Серый алхимик

Дом Бренды выглядел так, будто его вытащили из рекламы триждыблядского майонеза. Двухэтажный. Кирпичный. С ухоженным садиком перед входом — кусты подстрижены, дорожка выметена. Окна чистые, на двери свежая краска. Зелёная. Такая яркая, что глаза режет. И почему я думал, что мои новоявленные друзья — такие же нищеброды?.. Инерция мышления. Хотя… пожалуй, прям сильно обеспеченных среди нас нет, но есть эдакая градация «среднего класса». От живущих в относительном комфорте до меня. Стоп, меня к среднему классу даже в теории не отнести! Моргнув, я отвлёкся от глупых мыслей. Не сейчас. Я впервые за время пребывания в новом мире оказался в гостях! Ещё и у девушки! Первые несколько секунд просто стоял и осматривался. Нет, рот не открыл, глаза не выпучил — всё-таки в прошлой жизни и более приличные места видел, просто… Отвык. Сука, я два месяца живу в сточной канаве, стараясь её облагородить — занавесочки новые повесить, мать их за обе ноги… Конечно же, глаз замылился, и теперь обстановка кажется излишне… приятной. Как оазис в пустыне. Представить страшно, где-то обои могут быть свежими и недавно наклеенными! Чудо чудное! — Сев, чего застрял? — появилась хозяйка дома. Бренда была прелестным представителем молодого поколения нынешней эпохи. Симпатичная. С длинными ногами, которые не стеснялась демонстрировать. А ещё она умела улыбаться. Это я, признаться, ценил в девушках не меньше белых зубов, чистых волос и упругой задницы. Вопрос: через сколько лет мне-таки удастся проверить чью-то упругость на деле? Не то чтобы свербит, но… хм… — Отдаю почести произведению искусства, — хмыкнул я. — Где тут у вас сортир? — А ты разве ещё не все почести прямо в штаны отдал? — насмешливо подбоченилась она. Чувство юмора! Редкий зверь. Благородный. — Кое-какой груз требует особой аккуратности, — подмигнул я. — По коридору и налево. Не заблудишься? — Не буду против, если проводишь. Фыркнув, она махнула мне рукой и скрылась в гостиной, откуда раздавались голоса остальных ребят. — Буду считать это элементом заигрывания, — поводил я бровями, направившись в указанном направлении. Присоединился к остальным спустя пару минут. Гостиная была тёплой и светлой. Обои в цветочек — жёлтые ромашки на белом фоне. Ковёр на полу — коричневый, потёртый, но целый. Мебель не новая, но крепкая. Пахло чем-то сладким. По радио вполголоса звучало какое-то комедийное шоу. Мэт поднялся с дивана, где лежал на коленках Полин, как кот на батарее, и пожал мне руку. — Наконец-то все в сборе! — улыбнулся он. Угу, как «Мстители». — Мама пирог испекла, — объявила Бренда. Так вот чем пахнет! — Тебя ждали! Польщён! — Вишнёвый, — добавил Клифф. — А где шарики и свечки? — огляделся я. — Чутка не дожали до детского утренника, но я не жалуюсь. — К твоему приходу готовились, — хмыкнул Мэт. — Я говорила — ничего ему не оставлять, — хихикнула Морин, отрываясь от маленького зеркала, перед которым поправляла макияж. — Я предлагал пива, но эти язвенники-трезвенники оказались против! — пожаловался Найджел. — Выпивку лучше оставить до Лондона, — добавил Грэм, приветственно махнувший мне рукой. Взрослых не было. Дом был в полном распоряжении уже привычной мне компании парней и девушек. Мэт снова развалился на диване рядом с Поли, которая листала журнал мод, обводя маркером какие-то варианты — аналог маркетплейсов в этом времени. Клифф и Найджел играли на полу в карты. Грэм курил возле приоткрытого окна. Бренда уже юркнула на кухню, изображая хозяйку. Едва я примостился на стул, как Найджел развернулся и схватил меня за плечи. — Готов стать красавчиком? — рассмеялся он, взъерошив мне волосы. — Я искренне надеюсь, что выйдет нечто относительно приличное. Иначе останется лишь вариант брить башку налысо, — смиренно вздохнул я. — Но Грэм уверял меня, что Бренда мастер. — Обсуждаете меня за спиной? — вернулась