Реприза

Иллюстрация к главе: https://e.pcloud.link/publink/show?code=XZxFuiZacRgGc5DE9pC4sSvaNv0OH1UDiBV Кроули так не хотелось выбираться из постели от своего любимого завоёванного ангела, но он должен был. Они прошли через сложных два дня, но теперь он чувствовал уверенность в том, что они, кажется, встали на новые рельсы в отношениях. Демон позволил себе потереться пару секунд о мягкий живот Азирафеля, после чего он стал выбираться из-под него медленно, параллельно успевая оставить мелкую дорожку урывочных поцелуев в плечо. — Список, Ангел… Коттедж сам себя не посмотрит. Так что никаких минуточек, ты абсолютно прав. Демон плавно выбрался из постели, а Азирафель остался лежать с опорой на локоть, не отрывая от него взгляда, что было Кроули очень лестно. Демон встал около кровати и взвесил ситуацию. Щёлкнул пальцами – и окно открылось на проветривание, а шторы частично поднялись и впустили больше утреннего света. Только свежесть и лёгкое дуновение ветерка ворвались в комнату, Азирафель вдохнул поглубже. Если этот воздух бодрил и насыщал, какой же воздух будет там, в коттедже? Ему хотелось верить, что тот будет чище. Что на низкой траве рядом можно будет устроить пикник, не замерзнув от порывов и не потеряв покрывало. — Стирка, Ангел! – заявил Кроули. Кроули щёлкнул пальцами – и вся их одежда на стуле стала свежевыстиранной и выглаженной. — Теперь омовение! Кроули провёл рукой над телом Азирафеля снизу-вверх, применяя к нему очищающее чудо с кокосовым гелем для душа. Ещё раз щёлкнул – применил то же к себе. Омовение было кстати — лучше способа для Азирафеля проснуться и не было, но он всё равно бы предпочел поторчать немного в душе под тёплыми струями воды, они хорошо очищали мысли и давали время продумать день наперёд. Ангел поднялся с локтя и сел на край кровати, свесив ноги. Он потёр заднюю сторону шеи и, прикрыв рот ладонью, зевнул. Азирафель поднял глаза к Кроули, ожидая его дальнейших чудес. — Так, Ази, волосы будут мешать нам с подготовкой и сборами, так что я уберу их, а когда ты захочешь увидеть их длинными или потрогать, я сделаю, окей? — Как скажешь, — кивнул ангел. Кроули аккуратно положил ладонь на веки ангела, чтобы тот не видел трансформаций. — Сюрприз-сюрприз! Улыбка наползла на лицо Азирафеля. Он потянулся к руке демона, обхватил запястье и придержал. Кроули совершил ряд трансформаций: выплел свой боло из волос, заставив его зависнуть в воздухе, за галстуком вверх взметнулся и красный шарфик. Демон изменил прическу на более привычную, снова не современную, уложив волосы слегка иначе, затем оделся магией во всю привычную одежду, вернул боло на шею, а шелковый аксессуар отправил на стул. Но тут Кроули пришла мысль, что он должен выглядеть очень солидно перед продавцом дома, поэтому дополнительным щелчком заменил свою вечно расстегнутую рубашку на водолазку с уходящим на шею воротником-стойкой, как любил и в шестидесятые. Вдобавок демон изменил свой цвет волос с имбирного на более красный, с оттенками рубинового. — Ты мог просто попросить меня закрыть глаза, дорогой мой. — Но так ведь куда интереснее, не правда ли, Ангел? Демон стал отнимать ладонь с глаз ангела, но тот успел перехватить убегающую руку Кроули и поцеловал её в середину ладони, подняв взгляд на него. Ангел осмотрел демона с ног до головы, но не ища изъян — привыкая по-новому. От поцелуя в ладонь Кроули издал мяукающе-стонущий звук. Это было таким хорошим комплиментом от Азирафеля, что демон ужасно возгордился от такого знака внимания, но при этом немножко распереживался от упущенной возможности утреннего интима. Коттедж ждёт, а у них целая вечность впереди для разных познаний. — Ну как? – спросил Кроули, волнуясь. — Непривычно, но тебе очень идет. Цвет волос благородный, — подытожил Азирафель. — Этот цвет волос, он... он отражает мою любовь к тебе. А штука с горлом - чтобы солиднее выглядеть перед владельцем дома. Кроули душил в себе попытку никак не проговориться, что он считает себя как будто бы более мужем, чем Азирафель. Ему казалось снова, что Азирафель - что-то сродни дамы сердца для рыцаря, эта мысль посещала его всё чаще за последние дни, но, к счастью, мыслей друг друга они не читали, лишь могли при желании разговаривать ментально, транслируя диалоги. — А вот свитер с горлом... – продолжил ангел. - Сейчас так модно? Если бы я связал тебе что-нибудь похожее, ты бы носил? — Я бы носил. Касательно модности... Не знаю. Такую я носил в шестидесятые. Наверное, она не выходила из моды всё это время – из серии «вечная классика», базовая вещь, - Кроули пожал плечами. - Ты будешь удивлен, ангел, но та прическа, что сейчас у меня, это примерно 1947 год. Она мне ужасно понравилась на одном кинопостере, и я запомнил. Надеюсь, хозяин дома оценит, насколько я... серьёзный. Важно быть серьезным. — Конечно оценит, ты без сомнений самый серьёзный демон, которого я знаю, — улыбнулся ангел. — А ты самый.... самый безупречный ангел, которого я... люблю, - выдал демон, хотя сначала хотел сказать «которого я знаю». Получилось, конечно, неоднозначно, будто Кроули знал других безупречных эфирных существ, но демон понадеялся, что возлюбленный его понял. Для ангела Кроули был в последнее время не только связью со временем через моду, но и практически фешн-экспертом. Азирафель попросту перестал следить за движением моды, когда он нашел свою нишу в стиле и исчезла вероятность быть развоплощённым за другой цвет воротничка, но от того старый интерес не пропал, а Кроули как раз отражал на себе все колебания вкусов культуры. Азирафель уже строил новый план: нужно найти другое руководство по вязанию в отделе, выбрать