Алая Звезда

Глава 6. «Темное божество в шелках» Тишина в покоях Рэя больше не была гнетущей. Ее наполняли тихие, прерывистые всхлипы Ли и его собственное, тяжелое, полное стыда дыхание. Ли, не в силах вынести ни страдания наставника, ни молчаливую агонию крохи внутри них обоих, сделал то, на что никогда бы не осмелился раньше. Он подошел и обнял Рэя, прижавшись к его плечу, а затем, набравшись смелости, быстро и несмело поцеловал его в щеку. «Шифу… все будет хорошо,» — прошептал он, садясь рядом. Он прижал ладонь к своему округлившемуся животу, и его голос смягчился до нежного воркования. «Ты слышишь, малыш? Успокойся. Все кончилось. Мы здесь. Мы с тобой.» И произошло чудо. Слабый, едва уловимый отклик пришел изнутри — сначала от Ли, а затем, словно эхо, от Рэя. Тот самый, почти угасший трепет. Одно и то же существо, одна душа, отозвавшаяся на ласку в двух телах одновременно. Шевеление было до боли слабым, будто последним усилием умирающей бабочки. Этот крошечный, двойной отклик заставил Рэя содрогнуться. Он не мог больше этого выносить. Он поднялся, его движения были скованными, и подошел к магическому кристаллу связи в углу комнаты. Вложив в него щепотку своей ци, он произнес лишь одно имя: «Тэ Синь. Срочно.» Глава ордена «Алая Звезда» появился в дверях менее чем за полчаса. Тэ Синь был столь же молод внешне, как и Рэй, ему не было и тридцати. Его красота была не столь холодной и отточенной, а более живой, одухотворенной. Его пронзительные глаза сразу же оценили ситуацию: два самых талантливых подчиненных, сидящие на полу, с абсолютно идентичными, неестественно округлившимися животами, и витающая в воздухе аура страдания и едва теплящейся жизни. Он не стал задавать глупых вопросов. Он опустился на колени между ними, его пальцы с легким золотистым свечением коснулись сначала живота Ли, затем — Рэя. Он закрыл глаза, погружаясь в диагностику. Его лицо оставалось бесстрастным, лишь на секунду брови чуть дрогнули от удивления. Когда он открыл глаза, в них не было ни жалости, ни осуждения. Был лишь огонь. «Рэй, — его голос прозвучал тихо, но с такой силой, что стены, казалось, подались назад. — Что ты натворил?» Прежде чем Рэй успел что-то ответить, Тэ Синь продолжил, и его слова обрушились на наставника как удар молота: «Ты думал, это демон? Проклятие? Ты, с твоими знаниями, не смог распознать божественную печать?» Он с силой ткнул пальцем в живот Рэя, заставив того вздрогнуть. «Это «Дитя Бездны»! Темное, да, но божество! Вечный ребенок-хранитель! Быть его носителем — величайшая честь, которую орден не удостаивался сотни лет! Его сила — это щит, а не меч! А ты… ты пытал его!» Каждое слово было словно пощечина. Рэй, всегда непоколебимый, смотрел на Тэ Синя с растущим ужасом и осознанием чудовищной ошибки. Он не был осквернен. Он был… избран. И он едва не уничтожил это избранность в припадке гордыни. Тэ Синь уже не смотрел на него. Его руки засветились ярче, и потоки чистой, теплой, живительной энергии устремились внутрь них обоих. Это была не атака, не усмирение. Это было глубокое, сущностное исцеление. Он латал раны, нанесенные ци Рэя, наполняя истощенное тельце силой и покоем. Рэй и Ли почувствовали это одновременно. Слабый, умирающий трепет внутри них начал набирать силу. Он все еще был слабым, но теперь в нем чувствовалась не агония, а глубокая усталость и… облегчение. Кроха перестал бояться. «Он никогда не вырастет, — мягче сказал Тэ Синь, заканчивая исцеление. — Он навсегда останется малышом в вашей утробе. Вашей общей утробе. Вы теперь его дом, его защитники. И вы будете относиться к нему с должным почтением.» Приказы Тэ Синя были краткими и неоспоримыми. Рэю и Ли сшили новые одежды — не скрывающие, а подчеркивающие их новые формы. Шелковые халаты глубокого сапфирового цвета, с вышитой на груди и на округлом животе не Алой Звездой, а символом спящего темного божества — полумесяцем, обвивающим маленькую звезду. Они были свободными, удобными и… красивыми. Их перестали стыдиться. Их начали воспевать. История о двух носителях, ставших домом для темного божества, облетела орден, обрастая легендами. А Тэ Синь лично приходил к ним каждый день. Он приносил горшки с густыми, восстанавливающими отварами, пахнущими кореньями и медом. И он приносил корзины с самыми сочными, спелыми фруктами, нарезая их тонкими дольками. «Ешьте, — говорил он, и в его глазах теплилась улыбка. — Он это чувствует. Ему нужны силы.» И они ели. Сидя рядом, Рэй и Ли, два вечно беременных носителя, чувствовали, как их общий малыш, темное божество, сладко и мирно посапывает внутри них, наливаясь силой от их тепла, ласки и вкусных фруктов от Тэ Синя. Проклятие обернулось честью. А ярость и страх — тихим, странным, но глубоким покоем.