Невероятная аномалия

      Прошло несколько дней. Жизнь Мико вернулась в свою флегматичную колею. Но тишина в ее доме больше не приносила покоя. Ее рациональный ум требовал разрядки. Девушке срочно нужно было развеяться. А ещё охотница просто хотела съесть якисобу. Сегодня в ближайшем крупном городе проходил фестиваль фейерверков.       Вечер начинался спокойно — таким, каким должен быть каждый редкий вечер, когда не нужно ни о чём думать. Мико поправила узор на поясе своей светлой юкаты, пригладила рукав, чтобы ткань не перекручивалась, и, оглянувшись на скрыти сумерками город, вышла из тени. Над улицами тянулся лёгкий дымок сладостей, кто-то продавал рыбу на углях, дети смеялись. Фонарики-тётин мерцали словно светлячки и отбрасывали на заснеженные крыши длинные, пляшущие тени.       Девушка шла медленно, никуда не торопясь.       Под лёгкой тканью юкаты на поясе ощущался привычный вес катаны, обмотанной тканью, скрытой под накинутым сверху тёплым хаори. Носить её на праздник было не слишком удобно, но оставлять дома оружие Мико не могла. Ни один охотник не ходил без клинка, даже когда хотел просто отдохнуть.       С каждым шагом будто бы поднималось и на лице появлялась легкая улыбка. Город жил, и впервые за долгое время это не раздражало. Она купила шарик сладкого теста с красной фасолью, села у пруда. Фонарики дрожали в отражении воды, как сотни крошечных солнц. Люди вокруг смеялись, разговаривали — и всё это казалось таким далеким от того, чем жила она сама.       Когда над городом прогремел первый фейерверк, Мико невольно улыбнулась. И в ту же секунду услышала крик. Сначала — один. Потом ещё. Толпа начала смещаться, линиями расходясь от центра улицы. Кто-то что-то кричал, указывая вперёд. Мико поднялась. И увидела его.       Среди людей двигалось что-то — вытянутое, бледное, слишком длинное для человеческого тела. Оно передвигалось на четвереньках, словно исковерканный человек, с тонкими руками и ногами, изогнутыми неестественно. Обнаженное нечто, без каких либо половых признаков. Кожа — серовато-белая, гладкая, без волос, блестела в свете фонарей. Голова — просто овальная масса с двумя вытянутыми глазами и чёрной линией пасти, растянутой до ушей. Наверное, точно сказать нельзя было, ведь ни ушей, ни носа не было. Слышно было тяжелое и одновременно свистящее дыхание. — Черт, — тихо выдохнула Мико. Толпа создавала давку.       Первые тела упали почти сразу.       Мико среагировала быстрее, чем успела подумать. Она нырнула в сторону, достала из-под хаори рукоять катаны, одним движением сорвала ткань. Клинок блеснул в темноте. — Эй, — тихо сказала она, привлекая внимание твари. — Со мной интереснее.       Она порезала себе ладонь — тонкая полоска крови блеснула на коже. Демон остановился, видимо почуял запах крови, повернулся и рванулся к девушке. Толпа кричала. Мико сделала шаг назад и, когда чудовище почти достигло её, оттолкнулась от земли, уходя в сторону и бегом направляясь в узкий переулок.       Она чувствовала его за спиной — когти скребли по земле, движения были резкими, неестественными, как у животного, которому больно существовать. — Ты испортил мне праздник.       Переулок вывел к пустому внутреннему двору. Фонари отсюда не доставали, только лунный свет вычерчивал серебристые контуры крыш.       Мико остановилась. Облизала губы. — Ну, — тихо выдохнула она, поднимая клинок. — Давай.       Тварь взвыла и метнулась. Охотница глубоко вдохнула. Воздух в груди стал тёплым и мягким. — Дыхание цветов. Первая ката. Мираж цветущей сакуры.       Когда демон ударил по тому месту, где она только что стояла, Мико уже не было. Ее движение было настолько плавным и быстрым, что ее юката и черное хаори создавали мираж того, что девушка ещё стоит на месте. Демон пронзил когтями лишь иллюзию развевающегося шелка.       Она двигалась по идеальной дуге. Ее шаги были бесшумны, словно она ступала точно не по грязи безлюдного переулка. Демон растерялся. Его примитивный мозг не мог обработать ее скорость. Он повернулся, чтобы атаковать девушку, но Мико уже была у него за спиной, сократив дистанцию.       Мгновение — и её фигура словно рассыпалась на десятки лепестков. Клинок, описывая ослепительную дугу, оставил за собой в холодном воздухе шлейф из сияющих, невесомых лепестков и голова демона-химеры отделилась от тела. Тело содрогнулось, рухнуло, из пасти сорвался сиплый хрип. Лепестки опали, растворились в воздухе. Демон затих, кожа на нём начала трескаться, осыпаться, пока не остался только пепел.       Что это вообще такое?       Всё кончилось. В небе взорвался целый каскад золотых огней, ярко осветив ее.                   