хозяйка дома с подносом, на котором стояли чашки чая и разрекламированный пирог. — Друзей нужно обсуждать за спиной и предавать за бабки, а не уважать, — важно поднял я палец. — Стоп, опять перепутал?! — Играешь с огнём, Сев, — насмешливо сверкнула она глазами, поставив поднос на стол. — Твоя жизнь в руках человека с острым лезвием, — девушка демонстративно щёлкнула взятыми с тумбочки ножницами. — Главное — обойдись без пробора посередине, — вздрогнул я, положив ладонь на голову. — Это будет ударом ниже пояса. — Признавайся, Брен, ты ведь приложила руку к этому пирогу? — Клифф уже завладел куском размером с половину его головы. — Главное, чтобы не ногу, — фыркнула Полин. — Хм, — Клифф демонстративно задумчиво оглядел ножки Бренды. — Не, чувак, — Грэм выкинул окурок в окно и положил руку ему на плечо, — вначале найди работу. Это вызвало всеобщий смех. — Стоп, — Бренда уставилась на Грэма, медленно щуря глаза, — ты только что выкинул окурок в мой сад? Парень, к его чести, размышлял лишь секунду, потом выругался сквозь зубы и направился на улицу — искать и утилизировать окурок. — Слушайте, а может, вообще его не стричь? — Найджел бросился заминать неудачный момент. — Ну, сами подумайте, года через три-четыре Сев станет вылитым Джимом Моррисоном. Девки штабелями будут падать. — И драться за право расчесать ему чёлку, — подмигнула мне Морин, оторвавшись от зеркала. Пиздя́т, но приятно. Будто бы я себя в зеркало не видел! — Года через три-четыре они снова отрастут, тогда и буду думать, — оборвал я эти разговоры, тоже положив себе пирога. Надо сказать, вкус был действительно хорош! Пару дней назад я бы словил вкусовой оргазм, но после сегодняшнего рагу могу лишь одобрительно покачать головой. Вскоре вернулся Грэм, продемонстрировал окурок, закинул его в пепельницу и молча сел за стол. — Ты ведь не забыл помыть руки? — вернул ему подколку Клифф. — Мстишь мне за правду? — под всеобщий смех вздохнул парень, поднялся и направился в уборную. — Тост? — усмехнулся Мэт. — Чтоб через десять лет собраться так же? — предложила Полин. — Низко берёшь, — фыркнул Найджел. — Чтоб через десять лет кто-то из нас выбился в люди и потащил за собой остальных! — Мне будет восемнадцать, — прикинул я. — Так и быть, подсоблю вам. — Эй, говоришь, будто у нас нет шансов! — притворно возмутилась Бренда. — Разве что на продаже пирогов, — хохотнул я. Вернувшийся Грэм стряхнул мокрые руки прямо на взвизгнувшего Клиффа. Добив чай с пирогом — реально хорош! — я решительно отставил кружку. — Я готов! — Идём на кухню, — Бренда закинула в рот последний кусочек, поднялась и потянулась. Я задержал взгляд на выглянувшем из-под майки плоском животе, сдержал горький вздох и поплёлся следом. — Главное — оставь ему хотя бы прядь на лобке, иначе нечем будет хвастаться! — крикнул вдогонку Найджел под взрыв общего хохота. Бренда на ходу показала ему средний палец. — Садись, — указала девушка на стул, подготовив машинку, расчёску и пару разных ножниц. — Дай я тебя оценю с профессиональной точки зрения. — Мне раздеться? — притворно серьёзно спросил я, вызвав короткий смешок. — Юн ты ещё для таких шуточек. — Так не в дом престарелых вроде как явился, — проворчал я. Хмыкнув, Бренда накинула на меня простыню, завязала узлом сзади, потом провела рукой по волосам. — Длинные, как у девушки, — улыбнулась она. — Уверен, что хочешь состричь? Я знаю много причёсок, где… — Косичка и бантики мне не подходят, — ядовито возразил я. — Ты хоть знаешь, как их сложно мыть и расчёсывать? А как они мешают в повседневной жизни? — Догадываюсь, — аналогичным тоном ответила Бренда, обхватив собственную прядь. — Значит, просто сбриваем под ноль? Это, мать твою, не дырка у тебя между ног, чтобы там всё под ноль сбривать! Хотя в это время, по-моему, женщины предпочитали оставлять «кусты». Или это было раньше? Проверить