подходящую демону модель свитера, продумать какой-нибудь узор... Он знал Кроули уже шесть тысяч лет и не сомневался в том, что выберет что-то на его вкус, но непредсказуемость его реакции напрягала. Однако это вполне можно было бы решить регулярными примерками в процессе. Кроули взял со стула один магически свежеотстиранный тартановый носок ангела и попросил: — Позволь позаботиться о тебе? Он переместился к ногам Азирафеля, опустился на колени перед кроватью и стал надевать на чистую ангельскую ножку благоухающий его стараниями носок. — Я помню, что нужно поискать в каталоге постельное бельё, только мне бы телефон свой найти. — А я помню, как говорил, что я позвоню тебе со своего. Если он не в состоянии, когда ты любишь пропускать звонки. — Состояние, когда я люблю пропускать звонки, называется «беззвучный режим». Телефон у меня не разряжается, как и Бентли. На которой мы сейчас и поедем в меловые районы. Азирафель покачал головой. Он протянул руку к стулу и стянул с него свою рубашку из стопки выглаженной одежды. Ангел расправил рубашку и по очереди продел руки в рукава, а затем поправил стороны рубашки вдоль тела и принялся застегивать ее по пуговичке, глядя на них. — Надо же, а мой телефон так может? Беззвучный режим этот. Мне хотелось бы иногда переводить его в это состояние. Ангел продолжал терпеливо продевать пуговицы в маленькие петельки. У ангела не было и шанса познать прелесть беззвучного режима, не то что запомнить его название. Кроули почти не пропускал звонков — просто оправдался однажды так, а Азирафель запомнил. Демон вздохнул, поразмыслил над вопросом Азирафеля и ответил: — Ангел, у тебя обычный стационарный телефон. К тому же, модели почти сто лет. У него, разумеется, нет такого режима. Но! Если ты захочешь, я заменю тебе его на радиотелефон, который будет подходить для книжного, ты сможешь зажимать его плечом, когда пишешь в своих бумагах, и можно подыскать и с режимом беззвучным. Я всё такое сделаю для тебя, только скажи. — Для книжного... Может, в коттедж лучше? Нечасто придется пользоваться, но это было бы рациональнее. Новый дом подразумевает появление новых вещей. Ангел застегнул рубашку до конца и наклонился к Кроули, рассматривая его водолазку. Он подхватил ткань на горловине пальцами и потер её. — Тонкая какая, — отметил скорее для себя Азирафель. — Её называют «черепашка». Потому что эта рептилия вытягивает голову из шеи, — Кроули сглотнул и пожалел, что ангел потрогал только ворот, а не его шею. Азирафель усмехнулся от названия. Если бы демон прятал голову в горловине водолазки, как черепашка в панцире, это было бы то ещё зрелище. Для ангела большая мечта одеть демона во что-то, что тот любил бы и носил не только из чувства близости, но и из-за попадания в желанный ему образ. Но пока что Азирафель позволял одевать самого себя в прямом смысле. Ангел задумался и, как только первый носок был надет, упёр стопу в бедро Кроули, заодно подставляя другую. Пока Кроули надевал носочки, он чувствовал себя абсолютно невообразимо настоящим супругом. Истинным мужем, не поддельным. Супружескость просто переливалась через края. Упиваясь этим осознанием, демон поцеловал голень Азирафеля над надетым предметом одежды. — Какие будут ещё поручения для меня, Ангел? Сердце ангела вдруг упало в живот, неприятно сжимаясь — а вдруг они уже проспали такой важный день? Придется долго извиняться перед хозяином. — Посмотри-ка, сколько сейчас времени. Мы должны успеть к четырем на просмотр дома. Туда долго ехать... — Ангел, с тех пор, как мы мирились после того... после Мистера Пинка, часы здесь, - Кроули просто повернул голову и посмотрел на часы, - сейчас 10 утра. Мы успеваем по всем фронтам. А ты позволишь мне делать Бентли турборежим? Тогда и вовсе успеем осмотреть окрестности. Со стороны Азирафеля послышался грузный вздох, по которому уже можно было сказать, что ответ «нет». — А я бы хотел посмотреть дорогу. Окрестности мы можем посмотреть и после встречи без временных рамок. Если там не будет слишком облачно, мы можем... понаблюдать за звёздами. Завершив с носками, демон нежно похлопал ангела по икрам и чмокнул в колено. — Одевайся, Ангел, я могу выйти. Ангел поднялся с постели и подошёл к стулу ближе, подбирая с него одежду. — Ты можешь даже в спину мне дышать, я ни слова не скажу. Кроули поднялся во весь рост. Элемент за элементом ангельская нагота пропадала из виду. Ткань мерно садилась по фигуре и вслед заботливо разглаживалась руками. Кроули словно наблюдал обратный стриптиз. Демон смотрел, как змея на укротителя, наблюдал, как прекрасные белые волоски скрываются под одеждой. Ангел одевался флиртующе, это было очевидно. Когда Азирафель аккуратно обулся, Кроули подошел к нему со спины, обхватил сзади и положил руки на талию. Пригревшись спиной к телу демона, ангел почти заворковал. — Я пойду искать телефон, Ангел. Спускайся, как будешь готов. Кроули поцеловал Азирафеля в мочку уха и затем по-джентльменски покинул комнату и пошел вниз. Ангел молча кивнул и подошёл к зеркалу, поправил кудри. Прихорошившись, он вернулся к постели и поднял с неё свой шарфик, сложив его рядом с шарфом демона на стул. Ему хотелось заправить кровать, только вот теперь она точно подлежала разборке — время близилось. В конце концов ангел не смог расстаться с воспоминаниями о тёплом утре. Оставалось ещё две ночи до предположительной даты передачи всей суммы и получения всех документов на руки, спешка ни к чему. Им ничего не мешало больше уснуть на этой кровати ещё раз. Азирафель взбил обе подушки до пышности, положил их вместе ближе. Найдя два противоположных конца у измятого одеяла, он встряхнул