Исповедь

Настоящее время

Сигансина

Сначала послышался громоподобный треск молнии, известивший о превращении. На открытом пространстве появился Звероподобный. Гигантская, волосатая фигура возвышалась над горизонтом, желтые глаза наблюдали за Сигансиной с превосходством хищника. Зик не пришел один. Он привел с собой огромное, неисчислимое стадо неразумных титанов. Титан расположил эту армию «пушечного мяса» таким образом, чтобы полностью блокировать путь отступления разведкорпуса из Сигансины. Резким, мощным движением Звероподобный швырнул огромный валун, подобный орудийному ядру. Камень с оглушительным грохотом врезался во внешние ворота Сигансины. Ворота выдержали, но валун создал непроходимый завал, полностью заблокировав проход. — Промахнулся? — Нет. Это был меткий бросок. «Запечатав нас здесь, он перейдет к следующей фазе: уничтожение наших лошадей, нашего единственного средства передвижения. Без лошадей мы не сможем ни покинуть город, ни доставить припасы. Всё, что останется титанам, — это терпеливо ждать. Мы будем истощены и перебиты голодом. Тогда, захватить Эрена будет проще простого» — Эрвин абсолютно спокоен. — Плохо позавтракал, командующий? Стоишь тупишь, как новобранец на утренней зарядке. Или ты ждал, пока он имя своей собаки назовет? Может, рот свой наконец откроешь? Эрвин не ответил. Он лишь послал Леви короткий, резкий взгляд, который говорил больше, чем любые слова. — Марлен, берите с Дирком своих и переместитесь к отряду Клауса у северных ворот! Ваш приоритет — защита лошадей! Любой ценой спасите их! Отряд Леви вместе с Ханджи и её людьми — внутрь города. Ваша цель — Бронированный. Вы будете использовать громовые копья. Как ими распоряжаться решат командиры. Выполнять! — Есть! Разведчики немедленно приступили к выполнению приказа. — Стой, — остановил Аккермана. — Не понял. — Ты мне нужен здесь. Вот, — указал на Звероподобного, — твоя задача. Такое можно доверить только настоящему специалисту. — Как прикажешь. Эдне помогать? Эрвин посмотрел на разрушенные кварталы Сигансины. Эдна выглядела уставшей, движения стали более медленными, но она успешно отвлекала Райнера, не давая ему достичь цели. — Справляется. Леви не тратил сил на споры. После утверждения плана сразу же приступил к первой, самой срочной задаче, которая была связана с уничтожением титанов, бегущих к лошадям. Эрвин, наблюдая за ним со Стены, уже отдал новый приказ новобранцам: — Отряду Клауса! Лошадей в самый безопасный сектор! Вспышки стали, хруст мышц, фонтаны крови — всё это работа капитана Леви. Он расчищал фланг, защищая жизненную артерию Разведкорпуса. Райнер Браун, облачённый в непроницаемую броню, был живым оружием, отточенным с детства в Марлии. Силён, дисциплинирован. Его атаки — это таран, направленный на сокрушение и подавление противника. Эдна же работала по другим правилам. Она не могла похвастаться исключительной грубой силой, но являлась воплощением ловкости, скорости и чистого боевого опыта. Смит прекрасно понимала, что Бронированный куда сильнее, но это она его обучала, а не наоборот. Лейтенант представитель старой школы. Когда Райнер со страшной силой бросился вперёд, Эдна не стала принимать удар. Она мгновенно отпрыгнула на крышу здания, используя импульс против него. Пока Бронированный проламывал стены, Женская особь уже была сзади. Целилась исключительно во внутренние стороны коленных суставов, чтобы надрезать мышцы. Райнер специально упал на неё всем телом, придавливая. С оглушительным рёвом лейтенант упала на землю, как косточка