Кеды со звёздами

      После школы ребята, как обычно, попрощались друг с другом и пошли по домам. Мэт и Дорис были почти соседями, Вивьен было по пути с Сильвией, Дерек всегда гулял после школы с другими спортивными ребятами (и зачастую ввязывался в драки с ними), а Коул и Джесс жили в совершенно разных частях района. Так и получалось, что каждый вечер Дорис с Мэтом и Сильвия с Вивьен шли вдвоём, Дерек уходил с компанией, а Коул с Джесс расходились в разные стороны.       Для Джесс не было чем-то необычным ходить одной. Если так подумать, то до шестого класса у неё вообще не было друзей, и она всегда и везде была одна. Уже по привычке надев наушники и включив Skillet, Джесс собиралась молча дойти до дома. Когда кто-то дотронулся до её плеча, она чуть не подпрыгнула от испуга. В тёпло-жёлтом свете фонарей Джесс разглядела лицо Коула. -Извини... Не хотел пугать. -Да в-всё в порядке. - Джесс сняла наушники. Коул улыбнулся. - А ты чего здесь? Тебе же вроде в другую сторону. -Да сегодня надо к бабушке заскочить, а она живёт на Брик-стрит, 23. Знакомый адрес?       Джесс кивнула: -Это в трёх домах от меня. -Отлично. Значит, нам по пути.       И они пошли вдвоём. Асфальт на тротуарах был пропитан недавним дождём, отчего казался ещё чернее, чем обычно. Небо было тёмное, тоскливое. Рыжие листья шуршали на деревьях и под ногами. Дорогу освещали только высокие фонари да окна в ближайших домах. До Брик-стрит было минут тридцать пешей ходьбы, поэтому налюбоваться тёмным пейзажем ребята могли сполна. Наконец Коул нарушил тишину, спросив: -Ты чего так скованно идёшь? Замёрзла?       Джесс помотала головой, отчего её волосы смешно качнулись под капюшоном: -Просто... Так непривычно идти с кем-то. Я и на прогулках с вами так хожу, если ты не заметил. -Мне казалось, ты там так жмёшься из-за холодной погоды. Мы же уже два года дружим, до сих пор не можешь привыкнуть к нам? -Да и к обществу в целом. Когда всю жизнь живёшь, не взаимодействуя с социумом, трудно за два года привыкнуть к общению. Ну и вообще я домой обычно в наушниках хожу, поэтому мне вдвойне непривычно. -Прости. Если хочешь, можем просто помолчать. Я не против. -Не, наоборот, мне надо развиваться в общении. Наверное. Да и глупо будет просто идти рядом и молчать. -Да, наверное, ты права. - Коул задумался, выбирая тему для разговора, а затем поинтересовался: - Что ты вообще об этом всём думаешь? Ну, я про идею Вивьен. Старый парк, заброшенный дом... Ещё и Хеллоуин на носу. Неуютно как-то. -Ну, не на таком уж и носу... Хеллоуин тридцать первого, а в субботу только восемнадцатое. -Ну если взять, к примеру, нос Пиноккио...       Они рассмеялись. Шутка действительно была очень кстати и от того становилась ещё забавнее. Коул умел говорить нужные вещи в нужный момент. -А вообще действительно не самая лучшая идея. Осенью сыро, а дом старый и деревянный. Если мы просто постоим на пороге, нам ничего не грозит, но уже на лестнице всё может обвалиться. -Это да. Да и жители дома навряд ли будут рады незваным гостям вроде семи подростков, - согласился Коул. Джесс удивилась: -Каким ещё жителям? -Бомжи. Я же говорил в столовой про риск наткнуться на бездомных. -Так ведь они с прошлой зимы боятся туда соваться. Помнишь, там несколько бездомных пропало, а ночью были чьи-то крики? -Да это по-любому Мэт пришёл к Дорис за помощью по математике, а та и избила его за то, что он не смог решить задачу уровня девятиклассника.       Они снова рассмеялись. Джесс улыбнулась: -Если вдруг задашься вопросом, кем становиться во взрослой жизни, становись комиком. Смешно шутить на публику у тебя прекрасно получается. -Ну, если в моей публике будешь ты, пожалуй, я даже соглашусь.       Минуты две они шагали в полном молчании. Коул радовался, что Джесс смотрела прямо перед собой, потому что иначе она бы заметила, как он покраснел от собственных слов. Пожалуй, про публику не стоило говорить. Интересно, она хоть догадывается о том, что дико ему нравится? Спустя две минуты заговорила уже Джесс. -После той ночи весь город недели две говорил, мол, там призраки живут или ещё какая-нибудь страшная ерунда. А мне кажется, бездомные просто решили согреть себе душу выпивкой. -А разве выпивка – это повод кричать? - Удивился Коул. -Ты просто никогда не видел по-настоящему пьяных людей. Глядя на них, начинаешь сомневаться, люди ли они вообще. -Говоришь так, будто каждый день на них смотришь. На Брук-стрит же вроде нет никаких пьяных компаний...       Джесс обиделась бы на него за первую фразу, если бы он знал о её дяде. Хотя, даже тогда обида была бы неуместной. Дядя не был для неё дорогим человеком, хоть и очень старался. Вздохнув, она сказала: -Мой... Мой дядя умер от пьянства, когда мне было восемь лет. Ничего удивительного в этом нет, по словам родителей, страсть к алкоголю закипела в нём после смерти жены. Надеюсь, они счастливы сейчас вдвоём на Небесах. -Оу... Блин, прости, пожалуйста. Я правда не хотел... -Да всё нормально. Ты и не сказал ничего плохого. Дядя не был мне дорог. -Всё равно прости. Не умею я держать язык за зубами. -Всё окей. Я сама начала тему выпивки. -И он... Ну, твой дядя... Он прямо при тебе? Ну, это... -Бухал? Или умер? - Джесс случайно пересеклась с ним взглядом, и он опять почувствовал краску на щеках. Благо, было достаточно холодно, чтобы она приняла это за румянец от погоды. Не дожидаясь ответа, девушка сказала: - И то, и другое происходило не при мне. Он старался выходить из запоя, когда приезжал к нам. Правда, от пивного запаха он уже никак не мог избавиться. Мама говорила, что даже если мы запихнём дядю в стиральную машину, он будет пахнуть алкоголем. -Вот как... И умер он тоже из-за запоя?       Джесс кивнула. Коул издал какой-то звук, выражающий то ли сочувствие, то ли понимание, то ли всё вместе, и они вновь замолкли. В осенней тишине звуки шагов по мокрому асфальту и шелест листьев под ногами были особенно слышны. Джесс подумала о дяде. Действительно ли он не был ей дорог? Когда он умер, она не плакала. Только высматривала кеды на его ногах во время похорон.        Трудно сказать, какие чувства дядя вызывал у неё. Она всегда радовалась, когда он приезжал. Для маленького ребёнка человек, который всегда приносил с собой подарок, веселил и шутил, был настоящим праздником. Родители тоже были не скупы побаловать дочку, но дядя... Дядя – это другое. Дядя – это мамин голос: «Он сказал, что приедет к двум». Дядя – это скрип двери, громкое кряканье, извещающее о приходе в дом. Дядя – это тортик в правой руке и игрушка в левой. И куча конфет в рюкзаке. Дядя не тратил все деньги на выпивку, нет. Он работал всю жизнь, пока была жива его жена, а после её смерти ему какое-то время приносил средства пассивный доход. И эти средства дядя грамотно делил на три части: обязательные платежи, подарки для Джесс и новая порция выпивки. Причём подарки он всегда выбирал не абы какие, а самые лучшие. Плюшевый заяц обязательно супермягкий, гипоаллергенный и милый. Конфеты всегда самые вкусные и популярные. И каждый подарок отличался от предыдущего: если в прошлом месяце дядя дарил Джесс мягкую игрушку и порцию конфет, то в этом он дарит ей интересную книжку и печенье, а в следующем подарит алмазную мозаику и киндер-сюрприз. Плюшевый заяц, между прочим, до сих пор сидит у Джесс на диване и смотрит милыми глазами-пуговками в пустоту. Дядя – это не просто пустой звук, нет. Дядя всегда был рад поиграть с ней, даже если устал после дороги. Он подхватывал её на руки, кружил и аккуратно ставил на место. Он садил её себе на шею и катал по всему дому. Он читал ей часами, если она того хотела. Он готов был быть для неё всем – и раскраской, и лошадью, и клиентом парикмахерской. Ну и что, что от него пахло пивом? Может, что-то в этом и есть. Может, Джесс тоже вырастет и будет просиживать все выходные в баре, и будет носить кеды со звёздами, не снимая. И тоже умрёт от запоя, ну и что с того? Когда ты хороший человек, хороший дядя, то уже не так важно, пьёшь ты или нет.       Раздумывая над этим, Джесс вдруг сказала скорее не Коулу, а самой себе: -Хотя нет, знаешь. Он был дорог мне.       Коул посмотрел на неё с недоумением. -Мой дядя. Пожалуй, это был самый дорогой человек для меня. Если бы он не был мне дорог, я бы забыла о нём через месяц после смерти. А я не забыла. Я всегда о нём помню.       Коул проводил её до калитки. Начинал моросить мелкий дождик, и он тоже накинул капюшон. -Спасибо, что проводил. До завтра. -И тебе спасибо. С тобой очень интересно разговаривать. Надо будет почаще ходить к бабушке, - улыбнулся Коул. - До завтра, Джесс.       Они разошлись. Идя к бабушке, Коул думал о подруге. После этого вечера его влюблённость стала ещё сильнее. Чем больше он узнавал о ней, чем больше времени с ней проводил, тем сильнее он ею восхищался. Наверное, её дядя действительно был хорошим человеком, раз она не побоялась вслух изменить своё мнение.