не на ком. А для таких вопросов мы ещё недостаточно близко знакомы. — Не, просто коротко, чтобы не лезло в глаза. — Насколько коротко? Хороший вопрос. Действительно хороший… — Хм, — я почесал нос, мысленно вспоминая подходящие варианты. Короткий «ёжик», привычный по прошлому миру, откровенно не подходил моему новому телу. Нет, можно, но я и так, мягко скажем, не идеал красоты, а бритым вообще стану уродом, которым можно пугать людей. — Давай так: затылок и виски под машинку, верх — оставляем пять сантиметров, чёлка — до середины лба, чтоб можно было назад её зачесать или набок. — А, поняла! — Бренда с интересом завладела моими волосами, начав укладывать их и прикидывать, как оно будет в озвученном мной варианте. — Уверен, что тебе подойдёт? — Хуже нынешнего варианта лишь бритый череп, — озвучил я, стараясь разобрать запах её духóв: что-то ванильное, чисто девчачье. — С бритым черепом ныне много кто ходит, — жирно намекнула она. — Думаешь, без него не примут? — хмыкнул я. — Ну, с Виком ты уже общаешься, — пожала она плечами. Я почесал подбородок. Движение скорее чтобы занять руки и взять небольшую паузу перед ответом. — Мне нужны были деньги, а Вик — единственный, кто готов дать работу даже такой мелочи, как я. — Всё в порядке? — нахмурилась девушка. — Просто отлично. Она взяла ножницы. — Кстати, — воспользовался я моментом, — говорят, ты мастер, но я так и не спросил об этом тебя саму. Признавайся, хоть кого-то стригла до меня? — Свою куклу, — явно в отместку ответила Бренда, зафиксировав мою голову. Ножницы щёлкнули. Первая прядь упала на простыню. Прощайте, длинные волосы! Я ненавидел вас всё время проживания в этом мире! — Сев! — раздался голос Грэма из гостиной. — Из больницы что-то узнал? Как дела? Бренда едва заметно вздрогнула. Затылком я ощутил её пронизывающий взгляд. Тц, вот надо было тебе открыть свою большую прокуренную пасть именно сейчас?! Фух, стоп, не заводись. Они ведь и так были в курсе ситуации. А Грэм тебе помог, помнишь? И ты сам хотел спросить у ребят совета по нынешней ситуации. Хотел, но чего-то расхотел. — Как ни странно, но ситуация и правда немного прояснилась, — сказал я, ощущая, как движения девушки немного изменились. Замедлились, словно она начала внимательно вслушиваться в наш разговор. — Мать вернулась. Сказала, что у отца паралич правой части тела. Говорить не может и память отшибло. В гостиной замолчали. Даже Найджел перестал хихикать над юмористическим шоу по радио. Тц, ну вот. Теперь я не просто «хороший вратарь» или «свой пацан», а «тот мальчик с отцом-инвалидом». Самая скучная и неудобная роль в пьесе. Сейчас начнутся вздохи и похлопывания по плечу. — А что случилось? — тихо спросила Полин. — Грэм? Я думала, всё куда проще… — Пиздец, — озвучила Морин. — Ты как, Сев? Держишься? — Как огурчик в рассоле. Солёный и никому не нужный, — криво усмехнулся я. — Брось; конечно, держусь. Какие ещё варианты есть? Возможно, всё не так плохо и будет ремиссия. Хотя инвалидность всё равно начнём оформлять, как отца выпишут. Как раз после Лондона. — Отец Сева травму получил, голову расшиб, — так же тихо пояснил Грэм. — Блядь, мне теперь как-то веселиться будет стрёмно, — буркнул Клифф. — Вот почему дерьмо всегда происходит так внезапно? — Забей, это ведь не с твоим отцом случилось, — закрыл я глаза, расслабившись на стуле. Тем более пальцы Бренды оказались удивительно мягкими и нежными. Приятными. — Что значит «забей»? Ты теперь один из нас, Сев, — заметил Мэт, — нравится тебе это или нет. Раздался одобрительный гул. — По инвалидности же сущие пенсы платят, — сказал Грэм. — У матери тётка такую оформляла, ей платили чуть больше трёх фунтов в неделю. — Шиковать будет трудно, — насмешливо согласился я. — Впрочем, ноги не протянем. — Может, Вик… — начал было Найджел, но, судя по звукам, кто-то толкнул его. — Ребят… не