Нефритовый осколок

Шаг за шагом Сяо Лянь шла, что-то про себя обдумывая. Мысли словно слились воедино. Ичэн и Сяо Лань то и дело оглядывались на неё, замечая задумчивое выражение лица, слегка от этого хмурясь.  – О чем ты думаешь? – наконец спросила целительница, когда они почти вышли из беспробудного леса.  – О цене. О том, насколько дорого это для нас обернётся, – девушка вздохнула. Она внезапно остановилась, оглянувшись на небо, будто что-то увидела. – Он сказал подумать мне, чем я рискую. И я поняла, что рискую всем. Собой, им, вами. Ты находишься в бегах из-за меня, Ичэну пришлось бросить дворец, чтобы прийти на помощь. Разве это уже не слишком дорогая цена?  Сяо Лань тоже резко остановилось. Что-то в ее глазах промелькнула – похожее то ли на сомнение, то ли на недовольство. Она сложила руки на груди, смотря на подругу своими глубокими кофейного цвета очами.  – Ты права. Мы рискуем всем. Но даже если это так, то я не оставлю тебя с этим один на один. Орден теперь досаждает не только тебе. – Они добрались до дворца. Им нужна власть, я не могу этого позволить. Они хотят уничтожить всех драконов, символ нашего города, Байлун такое не простит, – перебивает Сяо Лань неожиданно принц. – Мы рискуем не просто так. Внезапно все их взгляды устремляются в небо – рык пронзил воздух. Мимо пролетел большой, величественный силуэт, словно бы затмив собой солнце. Рука Сяо Лянь невольно потянулась туда, будто чувствуя связь или желая прикоснуться, но дракон находился слишком высоко, воцарившись в небосводе. – Его силы вернулись к нему, – тихо проговорила девушка, отводя взгляд от полного нефритами существа, высоко парящего в небесах. – Это значит, что он тоже вскоре даст отпор Ордену. – Ты не одна, Лянь. Помни это. Мы всегда будем рядом, несмотря ни на что, – произнесла целительница, положив руку ей на плечо и слегка сжав в жесте поддержки.  Ночь пришлось встретить в пути – в холодной карете. Сяо Лянь прижалась к стенке, укрывшись плащом. Руки и все части тела были холодные, словно лёд. Голова раскалывалась, а амулет приятно отдавал теплой. Она медленно закрыла глаза, перед этим увидев мелькающие мимо деревья, горы, ландшафты… Сон накрыл быстро, практически мгновенно. Голова слегка наклонилась в сторону, оперевшись о стенку кареты. Было слышно лишь её тихое дыхание, что привлекло внимание Сяо Лань и Ичэна. Целительница лишь поправила плащ, накрыв её полностью, и слегка улыбнулась. Сон на этот раз был ясным, словно бы реальным. В воздухе чувствовалась будто бы жара, что заставило Сяо Лянь резко открыть глаза. Всё горело. Каждый участок был покрыт алым, палящим огнём. Она приподнялась – лежала на земле, на удивление холодной. Посмотрела на собственные руки, запачканные в крови, и только потом взгляд её карих глаз устремился в небо. Оранжево-красное оно дарило ощущение опасности, страха. Вдруг раздался рык. Громкий, словно бы болезненный. В небе появился силуэт – длинный, огромный. Это был дракон. Цепи сковывали его всё сильнее и сильнее, а навстречу летели еще двое – они будто бы желали спасти его, снять оковы, но затем раздался и их крик. Оковы перешли на них.  Девушка закрыла глаза. Даже смотреть было противно. Кровь падала с небес, словно дождь. Рядом стояли люди, одетые в тёмные одежды, контролирующие собственные заклинания. Сяо Лянь попыталась подняться, остановить их, но что-то ей не давало. На глазах скопились слёзы – от собственной беспомощности. Она вновь потянулась, но сразу же упала с громким звуком, который не привлек к ней никакого внимания.  На ее глазах с неба струилась кровь, попадая на нее – руки были уже влажные, а по лицу то и дело стекала алая жидкость. Крики драконов раздавались всё громче и громче, разрывая душу. По щекам стекали слёзы, тихие всхлипы раздавались в этой жестокой, полной боли, атмосфере. Рука невольно потянулась к небу, чтобы схватить, коснуться, помочь, но те летали слишком высоко, а магия Ордена всё сильнее и сильнее охватывала их. Каждый крик отдавался болью в душе, амулет светился всё ярче и ярче, передавая всю боль, обжигая.  