Паутина из волчьей шерсти

Питер не спешил развязывать Стайлза. Он неспешно прошелся до дивана, опустился на корточки и с нарочитым, театральным интересом изучал его лицо. Он провел носом вдоль шеи, глубоко втягивая воздух. — М-м, здесь пахнет адреналином, дешевым стиральным порошком и возбуждением, — прошептал он, касаясь губами кожи. — Чем же это вы тут занимались? — Питер, — в голосе Дерека прозвучало предупредительное рычание, низкое и угрожающее. Он не сдвинулся с места, но воздух в лофте мгновенно наэлектризовался. — Какого хрена ты разрешаешь здесь жить кому попало? — Я? — Питер поднял голову, изображая невинность с идеальной точностью. — Когда это я давал такое разрешение? Впрочем, это не важно. Он небрежным жестом указал на обездвиженного Стайлза. — Если он всегда будет так аккуратно упакован, то какие, в сущности, могут быть возражения? К тому же, — его голос стал сладким и ядовитым, — он ведь наш. Наш милый Стайлз. Полноценный член стаи. Почти член семьи. Как ты можешь быть против? Дерек поставил бутылку пива на столешницу, и пена вырвалась наружу. — Ты сводишь меня с ума. Вы оба. Стайлз тем временем просто закатил глаза. Он издал сдавленный, нечленораздельный звук, а затем, с невозмутимым видом, просто освободил одну руку — ловко, без видимых усилий. Питер замер, его брови поползли вверх в неподдельном, жгучем интересе. Дерек резко обернулся. — Какого черта? Стайлз выплюнул кляп, сглотнул слюну и с гримасой потянулся, растирая запястье. — Мой отец — шериф, Дерек. Чего ты ожидал? К тому же, — он бросил язвительный взгляд на обоих Хейлов, — вы были так поглощены своим противостоянием, что даже не слышали меня? Боже, и как мы вообще до сих пор живы. С этими словами он развалился на диване, словно король на троне. На несколько минут воцарилась тишина, которую Питер, разумеется, тут же разрушил. Он переместился за спинку дивана, склонился вперед, и его дыхание снова коснулось волос Стайлза, теплое и настойчивое. — Не нервничай, мышонок, — прошептал он, и Стайлз вздрогнул, инстинктивно махнув рукой, как от назойливой мухи. — Отстань, Питер. Питер лишь шире улыбнулся, поймав его запястье в железную хватку. Он медленно, не отрывая взгляда от глаз Стайлза, провел языком по его пальцам — от основания к кончикам, с деликатной, почти церемонной тщательностью. — Эй-эй, Питер! Не ешь меня! — Стайлз попытался вырвать руку и вытереть ее о диван, но Питер не отпускал, удерживая с неумолимой силой. Тот поднял взгляд на Дерека, и его улыбка стала хищной, полной древнего, знающего блеска. — А ты пробовал его? На вкус словно лижешь батарейку. Стайлз замер, запрокинув голову и глядя на Питера снизу вверх. Питер наконец отпустил его руку, но улыбка никуда не делась. Он был счастлив, как кот, пробравшийся в птичник. — О, время летит, дорогой, когда есть чем заняться. И, судя по всему, — он бросил многозначительный взгляд на Дерека, а затем на все еще растерянного Стайлза, — у нас появилось новое хобби. И, возможно, новая проблема. Интересно, что окажется сильнее: соблазн или угроза. — Стой, что? — Стайлз приподнялся на локте, ощущая, как предчувствие беды медленно поднимается по спине ледяной волной, холодной и неумолимой. — В каком смысле "новая"? Мы разве не выполнили квоту на апокалипсисы в этом году? Питер усмехнулся, но в его глазах не было и тени веселья. — Милый мой мальчик, мир не вертится вокруг границ твоего психического здоровья. Пока ты тонешь в драме подростковых сериалов, в город пожаловали гости. Цени: прямиком из Лос-Анджелеса. Молоды, и довольно дерзкие. — Объясни. — Голос Дерека стал низким и жестким, как сталь. — В самом прямом смысле. Они