парьтесь. Уверен, у каждого из вас есть свои проблемы в жизни, и все вроде как их тянете, — уставился я в одну точку. — Всё будет нормально. Бренда положила мне руку на плечо, слегка сжала, но молча продолжила заниматься делом. Я ощутил, как новые отрезанные волосы падают на простынь и на пол. — Правительство — пидарасы, — зло бросила Морин. — Это ведь всё от них идёт! Бросают народу подачки, а сами жируют! — Вот, кстати, да! — подхватил Клифф. — Премьер-министр Уилсон — главный хуесос во всей стране! Он ведь обещал повысить пособия. Помните его речь на выборах? Важный сукин сын! И где, мать твою, повышение?! — Он тот ещё пиздабол, — заметил Мэт. — То же самое с рабочими местами. Где они? Заводы как закрывались, так и продолжают закрываться. А те, которые ещё на плаву, наполовину пустые. Людей на улицу гонят, пособия — пенсы. С пенсиями всё ещё хуже — я не знаю никого, получающего больше пяти фунтов в месяц! А обычно три-четыре. Страна катится в грёбаную бездну. — Зато пакам денег выделили, — фыркнул Грэм. — Приезжают и сразу жильё с работой получают, пока настоящие англичане задыхаются в нищете. — Эка ты загнул, — рассмеялся Мэт. — Работу и жильё! Бери выше. Пособия и жильё. Работать — не удел этих свиней. Работаем мы, а индусы, паки и ямайцы только пользуют старушку-Англию во все дыры, как безотказную шлюху. Я молчал. Ножницы щёлкали над головой. Мысли крутились вокруг того, как же быстро конкретно взятую проблему переложили на чужие плечи. Нет денег? Ха, виноват не ты, а сосед! Или не сосед, а начальник на твоём заводе. Потому что он, сука, машину себе купил с денег, которые ТЫ заработал. Или не начальник, а мэр. Министр. Король. Кто-то ещё. Может, приезжий? О, точно, именно он! Ведь он, этот Абу, приехавший из своей грязной вонючей Индии, именно он виноват в том, что ты спился и теперь обоссанный валяешься в канаве. Именно он и никто другой! Сука. Бесит. Нет, понятно, что КАКИЕ-ТО причины для обвинения чужаков есть. Много мигрантов на самом деле объединяются в банды и кошмарят честный народ. Но скажите-ка, почему они это делают? Почему люди вообще что-то делают? Потому что могут и потому что это выгодно. Легко, верно? С преступностью всегда борются, испокон веков. И банды мигрантов полиция ловит не меньше, чем банды коренных обитателей страны. Проблема в ином. Есть обычные маргинальные банды, а есть всяческие народные объединения, которые играют по законам, выбивают льготы и пособия, деньги и возможности. Потому что, ха-ха, могут и потому что это выгодно! А значит, и бороться с ними надо не на уровне уличных «стенка на стенку», а в правительстве. И показное недовольство народа — даже если точно так же, как те ребята в гостиной, будут думать девяносто девять процентов населения — ничего не изменит. Итог? Скинхеды и им подобные бессмысленно пердят в воду. Ну да плевать. Люди обожают простые ответы, а я здесь не ради идеологии. Эти ребята — мои связи, пока что единственные. И Вик как человек, способный дать мне денег, тоже не исключение. Значит, я буду этим пользоваться. А там… там и поглядим. — Хоть Малгрейв правду высказал, — сказала Полин. — Не ожидала, что услышу разумные речи от тори! Помните его «Реки крови»? — Ещё бы не помнить, — хмыкнул Мэт. — Всю страну всколыхнул! — Его теперь из-за этого в отставку хотят отправить, — добавил Грэм. — Слышал, куча проблем возникло. Но наши все за него, тут без вариантов. — За что в отставку?! — возмутилась Морин. — Он сказал то, что все думают! Этого сброда и правда слишком много приехало! Даже у нас, в Коукворте, не протолкнуться от мигрантов, хотя считаемся жопой мира. — Они ведь ещё и экономику разрушают, — заметил Клифф. — Заработанные деньги отправляют на родину. В их богом прóклятой Индии наши зарплаты считаются непомерно высокими. Там за одну десятую таких денег можно жить как короли…