Нефритовый осколок

– Байлун? Ты думаешь, там сейчас безопасно? – спросил Лун Цзянь. Он остановился, взирая на девушек с высоты своего роста. Его зелёные глаза то и дело метались между ними. – Орден Лунного Тумана может вернуться в любой момент. Тем более… Хуа Мэй не любит оставаться в тени. Сяо Лянь резко остановилась и обернулась. Её карие очи остановились на драконе. Она на некоторое время замолкла. Действительно. Где гарантия их безопасности? – Что ты имеешь в виду? – Если с Цзюнь Ло нам ещё повезло, то Хуа Мэй намного хитрее, сильнее и проворнее. Может, я зря беспокоюсь, однако… забудь. Это не так уж и важно, – с этими словами он шагнул вперёд, начиная удаляться в лесу, даже не дожидаясь остальных. Ткани его одежд периодически поднимались, а волосы были слегка взлохмачены – непривычная картина. Сяо Лянь посмотрела ему вслед с вопросом. Что он скрывает? Но, несмотря на своё любопытство, снова подхватила молчаливую целительницу за руку и направилась с ней следом за Лун Цзянем, в сторону Байлуна. Город встретил их тишиной. Ни единого звука, ни единого человека – всё пусто, лишь Луна светила ярко, отражаясь о немногочисленные лужи от недавнего дождя. Сяо Лянь вздохнула. Байлун действительно встретил их гробовой тишиной. Узкие улочки, вымощенные потрескавшимся камнем, были пусты. Фонари с потухшими свечами раскачивались на ветру, отбрасывая прыгающие тени на облупившиеся стены домов. В воздухе витал запах гари и чего-то кислого — будто город выдохнул последнее дыхание и замер. Лун Цзянь шёл впереди, его шаги звучали неестественно громко в этой тишине. – Нам нужно найти место, чтобы переночевать, оставаться в той же хижине опасно, – произнёс он, даже не оборачиваясь. Сяо Лянь кивнула. Сейчас это был единственный вариант – лучше найти укрытие, чем остаться на улице, зная, что в любое время их может найти Орден Лунного Тумана. Лун Цзянь остановился около полуразрушенной лавки с вывеской, слова на которой были еле различимы в лунном свете. “Чайный дом”, – прочитала Сяо Лянь, приглядевшись. Дверь оказалась незапертой, хотя само здание было слегка повреждено – крыша в некоторых местах провалилась, окна были заколочены досками. – Нам сюда, – проговорил дракон, заходя внутрь, толкнув перед этим дверь. Она со скрипом распахнулась, пропуская внутрь, в тихое, наполненное сыростью, помещение. Внутри царил полный хаос. Перевернутые столы, разбитая посуда, разорванные циновки валялись по всему периметру помещения. Сквозь дыры в крыше пробивался лунный свет, освещая комнату. Сяо Лянь закашлялась – пыль была повсюду. – Кажется, здесь уже кто-то побывал, – пробормотала бывшая преемница алхимика, оглядев своим взглядом карих глаз помещение. Действительно, беспорядок здесь был знатный – пыль лежала слоем на оставшихся в целостности шкафах. – Разграбили. Неудивительно, – проговорил Лун Цзянь, осматривая старинное помещение. В углах висела паутина, а по полу нередко проползали маленькие пауки. – Но это лучше чем ничего. Сяо Лань продолжала молчать. После ситуации с мастером Вэем она так и не промолвила ни слова, оставаясь лишь покорный слушателем, не вставляя ни слова в диалог Лун Цзяня и её подруги. – Что ты имел в виду, когда говорил про Хуа Мэй? Ты знаешь её лично? – спросила Сяо Лянь, на что дракон нахмурился, словно вопрос причинил ему боль, и отвернулся к окну, глядя на пустые улицы Байлуна. Его плечи слегка напряглись. – Это неважно. Она опасна, и мы должны быть осторожны. Это единственное, что я могу сказать. В этот момент Сяо Лань издала тихий возглас, который привлёк Сяо Лянь. Девушка сразу же обернулась и увидела, что целительница держит в руках малогабаритный, обитый кожей сундучок. – Что там? Сяо Лань сразу же открыла сундук. Внутри лежали сушеные травы, серебряные моменты. Обыденные предметы для чайной, однако взгляд Сяо Лянь привлек маленький, изящный кинжал с рукоятью, инкрустированной лунным камнем. Это заставило сердце в груди бешено забиться. Девушка обернулась на Лун Цзяня, будто ожидая его ответа, но