его в воздухе и расправил по постели, разгладив затем складки. После этого он закрыл окно в спальне и вышел, прикрыв дверь почти беззвучно. Ангел подошел к перилам второго этажа и глянул вниз. Красную макушку было сложно не обнаружить сразу — та была ярка, словно мишень. — Ты можешь набирать. Может, он здесь, я как раз принесу вниз, - Азирафель непринужденно опёрся на перила и провёл по ним ладонью, гладя. — Твой номер у меня под телефоном записан, если ты его не помнишь. Кроули вздрогнул, потому что ещё полмгновения назад хотел щёлкнуть пальцами, чтобы найти айфон магией. — Да, сейчас, я позвоню, отличная идея. Кроули прошел к телефону ангела и набрал свой номер. Его айфон завибрировал где-то близко, он повёл головой — где-то в районе статуэтки коня. Тут взгляд Кроули упал на стопочку маленьких листков бумаги. Он взял их в руку – это были четыре наброска карандашом. На одном он сидел на подоконнике, на втором смотрел в окно, на третьем сидел с айфоном, а на четвертом... У демона запылали уши. Это был маленький порнографический набросок их прошлого секса. Поза была полностью передана. — Я нашё-ё-ёл телефо-о-о-н, Ангел! — проорал Кроули, сложил рисунки, как они лежали, и поскорее побежал к статуе коня, чтобы взять айфон. — Теперь я буду смотреть каталог постельного белья, как ты просил, и ещё настраивать условный навигатор для Бентли. Кроули плюхнулся на подоконник. Открыл приложения. — Сегодня метеоритный дождь, он бывает каждые пять лет в сентябре, - продолжил демон криковую сводку. — Мы можем посмотреть на звезды. Увиденное на наброске не шло из головы Кроули: ангел запечатлел, как демон был внутри него. О, Всевышняя! Обзор со второго этажа позволял ангелу разглядеть всё, что делал демон, особенно хорошо. Он даже почувствовал себя вновь птицей, что наблюдала за происходящим с высоты. Азирафель неспешно спустился вниз по лестнице. — Я думал, мы возьмём карту или путеводитель. Я бы нашёл что-нибудь современное, — вздохнул ангел. — Что до звёзд, то фортуна на нашей стороне, я думаю. Люди любят загадывать желания во время звездопада. Азирафель прошел мимо стойки, едва задержав взгляд на стопке рисунков, и приблизился к столу. Он перебрал бумаги, распределяя их в папки, взял конверт из углубления в столе в руки и подошёл к Кроули, старающемуся делать естественный вид. Нарисовав его уже пару раз на подоконнике, ангел точно мог найти различия между его безмятежным отдыхом и притворством. Пристроившись сбоку, ангел положил конверт на подоконник с краю и легонько опёрся, заглядывая ему в телефон. Цифровой этикет появился так недавно, что Азирафель был явно не в курсе его существования вместе со своим дисковым телефоном. — Нужно покрывало с кисточками. Сейчас кровать кажется неполноценной. Ангел с интересом наблюдал за движущимися вкладками от взмахов пальца демона. — Тебе не понравились рисунки? — вкрадчиво спросил Азирафель. Демон замер от вопроса. Сглотнул. Решил, что больше не стоит прятаться и скрывать что-то, у них ведь всё случилось благодаря таланту ангела рисовать его. — Очень понравились. Особенно последний. — Я подозревал, что тебе понравятся, — прошептал ангел. После коротенькой паузы демон продолжил: - Вот, смотри, вот тут раздел с покрывалами, Ангел, - Кроули облизал губы. - Вот, тут золотистые, а тут просто матовые. Тебе какие нравятся больше? Ох, иди сюда... Кроули спрыгнул с подоконника, положил телефон подальше, подхватил ангела на руки и усадил на подоконник. Азирафель не успел и слова вставить: он ойкнул, ухватившись за плечо демона. К такому трепетному отношению ангелу всё ещё было сложно привыкнуть, так как ощущение твердой земли всегда действовало на него обнадёживающе. На руках Кроули, тем не менее, с каждым разом ему становилось все спокойнее, разве что тот весьма порывисто подхватывал, удивляя этим. Демон сверхъестественно запрыгнул обратно на подоконник и взял телефон снова в руки, Азирафель прижался к нему, положил голову на плечо, и теперь наконец ответил: — Матовые, я думаю. Мне бы хотелось, чтобы покрывало было мягким, как плед. Или лучше купить плед отдельно? Но будет ли у нас диван для него? — Диван будет, конечно.  Смотри, вот тут мы вбиваем, какой товар мы ищем. Смотри свои кисточки. — Мои... — усмехнулся ангел. — Твоими тоже будут. Какой дизайн покрывала подойдет в интерьер, который ты представляешь? — Я бы хотел такой же желтый и красный, как в книжном. Пусть плед обычно выбирают под диван, а не наоборот, это не слишком заботило — у ангелов странные приоритеты в целом. Азирафель с любопытством нажал пальцем на поисковую строку. Желание использовать магию, чтобы найти в цифровой коробке сразу то, что нужно, неудержимо росло. Незнакомый интерфейс настораживал его, и в особенности выскочившее окошко, имитирующее нормальную клавиатуру с действительно нажимаемыми кнопками. Ангел набирал очень медленно, в результате вышел запрос «покрывпло кисточки жёлтфй». Кроули прижал ангела сильнее за талию, глядя на появившиеся, несмотря ни на что, довольно точные результаты поиска. — Как тебе вот такие, любовь моя? — Мне бы очень понравились, только сочетание необходимо подобрать. Если жёлтый с красным, то красный подойдет только приглушенный, однако к дереву соломенный лучше подходит. Можно выбрать нейтральные или комплементарные цвета. — Вот эти матовые кисточки будут отлично смотреться, Ангел. Смотри ещё вот здесь. Азирафель поднял голову с плеча и поцеловал Кроули в щеку, легко прижавшись к ней губами. Потом голова ангела сразу же вернулась на прежнее удобное место. — Я думаю, Ангел, что нам будут нужны очень матовые текстуры пледов, чтобы мы ходили с ними