домино. Быстро поднявшись, схватил её за лодыжку, и с невероятной силой швырнул титана в трёхэтажное здание. Эдна пробила кладку насквозь, погрузившись под обрушивающиеся обломки. Не давая времени на регенерацию, противник прыгнул сверху, желая раздавить застрявшую Женскую особь в одном смертельном прессе. Но Эдна действовала на инстинктах. В момент, когда тень Бронированного накрыла руины, она успела выскочить из загривка, словно пробка из бутылки. Пока Райнер с грохотом приземлялся, разбивая тело Женской Особи в груду плоти и костей, Смит уже неслась прочь. — Сукин сын! Чуть не убил, сволочь! Жан подхватил Эдну, и унес дальше от опасной зоны. Времени на эмоции попросту нет. — Спасибо. — Вы как? — Нормально… Испугалась больше. Ты с Ханджи? — Да. — Что случилось? — Звероподобный и неразумные титаны взяли Сигансину в кольцо. — Бертольда не было? — Нет. — Каков план? — Необходимо заманить Райнера в тот район, где есть высокие здания… Для УПМ. Это наш шанс для громовых копий. Ваша задача — вновь трансформироваться и подставить его под удар по глазам. Мы должны ослепить, чтобы Бронированный не видел атаку копьями. А уже после этого — концентрироваться на загривке. Вы готовы? — Конечно. Жан быстро протянул ей флягу с водой. Затем последовал самый неприятный момент: юноша извлек из-за кармана кителя платок с свежеотрубленным пальцем Эрена — экстренный источник силы. — О, благодарю. Лейтенант поблагодарила Кирштейна, и постаралась сделать процесс как можно более тихим, быстро и аккуратно съедая плоть, чтобы не спровоцировать рвотный рефлекс у Жана, который в этот момент поспешно отвернулся. — Вкусно? — Как обычное сырое мясо. Съеденное запила водой. Взгляд вернулся к кварталу, где Райнер уже вышел из обломков и искал её глазами. — Я удержу его, но постарайтесь побыстрее, ладно? — Радиус взрыва не оставляет шансов… Мы же можем и вас задеть. — Аккуратнее тогда! Уходи, — прокусила губу до крови. Яркая вспышка и поднявшийся столб пара выдали её местоположение. Райнер вышел из обломков и мгновенно заметил своего противника. Особь медленно повернулась к нему, убедившись, что находится в фокусе внимания противника, и спровоцировала, показав язык, как маленький ребёнок. Браун, чьё психическое состояние и так на грани, немедленно отреагировал на вызов, издав яростный, гортанный рев, подобный крику разъяренного быка. «Давай за мной, кабан» — побежала вперёд. В самом центре засады, между двумя высокими развалинами, она развернулась и встретила Райнера. Бронированный нанес удар кулаком, целясь в центр груди. Эдна частично приняла его на плечо, и пошатнулась, а мышцы вокруг места удара затрещали. Резким боковым движением кристаллизовала более мощные когти и двинула руку вверх. Когти с ужасающим скрежетом прошлись по броне и проникли под пластину на скуле, вырывая её. Райнер взревел от боли. В ярости он пнул Женскую особь в живот, отбрасывая на несколько метров. Эдна могла поклясться, что её внутренние органы превратились в месиво. «Убью!» Кулак Райнера пронесся в сантиметрах от лица девушки, лишь едва задев шею. Смит вскочила и всадила кристаллизованный кулак в район солнечного сплетения, разбивая броню. Использовала последние силы на боль противника. Запрыгнув и повалив, изо всех сил вдавила воина Марлии в землю, не позволяя подняться. Над головой титана засвистели тросы УПМ. Из-за развалин с поразительной скоростью вылетели две фигуры: Микаса и Ханджи. Они одновременно направили громовые копья в глазницы Бронированного. Вонзившись глубоко, копья