***

      Дома пахло печёной картошкой и курицей под чесноком. Джесс вдохнула этот тёплый аромат и разулась, поставив кеды аккуратнее, чем обычно. -Я дома, - громко сообщила она. Мама, видимо, была на кухне и занималась готовкой. Отец прошёл из гостиной, неся в руках пакет с овощами. Наверное, он шёл резать салат к ужину. -О, уже вернулась? - Удивлённо спросил он. -Да, сегодня отменили последний урок. -Везёт же вам. Вот у нас в твоём возрасте было по девять-десять уроков в день! -Ма-айкл! Ты где там? - Послышался крик мамы с кухни. Отец рассмеялся и поспешил к ней: -Иду, иду!       Джесс улыбнулась. По девять уроков, конечно... Недавно ей попался один ролик в интернете про психологию отношений. В нём говорилось, что люди подсознательно влюбляются в тех, кто похож характером на их родителя противоположного пола. Может, поэтому ей и нравится Коул? Он отлично шутит, как и её отец. Они точно поладят, если вдруг встретятся.       Поднявшись к себе в комнату, Джесс повесила сумку на крючок и переоделась в домашнюю одежду. Плюшевый заяц сидел на диване, грустно опустив голову. Наверное, грустил, что в таком положении ему не видно, как хозяйка переодевается. Джесс вздохнула и взяла его на руки. -Знаешь, дядь, - негромко сказала девушка в пустоту, - ты ведь и вправду очень дорог мне. Жаль, я не могу сказать это так, чтобы ты услышал.