в сад смотреть на звезды. Вдруг и сегодня даже что-то увидим, кстати. Я буду очищать пледы магией, и мы будем быстро их перемещать. Такие вот гладкие, чтобы капельки воды скатывались с них. — Хорошо, мне нравится. Можно брать в сад что-нибудь перекусить. Или даже обустроить небольшое местечко в саду, чтобы там отдыхать. Они пролистали еще несколько страниц. Ангел научился останавливать карусель меню, увеличивать изображения в карточках товаров. — Ты так быстро научился всему, мой ангел. Кроули вспомнил, что у него нет наручных часов. — Я забыл про свои часы. Где же они? Нам скоро нужно ехать, чтобы не расстраивать хозяина дома. Ангел всмотрелся в смартфон и указал на верхний угол экрана, где было время. — Вот же. Рано ещё, но мы можем поехать заранее, осмотреться. — Да, это хорошая идея, — Кроули поцеловал ангела в висок и решил не признаваться вслух, что наручные часы нужны ему не для просмотра времени, а для статусности. — Взять что-нибудь в дорогу хочешь? — спросил ангел. — Мы с тобой уже продолжительное время никуда не ездили за пределы Лондона. В таких поездках есть своя атмосфера. — Мне достаточно взять тебя. Азирафель знал, что настоящая атмосфера подобных поездок появлялась лишь спустя множество пробок в городе. Пока из черты выберешься, порой даже желание смотреть на природу пропадает. По крайней мере, у водителя. Азирафеля несколько волновало то, как же устроен внутри коттедж. Пока он не увидит своими глазами, он точно не поймет и не выдохнет. Ангелу хотелось бы сохранить похожее пространство кабинета — удобный стол с креслом и диванчик для Кроули под боком. В кабинете можно расположить пару шкафов самых важных книг, но остальные суждено оставить здесь. Он собирается провести в коттедже вечность рядом с любимым, потому ему хотелось, чтобы все было даже удобнее и продуманнее книжного. Азирафель доверял это демону, однако не переживать на этот счёт было сложно. Если врасти корнями за века в одно место, переезд очевидно дастся сложно. Куда проще Азирафелю думать было о ремонте — практически все проблемы можно было устранить магией. Но даже с таким расчетом Кроули придется нелегко, ведь коттедж достаточно большой. Думы прервал вопрос демона: — Слушай, Ангел, а у нас будет тёмный комплект белья тоже? Ну... Я привык. Может быть, я научу тебя чему-то особенному на нем. Или ты меня. — Что-то особенное получается только на темном комплекте белья? Я совсем не против, но ты меня заинтриговал. Кроули глубоко задумался над ответом. Он не понял, как именно возникла эта причинно-следственная связь, но решил подойти к ответу со всей ответственностью. Морща лоб, демон вспомнил, что в одной из первых немецких порнолент водопроводчик заявил хозяйке дома, что тёмное постельное бельё будит самые горячие фантазии. Кроули шмыгнул носом и ответил в итоге по-честному: — Я не знаю наверняка, Ангел, но припоминаю, что в одном фильме для взрослых на это намекалось. Не знаю, можно ли верить всем фильмам. Я-то всю жизнь на таком сплю, потому что мне просто нравится. Азирафель медленно поднял голову с плеча Кроули и всмотрелся в его профиль, подняв обе брови. Собрав весь скепсис в одном выражении лица, ангел ответил: — Я не думаю, что фильмы подобного содержания являются достоверными источниками информации. Кроули задумался. Обмозговал информацию. — Да, Ангел, я тоже думаю, что вряд ли достоверные. Но мало ли... Впрочем, мы можем с тобой составить бинго, внести в клетки разные особенные вещи, и делать по одной за раз. Мы же всегда с тобой умели договариваться. Кроули был доволен пришедшей ему в голову мыслью. Азирафель же качнул головой в сторону, совершенно не зная, чего «особенного» понабрался из таких фильмов Кроули. Кроме того, он явно не хотел сильных изменений и кардинальных новшеств. Их хватало на данный момент по горло, а ведь ко всему за столь короткое время не привыкнуть. Ангела и вовсе всё устраивало. Ему не приедались годами блинчики, он не уставал от сёмги под укропным соусом или суши. Зато к обновлениям Азирафель относился с недоверием, тем более в столь интимной сфере. «Особенное» настораживало, так что ангел ревностно (по отношению к фильмам) уже у себя в голове собирался строго отсеивать предложения демона, даже если он фильмов таких ещё не видел за отсутствием телевизора. Кроули спрыгнул с подоконника и протянул руки ангелу: — Идём на пол. Кроули придержал ангела ниже подмышек и аккуратно спустил на пол. Перехватил его ладони в свои, свёл рядом, наклонился и поцеловал опустившиеся в его руки ухоженные персты ровно восемь раз. Удобнее перехватив конверт, Азирафель ухнул и твёрже встал на ноги. Он усмехнулся от коротких щекотливых поцелуев и придержал подбородок Кроули, затем поднял голову демона на свой уровень и оставил короткий поцелуй на его губах. — Я пойду пошушукаюсь с Бентли, вдруг она совсем от рук отбилась там. Мало ли. — Ну конечно, пошушукайтесь вдоволь, — прошептал Азирафель в губы. — Потом сразу вернусь сюда, может быть, мы ещё решим, что всё же нужно взять. Ох, я ещё часы должен найти. С чувством утраты Кроули отпустил ангела. Азирафель неверяще помотал головой. Ему не представлялось возможным закинуть столь близкую к телу вещь невесть куда. Однако образ утерянных в книжном окуляров всплыл в его голове, что значило, что он сам ничем не лучше. Недоверие сменилось пониманием — Азирафель кивнул демону и подошел к столу ближе, деловито его осматривая на предмет пропажи. Кроули пожал плечами и, чтобы сэкономить время, щёлкнул пальцами правой. Часы прилетели на его левую руку и застегнулись. Кроули прислушался в магическую сферу. — Они были под нашей кроватью. Вот это