Дочь Рима, Сын Севера

Спустя пару месяцев Иккинг уже обжился на новом месте. Он привык к ранним подъёмам, тяжёлой работе и размеренной жизни в поместье. Все здесь знали его, а он — почти каждого. Дни тянулись спокойно и однообразно: работа, обед, вечерние разговоры с Кейт. Иногда они вместе ходили к реке или в город — туда, где Иккинг, под видом простых дел, расспрашивал торговцев и путников. Надежда найти брата с сестрой не отпускала его ни на день. Каждый раз, когда он слышал шаги или голос, похожий на знакомый, сердце сжималось — но всякий раз оказывалось, что это не они. В один из вечеров Иккинг, как обычно, сидел на валуне у реки. Вода тихо шуршала о камни, воздух был свеж, и в этом спокойствии он находил редкую передышку. Он просто сидел, размышляя обо всём, что случилось за последние недели. — Иккинг, ты как всегда здесь, — раздался за спиной спокойный голос Люция. — Да… — отозвался парень, улыбнувшись. — Здесь тихо. И красиво. Люций подошёл ближе и тоже посмотрел на реку, несколько мгновений молчал, а потом серьёзно сказал: — Иккинг, я хотел поговорить с тобой. Возможно, я нашёл их. Парень тут же вскочил. — Где?! — в его голосе прозвучала смесь надежды и страха. — Их выкупили работорговцы из соседнего города, — начал Люций. — Рыжий парень почти всё время сидит в клетке — вспыльчивый, не слушается приказов. А темноволосая девушка… она готовит и убирает в доме. Говорят, старается быть ближе к нему, как будто боится оставить одного. — Это они… — прошептал Иккинг, чувствуя, как сердце колотится. Люций мягко улыбнулся. — Я уже договорился о выкупе. Через неделю они будут здесь. — Что?.. Почему вы раньше не сказали?! — голос парня дрогнул, но вскоре сменился радостью. — Люций… спасибо вам! Я… я обязательно всё отработаю! Люций лишь кивнул, с лёгкой улыбкой наблюдая, как в глазах Иккинга впервые за долгое время вспыхнула настоящая радость. Всю ночь Иккинг не мог уснуть. Мысли вихрем крутились в голове — воспоминания, тревога, радость. Ему казалось, что сердце вот-вот вырвется из груди. Он снова и снова прокручивал слова Люция, боясь, что это просто сон. На следующее утро Кейт заметила, что он странно возбужден. — Ты сегодня с самого утра на ногах. Что-то случилось? — спросила она, подавая ему хлеб. — Люций нашёл их, — ответил он коротко, но глаза говорили больше, чем слова. Кейт удивлённо замерла. — Твоего брата и сестру?.. Это замечательно! — искренне обрадовалась она, но затем в голосе промелькнула тень сомнения. — Только… а если они… не такие, какими ты их помнишь? — Неважно, — покачал головой Иккинг. — Главное, что они живы. Всё остальное — потом. Он пытался работать как обычно, но мысли всё время ускользали. Каждый день ожидания тянулся мучительно долго. Иногда он ловил себя на том, что смотрит на дорогу, ведущую от города, будто вот-вот увидит знакомые силуэты. Люций лишь наблюдал со стороны и не мешал — понимал, что вмешиваться сейчас бессмысленно. Прошла неделя. День выдался тёплым, и солнце уже клонилось к закату, когда к поместью подъехала повозка. Люций стоял у ворот, рядом — Иккинг. Его сердце колотилось так сильно, что казалось, его можно услышать. Из повозки вышли двое. Первым — рыжеволосый парень с короткими, спутанными волосами, на лице синяки и царапины. За ним — девушка с тёмными, немного растрёпанными волосами, усталостью в глазах и слабой, но живой искрой в взгляде. Иккинг шагнул вперёд, затаив дыхание. — Дагур?.. Хедер?.. — едва выговорил он. Рыжий резко вскинул голову. — Иккинг?! Он не поверил своим глазам, но в следующее мгновение рванул к брату, обняв его так крепко, будто боялся, что тот исчезнет. — Я думал, ты… — начал он, но голос дрогнул. — Всё в порядке, я здесь, — тихо ответил Иккинг, обнимая его в ответ. Хедер подошла ближе, глаза наполнились слезами. — Мы думали, тебя нет… — прошептала она, и Иккинг, не выдержав, прижал её к себе. Несколько мгновений они просто стояли, трое — наконец вместе, после всех дорог, потерь и боли. — Добро пожаловать домой, — произнёс Люций, стоя чуть в стороне. Иккинг обернулся, в его взгляде было всё — благодарность, уважение и облегчение. — Спасибо, Люций, — сказал он искренне. — Отдыхайте, — мягко ответил мужчина. — Завтра начнём новую страницу вашей жизни. Они ушли к дому, и впервые за долгое время вечер показался Иккингу по-настоящему тёплым. Всю ночь они не спали — просто были вместе, втроём. Разговаривали, смеялись, вспоминали прошлое и делились тем, что произошло за эти недели. После долгой разлуки всё казалось почти сном. — Кто та курица, которая тебя вырубила? — спросила Хедер, обнимая Иккинга и хитро улыбаясь. — Астрид, — усмехнулся он. — Какая-то важная шишка. Её легионеры «госпожой» называли. — И как ты вообще на неё наткнулся? — с интересом спросил Дагур, развалившись на кровати. — В лесу, когда собирал травы, — ответил Иккинг, чуть нахмурившись. — Остатки галлов с того поля боя привязали её к дереву и издевались… Я не мог пройти мимо. Он замолчал, глядя в сторону, а потом добавил твёрже: — И знаешь… я не жалею об этом. Его взгляд невольно упал на Кейт, стоявшую у двери с тихой улыбкой. Утро выдалось тёплым и тихим. Первые лучи солнца пробивались сквозь тонкие занавески, наполняя комнату мягким золотым светом. Иккинг проснулся первым — привычка ранних подъёмов не отпускала даже теперь. Дагур спал, раскинувшись на кровати, а Хедер, укутавшись в одеяло, тихо посапывала, положив голову на руку брата. Иккинг слабо улыбнулся — впервые за долгое время всё было по-настоящему спокойно. Он тихо вышел из комнаты, чтобы не разбудить остальных, и направился к реке. Воздух был свежий, на траве блестела роса. Там уже стояла Кейт — она наполняла ведро водой, заметив парня, улыбнулась. — Доброе утро, — тихо сказала она. — Доброе, — ответил Иккинг, подходя ближе. Несколько секунд они молчали, слушая, как журчит вода. — Нашёл их, значит, — первой заговорила Кейт. — Я рада за тебя. Иккинг кивнул. — Спасибо. Я и сам не верю, что всё это правда. — Ты стал другим, — сказала она, глядя на него. — Когда впервые тебя увидела, ты был как зверь в клетке. А теперь… словно вернулся к жизни. Он тихо усмехнулся. — Возможно, просто нашёл то, ради чего стоило держаться. На мгновение их взгляды встретились — в них было что-то неясное, тёплое и живое, но Иккинг быстро отвёл глаза. — Пойдём, — сказал он, — сегодня много работы. И, взяв у неё ведро, направился обратно к дому. Дни сменялись один за другим, становясь тише и спокойнее. Поля зеленели, дети бегали по двору, смех звучал всё чаще, а тревога уходила в прошлое. И лишь по взгляду Иккинга, устремлённому в даль, можно было понять — он ждал. Не конца, не покоя — а чего-то большего, что однажды снова изменит всё.