тот лишь молчал. Молчал, будто задумался о чём-то. Однако его взгляд тоже был прикован к кинжалу. – Это кинжал Хуа Мэй, – твёрдо сказал он, прервав собственное молчание. Тишина в чайном доме стала напрягающей, она слова сгустилась. Сяо Лянь почувствовала, как по спине пробегают мурашки. Что-то было не так. – Нужно уходить, – произнёс Лун Цзянь. Голос его был полон тревоги, необычно для его обычно холодного и сдерженного поведения. – Сейчас же. Но было уже слишком поздно. Снаружи раздался тихий, мелодичный смех, словно колокольчик. Смех, от которого кровь стыла в жилах. Смех, который принадлежал только ей – Хуа Мэй. Она пришла за ними. – Какая неожиданная встреча, – прозвучал тихий, словно шелест ветра или листьев, голос. – Давненько мы не виделись, Лун Цзянь. Сяо Лянь инстинктивно схватилась за меч. Она знала о силе главы Ордена и не могла допустить, чтобы та причинила вред Лун Цзяню. Сяо Лань же отступила назад, прижимая к себе сундучок. Дракон застыл, глядя на входную дверь, в проёме которой через несколько секунд появилась фигура. Стройная, гибкая, облачённая в красные и чёрные шелка, расшитые серебристыми и золотыми нитями. Глаза холодные, словно лёд, на лице – лёгкая усмешка. – Хуа Мэй, – произнёс Лун Цзянь. В его голосе слышалась неприкрытая ненависть. – Дракон, – хмыкнул та в ответ, склонив голову в лёгком поклоне, словно приветствии. – Даже спустя двадцать с лишним лет я всегда рада нашей встрече. Особенно, когда она такая… неожиданная. Что же насчёт тебя? Не рад встрече? Она грациозно вошла в чайный дом, словно кошка, пришедшая на свою территорию. Оглядела девушек и, слегка наклонив голову, обернулась уже на Лун Цзяня. – Как мило, – прошептала она, заметив Сяо Лань и Сяо Лянь. – Не знала, что у тебя появились спутницы. Неужели ты решил, что втроём будет легче противостоять моему Ордену? До сих пор веришь, что удача и сила на твоей стороне? Она хмыкнула. – Что тебе нужно? – процедил сквозь зубы дракон, что заставило женщину хмыкнуть. Она рассмеялась, и этот звук снова пронзил всех присутствующих неестественным холодом. – Что мне нужно? Я просто пришла за тем, что принадлежит мне, – с этими словами она кивнула на сундучок в руках Сяо Лань. – Кинжал. Он мой, и я хочу получить его обратно. Вы же не хотите проблем? Целительница крепче сжала в руках сундучок, а Лун Цзянь сделал шаг вперёд, заслоняя девушек собой. – Ты его не получишь. Хотя, пожалуй, ты и без этого была в курсе. Хуа Мэй вопросительно приподняла бровь. Она и не получит? Удивительно. – Я думала, мы можем решить всё мирно. Но, похоже, драконы не меняются. Вы всегда такие упрямые… – с этими словами она щёлкнула пальцами, и в тот же миг чайный дом заполнили воины Ордена Лунного Тумана в чёрных и синих одеждах. Они возникли словно из неоткуда, лица их скрывали маски, а клинки сверкали в лунном свете. – Выбора у вас нет. Отдайте кинжал, и я, возможно, смилуюсь и на этот раз позволю вам уйти. В противном случае, – она хищно улыбнулась, словно кошка, которая издевается над мышкой, своей жертвой, – вас будет ждать недолгая, но болезненная смерть. Что выбираете, дракон? Лун Цзянь презрительно окинул взглядом воинов, кольцо из них вокруг них сжималось всё сильнее и сильнее с каждой секундой. Они плотно окружили их, готовясь в любой момент применить силу. Дракон знал, что шансы на победу ничтожно малы. Преимущество в численности, внезапность. Всё было против них. Но отдать кинжал Хуа Мэй? Звучало как смертный приговор и, возможно, даже хуже. – Жрица драконов, – произнёс Лун Цзянь с насмешкой, глядя прямо в глаза Хуа Мэй. – Предательница. Забыла, кому служила раньше? Или власть и жажда крови задурманили твой разум? Хуа Мэй скривилась, словно от удара. Упоминание о прошлом задело заживо. Она как будто бы пыталась скрыться от него, не терпя даже малейшего слова о нём. – Не смей даже говорить об этом, – прошипела она сквозь зубы. – Вы – пережиток прошлого, который должен исчезнуть. Я лично позабочусь об этом. – Тогда с чего мы должны верить, что ты