оставили нам визитную карточку: аккуратно разорванный, как консервная банка, труп охотника — прямо на въезде в город. Вполне очевидное послание, не находишь? — Питер сделал небрежный жест, будто это его ни капли не тревожило, но каждый мускул в его теле был напряжен до предела, готовый к прыжку. Дерек сократил расстояние между ними за два шага. — Ты их знаешь? — Абсолютно нет. Но по запаху ясно: главная там — девчонка. И она, в отличие от некоторых, не страдает излишней сентиментальностью. — Он бросил короткий взгляд на Стайлза. — Похоже, у нашей милой, разрозненной стайки Бейкон-Хиллс плохая репутация. Плохая в самом ее опасном для нас смысле. Мы с вами — идеальное пушечное мясо для любого, кому наскучил вечерний сериал. Пока они говорили, пальцы Стайлза уже лихорадочно выстукивали сообщение в общем чате, который он с гордостью назвал «Клуб выживших (пожалуйста, не умирайте)». СТАЙЛЗ: Скотт, тут полный пиздец. Новые волки в городе. Уже отметились трупом охотника на въезде, как букет бросили. Агрессивные мудаки. Где ты? Где Айзек? Дерек выхватил у него телефон из рук. — Как тебя выключить, — пробурчал он, поднося аппарат к уху. — Эй, не надо выключать мой телефон… — Я имел в виду тебя. — Звонок длился ровно три секунды. — МакКолл. В городе агрессивные чужие. Держи Лейхи рядом и не лезьте в темные переулки. Он швырнул телефон обратно на диван. — Видишь? И без истерик. Следующий час прошел в бесплодных и хаотичных обсуждениях. Стайлз, заряженный адреналином, выдавал идеи, каждая из которых была безумнее предыдущей. Питер очень веселился, даже предлагал парочку улучшений. — Все просто, давайте устроим им засаду на свалке! С факелами и вилами! Или… или подбросим им отравленное мясо! Хотя стоп, мы же не знаем, где они… Может, взломать городские камеры? Хотя у отца есть доступ… Питер лишь время от времени фыркал, а Дерек молча слушал, и чем дольше это длилось, тем мрачнее становилось его лицо. — Ладно, — наконец перебил он очередной план с участием дрона и баллончика с перцем. — Первое, что мы делаем… Звезды сложились удачно для тебя, так что, Стайлз, тебе действительно лучше остаться здесь. Чтобы я мог хоть одним глазом следить, где ты. Стайлз подскочил на месте, лицо его просияло. — Ю-хуу! Официальное приглашение в логово! — Он воздел руки к потолку, словно победитель марафона. — Значит, нас все-таки трое! Я всегда знал… О-о, может, марафон "Пилы"? — Ты спишь на диване, — холодно парировал Дерек. Энтузиазм Стайлза мгновенно угас, как пламя под порывом ветра. — Не круто. — Живи с этим. Вскоре свет в лофте погас, погрузив пространство в серебристое сияние, льющееся сквозь огромное окно. Дерек скрылся в своей спальне, Питер растворился в тенях где-то на втором этаже, оставив Стайлза одного в гостиной. Стайлз сидел на диване, поджав ноги, и смотрел в ночь. Лофт находился на отшибе, и перед ним расстилались темные очертания спящего города, увенчанные огромным, бездонным небом. Прямо по центру, как огромная бледная мишень, висела сверкающая блямба, которая вот-вот станет полной. Она была ужасающе красивой. «Скоро полнолуние», — пронеслось у него в голове. Кто приезжает в новый город и перво-наперво совершает убийство? Его собственная стая трещала по швам. Дерек с его грузом комплексов и прошлого, забитый Айзек, Скотт, который предпочитал избегать конфликтов даже в ущерб себе. Он сам — со своей новой, необъезженной силой, что могла похоронить все в одночасье. Ах, да. И Питер, который, если память не изменяет, вообще не хотел быть в этой стае. Он сидел, уставившись на луну, и думал, что все это, конечно, чертовски красиво и эпично. Но боже, как же он уже заебался.

