотеку, — непринуждённо ответил он, поднимая с ближайшей полки книгу и рассеянно листая её. — У меня выдался свободный час между встречами, и я подумал, что это хороший способ его провести.       Гермиона спустилась с лестницы, отряхнула руки и поправила свитер. Драко заметил, что она избегает смотреть ему в глаза.       — Конечно, — она кивнула, заправляя непослушную прядь за ухо. — Что-то конкретное ищешь?       Драко вернул книгу обратно на полку и приблизился к ней.       — Возможно, что-нибудь о маскировочных чарах. И ещё мне нужен надёжный источник по истории магической юриспруденции в Скандинавии.       Он намеренно выбрал тему, которая требовала времени на поиск и консультацию – он хотел провести с ней больше времени, просто понаблюдать за ней, попытаться понять, что она чувствует после их поцелуя, после их анонимной встречи.       — Интересный выбор, — Гермиона наконец подняла на него глаза. — Новое расследование?       — Да, — он кивнул. — Ищем связи между серией краж артефактов здесь и подобными случаями в Норвегии.       Она улыбнулась и напряжение немного спало.       — Звучит увлекательно. Идём, у меня есть несколько книг, которые могут тебе подойти.       Они двинулись вглубь магазина, к секции специализированной литературы. Драко следовал за Гермионой, наблюдая, как она уверенно ориентируется среди сотен книг, как её пальцы скользят по корешкам, как она слегка прикусывает нижнюю губу, когда сосредоточена.       — Вот, — она вытащила увесистый том в тёмно-синем переплёте. — «Эволюция магического права в Северной Европе». Здесь целый раздел, посвящённый Скандинавии. А по маскировочным чарам... — она на мгновение задумалась, затем быстро прошла к другому стеллажу и извлекла ещё две книги. — Эти должны подойти. Особенно рекомендую «Скрытое лицо магии» – недавнее издание, включает новейшие исследования.       Драко принял книги, внимательно изучая обложки.       — Спасибо за рекомендации, — сказал он, стараясь звучать непринуждённо. — Твои знания впечатляют.       Она снова покраснела, и Драко почувствовал удовлетворение от того, что может вызывать такую реакцию.       — Просто хорошо знаю свой ассортимент, — она попыталась отмахнуться от комплимента. — Хочешь чаю? У меня как раз перерыв, и я собиралась заварить.       Предложение было неожиданным, но приятным.       — С удовольствием, — кивнул Драко.       Они прошли в небольшую комнату за магазином, которая служила и складом, и местом отдыха. Там стоял маленький стол, пара стульев, чайник и полки с чашками. Гермиона взмахнула палочкой, и чайник засвистел, а чашки сами наполнились ароматным чаем. Драко вдруг заметил знакомый букет. Свой букет. Белые и кремовые розы с гипсофилой стояли в высокой хрустальной вазе, наполняя пространство вокруг нежным ароматом. Сердце пропустило удар. Она сохранила его цветы.       Гермиона проследила за его взглядом и смущённо провела рукой по волосам.       — Красивые цветы, — сказал он, стараясь скрыть волнение в голосе.       — Да… мне их… подарили недавно, — Гермиона мягко коснулась лепестка белой розы. — Они так долго держатся. Должно быть, с каким-то консервирующим заклинанием.       Драко наблюдал, как нежно она касается цветов, как будто они были чем-то важным. Это был такой простой жест, но в нём было столько нежности, что у него перехватило дыхание.       — От поклонника? — спросил он, стараясь, чтобы голос звучал безразлично.       Гермиона подняла голову и посмотрела на него с лёгким вызовом.       — Возможно.       Драко улыбнулся, теплое чувство разлилось у него в груди. Она хранит его цветы и явно дорожит ими, хотя и не знает от кого они.       — Счастливчик, — произнес он тихо, и Гермиона окинула его изучающим взглядом, будто пыталась сложить два и два.       — Прости за беспорядок, — спохватилась она, убирая со стола стопку каталогов. — Я готовлю новый заказ.       Драко опустился на стул, наблюдая, как она суетится вокруг, расставляя чашки и доставая из шкафчика коробку с печеньем.       — Как прошла презентация книги в магазине? — спросил он, делая глоток чая. — Я слышал, она имела успех.       Гермиона заметно оживилась.       — Да, это было замечательно! Автор в восторге, все экземпляры раскупили за два дня. Я уже заказала дополнительную партию.       Её глаза светились, когда она рассказывала о своих планах на будущие мероприятия, о новых авторах, которых хотела представить публике. Драко слушал, наслаждаясь проблеском настоящей Гермионы, которую так редко можно было увидеть в последнее время.       