нас отпустишь? – спросила Сяо Лянь, но её вопрос проигнорировали. – Твой ненависть слепит тебя, – ответил Лун Цзянь, пытаясь выиграть время. Он чувствовал, как Сяо Лань, держащая в руках сундучок, дрожит за его спиной. – Ты думаешь, что, уничтожив весь мой род, ты обретёшь власть? Смешно. Ты лишь останешься пешком в чужой игре. Хуа Мэй вздрогнула на секунду, а затем сделала знак рукой, и воины двинулись вперёд, их клинки поднялись в предвкушении крови. В этот момент Сяо Лянь тоже выхватила свой меч. Карие глаза отражали решимость. – Мы не отдадим кинжал! – крикнула она и бросилась в атаку. Дракон выпустил из себя яростный рык, и его тело начало постепенно преображаться. Через несколько секунд кожа пошла рябью, и через мгновение перед волнами Ордена Лунного Тумана стоял огромный, чешуйчатый дракон с изумрудными глазами, похожими сейчас на горящее зелёное пламя. Хуа Мэй резко отшатнулась назад. Она знала, что Лун Цзянь может менять своб форму, однако увидеть своими глазами – совсем другое дело. Страх на секунду промелькнул в её тёмных, ледяных от презрения глазах, но через мгновение уже сменился на привычное презрение и ненависть. – Схватить и уничтожить дракона! – вскрикнула она. Битва началась без промедления, Сяо Лянь ловко орудовала мечом, сражая воинов и защищая стоящую за спиной Сяо Лань, стараясь, чтобы звонкие клинки не коснулись её. Лун Цзянь, в форме дракона, сокрушал всё на своём пути – воины то и дело бросались в бегство, в страхе. Сила такого существа пугала каждого. Но, в конце концов, преимущество было на стороне Ордена Лунного Тумана – их было слишком много. Они наступали всё сильнее и сильнее, загоняя в угол, постепенно окружая всё сильнее. Внезапно, Сяо Лань выскользнула из-за спины Сяо Лянь и, подбежав к Хуа Мэй, протянула ей сундук. – Возьмите, – тихо и испуганно прошептала она, словно повинуясь. – Только отпустите их, пожалуйста. – Твоя преданность трогательна, – сказала Хуа Мэй, сразу же схватив сундук. Она открыла его и достала кинжал, глаза сразу же загорелись странным, алчным огнём. – Теперь, когда у меня есть то, что мне нужно… – женщина резко обернулась к Лун Цзяню, хищно посмотрев на него. – Пришло время покончить с тобой, дракон. – Лун Цзянь, берегись! – вскрикнула Сяо Лянь. Дракон инстинктивно признался, но было поздно. Хуа Мэй успела метнуть кинжал в его сторону. Клинок, словно выпущенная стрела, полетел прямо в его сердце. Лун Цзянь успел уклониться, однако кинжал всё равно задел его бок, оставив глубокую рану. Он взлетел от боли, и тело начало вновь трансформироваться обратно в человеческую форму. Парень рухнул на землю, корчась от сильной боли. К нему подбежала Сяо Лянь, пытаясь остановить кровь, Сяо Лань же стояла неподвижно, в ужасе глядя на Хуа Мэй. – Вот и всё, – прошептала она, глядя на Лун Цзяня. В её глазах мелькнула искра ужаса, но быстро угасла, сменившись холодной решимостью. – Дракон повержен! Хуа Мэй подняла голову, и её лицо снова обрело прежнее холодное выражение, которое не знало жалости. Она приказала воинам окружить Лун Цзяня, Сяо Лянь и Сяо Лань. – Убейте их. Всех. Никто не должен остаться в живых. Сяо Лянь вновь выхватила меч, вскочив на ноги. – Мы не сдадимся! – с этими словами она бросилась на воинов. Сяо Лань же прижалась к стене, дрожа от страха. Она была целительницей, а не воином, и в данной обстановке не знала, что ей лучше сделать – молча оставаться в стороне или попытаться помочь, зная, что её роль бесполезна? Лун Цзянь, собравшись с силами, поднялся на ноги, рана в боку всё ещё болезненно пульсировала, но он должен был. Нет, он обязан был защитить своих спутниц. Иначе кем он тогда является? Драконом, которого смог победить какой-то человек? – Бегите! – прохрипел он. – Я задержу их. Сяо Лянь колебалась, но поняла, что это единственный выход. Если они останутся, то умрут уже все. – Побежали! – крикнула она, хватая целительницу за руку. Страшно. Адреналин проснулся в крови, а сердце бешено забилось. Девушка бросила последний взгляд на Лун Цзяня, из