закрепились. Ослепляющий свет и ударная волна разорвали броню и лишили врага зрения. Райнер издал ужасный, прерывистый крик. — Уходи! — Зоэ. Лейтенант собрала остатки сил, толкнула Райнера, переворачивая его на живот, открывая вид на затылок. «Пора бежать!» Огромное, безжизненное тело Женской особи рухнуло в центре квартала, своей массой окончательно придавив титана к земле. Отряды Леви и Ханджи, выпустили по зафиксированному Райнеру не менее двадцати громовых копий. Снаряды со свистом вонзились в затылок великана, пробивая броню в уязвимой области шеи. Цепь мощнейших взрывов превратила голову и загривок в обугленную воронку. — Бронированный мертв! Лёжа на черепице, Эдна пыталась хотя бы отдышаться. Райнер в долгу перед ней не остался, и неплохо потрепал. Как минимум, у юноши другая весовая категория. Без пальца Эрена всё было бы куда хуже. — Ты как? Сначала Ханджи внимательно осмотрела подругу, убеждаясь в отсутствии незаживающих травм, а затем резко двинулась и отвесила ей сильный подзатыльник. Эдна не уклонилась и не выказала боли. Она знала, что эмоциональный взрыв майора был вызван открывшейся правдой. — Прости… Можешь ударить ещё разок, если хочешь. Майор нахмурилась, но через секунду взгляд смягчился. Поняла, что эта шутливая бравада — всего лишь защитная реакция на колоссальный стресс и истощение. — Когда мы вернемся домой, я ударю тебя вилкой в гортань прямо за обеденным столом. — Договорились, — негромко рассмеялась, — что с Бертольдом? — Нам лучше бы подальше держаться от центра. Не думаю, что Колосс прячется в Стене, как Райнер. Молния в одно место дважды не бьёт… — Это… сигнальный огонь? Ракета не задела никого, но громкий свист и густой синий дым стали недвусмысленным призывом. — Эрвин зовёт. Иди, — протянула руку, помогая подняться. Командующий наблюдал за ходом боя. — Молодец, Эдна. — Рада служить… — Сколько раз обратилась? — Два… — Береги силы. — Ну, — вздохнула, — с Бронированным легко не было… Эрвин отвернулся от Эдны, снова уставившись на поле боя. Лейтенант стала рядом с ним. Вместе молча оценивали картину внизу. Взгляд Эдны скользнул по полю. Она сразу же заметила человека, двигающегося с неестественной скоростью и точностью. — Лошадей увели… Это хорошо. — Враг тоже не спит. Среди разведчиков уже есть раненые… Многие из них не смогут продолжить бой, а некоторых мы потеряли. — А лохматый ещё даже не начинал. Стоит же, смотрит, сука. — Может, отвлечешь рёвом неразумных, а Аккерман подберётся к нему? — Может, — кивнула, — мне нужно время на восстановление. Внезапно по округе разнесся оглушительный рёв. Райнер, придавленный и пронзенный громовыми копьями, издал вопль такой силы, что воздух вокруг сотрясся. Даже на стене Смиты почувствовали, как их барабанные перепонки заложило от этого звука. ​ — Не добили?! — Эрвин присмотрелся. — Глянь! Перевозчик быстро доставил к Звероподобному большую, закрытую бочку. Зик аккуратно взял груз в одну из своих огромных лап. Увиденное вызвало у Эдны интуитивную реакцию. — Молния в одно место дважды не бьёт… — Что? Я не расслышал. — Я говорю, — указала на Зика, — молния в одно место дважды не бьёт… А откуда она бьёт? — Сверху! Смиты обменялись взглядами. — Бертольд в этой бочке! Зверюга сейчас швырнёт её! Всё произошло за один, неразличимый миг. От осознания того, что Колоссальный сейчас обрушится на землю, превратив остатки Сигансины в пепел, Эдна и Эрвин почувствовали холодный ужас. Слова сорвались с их губ прежде, чем мысль успела сформироваться. Бросились к краю стены, отчаянно