да! Демон смотрел на ангела, запоминая его черты лица. Как это могло быть правдой, что они сейчас поедут смотреть их общий дом? - Не скучай, я только разберусь с машиной, - сказал Кроули и пошёл наружу без очков, так как счел, что по пути они не нужны, а для встречи с хозяином возьмёт из бардачка любые. Шаги демона отдалились, колокольчик коротко прозвенел. Ангел обошел книжный поперек, снял с вешалки свой сюртук, надел его и сунул драгоценный конверт в карман. Встреч с хозяином планируется всего две и в этот день они должны заключить договор, а Азирафель отдаст часть суммы за коттедж. Лишний раз он все же подошел к рабочему столу, перебрал несколько папок с документами и взял парочку, прижал к груди. Подойдя к окну, он выглянул наружу, желая проверить переговоры Кроули с Бентли. Те всё ещё разговаривали. Напряжение чувствовалось покалыванием в висках. Не каждый день ангел совершал настолько серьезные шаги. К счастью, сомнений о необходимости этой ступени уже не было. Зато хватало забот по поводу документов и честности продавца. Кроули такую работу Азирафель точно бы не доверил, у людей нынче всё хитро — строку пропустил и остался без нитки. Для них, как для сверхъестественных существ, способных использовать магию по своему желанию, потеря чего-либо материального не будет смертоносной, но, как минимум, точно неприятной. Ангел не хотел бы лишаться ниток, которые накопил за эти века. Без окуляров Азирафелю все же не обойтись. Они придали бы статусность при прочтении договора и позволили бы читать расслабленно, ведь линзы в них малость увеличивали буквы. Он повернулся к пространству книжного, обвел взглядом ближние полки, что казались сейчас недостаточно полными, и со вздохом провернул тот же фокус, что и Кроули ранее, — притянул из глубин шкафов окуляры в ладонь. Покрутив их в руке, ангел положил их в карман жилета, где будет безопаснее всего, если только демон не решится его обнять крепче, чем обычно. Теперь из всего богатства книжного Азирафелю было нечего взять с собой. Тем временем на Уикбер-Стрит демон плюхнулся на водительское Бентли и, выдохнув, представил, чем можно развлечь ангела в пути. Панель Бентли замигала: «Ты счастлив?» — Да, — вякнул Кроули, — конечно. А ты как думаешь?! «Я думаю, что очень. Береги его, иначе ты идиот». — Буду, — буркнул Кроули, пытаясь вспомнить, не тюнинговал ли он Бентли какой-то новой магией в последнее время, которая бы наделила её рентгеновским зрением и возможностью видеть через стены. «Вы мирились у окна. Ты облажался?» — Да не твоё дело!!! Всё хорошо уже! Скажи-ка лучше, чем развлечь Ангела в дороге? «Леденцы, маршмеллоу». — Точно! Бесконтактная лавка! Спасибо! Кроули выскочил, побежал к автомату и начал скупать всякие сладости. Непрозрачный пакет выполз из отдельного слота. Сгрузил всё туда, вернулся в Бентли. В бардачок товары не влезли, поэтому кинул на заднее сиденье. На панели уже виднелось: «Любишь пухленьких?» — Я тебя бензином начну заправлять за такие суждения! Всё, когда сядем, включай всё, что любит Ангел! Бибоп не включи только, а то не буду мыть тебя! Кроули побежал обратно в книжный, ворвался. — Ангел, я всё, можем ехать! Азирафель продрог от трезвона колокольчика и скрипа резко распахнувшейся двери, что нарушили мыслительную тишину. Он выглянул ко входу и, поправив в руках папки, подавил в себе желание попросить демона открывать двери вновь магией. Им, всё же, лет больше, чем любому долгожителю. — Можем. Посекретничали уже? Ловко вы. — Мы с Бентли всегда быстро договариваемся, — Кроули сделал жест «после тебя». — Что ж, поехали, Ангел! Азирафель подошел ко входу, прижал папки к боку одной рукой и вытащил кармана связку ключей. Перебрав ее пальцами и обхватив нужный, он обошел Кроули и встал на крыльце в ожидании. Только демон захлопнул многострадальную дверь снаружи, как ангел выученно запер её на ключ. Бентли моргнула фарами, и ангел помахал ей в ответ. Пропустив на дороге машину, он быстро перешел поперек к припаркованной красавице Кроули. Не мешкая, Азирафель открыл дверь у пассажирского сидения и забрался внутрь, усаживаясь поудобнее. Они и вправду давно вместе никуда не ездили, но ангел уже предвкушал лихие восемьдесят миль в час в черте города. Кроули залихватски уселся в Бентли, хлопнул дверцей, после чего успокаивающе погладил стекло на уровне наклеек дыр от пуль и газанул. Они помчались по Уикбер-Стрит. Азирафель слегка вжался в спинку сидения от рывка. Ангел скосил глаза к спидометру — тот ленивой стрелкой качался у значения в девяносто миль, показывая, что он прогадал в этот раз. Приспособившись к скорости, он с выдохом поправился на сидении и положил папки себе на колени. Хоть Азирафель и нервничал, но ему было нечего сказать, так как сбивать в пандемию было почти некого. Они ехали по кварталам. — Как хорошо без людей, Ангел. Не хочу, чтобы эта штука длилась долго, но и по вереницам смертных на улицах не скучаю. — Не могу не согласиться, дорогой мой. В книжном можно побыть наедине теперь дольше обычного. Всего пара людей за несколько дней... Я не припомню безлюднее времени. — Да, Ангел, мне тоже очень-очень нравится быть наедине в книжном с тобой. Но когда это закончится, мы пойдём в «Ритц» на свидание, да? И я буду придерживать тебя за спину и отодвигать тебе стул. Ты не будешь против? — Разумеется, пойдем. Закажем шампанского и обязательно отметим этот день. — Я закажу устриц, и велю официанту подать самых - как там это слово? – феромонных. Чтобы ты испытал то же, что я в Риме. Ангел и демон засмеялись. — Феромоны — это немного другое... — выдохнул со смехом Азирафель. — Устрицы являются афродизиаком сами