Охотница облегчённо выдохнула. И только тогда заметила — на рукаве её прекрасной юкаты, чуть ниже локтя, алело небольшое, но яркое пятно крови. Чужая, тёмная и липкая. Её лицо, до этого момента бесстрастное, исказила гримаса искренней досады. Ее любимая юката была испорчена. — Вот чёрт, — тихо выдохнула она, разглядывая повреждение. — Отстирается ли… — Браво, — раздался спокойный, низкий голос из глубины переулка.       Из тени, облокачиваясь спиной о стену старого склада, вышел Кибуцуджи Мудзан. Его красные глаза светились в полумраке и заворожено наблюдали за исчезающими лепестками сакуры, а лицо не выражало ровно ничего. — Эстетично, — продолжил он, и в его голосе послышался легкий смешок. — И совершенно беспощадно к моим исследованиям. Ты только что уничтожила один из моих образцов.       Мико медленно повернулась к нему. Страх по-прежнему отсутствовал. Девушка спокойно вытерла клинок о все равно уже испорченный рукав и вложила его в ножны, пряча под хаори. — Эксперимент? — переспросила она, её взгляд скользнул по пеплу, оставшемуся от демона. — Он выглядел так необычно, что вы с ним сделали? Любопытное у вас хобби. — Хобби? — Мудзан слегка улыбнулся и проигнорировал один из заданных вопросов. — Ты так говоришь, будто сама не ищешь ответы. — Я не провожу эксперименты на людях. — Зато убиваешь их. А ещё, кажется мне, если бы могла, то с радостью провела бы чье-нибудь вскрытие. — Он чуть склонил голову. — Впрочем, неважно. Этот образец всё равно оказался дефектным.       Охотница чуть прищурилась. — За всеми своими «образцами» вы наблюдаете лично? — Только за интересными, — ответил он, взглядом скользнув по её мечу, по рукам, по запачканной юкате. — А ты, Мико, всё ещё любишь фейерверки. — Так что вы изучали? — настаивала девушка, чувствуя, как внутри закипает интерес. — Теперь это не имеет значения, — он оттолкнулся от стены. — Его всё равно больше нет.       Его фигура растворилась в темноте, словно её и не было. Мико осталась стоять одна посреди пустыря. Где-то вдали грохотали фейерверки, окрашивая небо в самые разные цвета.       Вернувшись на главную улицу, откуда она увела демона, девушка увидела то, что пропустила в спешке. Паника рассеивалась, толпа отхлынула, и на улице остались лежать те, кого не успели спасти. Слышались испуганные возгласы и плач. Городская стража оттесняла зевак.       Бледные фигуры, лежали на снегу. Но это были не просто тела. Они были высушены. Это не было похоже на обычное пожирание тела демоном. Мико присела на корточки, игнорируя тошнотворный запах. Тела были целыми, но вся влага, вся кровь, вся жизненная сила, казалось, была высосана из них. Осталась лишь пергаментная кожа, обтягивающая кости. Пустые оболочки.       Фейерверки, уже в меньшем количестве, но всё равно рассыпались по небу как самые яркие звёзды. — Какой смысл в свете, если он всё равно мерцает над мёртвыми… — тихо сказала охотница вслух.       Её желудок сжался. — На сегодня с меня хватит праздников.       Она развернулась, накинула обратно хаори, чтобы скрыть меч, и пошла прочь, не оглядываясь. Фонари за спиной гасли один за другим, словно город сам пытался забыть всё, что здесь произошло. Мико добралась до дома глубокой ночью. Куро встретила ее укоризненным мяуканьем. Девушка была слишком уставшей, чтобы переодеваться. Она просто села на энгаву, глядя на луну. Знакомый, резкий крик пронзил тишину: — Карр!       На перила мягко опустился чёрный ворон. В клюве — сложенный листок бумаги с восковой печатью. Мико вытянула руку, ворон бесцеремонно уронил письмо ей на ладонь. — Давно тебя не было в штабе. Приходи завтра утром, это срочно. — Подпись Убуяшики.       Девушка усмехнулась. — У них действительно глаза повсюду. Подожди пару минут Морриган, отправишь за одно и доклад за сегодняшний день.       Девушка аккуратно сложила листок пополам. Ворон каркнул ещё раз, будто подтверждая её мысль, и взмыл в небо. Чёрное пятно на фоне бледной луны. Она смотрела, пока тот исчез, и только тогда вошла в дом.       На мгновение задержалась у двери чтобы снять хаори, повесила его на крючок. Катана тихо звякнула, когда она сняла пояс и бережно положила меч рядом, как что-то живое. На столе остался нетронутый чай. Остыл. Мико заварила новый, выпила и закрыла глаза.       На вкус тот оказался горький. Наверное, от усталости.       Мико поджала к себе колени и положила на них голову. — Надеюсь я не создала себе проблем. Если они ещё и прознают с кем я была, точно не видеть мне тихой жизни. А я ведь ничего важного даже не узнала.       Куро подошла и потёрлась головой о ногу хозяйки. В ответ охотница погладила питомицу по голове. — Ну что ж, дорогая. Завтра твоя хозяйка идёт получать. Надеюсь меня не отправят на допросы и я спокойно вернусь к тебе домой.