последних сил сражающегося с воинами, и побежала к выходу из чайного дома, таща с собой Сяо Лань. Хуа Мэй лишь с презрением наблюдала за их побегом, ничего не приказывая солдатам. – Пусть бегут, – произнесла она. – Они всё равно далеко не уйдут. А дракон… он умрёт здесь. Они бежали, пока не увидели тёмный переулок. Сяо Лянь, не раздумывая, свернула туда, спрятались вместе со спутницей за грудой мусора, надеясь, что за ними нет погони. – Мы должны что-то придумать, – прошептала та. – Мы не можем оставить Лун Цзяня наедине с ними. Это слишком опасно. Самостоятельно он ничего не сможет. С этими словами она почувствовала боль в висках. Драконья болезнь ещё давала о себе знать – теперь её физическое состояние зависело от состояния магии и сил Лун Цзяня. – Но что мы можем сделать? Сяо Лянь задумалась на долю секунды. Действительно. Трудно сказать. Что могут сделать два обычных человека против армии заклинателей и сумасшедшей главы? Она посмотрела на Сяо Лань. – Ты умеешь лечить, а, значит, можешь помочь Лун Цзяню, когда мы его спасём. – Я… я постараюсь, – ответила та. Жизнь Лун Цзяня теперь была полностью в их руках, и им нужно было придумать план, иначе могло быть слишком поздно. Девушка не могла его подвести, не сейчас, когда он несколько раз спасал ей жизнь, жертвуя собой. Хуа Мэй тем временем стояла над поверженным драконом, смотря на него с ненавистью и презрением. С отвращением, которое нельзя было перепутать с чем-то другим. – Это конец. Твоя эпоха закончилась, – произнесла она, нависая над ним и смотря сверху-вниз, словно пытаясь поставить его на место и показать, кто здесь сильнее. Лун Цзянь, собравшись с последними силами, плюнул ей в лицо, словно споря и бросая вызов. – Может быть, но ты всё равно проиграешь, Хуа Мэй. Ты всегда проигрываешь, и этот раз – не исключение. Та лишь выдержав лицо и усмехнулась. – Возможно, – ответила она. – Но ты этого уже не увидишь. С этими словами она занесла меч, готовясь нанести смертельный удар, последний в жизни дракона, но в этот момент что-то прилетело в неё из кромешной тьмы. Это был камень, угодивший ей прямо в лоб, от чего та отшатнулась и выронила меч на пол. – Что за..? Из тени выскочила Сяо Лянь. Она метнулась к Лун Цзяню, стараясь прикрыть его своим телом. – Бежим! – резко и громко кинула она. Сяо Лань, дрожа всем телом от страха, но собравшись с силами, выскочила из переулка, привлекая на себя всё внимание воинов. Она бежала, что есть сил, уводя за собой всех подальше от Лун Цзяня и его спутницы. – Сможешь идти? – спросила девушка, поддерживая его под руку. – Смогу, – прохрипел Лун Цзянь, опираясь на Сяо Лянь. Спотыкаясь, они побежали в противоположную сторону от целительницы, которая взяла на себя основной поток армии. Хуа Мэй же, оправившись от улпра камнем, пришла в ярость. – За ними! – взлетела она. – Никто не должен уйти. Но было уже слишком поздно. Сяо Лянь и Лун Цзянь скрылись в лабиринте узких переулков Байлуна. Они бежали, пока не оказались на окраине города, у леса. Остановившись, чтобы перевести дух, Сяо Лянь взглянула на глубокую рану Лун Цзяня. Она кровоточила. – Нужно найти безопасное место, иначе ты потеряешь много крови, – сказала она, отдышавшись. – Нет, нужно покинуть Байлун, – дракон с трудом выговаривал слова, положив на бок руку, пытаясь закрыть рану, словно пытаясь остановить кровотечение. – Здесь нас всё равно найдут. – Куда же нам идти? – спросила Сяо Лянь. Лун Цзянь задумался на долю секунду. – В столицу, – ответил он практически сразу же, не раздумывая слишком долго. – К принцу Ичэну. – Принцу Ичэну? Но зачем? – Сяо Лянь явно была удивлена подобному решению с его стороны. – Он единственный, кто может нам помочь. – Но мы не знаем, где сейчас Сяо Лань! – Она знает, что делать, – ответил ей Лун Цзянь. – Она выберется. А мы должны добраться до столицы, иначе всё было напрасно. Сяо Лянь колебалась, но понимала, что Лун Цзянь прав. У них просто не было иного выхода. Им нужно добраться до столицы. – Хорошо. Мы отправимся в столицу.