по себе. Ангел и не помнил шальных мыслей в последствии поедания устриц в Риме. Он был занят их вкушением в первую очередь. Кроме ощущения сытости было что-то ещё в теле наверняка, но совсем незаметное на ту пору. Кроули сосредотачивался явно на том, на чём хотел, раз он всё же испытал то, о чем говорит. — Я знаю только два слова, отвечающих за такое, - феромоны и афродизиаки. Мог и ошибиться, что из них что, — пожал плечами Кроули. Азирафель не отрывал взгляда от быстро сменяющейся дороги. Он всё ещё помнил правила дорожного движения несмотря на то, сколько прошло времени с получения прав. Ангел ведь и получил их девяносто лет назад только чтобы когда-нибудь, если подвернётся возможность или повод, сесть уже на водительское сидение Бентли. Кроули был так счастлив, когда сообщил, что приобрел машину. Зная его, Азирафель пошел в школу для вождения для выполнения функции «трезвый водитель». Но по большей части, конечно, чтобы впечатлить его. Сообщить об этом, правда, повода пока так и не подвернулось. Ангел считал, что всё равно впечатлит демона этим когда-нибудь, а количество лет, прошедших с получения, прозвучат весомее. — Кстати, Ангел. Там на заднем сидении лежит что-то, чем ты мог бы насладиться в дороге, развернись и бери. Ангел тут же обернулся назад и обнаружил там несколько пачек разных сладостей. Как раз то, что поможет унять пляшущие по папкам пальцы. — Как предусмотрительно... Спасибо. Бентли тотчас заиграла «Fat Bottomed Girls» Queen, но, к счастью, и Кроули, и его железная соратница знали с давних времен, что ангелу нравится эта песня, так как он обычно начинал похлопывать по колену в такт. Азирафель отклонился назад и взял сначала маршмеллоу, уже зная, что как только город останется позади и откроется вид на зеленые поля, он возьмется за леденцы. Пачка вскрылась, и первая мягкая зефирка исчезла во рту. — Да, это я вот так решил, что тебе все эти сладости понадобятся в дороге. Бентли вывела на мгновение на панель слово «Клоун!», затем снова стала показывать проигрываемую композицию. Ангел прочёл сообщение на приборной панели и хихикнул с маршмеллоу во рту, тут же прикрыв губы рукой, дожевывая. Он перевел ехидный взгляд на Кроули. — Маленький лжец. Хочешь зефирку попробовать? Достав еще один кусочек десерта, Азирафель поднес его прямо к губам Кроули, чтобы сильно не отвлекать от дороги. - Да я большо-о-ой лжец, Ангел. А ты, Бентли, будешь немыта месяц, слышала меня? Кроули подался лицом вперед и захватил не только зефирку, но и кончики пальцев ангела, облизнул их. — Спасибо, я.... Я считаю, что это вкусно. Но твои пальцы вкуснее, Ангел. Азирафель стёр влагу с пальцев и сказал: — Что до Бентли, вы вполне квиты. Она помогла тебе, может раз и упрекнуть во лжи. Ты наверняка не сказал ей «спасибо». — Я благодарил Бентли, она просто любит вести себя как попало, - Кроули несколько раз нажал на клаксон и мотнул головой. Бентли посигналила сама два раза. - Слышал? Два - означает «да». Кроули мысленно вернулся к вопросу Бентли. Любит ли он пухленьких? Он ведь всегда любил Азирафеля, с Самого Начала, и никогда не рассматривал вариант иметь хоть что-то такое с другими ангелами, демонами или смертными. Но вопрос в целом остался открытым: нравится ли ему, что Азирафель имеет такие формы? На секунду представил Азирафеля очень худым. Ему это не понравилось! Да, чёрт подери, ему нравились формы ангела, и весьма. Бентли всё же права, ему нравилась пухленькость Азирафеля. Он стал вспоминать, как его руки и губы скользили по всему, что он уже успел испробовать, и понимал, что это потрясающе. И всякий раз, когда он успевал посмотреть на них во время близости, ему так сильно нравилось, что у Азирафеля эти формы, белая кожа, ему нравилось, как Азирафель гармонично обвивал его своими аппетитными изгибами. Кроули сглотнул. Ему теперь стало жизненно необходимо узнать, нравится ли ангелу то, что он худой, как жердь, и весь такой... длинноконечностный. Как это разрешить? Спросить напрямую? Это будет глупейше. Или нет? Может, взять и спросить? А почему бы, собственно, и нет? Азирафель не раз давал ему понять, как важно разговаривать обо всем, всё проговаривать. Пожалуй, да. Надо спросить. — Ангел, слушай... А тебе... Тебе нравится моя... корпорация? Или ты хотел бы в ней что-то изменить? — когда слова уже были сказаны, Кроули решил, что он просто идиот. Ангел задумался над вопросом на пару секунд, что позволял очередной маршмеллоу во рту. Так и не поняв, ввиду чего возник столь неожиданный вопрос, но прожевав, он спросил: — Разве ты хочешь поменять свое тело? — Нет, не хочу. То, что выдано, мне нравится. Я просто спросил, вдруг, ты что-то хотел бы изменить. А я... Мне очень нравишься ты. Ты прекрасен. — Мне так же нравится в тебе все. Если тебе захочется что-то изменить в себе, я привыкну. Только... если ты захочешь сменить стиль походки, я чуть дольше буду привыкать. Уж очень прикипел к ней. — Я рад, Ангел. Я не хочу ничего менять. И походку тоже не буду. А ты — ты само совершенство. Они помолчали немного. — Касательно тех мыслей про особенные вещи, - начал Кроули. - Знаешь... Ты не ответил, наверное, решил, что я решил устроить с тобой непотребства какие. Вовсе нет. Я.... Я хотел бы сидеть за тобой, сзади, и целовать твою шею под кромочкой волос. Тебе бы понравилось такое? — Ты сейчас смутишь Бентли такой темой, и она остановится, Кроули, ради всего святого, — настоятельно просил Азирафель. — Что за вопрос, само собой, понравилось бы. — Хорошо. Я рад. Мне очень хочется этого. Кроули отнял от руля левую руку и нежно сжал бедро Азирафеля ниже его папок. Ангел проследил за рукой демона и