Семь влюбленностей Рона Уизли

      Драко Малфой был необычайно красив. Рон думал об этом каждый раз, когда видел блондина размеренно плывущего по коридорам Хогвартса. Его бледная кожа, тонкие длинные пальцы, идеально уложенные волосы и холодные глаза сводили Уизли с ума. Рона будто магнитом тянуло к сдержанному и неприступному слизеринцу в желании укутать его своим теплом, защитить от всего вокруг.       Рон еще не знал, что защита потребуется ему.       После войны Драко сильно изменился. Он выглядел также, но в его манерах появились странности. Слишком быстро двигался, редко моргал, а иногда казалось, совсем не дышал. Наблюдая за ним со стороны, Уизли иногда замечал красную радужку глаз, которая ободком обвивала привычную серую оболочку.       А еще Малфой нюхал. Его носогубные складки постоянно двигались, а губы морщились то ли в страдании, то ли в отвращении.       В один из вечеров, когда Рон патрулировал Хогвартс после отбоя, ноги сами привели его к Астрономической башне. Малфой стоял на краю парапета, качаясь туда-сюда на мысочках. Он удивительно балансировал на краю и выглядел при этом безмятежно.       Уизли забыл, как дышать. Он боялся сделать резкое движение, чтобы Малфой не испугался и не упал вниз. Медленно подкрадываясь к слизеринцу, он даже не заметил, как, буквально за секунду, Малфой исчез. Рон кинулся к ограждению и посмотрел вниз. Никто не лежал на земле, будто никого тут не было, и это всё было миражом.       — Что ты тут делаешь? — раздался голос за спиной.       Уизли обернулся и встретился с ярко-красными глазами. Это была не галлюцинация, он действительно только что видел Малфоя на краю, а теперь тот стоял прямо перед ним. Такой знакомый и дикий одновременно.       — Твои глаза, — произнес Рон и неосознанно протянул руку к его лицу.       Драко отшатнулся и зашипел, выпуская клыки. Его лицо исказилось и покрылось трещинами, а вместо ногтей вылезли когти.       — Не трогай меня, — зарычал он на Уизли и резко втянул носом воздух. — Зря ты сюда пришел, — он разочарованно покачал головой.       — Почему? — кажется Рон совсем не боялся изменившегося вида Драко.       Его еще сильнее тянуло прикоснуться и почувствовать своими пальцами изменившуюся кожу лица. Провести подушечками пальцев по когтям и дотронуться языком до острых клыков. Рон хотел почувствовать, как эти клыки вопьются ему в кожу. Возможно, слизеринец просто загипнотизировал его, раз страх исчез, а появилось желание накормить своей кровью чудовище.       — Ты идиот, Уиззел? — вдруг расхохотался Малфой. Его тело вернулось к прежнему состоянию, а в глазах четко читалась язвительность. — Ты действительно спрашиваешь вампира, почему ты зря пришел к нему на встречу посреди ночи? И тем более, почему его нельзя трогать?       — Ага, — смущенно улыбнулся Рон и кивнул в знак подтверждения своих слов.       Уизли сделал медленный аккуратный шаг в сторону слизеринца.       — Ты сумасшедший, — ошеломлённо ответил Драко, но в глазах появился еле заметный испуг. — Или ты хочешь меня убить? Знай, я никому не причинил вреда, так что у тебя нет права меня и пальцем тронуть, — он сложил руки на груди и задрал подбородок, напоминая прежнего надменного Малфоя.       — Я не планировал тебя убивать, — пожал плечами Рон, делая еще шаг.       Он походил на пантеру, которая загоняет маленького кролика в ловушку. Только вот в данной ситуации именно Уизли был тем кроликом, который пытался напугать пантеру своим бесстрашием, а не наоборот.       — Тогда зачем ты… — Малфой осекся, когда рука Рона коснулась его щеки.       Драко обдало жаром, и он блаженно прикрыл глаза, ощущая забытое чувство тепла. Будто котёнок, давно не получавший ласки, он сильнее прислонился к ладони и потерся о неё щекой. Вторая рука Рона коснулась его губ и нежно очертила контур.       