Но затем разговор неизбежно замедлился, и повисла пауза. Он видел, как она нервно перебирает пальцами ручку чашки, явно борясь с желанием что-то сказать.       — Малфой, насчёт того вечера... — наконец начала она, не поднимая глаз.       Драко напрягся. Вот оно. Момент, которого он одновременно ждал и боялся.       — Да? — как можно более непринуждённо отозвался он.       Гермиона глубоко вздохнула.       — Я хотела извиниться за... за то, что произошло. Я была не в себе, и это было неправильно, учитывая мой статус.       «Неправильно». Это слово ударило его под дых. Внутри зло и горько усмехнулось. Ну, конечно. Чего ты ждал, Малфой? Что Золотая Девочка магического мира с радостью признает, что ей понравилось целоваться с Пожирателем Смерти? Ты для неё – грязный секрет. Ошибка, которую нужно исправить.       Он чувствовал, как к горлу подступает ярость – холодная и привычная. Но он задавил её. Сейчас не время. Сейчас нужно играть роль. Роль понимающего, великодушного и совершенно незаинтересованного джентльмена.       — Не стоит извиняться, Грейнджер, — мягко перебил он, и эта мягкость стоила ему колоссальных усилий. — Мы оба были немного не в состоянии.       Он наблюдал, как она отчаянно цепляется за его слова. Он видел, как на её лице проступает облегчение, и это было похоже на физический удар. Так вот, значит. Она только этого и ждала. Разрешения забыть. Разрешения сделать вид, что ничего не было.       Скажи нет, Грейнджер. Хотя бы раз в жизни будь иррациональной. Скажи, что тебе понравилось. Скажи, что хочешь ещё.       Но он знал, что она этого не скажет. И поэтому, чтобы добить и себя, и эту жалкую надежду, он продолжил, нанося последний, контрольный удар по собственным чувствам.       — Давай просто считать это моментом слабости и двигаться дальше. Нам обоим нужна была дружеская поддержка, и всё немного вышло из-под контроля.       — Да, конечно, — она кивнула с натянутой улыбкой. — Спасибо за понимание.       Тянущая пустота внутри заполняла всё больше тела. Он получил то, что хотел – они прояснили ситуацию, избежали неловкости. Но почему-то это не принесло облегчения.       — Кстати, я хотел спросить, — он решил сменить тему, — не порекомендуешь какой-нибудь хороший магловский роман? Я закончил Диккенса и ищу что-нибудь новое.       Глаза Гермионы снова загорелись, и она с чувством начала перечислять авторов и названия, объясняя, почему он должен обязательно прочесть Толстого и Хемингуэя. Драко слушал, кивал, задавал вопросы, и постепенно их разговор вернулся в привычное русло.       Когда пришло время уходить, он расплатился за книги и, прощаясь, на мгновение задержал её руку в своей.       — Было приятно поговорить, Грейнджер. Надеюсь, скоро увидимся снова.       Она улыбнулась ему, на этот раз искренне.       — Конечно, Драко. Заходи в любое время.       14 марта 2003 года, пятница       Клуб «Феникс», Лондон       Драко прибыл в «Феникс» точно к назначенному времени. В этот раз он не хотел заставлять её ждать. Облаченный в тёмно-синий костюм, который, как он знал, выгодно подчёркивал его фигуру, он прошёл через клуб к знакомой кабинке.       В руках мужчина держал букет из нежно-розовых пионов, только начинавших раскрываться. Эти цветы, символизирующие застенчивость и романтическую привязанность, идеально отражали его растущее увлечение Гермионой. Букет был дополнен веточками эвкалипта, придававшими композиции свежий, слегка терпкий аромат. Драко выбрал зелёную бумагу для упаковки, которая элегантно контрастировала с нежным оттенком цветов.       Гермиона уже сидела в кресле, и при её виде у Драко в горле появился ком. Она выглядела великолепно в чёрном вельветовом платье с пышными рукавами и юбкой, отделанной белой волнистой каймой. Чёрные колготки в мелкий горошек, замшевые туфли на каблуке... Она явно готовилась к этой встрече, и эта мысль наполнила его непривычным удовлетворением.       — Добрый вечер, — произнёс он, опускаясь напротив. — Вы прекрасно выглядите.       — Спасибо. Вы тоже выглядите... очень официально.       Он протянул ей букет, и Гермиона приняла его. Она поднесла цветы к лицу, глубоко вдыхая аромат, и Драко с трудом сдержал улыбку, видя, с каким удовольствием она это делала.       — Они прекрасны, — прошептала она, осторожно проводя кончиками пальцев по нежным лепесткам.       