Алая Звезда

**Глава 3. «Позор на собрании старейшин!» Прошло еще несколько недель. Рэй научился существовать в новом, абсурдном ритме. Его дни были расписаны между медитациями по усмирению внутреннего хаоса, изучением пыльных фолиантов в поисках хоть какого-то решения и попытками скрыть свой «положение» под все более изощренными одеяниями. Он избегал людей, отменял публичные выступления и проводил время в полном уединении. Но некоторые обязанности нельзя было отменить. Как, например, ежемесячное собрание старейшин ордена «Алая Звезда». Он стоял перед зеркалом в своих покоях, облачаясь в парадные одежды. Они были сшиты из самого тяжелого, плотного шелка, с высоким воротником и сложной драпировкой, призванной скрыть любые изгибы тела. Со стороны он все еще выглядел как воплощение могущества и строгости. Но сам Рэй видел лишь обман. И чувствовал тяжелую, налитую упругость низа живота, постоянное напоминание о его состоянии. «Ты должен вести себя спокойно, — приказал он своему отражению, а по сути — сгустку тьмы внутри. — Никаких выходок. Никакого внимания». Собрание проходило в Зале Тишины — просторном помещении с высоким сводчатым потолком, где голоса приобретали металлический отзвук. Рэй занял свое место за круглым столом из черного дерева, кивая другим четырем старейшинам. Его поза была безупречно прямой, лицо — ледяной маской. Все шло как обычно. Обсуждали поставки целебных трав, отчеты о патрулировании границ, успехи новых учеников. Рэй отвечал односложно, стараясь не привлекать лишнего внимания. Он чувствовал себя гигантской миной замедленного действия, замаскированной под старейшину. И вот настал его черед докладывать о состоянии защитных барьеров вокруг обители. Он сделал глубокий вдох, готовясь говорить своим обычным, размеренным и властным тоном. «Барьеры у западного крыла требуют перенастройки, — начал он, и его голос, чистый и низкий, заполнил зал. — Энергетический поток…» И тут это случилось. Сначала послышался тихий, но отчетливый булькающий звук. Рэй на мгновение замолчал, думая, что почудилось. Но нет. Из глубины его живота донеслось долгое, громкое урчание. Не просто урчание голодного желудка, а нечто более глубокое, низкое, почти… довольное. Звук, который невозможно было игнорировать в торжественной тишине зала. Все взгляды устремились на него. Старейшина Вэй, седовласый и всегда серьезный, приподнял бровь. Старейшина Мэй, чье лицо обычно было непроницаемым, смущенно откашлялась. Рэй почувствовал, как по его шее и щекам разливается горячая волна краски. За сотни лет жизни он забыл, что такое смущение. Сейчас оно накатило на него с силой цунами. «Прошу прощения, — скрипнул он, пытаясь продолжить. — Как я говорил, поток…» Бульк. Гррррррр… На этот раз звук был громче и продолжительнее. Он эхом разнесся под сводами, заставив замолчать даже тихий шепот. Казалось, сам воздух застыл в недоумении. А затем, будто этого было мало, его живот под одеждами шевельнулся. Не просто толчок, а целая волна, пробежавшая по округлой поверхности, заставив шелк складками лечь иначе. В зале воцарилась мертвая тишина. Рэй сидел, окаменев. Его пальцы, лежавшие на столе, сжались в белые костяшки. Он чувствовал, как горит не только его лицо, но и все тело от унижения. А внутри тем временем продолжалось празднество. Демоненок, словно довольный произведенным эффектом, устроил настоящий марафон: урчание, бульканье, легкие, но отчетливые толчки в разные стороны. Это была не боль. Это была пытка стыдом. «Рэй?.. — осторожно начала старейшина Мэй. — Ты… в порядке? Может, тебе нужен лекарь? У тебя… очень странные звуки из живота». «Со мной все в порядке! — отрезал Рэй, и его голос прозвучал резче, чем он планировал. Он силился сохранить остатки достоинства. — Это… последствия эксперимента по очистке энергий. Временный дисбаланс». Гррр-бум! — ответил ему его же живот, словно насмехаясь. Старейшина Вэй смотрел на него с нескрываемым подозрением. «Выглядит и звучит… весьма необычно для дисбаланса, Рэй. Почти как…» Он не договорил, но все и так поняли. Это звучало живо. Слишком живо. Рэй не выдержал. Он резко встал, отчего стул с грохотом отъехал назад. «Доклад завершен!У меня срочные дела!» — выпалил он и, не глядя ни на кого, крупной, немного неуклюжей походкой направился к выходу, чувствуя на своей спине тяжелые, полные недоумения и зарождающихся догадок взгляды. Он прошел по коридору, сжимая кулаки, его уши горели. Он, символ порядка и силы, был публично опозорен. И виной всему был не просто демон, а демон-шутник, устроивший из его тела комедийное представление для самых влиятельных людей ордена. Дверь в его покои захлопнулась с такой силой, что по стене поползли трещины. Рэй прислонился к ней, его грудь тяжело вздымалась. Он сгребал руки за живот, желая вдавить эту ненавистную выпуклость обратно, внутрь. «Умолкни!» — прошипел он в тишину, обращаясь к сгустку хаоса внутри. В ответ он почувствовал лишь легкий, почти успокоенный толчок, а затем — довольное, тихое урчание. Демоненок, похоже, отлично провел время.