заткнул свое смущение маршмеллоу. Пачка кончилась достаточно быстро, что не радовало. В любом случае ускользнуть от ответа не получится. Фильмы продолжали волновать Азирафеля — этому он тоже оттуда вдохновился? Волнение чаще всего рождало интерес. Бентли заиграла «The Principles Of Lust». Вслушавшись в появившиеся в новом мотиве слова, Азирафель покосился на приборную панель. Смущён в итоге был один ангел. Он терпеливо сложил пустую упаковку из-под маршмеллоу и потянулся назад, выхватив с заднего сидения теперь леденцы. — Ох, да вы сговорились... Однако руке Кроули ангел не мешал. Четыре пальца демона скользнули ближе на внутреннюю поверхность бедра ангела. Ничего большего он делать не стал. Азирафель вскрыл упаковку с леденцами, выбрал среди разноцветных конфет розовую, развернул обертку и положил ее в рот. Только после этого он посмотрел на упаковке, какие есть вкусы. — Да не сговаривались мы, — ответил Кроули. — Она просто обещала не ставить бибоп. Не ставила ведь его, верно? Значит, всё в порядке. Азирафель приоткрыл рот удивленно и кивнул, на этот раз поверив сразу. Каков хозяин, такова и машина. — Просто заметил поразительное совпадение ваших настроев. Вслушавшись в музыку, ангел даже нашел ее успокаивающей. Она не слишком подходила под создающееся впечатление от открывающегося обзора, но Азирафель не жаловался и крутил леденец из щеки в щеку. — Ангел, гляди!!! - заорал Кроули. - Уже пошли меловые области! Азирафель чуть не выронил упаковку из рук, но вовремя прижал ее к папкам на коленях, и взглянул сначала вперед, а затем повернулся к своему окошку, заинтригованно наблюдая. — Не пугай так, — попросил ангел. — Я тебя не пугал. Я просто радуюсь. Кстати, хочешь, я покажу тебе, какой у Бентли есть датчик, кроме показа погоды? Ща... Бентли, посмотри, что сейчас делает Несси. «Спит». — Бентли влюблена в Несси, Ангел. Весело, да? «Ты идиот», - высветилось на панели. — Чёртова машина! — Кроули засмеялся. Ангел раскрыл рот в изумлении, переглядываясь между приборной панелью и Кроули. Это совершенно не вязалось ни с чем логическим в голове Азирафеля, но факт был налицо. Он никогда не думал, что машины могут чувствовать что-то столь глубокое. Вопрос о существовании души в технике встал ребром. — Когда это она успела найти себе подружку? Теперь мысли Азирафеля сильно занял этот вопрос: что провернул Кроули, раз автомобиль обрел не только сознание, но и душу? Как он это сделал? Это не поддавалось никакому объяснению. Души были всегда исчисляемы и уникальны. — Успела. Так же, как я успевал всегда оказываться там, где ты, — Кроули пожал плечами. — Она частенько ездит к той на берег, когда свободна. — Ты бы благословил свою машину? Ты ведь её владелец. Хотя, в каком-то роде, и нет, раз она сама решает... – ангел задумался. — Мы разворачиваемся в сторону Саут-Даунс, - манифестно сказал Кроули. Холмики за окном радовали глаз Азирафеля. Те, что были совсем близко, проносились быстро, а далёкие и большие медленно утекали назад. Где-то сбоку сероватые, где-то поросшие травой, но все куда более интересные, чем приевшиеся строения Лондона. На природе было действительно хорошо.  Белые дорожки пестрили, а Кроули и не думал отнимать руку с бедра ангела. Он то нежно сжимал, то играл пальцами, как на пианино. — Представляешь, Кроули, мы будем с тобой жить посреди красот природы... Где совсем не будет пешеходов. — Я счастлив с тобой, любовь моя. А ты не устанешь от меня? Ангел стал копаться в упаковке конфет и вынимать каждый раз разный вкус леденцов, складывая их в другую ладонь. — Если продолжишь давать мне достаточно времени на чтение в тишине и не будешь мне мешать, думаю, да. Я не устал за это время, мне кажется, это уже добрый знак. — Я не буду мешать тебе. Только ты иногда читай мне вслух что-нибудь, ладно? — Тебе следует только попросить, — улыбнулся ангел. Азирафель протянул ладонь, полную конфет, к Кроули. — Выбирай: есть лимонная, клубничная, яблочная, виноградная, апельсиновая... Какую будешь? Ангел уже не спрашивал, хочет ли тот в принципе леденец, но предлагал выбор другого рода. — Виноградную. В «Глобусе», когда мы договорились о Шекспире, ты ел виноград, а мне хотелось взять эти ягодки в свои губы и передавать тебе ртом одну за одной. Давай. Азирафель осторожно вложил все остальные конфеты в пачку и развернул виноградную. Он поднес ее сначала на уровень груди Кроули, чтобы тот все же взял леденец рукой, но, представив, что демон снимет единственную руку с руля, поднёс её тут же к губам и слегка нажал, протолкнув в рот. Они миновали указатель «Национальный парк» и проехали его на огромной скорости - было пусто. Потом мимо них промчался указатель «Семь сестер». Кроули увидел кармашек на узкой дороге и резко завернул в него и остановил машину. — Ангел... – начал Кроули и осёкся. Демон развернулся к Азирафелю и, оставив руль, правой рукой притянул его немного к себе за дальнее плечо. Азирафель хотел напомнить Кроули, что они еще не доехали, но после того, как ангел оказался притянутым ближе, он онемел, решив, что дело серьезное. — Ангел... Я хочу всех человеческих условностей с тобой. Я хочу... купить тебе кольцо. Я хочу сказать тебе, что я... Что я буду с тобой в болезни и в... Боже, какая ерунда!... Что я хотел бы... Провести с тобой вечность. Ты хотел бы этого со мной? Ты хотел бы быть моим... мужем с кольцом? Когда слова было уже не вернуть, демон почувствовал ужас. Сейчас Азирафель скажет ему, что это всё такая ерунда.  