Гермиона бережно поставила букет в вазу, но время от времени возвращалась к нему – то поправляя обертку, то легко касаясь цветов кончиками пальцев, словно проверяя, настоящие ли они. Драко заметил небольшие изменения в её манере держаться. Она казалась более расслабленной, более открытой, чем на их первой встрече. Здесь, в этом анонимном пространстве, она позволяла себе быть иной Гермионой – не той ответственной, всегда собранной девушкой, которую все знали, а кем-то более спонтанным, более игривым.       — Я думал о нашем разговоре всю неделю, — сказал Драко, наполняя бокалы вином из бутылки, которая уже стояла на столе. — Особенно о ваших взглядах на традиции и прогресс.       Она приняла бокал, их пальцы на мгновение соприкоснулись.       — И к какому выводу вы пришли?       Драко задумался. Он действительно много размышлял об их разговоре, о её словах, о своих собственных убеждениях, которые так долго формировались под влиянием отца и чистокровных традиций.       — Я думаю, вы правы, — наконец сказал он. — Баланс важнее всего. Я... — он запнулся, подбирая слова. — Я вырос в семье, где традиции были превыше всего. Многие из них были неправильными. Они причиняли боль людям. Я только недавно начал это осознавать.       Это было признание, которое он никогда не сделал бы как Драко Малфой. Но здесь, под защитой анонимности, он мог позволить себе быть откровенным.       Гермиона внимательно смотрела на него.       — Осознавать свои ошибки – это уже большой шаг. Многие до этого никогда не доходят.       — Но недостаточно просто осознать, — тихо сказал Драко. — Нужно что-то менять. А это... сложнее.       Она наклонилась вперёд, и её голос стал мягче.       — Перемены всегда пугают. Но знаете, что я обнаружила? Часто страх перед переменами сильнее самих перемен.       Драко задумчиво покрутил бокал в руках.       — Возможно, вы правы. Но что, если уже слишком поздно что-то менять? Что, если ошибки прошлого слишком серьёзны, чтобы их исправить?       Он знал, что заходит на опасную территорию. Слишком личную, слишком очевидную. Но что-то заставляло его продолжать, толкало к этому краю.       Гермиона долго молчала, и Драко уже начал беспокоиться, что сказал слишком много. Но затем она заговорила, и в её голосе звучала такая убеждённость, что это заставило его сердце сжаться.       — Я не верю, что бывает слишком поздно. Пока мы живы, у нас всегда есть шанс всё исправить. Начать заново. Стать лучше.       Драко смотрел на неё, поражённый глубиной её веры, её способностью видеть лучшее в людях – даже после всего, через что она прошла. Даже в незнакомце, который мог быть кем угодно.       — Вы удивительная девушка, — искренне сказал он. — Я никогда не встречал никого подобного вам.       Она смущённо опустила глаза.       — Вы преувеличиваете.       — Нисколько, — покачал головой Драко.       Разговор перешёл к более лёгким темам. Они обсуждали недавнюю выставку в Магическом музее искусств, места, которые хотели бы посетить, смеялись над забавными историями из жизни. Драко был осторожен, избегая деталей, которые могли бы выдать его личность, но с каждой минутой это становилось всё труднее. Он хотел открыться ей, показать, кто он на самом деле, позволить ей увидеть, как сильно он изменился.       Но страх её реакции, страх потерять это новое, хрупкое понимание между ними, был сильнее.       Примерно через полтора часа разговора Драко ощутил лёгкое прикосновение к своей ноге. Сначала он решил, что это случайность, но затем почувствовал, как её туфля намеренно скользит по внутренней стороне его голени.       Он выгнул бровь. Это было неожиданно. Гермиона продолжала говорить, словно ничего не происходило, но в её глазах мелькал озорной огонек. Драко не мог поверить в происходящее – Гермиона Грейнджер, рассудительная и правильная, флиртовала с ним самым откровенным образом. Возможно, анонимность действительно освобождала её больше, чем он предполагал.       Малышка хочет поиграть? Что ж, он принимает эту игру.       Быстрым движением Драко поймал её ногу, нежно обхватив щиколотку. Гермиона вздрогнула от неожиданности и её дыхание прервалось.       — Продолжайте, — мягко сказал он, не отпуская ногу. — Вы говорили о картине с морским пейзажем.       Гермиона замерла, явно не ожидая такого поворота.        Ох, милая, промурлыкал он у себя в голове. Минуту назад ты была такой смелой.       