Малфой сделал глубокий вдох и зарычал, резко распахивая глаза. Уизли стоял в сантиметре от его лица и наблюдал, как мраморная кожа снова трескается и выпускаются клыки.       — Прекрати, — оскалился Драко, но Рон покачал головой. — Я не могу больше сдерживаться, — обреченность проскользнула в его голосе. — Я не хочу сделать тебе больно, — зашептал умоляюще он. — Я не хочу быть убийцей! — взорвался Малфой и одним резким движением впечатал противника в стену, отступая от него.       Уизли покачнулся от удара, но устоял на ногах.       — Ты не убийца, — еле слышно прошептал Рон, но чуткий слух Малфоя уловил сказанное.       — Ты ничего обо мне не знаешь.       — Я вижу тебя сейчас. Ты не причинил мне боли.       — Сказал глупенький Уиззел, которому я только что чуть не сломал спину о стену, — отозвался Драко, указывая пальцем на краску, которая осыпалась на пол.       — Но не сломал же? — Рон повел плечами и посмотрел ему прямо в глаза. — Я вижу, что ты не причинишь мне боли.       — Ты дурак!       Секунда, и Рон снова оказался прижат к стене, а кулак Драко оставил вмятину в сантиметрах от его головы. Ни один мускул не дрогнул на лица Уизли, он продолжал настойчиво смотреть на Малфоя.       — Зачем? — рыкнул тот ему прямо в губы.       — Всегда хотел увидеть тебя разъярённым, — хмыкнул Рон, и первым впился поцелуем в ледяные губы.       Драко было отстранился, но руки Уизли обвили его шею и притянули к себе, не давая вырваться.       Впервые за несколько месяцев, с момента обращения, Малфой почувствовал себя слабым. Он снова почувствовал себя человеком, которого можно застать врасплох.       Уизли целовался так, будто это была их последняя встреча. Он всю душу вкладывал в движения губ, стараясь передать все эмоции, что томились в его душе так долго. Он прикусил губу Малфоя и почувствовал, как тот рыкнул на него в ответ. Рон улыбнулся. Зверь попался в ловушку и теперь беззастенчиво отдавался во власть добычи.       — Ты не знаешь, на что соглашаешься, — Драко оторвался от него, загнанно дыша.       — Тогда расскажи мне, — Рон коснулся кончиком своего носа к его щеке.       — Я не сплю по ночам.       — Значит, будешь охранять мой сон.       — Я не ем обычную пищу, не пью ничего кроме крови.       — О, я могу есть за двоих, — хмыкнул Рон, куда-то ему в шею, покрывая ту горячими поцелуями.       — Я хочу попробовать тебя на вкус, — блаженно простонал Драко, запрокидывая голову и подставляясь под столь заветную ласку.       — Пробуй.       — Нет! — зарычал Малфой и схватил Уизли за шею. — Ты не понимаешь, что мне предлагаешь.       Его лицо снова стало маской чудовища, а клыки блестели в свете луны.       — Я хочу твою кровь, — Драко провел носом по его шее, там, где билась вена. — Я хочу обладать тобой с ног до головы.       Рон потянулся руками к вороту своей рубашки и расстегнул пуговицы, оголяя грудную клетку.       — Что ты делаешь? — Драко дёрнулся и сильнее впечатал Рона в стену, всё ещё удерживая рукой шею.       Уизли вместо ответа взял его свободную руку и притянул к своей груди, приставляя острый коготь к телу в районе солнечного сплетения. Он надавил, чувствуя, как прокалывается кожа и выступает капелька крови.       Глаза Малфоя широко распахнулись от вожделения и голода.       — Я весь твой, — прошептал Рон и блаженно закрыл глаза, ощущая, как холодные губы припадают к его груди, а язык слизывает желанную кровь.       Драко рычал, но не причинял ему боли.       — Я люблю тебя, Драко Малфой, — простонал Рон, зарываясь пальцами ему в волосы. — Даже когда ты пьёшь мою кровь.