Том 1. Глава 2: Пустота за улыбкой
Всего через неделю Киёми не стало. Её настиг другой демон, более сильный и коварный. Когда нам принесли весть, я почувствовала, как во внутренней пустоте шевельнулось что-то острое и колючее — жало потери. Но потом оно утонуло в привычном онемении. Мне было жаль её. Но я не могла позволить себе большего.
Наш дом окончательно опустел. Сёна, сломленная горем, приняла решение уехать. Мы покинули родную деревню и перебрались в город, к её супругу. Там я старалась быть полезной, помогала по хозяйству, а когда у Сёны родился сын, Сунао, с радостью играла с ним. В его беззубой улыбке было что-то от того, старого солнца, что я когда-то знала.
Но покой не бывает вечным. Муж Сёны погиб, когда Сунао было всего два года. И снова наша жизнь перевернулась.
Однажды, когда мне было девять, а Сунао — три, мы решили прогуляться. Сёна, пытаясь хоть как-то развеять нашу тоску, отвела нас в город. Мы ели сладости в уличной лавке, смеялись, и на мгновение мне показалось, что я снова могу чувствовать что-то, кроме тяжести внутри. Мы заигрались и задержались до темноты. Чтобы сократить путь домой, Сёна свернула в узкий, тёмный переулок.
Тень отделилась от стены. Высокий, неестественно спокойный мужчина с холодными глазами. Он двигался беззвучно. Я даже не успела понять, что происходит. Один взмах — и Сёна беззвучно рухнула на камни. Второй — и Сунао издал короткий, обрывающийся крик.
Мир сузился до точки. Я упала на колени перед незнакомцем, чьё имя, как я позже узнаю, было Мудзан Кибутсудзи.
— Пожалуйста... спаси его! — я цеплялась за его кимоно, и слёзы, которых не было столько лет, наконец хлынули из меня, горячие и отчаянные. — Умоляю вас!
Он смотрел на меня с холодным, научным интересом. Затем его взгляд скользнул по телу Сунао.
—Интересный образец отчаяния перед лицом смерти, — произнёс он безразлично.
Он не стал добивать мальчика. Вместо этого он поднял его безжизненное тело и растворился в темноте, бросив мне на прощание:
—Я заберу его. Возможно, из него выйдет неплохой демон.
Я осталась одна в тёмном переулке. Рядом лежала моя сестра. В моих руках остался только окровавленный свитер племянника. И снова воцарилась та самая, знакомая пустота. Только теперь она гудела от осознания: быть идеальной — бесполезно. Мир пожирает идеальных и безропотных точно так же.