пытаясь перекричать нарастающий грохот. — Ханджи-и-и! Уходи-и-ите! Немедленно! Назад! Отчаянные, перекрывающие друг друга крики достигли некоторых разведчиков, но было слишком поздно. Зик с презрительной лёгкостью метнул бочку. — Отходим! — Микаса. Смит подлетела к застывшей от ужаса Ханджи, схватила майора и унесла подальше от траектории падения бочки. В тот самый момент, когда груз достиг точки невозврата, разведчики замерли, готовясь к ужасающему взрыву и падению Колосса. Гувер появился перед военными в своей человечности форме. Использовав УПМ, приземлился на тело титана Райнера. — Какова вероятность того, что Райнер жив? — Учитывая то, что Бертольд сейчас с ним и всё ещё не крушит город, — Эдна поправила ремни от УПМ, — высока. Внезапно голос Армина Арлерта, который находился неподалеку на крыше, разрезал напряжение. — Майор! Лейтенант! У нас есть возможность поговорить с Бертольдом! Он сейчас человек! Мы должны попробовать устроить переговоры! Ханджи и Эдна обменялись быстрыми, напряженными взглядами. Риск огромен, но трансформация Колосса означала огромные проблемы. — Хорошо, Армин. Я разрешаю. Но будь осторожен! — Зоэ кивнула ему. Арлерт на УПМ подлетел к Бертольду, осторожно приземлившись на крышу колокольни в нескольких метрах от него. — Бертольд! Поговорим! Ты же не хочешь нас всех убивать, ведь мы были товарищами! — Мы поговорим, но только при одном условии: после разговора вы все умрёте! У нас два требования: вы должны выдать нам Эрена, а после — сдохнуть в своих проклятых стенах. Никто из вас не уйдёт живым, кроме Йегера! Он смотрел на Армина без всякого сочувствия. — Как печально, Бертольд. Я правда расстроился. Ведь надеялся, что мне больше никогда не придется слышать… крики Энни… Столичные… Они… Вы же были близки! Образ заточённой Леонхарт и собственное чувство вины перед ней заставили Гувера дрогнуть. На долю секунды — опасную, критическую долю секунды — Бертольд купился. Разведчики притаились, скрываясь за разрушенными зданиями. — Бертольд не знает, что ты носишь Женскую особь. Он испытывал к Леонхарт очень сильные чувства. Если узнает, что Энни потеряна для них навсегда, и что титан захвачен… это может его ошарашить, выбить из колеи. — Вообще бы, — прикрыла глаза, — по-хорошему, Бертольда можно убить сейчас, но нам нужен титан. Если сейчас бросимся в атаку, и не добьём, как Аккерман, то… Бум! — Хорошо… Предположим, что Бертольд сейчас превратится. — Если вырвем из затылка, считай, победили. — Понимаю, но, — сняла очки и протерла линзы, — к нему не подобраться просто так, если не заставить намеренно выпустить пар. Длительное использование защиты постепенно сжигает его мышечную массу, пока не останется только скелет. Колоссальный не годится для битв на истощение. — Выдержать подобное может только титан… Людям не приблизиться. А Эрена, — горько усмехнулась, — в расход не пустить. Эдна приняла решение, от которого похолодело бы у любого. — Ты сгоришь… — Выпрыгну… Как только Колосс будет достаточно обессилен, я подам сигнал, и Эрен вырвет Бертольда из загривка. Ханджи закрыла глаза на секунду. План был чистым самоубийством. Легкий пар, поднимающийся от кожи, и явные следы под глазами, говорящие о недавнем использовании силы титана были признаком того, что лейтенанту нужен перерыв. — Сейчас ты не сможешь нормально функционировать, если обратишься. Это будет пустая жертва. Придётся тянуть время… — Тогда… Наша надежда — актерское мастерство Арлерта. Ой, — прислушалась, — как песенку-то стелит… Зачем в разведку