Что важно просто быть вместе. Что они и так супруги. Да, он скажет именно это. И ему останется только максимально театрально сымитировать «Хо-хо!» и сказать: «Да я же пошутил!» Азирафель слышал уже много трогательных вещей от демона, но эта сразу же выбилась в лидеры. По значимости и вовсе стояла только после признания в чувствах. Ангел распахнул глаза и притаил дыхание. В маленьком переулке по дороге на деловую встречу делать предложение руки и сердца — в том была вся непредсказуемость Кроули. Тишину нарушило случайное причмокивание леденца, когда Азирафель все же открыл рот. Он тут же сомкнул губы и прикрыл их ладонью, перекладывая языком конфету за щеку надежнее. — Я.. Господи... Да. Да, я буду. С кольцом. С тобой. Официально. Ангел замешкался и вытащил окуляры из жилета на торпедо, отложил папки с пачкой леденцов туда же. Все это имело куда меньшую ценность сейчас. Он повернулся к демону и тут же заключил того в крепкие объятия, прижимаясь щекой к его щеке. Кроули вспомнил, как они обнялись перед феминистками в 1967 году: точно так же, щекой к щеке. И перед этими объятьями Кроули ощутил в какой-то момент, словно ангел был готов его поцеловать. Разумеется, тот вряд ли этого хотел, едва ли это было возможно. Во время вчерашнего разговора на эту тему Азирафель так и не ответил утвердительно на сей счёт. Но Кроули так отчётливо помнил, что тогда, на собрании, они так же прижались щеками, как сейчас. Только теперь между ними было всё – взаимность, интимность, а теперь и согласие ангела на бракосочетание. Азирафель прижимался к Кроули и ощущал, что радость переполняет его. Это было то же, что он испытал много лет назад на собрании, только сильнее. Чувство было всеобъемлющим и ярким, но дарило невероятное спокойствие. Если бы ангелы могли светиться от любви, он бы сейчас источал свет, равный солнцу. Азирафелю хотелось быть в таком единении дольше, чем несколько минут. Можно было бы растянуть все время, свободное до встречи, на эти объятия. Демон ощущал своим вечно забытым побриться лицом нежное и гладкое ангельское лицо. Он несколько раз нежно потёрся щекой о щёку, вдыхая аромат. Только колючая щека царапнула кожу, ангел очнулся от приятной неги. Азирафель чуть надул губы, взвешивая желание немедленно выбрить Кроули и взять его щетину под свой контроль, либо сказать ему отрастить уже бороду, раз тот забывает бриться. Борода, по мнению ангела, была бы милосерднее к его коже. Вдыхая запах клубничного леденца, который прятался у Азирафеля во рту, Кроули прошептал в ангельскую кожу: — В качестве помолвки ты передашь мне леденец рот в рот, Ангел? — Ты разве уже съел свой? — Конечно, съел, змеи же разъедают леденцы своим ядом, - хихикнул Кроули. - Я шучу, Ангел. Я всегда нетерпелив и разгрызаю их. Азирафель отпрянул от щеки и примерил, как передать леденец правильно. Он положил руки на скулы Кроули и приблизился к его губам, соприкасаясь с ними своими и проталкивая языком леденец внутрь. Его глаза сомкнулись, а губы растянули оставшуюся сладость от конфеты по чужим. Кроули поцеловал ангельские губы нежно и неторопливо. Прижался, не предложил проникновения языком. Демон решил, что для предложения слишком страстный поцелуй не подходит, и нежно создал «чмок» в центр губ. Потом наклонил голову и сменил угол. Их губы нашли друг друга в чувственном исследовании, всякий раз совпадая, как инструмент и ложемент. Поцелуй продолжился медленно и целомудренно, губы касались губ с немыми признаниями, и любви за ними стояло больше, чем обычно. Азирафель обхватил лицо демона руками чуть сильнее, прижимая его к своим губам и не позволяя отстраниться. Четверни скользнули за уши Кроули, зарылись в волосы, а большие пальцы прошлись против роста по мелким волоскам. Наконец ангел неотвратимо остановил поцелуй и отстранился от демона, открыв глаза. Он взглянул на Кроули с мягкой, чуть укоризненной улыбкой, заодно поджимая губы, чтобы собрать с них оставшийся вкус леденца. — Ты собрался с такой щетиной не только делать мне предложение, но и ехать к хозяину коттеджа? Кроули расплылся в улыбке умиления: — О, fiancée, как же ты очаровательно дуешься. Что ж, я уже не смогу отмотать время назад и сделать предложение побритым, ибо оно сделано, но перед хозяином я ещё могу не облажаться. Азирафель сложил рот в букву «о», а брови его взметнулись вверх от удивления. По щекам разлилось ещё больше румянца, чем после поцелуя. — Я точно правильно тебя слышал? С каких это пор я — невеста? У людей принято говорить «жених». Ангел сощурился и вгляделся в озорство глаз напротив. Он всё равно не смог сдержать улыбки. — О, прошу прощения, Ангел. Я всё время путаю эти два французских слова. Они отличаются долготой звука и одной буквой в написании. Сам попробуй разобраться. Кроули посмотрел на Ангела, и они оба стали пытаться сдерживать улыбку. — Ох, да ты специально! — ангел отвернулся, глубоким вдохом стараясь подавить улыбку, но тут же повернулся лицом к лицу вновь. — Раз так, тогда ты должен мне три кольца, как и принято. Где моё помолвочное? — Да, ты разгадал, я специально. Они смотрели друг на друга, совершенно счастливые. — А почему три? Помолвочное, обручальное и... какое? — Кольцо вечности. Его обычно дарят на годовщину. Оно не является обязательным, но... У него весьма привлекательное название. — Кольцо вечности? Бентли, загугли, — Кроули скосил глаз на экран смартфона, лежащего на торпедо, посмотрел на картинки. — Оу, какое красивое. С камушками по кругу. Хорошо. Демон щёлкнул пальцами дважды — побрив лицо и усовершенствовав внешний вид кожи. — Ну, как? Азирафель провел пальцами по щекам Кроули, проверяя. — Совершенно другое дело. Руки ангела всё ещё оставались на его лице, и демон успел, как в их самый первый раз, повернуть голову и поцеловать середину ладони. — Едем, Ангел.