Его пальцы нежно, но уверенно двигались от пятки к пальцам, затем вверх по лодыжке, достигая икры. Он чувствовал, как напрягаются мышцы под его прикосновениями, как её дыхание становится чаще.       Гермиона откашлялась, пытаясь собраться с мыслями.       — Да, художник использовал удивительную технику... — её голос слегка дрожал.       При этом он продолжал разговор как ни в чём не бывало, словно его руки не были заняты интимным массажем её ноги. Это создавало пикантный контраст, и Драко видел, как Гермиона борется с собой, пытаясь сохранять видимость обычной беседы, в то время как её щёки всё больше розовели, а дыхание становилось прерывистым.       Интересно, насколько далеко я могу зайти, прежде чем она меня остановит? — подумал Драко, чувствуя нарастающее возбуждение.       Когда пальцы достигли колена, он замедлил движения, слегка поглаживая чувствительную кожу сзади. Гермиона прикусила нижнюю губу, и жест вызвал в Драко волну желания, настолько сильную, что ему пришлось сделать глубокий вдох, чтобы успокоиться.       Он знал, что должен остановиться. Это заходило слишком далеко. Она не знала, кто он, и это делало всю ситуацию ещё более неправильной. Но ощущение её кожи под пальцами, участившееся дыхание, румянец на щеках – всё это заставляло хотеть большего.       Время их встречи подходило к концу, и Драко, с сожалением, отпустил ногу, позволяя ей вернуть ступню на пол. Она выглядела одновременно разочарованной и смущённой, и это было невероятно привлекательно.       — Наше время истекает, — мягко сказал он.       Гермиона облизнула губы, и кровь Драко устремилась к паху.       — Да, — её голос звучал чуть хрипло. — Но я надеюсь, мы встретимся снова в следующую пятницу.       Они поднялись, и перед прощанием Драко позволил себе ещё один момент близости. Он помог ей надеть пальто, пальцы намеренно скользнули по её шее, заправляя прядь волос за воротник. Она замерла от этого прикосновения, и они оказались лицом к лицу, так близко, что он мог чувствовать тепло её дыхания.       Медленно, давая ей возможность отступить, Драко взял её руку и поднёс к губам, не отрывая взгляда от глаз. Он поцеловал костяшки – нежно, почти благоговейно, — и тихо произнёс.       — Буду с нетерпением ждать нашей следующей встречи, G.       Её глаза расширились, и на мгновение ему показалось, что она узнала его. Но затем она просто кивнула и, с улыбкой, скрылась за пределами кабинки.       Вернувшись домой, Драко сразу направился в ванную. Прохладные струи воды помогли немного остудить тело, но не мысли, которые продолжали возвращаться к Гермионе.       Это была опасная игра, и с каждой встречей она становилась всё рискованнее. Он обманывал её, манипулировал ситуацией, и осознание этого грызло его изнутри. Но в то же время он не мог перестать. Эти моменты близости стали для него наркотиком, от которого не хотел отказываться.       Выйдя из душа, Драко рассеянно вытерся полотенцем, не удосужившись даже накинуть халат. Возбуждение, которое он с трудом сдерживал весь вечер, вернулось с новой силой при воспоминании о её ноге, скользящей по его голени, о её губах, которые она прикусывала, сдерживая вздох.       Опустившись на кровать, он позволил своей руке скользнуть вниз, обхватывая напряжённый член. Медленные, уверенные движения, от основания к головке и обратно, сопровождались сценами с участием Гермионы – уже не в размытой кабинке «Феникса», а здесь, в его спальне, на этих простынях.       Он представлял, как раздевает её медленно, наслаждаясь каждым сантиметром открывающейся кожи, как её волосы рассыпаются по подушке, как её глаза темнеют от желания, как её руки исследуют его тело...       Драко ускорил движения, чувствуя, как нарастает напряжение. Он был близок к разрядке, образ Гермионы перед глазами становился всё ярче, всё реальнее.       Когда оргазм накрыл его, он едва сдержал имя, готовое сорваться с губ. Вместо этого он выдохнул, позволяя волнам удовольствия прокатиться по телу, смывая напряжение дня.       Драко закрыл глаза, чувствуя, как усталость овладевает им. Завтра он придумает, как закончить эту игру. Как рассказать ей правду, не разрушив всё окончательно.       Но где-то глубоко внутри он знал, что это лишь очередной самообман. Он уже слишком глубоко погрузился в эту опасную игру, и выхода, который устроил бы всех, просто не существовало.       И с этой мыслью погрузился в беспокойный сон, где Гермиона Грейнджер то приближалась к нему с улыбкой, то отворачивалась с презрением, узнав, кто скрывался под маской «M».