пошёл? — Такой талант пропадает. Армин пытался изо всех сил разжалобить Бертольда, призывая услышать совесть и доброе сердце, но юноша отбросил эмоции, вернув своему лицу выражение холодного, напряжённого спокойствия. — Я больше не дам слабину, Армин. Я сейчас абсолютно спокоен. Посмотри на свои руки. Ты трясешься, — усмехнулся, — а я нет. И мне искренне жаль, что мне придется убить всех вас. — Почему придется, Бертольд? Из-за того, что мы адские выродки?! Вы всех нас так ненавидите?! Гувер покачал головой, впервые сделав жест, напоминающий человеческий. — Нет. Мы все одной крови, Армин. Я это понимаю. Но вы — демоны острова Парадиз, которые должны умереть. Такова необходимость. Не дав ему и секунды, Микаса Аккерман, которая наблюдала за диалогом с крыши, атаковала. Оказавшись за спиной, Аккерман срезала острым клинком часть его правого уха. Кровь брызнула на раны. Бертольд вскрикнул, инстинктивно схватившись за рану. Шок от боли и нарушения спокойствия был настолько силен, что прервал процесс трансформации. Вместо того, чтобы превратиться в Колосса, Гувер отступил. Он отдернул тросы УПМ, отпрыгнув от здания, и стараясь занять более безопасную позицию. В это же время Ханджи, Моблит и Эдна обнаружили, что добить лежащего на спине Райнера невозможно. Секунды, которые Микаса выиграла, потрачены впустую. — А когда он его перевернул? — Эдна в ужасе, — и как? — Наверху! Их взгляды поднялись вслед за человеческой фигурой, стремительно удаляющейся в небо на УПМ. — Прочь! Ужас сжал сердца, потому что разведчики знали, что последует дальше. Вспышка была нестерпимой, нечеловечески белой, выжигающей зрение, а грохот прошелся, как удар по телу, волной давления, которая могла оглушить навсегда. Ударная волна смешалась с обжигающим жаром, превращая квартал в мясорубку. Остатки домов снесены, а разведчики вынуждены беспомощно цепляться за руины. Командир потерял равновесие и соскользнул с края, но успел нажать на спусковой механизм УПМ, когда уже летел вниз. Трос резко захватил каменный зубец, и Эрвин, относительно мягко приземлился. — Эрвин! Что происходит?! — Колоссальный! Связь между ними и отрядами Ханджи и Леви — прервана. Сейчас они находились по обе стороны огромного каменного барьера, не имея визуального или голосового контакта. — Хоть кто-то жив? — Я не видел… После того, как адский свет угас, оставив в глазах лишь горящие пятна, и оглушающий звон немного отступил, а пыль от взрыва, смешанная с паром, медленно оседала на руины Сигансины, разведчики смогли оглядеться. — Майор! — Эдна! — Ханджи! — Моблит! Через секунду все поняли ужасающую вещь: Эдна, Ханджи и Моблит находились ближе всего к Бертольду в момент трансформации. — Надо помочь другим, пока Бертольд сильно не разошёлся! Разведчики временно отказались от идеи атаки, переключившись на критический приоритет — спасение. Каждый боец, способный двигаться, хватал раненого товарища и несся прочь от эпицентра, углубляясь в разрушенный город, поближе к внутренним воротам Сигансины. Эдна вынырнула из беспамятства с мучительной болью, ощущая, как её тело было распластанным и заваленным горящими обломками. Первым делом попыталась трансформироваться, чтобы выбраться, но ощутила слабый и непреодолимый отток всей доступной силы. Весь ресурс Женской особи уходил на экстренную регенерацию переломанных костей и тяжелых внутренних повреждений, полученных от ударной волны и падения обломков. За Стеной оставшиеся командиры и разведчики продолжали сражаться с мелкими титанами. Аккерман думал исключительно о