Замужем за Дракулой

Элизабет уже не хотела больше носить траур, но не могла себе этого позволить. Раненых солдат было так много, что ей с Марией нужно было помогать ухаживать за ними. Они часто умирали, и тех, у кого на одежде были геральдические знаки, она записывала по именам, чтобы отправить письма их родственникам, и их тела отпевали в склепе под замковой церковью. Тех же, у кого таких знаков не было, хоронили за стеной. Однажды, в палатке лазарета Элизабет нашла Марию, которая тормошила молодого умирающего солдата, пытаясь узнать его имя. - Зачем ты это делаешь? – спросила Элизабет. – на нём нет никаких знаков, и оружия тоже нет. - Посмотри, у него не простая кольчуга, а есть ремни от лат, - не унималась Мария. – а сам он гораздо выше других солдат. Возможно он потерял свои латы и оружие в бою, нужно узнать его имя, – и потом добавила грустно, – Он такого же возраста, как и Георгий. Внутри Элизабет что-то дрогнуло. Она записала то, что шептал солдат, и потом ещё долго бродила по палаткам, стараясь найти тех, кто был одет подобным образом. За это время она заметила, что раненые страдают ещё и от холода. Вечером, за ужином Элизабет обратилась к матери с просьбой перенести оставшихся в живых раненых в гостиную, где есть работающий камин. Матери не очень нравилась эта идея, т.к. никто не мог точно знать, что все они благородного происхождения, хотя отец не возражал. Элизабет посмотрела на молчащую за ужинами Марию, и сказала, что если её брат сейчас лежит где-то раненый, то она бы хотела, чтобы его бы отнесли поближе к огню. Мать согласилась. Теперь в библиотеке Элизабет ещё штудировала и старые родовые книги, в надежде найти там имена неизвестных ей воинов.