***

      На следующее утро в штаб-квартире Организации как обычно царила своя, особая атмосфера. Когда она проходила через внутренний двор, заметила Гёмей. Он сидел неподвижно, словно высеченный из камня, с чётками в руках. Услышав шаги, поднял голову и кивнул в знак приветствия, девушка ответила тем же.       Мико провели в кабинет, где за столом сидел глава, Убуяшики Кагая. Его искажённое шрамами лицо было, как всегда, безмятежным, а взгляд — всевидящим и проницательным. Рядом с ним, скрестив руки на груди, стоял молодой человек с пламенными волосами и столь же яркими, ясными глазами. Кёджуро Ренгоку. Увидев его, Мико на долю секунды задержала взгляд. Перед ней было живое напоминание о её прошлом — сын человека, спасшего ей жизнь. В его осанке, в энергии, что исходила от него, угадывались черты отца, но при этом он был чем-то кардинально иным. — Мико-сан, — мягко начал Кагая. — Благодарю тебя за то, что пришла. Прошу прощения за беспокойство после вчерашних событий. —Ничего страшного, Ояката-сама. — она опустилась на одно колено. Мужчина сложил руки на коленях. — Ты вчера была на празднике, где случилось небольшое происшествие с демоном, я читал твой доклад. Расскажи, пожалуйста, ещё раз всё, что знаешь.       Мико спокойно рассказала. Как почувствовала присутствие демона, как повела его из толпы и в конце концов как убила. Само собой умалчивая об очередной встрече с Мудзаном. Не солгала, просто не сказала.       Убуяшики внимательно слушал, с закрытыми глазами. Потом мягко спросил: — Говорят, кто-то видел рядом с тобой мужчину. Не из наших.       Ренгоку перестал улыбаться. — Прохожий, — ответила охотница спокойно. — Он просто был напуган, я его немного успокоила.       Кагая кивнул. Мико почувствовала, как в комнате стало холоднее. — Были ли у тебя подозрения, что за этим мог стоять кто-то другой? — спросил мужчина. — Столь необычный метод… — Нет, — ответила Мико без тени колебаний. — Демон действовал хаотично, как существо, не способное к самоконтролю. Никаких следов координации или высшего замысла я не обнаружила. — Она была уверена, что не лжёт. Ведь Мудзан и правда не стоял за этим. Он просто наблюдал, не вмешиваясь. С её точки зрения, это была чистая правда.       Ояката мягко кивнул, словно закрывая эту тему. — Последние твои задания выдались непростыми, — продолжил глава. — Сначала та деревня, откуда ты вернулась весьма подавленной. А теперь этот инцидент на празднике. Ты сталкиваешься с угрозами, которые, судя по всему, превосходят уровень рядового охотника.       Подавлена? О, наоборот. В Мико проснулся тот интерес что и привёл её к работе охотником в 15. — Мы не сомневаемся в твоих способностях и ценим твою стойкость. Но с сегодняшнего дня ты не будешь работать одна.       Мико подняла взгляд. Внутри всё сжалось. Худший из возможных сценариев. — Простите? — Ты пойдёшь на следующее задание в паре или группе, — спокойно пояснил он. — Возможно, с одним из столпов или опытным охотником. Так будет надёжнее.       Она сжала пальцы, чуть сильнее, чем нужно. — Пара. Значит, кто-то будет мешать мне рядом.       Но вслух произнесла только: — Поняла.       Убуяшики напоследок улыбнулся. — Ты устала. Отдохни сегодня. Скоро поступят новые указания.       Мико поклонилась и вышла.