товарищах. «Как они там вообще? Ханджи с ребятами успели спрятаться? Нет времени пообщаться с Эрвином… Сколько раз обратилась Эдна? Могли ли они выжить после такого удара?» — вытирает клинок. Внимание капрала зацепилось за несколько мимо пролетающих осколков камней. Секунда, и ужасающая мысль пронзила сознание: Звероподобный сделал свой ход. Сотни обломков превратились в снаряды, преодолевающие звуковой барьер. Они обрушились на Разведкорпус с ужасающей, непреодолимой силой. Месиво. Камни разрывали плоть, дробили кости и превращали людей и лошадей в кровавые ошметки. Взрывы разбрасывали внутренности и фрагменты тел по земле. Организованные ряды солдат исчезли, заменившись хаотичной смесью крови, мозга и искореженного снаряжения. Леви, едва успевший нырнуть за дом, почувствовал, как воздух наполнился мельчайшей, теплой кровяной пылью. — Ребята! Не тратя времени на оценку общей ситуации, капитан бросился спасать раненых — Марлена и Дирка. Зверюга действовала безжалостно, не давая противнику времени на передышку. Аккерман не успел. Плащ и даже волосы окропило смесью крови и плоти товарищей. — Эрвин! — Если, — отряхивается, — я правильно посчитал, то мы потеряли три самых крупных и опытных отряда: отряды Дирка, Марлена и Клауса. Командующий осмотрел оставшихся в живых, тех, кто прятался за укрытиями. — В строю остались только новобранцы. Все остальные — мертвы или недееспособны. И мы с тобой. — Отличный состав. У тебя есть план? — Мы можем спрятаться, но, — задумался, — судя по шагам, в нашу сторону направляется Колоссальный. И бросать лошадей нельзя. — Да насрать на лошадей! Пешком, блять, дойдем! — Дойдём, если перебьём их всех. — Эрвин! Мы тут сдохнем. Эрвин готов пожертвовать последними людьми ради своей цели. — А ты и не собираешься уходить… Смит, — осознал, — хочешь бросить всё и рвануть к подвалу, да?! Леви резко шагнул вперед и схватил командующего за грудки. — Ты хочешь положить всех — всех до единого — только ради того, чтобы увидеть эти ёбаные бумажки?! — Мы ещё не знаем, что там. — Эдна же всё рассказала! Этого мало?! Эрвин не отрицал обвинения. Для него цена истины выше любой жизни. — У меня есть план. — Удиви, — прошипел. — Эдна должна зарычать. Если она жива, и если у нее есть хоть капля сил, крик привлечет всех неразумных титанов в Сигансине на себя. Звероподобный растеряется, отвлечется, и в этот момент ты нападёшь. План полагался на два гигантских «если». Леви сорвался на крик, который едва прорвался сквозь грохот. — Ключевое слово «если»! Мы даже не знаем, жив ли вообще кто-то из них! Взрыв Колоссального даже до тебя добрался, сука, что говорить о других?! Эрвин отстегнул от своего пояса баллон со сжатым газом, протянул его Аккерману. — Проверь. Паника захлестнула новобранцев. Раздались истеричные крики, плач и всхлипы — звуки абсолютного ужаса, и неминуемой гибели. — Зверюга замахивается… Тебе пора. Взобравшись на Стену Мария, капитан невольно застыл. В глубине района, над оседающей пылью, возвышался Колоссальный — огромная, дымящаяся фигура. Бертольд не просто стоял; он активно превращал остатки города в Ад, медленно кидая огромные обломки домов и кирпичные глыбы, методично поджигая их собственным жаром. Отовсюду поднимались столбы черного дыма. Остатки жилых кварталов покрыты новыми очагами пожаров. Сигансина перестала быть городом — она превращалась в сплошное пылающее пепелище. Леви понял, что у Эрена и остальных не осталось ни единого укрытия, и каждая секунда промедления сделает их целью для горящих снарядов.