***

Где-то за стеной пробили три. Лофт был погружен в густую, осязаемую тишину, нарушаемую лишь спокойным, тяжелым дыханием Дерека. Хоть его дыхание и было ровным, но нить его, что ползла по полу, закрутившись у перил и тянулась под дверь спальни, периодически подрагивала нервно, тревожно. Стайлз лежал на диване и пялился в потолок. Мысли гонялись по кругу, как бешеные хамелеоны, и не все из них по-настоящему принадлежали Стайлзу. Спать было невозможно. В горле пересохло, а в груди сидел комок беспокойства, который требовал хоть какого-то действия. Он поднялся, стараясь не шуметь, босые ноги коснулись прохладного бетонного пола. В одной лишь футболке и джинсах он чувствовал себя немного уязвимо. Он крадучись двинулся к кухне, ориентируясь по мерцанию панели микроволновки. Холодильник открылся с щелчком, озарив его лицо холодным белым светом. — О, да, детка. Заветное пиво Дерека стояло прямо там, как маячок надежды. Он схватил бутылку, ощутив приятную тяжесть и прохладу в руке, и почти блаженно прижал ее к груди. Довольный, он тихо прикрыл дверцу и вздрогнул, чуть не выронив добычу. Питер стоял в двух шагах, прислонившись к кухонному острову, его силуэт четко вырисовывался в тусклом свете. — А ты чего тут подкрадываешься? — выдохнул Стайлз, прижимая бутылку к себе. Питер медленно повернул голову. Он подошел ближе, не стал ничего говорить, просто наклонился и легким движением, лишь с помощью зубов, поддел край крышки — та отлетела с тихим пшиком, выпуская пену. — Ох, блядь. Питер чуть улыбнулся, в его глазах вспыхнула знакомая искра насмешки. — Как же просто возбудить подростка, господи. Я уже и забыл. — Во-воу, границы, помнишь? — Стайлз попытался отступить, но спиной уперся в край кухонного острова. Питер, вместо желаемого пространства, наоборот, зажал Стайлза между своими руками, упертыми в столешницу по бокам от него. Расстояние между ними сократилось до нуля. Теперь Стайлз был в ловушке — изумительно, все как он любит. — Зачем ты действительно пришел? — тихо спросил Питер, его голос был низким и лишенным привычной игры. — Дерек сказал, что ты собрался здесь жить. Стайлз нервно провел пальцами по мокрой от конденсата бутылке, прижимая ее к себе, как щит. Потом, стараясь не смотреть на Питера, он осторожно поднес ее к губам и сделал глоток. Горьковатый вкус разлился по рту, обжигая горло. Он пытался казаться невозмутимым, хотя Питер стоял так близко, и пялился на него. — Стайлз? — Питер не отступал. — Ну, ты сам говорил, — пробормотал Стайлз, продолжая смотреть какой красивый дизайнерский кирпич на стене у Дерека. — Я много чего говорил. Почему ты передумал? — Питер не унимался. — Ну... Перед его внутренним взором снова всплыла гостиная. Податливое тело Айзека под Скоттом, тот самый момент потери контроля, который был не их, а чужой, навязанной волей. — Стой! Резкий тихий шепот вырвал Стайлза из воспоминания; он вновь ощутил холод пола под ногами и капли влаги на стекле бутылки под пальцами. Питер в ответ лишь насмешливо поднял бровь. — Это двусторонняя связь, Стайлз. А я, хочу надеяться, не глуп. Он сделал шаг вперед, сокращая и без того ничтожное расстояние. — Ты тоже быстро учишься. Только недостаточно. Они стояли так близко, и Стайлз не мог оторвать от него взгляд. Он почти встал на цыпочки, стараясь не касаться Питера. А Питер выжидал. Мгновение, другое. Тишина давила. — Я спрошу снова, — его шепот был едва слышен. — Зачем ты приехал?