Тела драконов падали наземь, некоторые опадали на горы, скалы, пронзаясь острием их вершин. Сяо Лянь молча наблюдала за этим, не зная, что сделать, возле неё словно был возведён барьер. Внезапно взгляд её карих очей задержался на последнем, оставшимся в живых драконе. Его тело было покрыто нефритами, глаза смотрели с испепеляющим гневом. Магия то и дело струилась вокруг него, пытаясь отогнать, защитить себя. И тогда девушка узнала – Лун Цзянь. Она резко приподнялась – перед глазами потемнело, но было всё равно.  Дракона окутывали тёмные, словно металлические, цепи. Они не были похожи на те, которыми убивали и собирали силу из других драконов, эти как будто бы забирали его душу, чтобы собрать в какой-то сосуд. И действительно, вскоре один из людей Ордена достал амулет – точь-в-точь такой же, как у Сяо Лянь. Глаза той широко раскрылись, теперь она поняла. Именно так выглядела война. Именно так заключили в оковы Лун Цзяня. И именно поэтому она должна спасти его и прекратить это, несмотря ни на что.  Резкий толчок кареты заставил ее проснуться. На лице был холодный пот. Она вздрогнула, плащ слегка спал, что привлекло внимание Сяо Лань. Та и так не спала, внимательно следя за подругой, которая дрожала во время своего сна. – Вновь кошмар? – спросила та, поворачиваясь в ее сторону и слегка касаясь плеча девушки. – Это не просто сон… Это его память, – проговорила Сяо Лянь, касаясь амулета. – Это не может быть обычным сновидением. – Ты накручиваешь себя, – наконец сказал принц. – Вовсе нет! Я хочу помочь ему, – проговаривает Сяо Лянь. – Помочь? Я понимаю, но тебе не стоит воспринимать каждый сон как действительность. Ты сойдешь с ума, Лянь, рано или поздно. Время покажет, – проговаривает Сяо Лань, смотря на собственную подругу с беспокойством. В ее карих очах действительно было сочувствие – она понимала, что та хочет помочь, но… это могло обернуться слишком плохо. Сяо Лянь резко оборачивается на целительницу. На ее щеках не высохшие слёзы. Она сбрасывает с себя плащ, ее тело слегка дрожит. – Сойду с ума? Нет! Я сойду с ума, если он умрёт или с ним что-то случится! – отвечает девушка, а затем карета резко останавливается.  – Ты слишком привязалась к нему, – проговаривает Ичэн, складывая руки на груди. Его взгляд спокоен, как и обычно. – Ты влюбилась в него, – констатация факта. – Я? Влюбилась? Не смеши меня! Он просто… просто друг!  – Друзьями так не дорожат, – отвечает Сяо Лань, переглядываясь с принцем. – Ты буквально готова сойти с ума ради него. Сяо Лянь застыла, словно ее окатило ледяной водой.  – Сойти с ума?.. – спросила девушка, недоумевая. Она на секунду опустила взгляд в задумчивости, а затем подняла его на спутников, – Это неправда! Я просто… просто хочу помочь. – Пожертвовав всем, – проконстатировал принц. Сяо Лянь бросила на него очередной недовольный взгляд, хотя понимала – она действительно была готова отдать все ради Лун Цзяня. Вскоре карета продолжила свой ход, и пейзажи сменялись с голых скал и пустынных мест лесами. Байлун был уже близко. Карие глаза поднялись к небу, словно Сяо Лянь что-то увидела – и действительно, там пронеслась чья-то тень. Был слышен слабый рык, словно крик о помощи или попытка сопротивляться чему-то. Девушка резко выглянула из-за окна, не обращая внимания на странные взгляды своих спутников. В небесах виднелся слабый свет нефрита, такой же, как ее амулет. – Куда ты смотришь? – сдержанно и равнодушно, как и обычно, поинтересовался Ичэн. – Ты что-то увидела? – Нет… просто… он не мог вернуться? Я имею в виду, что он обещал вернуться рано или поздно! И свет нефрита… – Ты уже сходишь с ума, – проговаривает Сяо Лань. – Он бы не стал так открыто появляться. – Это вы так думаете. Он обещал вернуться! – проговаривает Сяо Лянь и возвращается к окну, игнорируя последующие слова и вопросы.  