Алая Звезда

Глава 14. «Влюблённость» Спустя неделю, проведенную в сырой темнице, дверь камеры Ю Си отворилась без привычного скрежета. На пороге стоял Тэ Синь. Его лицо было серьезным, но в глазах не было и следа недавней ярости. «Ты достаточно наказан, — произнес он, его голос был тихим, но властным. — Собирайся. Ты будешь жить в моих покоях. Под личным наблюдением.» Ю Си, все еще ослабленный и бледный, лишь кивнул. У него не было сил ни на гордость, ни на возражения. Мысль о теплой комнате и мягкой постели была слишком соблазнительной. Покои Тэ Синя были такими, какими и должны были быть апартаменты главы ордена: просторными, наполненными мягким светом и ароматом сандала и старых книг. Для Ю Си отвели комнату, смежную со спальней самого Тэ Синя. Все здесь было продумано для комфорта: толстые ковры, шелковые занавеси, глушащие любой шум, и постоянно горящий камин. В первую же ночь Тэ Синь вошел к нему без стука. Ю Си сидел на краю кровати, все еще скованный и неуверенный. «Ложись, — мягко, но не допуская возражений, приказал Тэ Синь. — Спина у тебя должна ныть от того камня.» Ю Си послушно лег на живот. Руки Тэ Синя, сильные и умелые, опустились на его плечи. Сначала Ю Си вздрогнул от неожиданности, но затем волны приятного тепла и расслабления разлились по его измученному телу. Тэ Синь молча массировал зажатые мышцы, разминая узлы напряжения с терпеливым мастерством. Это не была ласка влюбленного — это была забота хозяина о своей собственности. Но от этого она не становилась менее приятной. Так начался их новый ритм жизни. Тэ Синь кормил Ю Си самой изысканной пищей — нежными бульонами, томленым мясом, легкими десертами, возвращая ему силы и румянец. Он следил за его тренировками, его уроками, его распорядком. Он доминировал во всем, но эта доминантность была обволакивающей, защищающей. Ю Си, всю жизнь полагавшийся лишь на себя, впервые позволил другому взять на себя бремя контроля. И вечером, после сеанса массажа, когда тело Ю Си было расслаблено, а разум беззащитен, что-то изменилось. Тэ Синь не ушел, как обычно. Он остался сидеть на краю кровати, глядя на Ю Си, чье лицо в свете луны казалось вырезанным из фарфора. «Ты научился послушанию, — тихо сказал Тэ Синь. — Но я хочу видеть не только его.» Его рука коснулась щеки Ю Си, пальцы провели по линии скулы. Ю Си замер, его сердце забилось как птица в клетке. Он видел в глазах Тэ Синя не просто желание обладать, но и нечто более глубокое, более теплое. Тэ Синь наклонился. Поцелуй был нежным, но безоговорочно властным. В нем было все: прощение, обладание, обещание и вопрос. Тэ Синь явно вел, а Ю Си позволил себя вести, ответив на поцелуй с той самой покорностью, которую он так ненавидел в себе, но которая сейчас чувствовалась такой… правильной. Когда они наконец разъединились, дыхание Ю Си сбилось. Он смотрел в темные, серьезные глаза Тэ Синя, и в его душе, такой гордой и одинокой, наконец что-то улеглось. «Ты мой, — заявил Тэ Синь, и в его голосе не было места для сомнений. — И я твой. Запомни это.» Ю Си кивнул, не в силах вымолвить ни слова. Он был любим. Не как старейшина, не как гений, а просто как Ю Си. Возможно, впервые в жизни. И эта мысль была одновременно пугающей и самой желанной на свете.