Дорога была довольно длинной – местами карета останавливалась из-за усталости лошадей. Но, несмотря на это, Байлун предстал пред ними – город, названный в честь дракона. Около ворот столпились люди, то и дело слышались недовольные возгласы, крики и протесты. Ичэн вышел первым из кареты, он нахмурился, наблюдая эту картину и подошёл ближе. – Что произошло? – спросил принц у одного из своих стражников. Тот сразу вздрогнул, смотря на своего покровителя. – Ваше Высочество! Глава Ордена… Хуа Мэй… она… – Говори внятнее и быстрее! – повысил голос Ичэн, а затем бросил мимолетный взгляд на Сяо Лянь, чьи глаза были направлены в небо, и целительницу.  – Хуа Мэй захватила дворец вместе с остальными сторонниками Ордена Лунного Тумана, и они осадили город. Говорят, что она проводит ритуал… И тогда в небесах пронеслась тень и послышался рык, громкий, нечеловеческий, словно это было крик души. Сяо Лянь смотрела на это внимательно, взгляд ее наполнился грустью, как будто та понимала то, чего не понимали остальные. – Лун Цзянь… он действительно здесь, – прошептала Сяо Лань, смотря вместе со своей подругой в небо.  Сердце девушки бешено заколотилось, словно та увидела что-то волнующее.  – Он не просто здесь, – выдохнула она, – они вновь пытаются его сковать.  Ичэн, оторвавшись от разговора со стражником, резко повернулся к ним, его лицо заполнила необычная для него тревога. – Хуа Мэй… приступила к действию, – голос принца стал твердым, словно сталь, – Ритуал, о котором говорит стражник… Думаю и так понятно, для чего он. – Чтобы окончательно забрать его силы или уничтожить, – продолжила Сяо Лянь, отрываясь взгляд от неба. – Мы обязаны спасти его! Толпа у ворот была огромной, но она внезапно расступилась, увидев, что впереди идет принц. Ичэн шёл первым, а Сяо Лянь следовала за ним, не говоря ни слова. Они проскользнули в город через потайной ход, о котором ведала лишь королевская семья. Сырая, узкая лестница вела прямо вглубь, в подземелья дворца. Воздух ощутимо пах плесенью, пылью и страхом – Этот проход выведет нас в подземелья дворца, – пояснил принц, проходя сквозь многочисленные коридоры. Впереди послышались шаги и чьи-то голоса – низкие и отрывистые. Показалось, что они принадлежат членам Ордена. Сяо Лань заставила своих спутников замереть. Цельтельница достала небольшой мешочек с серебристые порошком, она бросила его перед входящими вперёд стражниками, произнеся короткое заклинание. Двое мужчин мгновенно рухнули на каменные плиты, погруженные в сон. – Быстрее! – воскликнула девушка, пропуская их вперёд, а сама шла позади. Вскоре они выбрались из туннеля в подземелья, повсюду кружилась пыль. Послышались чьи-то крики, голоса, рык… а затем шаги. Все сразу же прижалась к стене, будто испугавшись чего-то. В темноте они не видели даже лиц друг друга – свет здесь абсолютно отсутствовал. Сяо Лянь прижала руку коллеге рту, чтобы не издать ни единого звука. Мимо них прошли высокие стражники в одеждах Ордена, видимо, не заметив их. Только после этого каждый смог спокойно вдохнуть воздух, не боясь, что за лишний шум их могут обнаружить. – За мной! – крикнула Сяо Лянь, направляясь в сторону лестницы. Амулет на ее гради пылал так, словно она ощущала каждое чувство, каждую боль Лун Цзяня. – Он должен быть наверху. Девушка выбежала в коридор, ведущий к главному и самому большому залу во дворце, тронному. Двери были распахнуты настежь. Перед глазами предстала неприятная картина: Лун Цзянь, заключённый в магические оковы, и множество приспешников Ордена, окруживших его со всех сторон. Он издали слабый рык, после чего изумрудные глаза направились прямо на Сяо Лянь, стоящую в проёме дверей с удивлёнными и полными несчастья глазами. Она посмотрела ему в ответ, и тут же амулет на ее груди стал отдавать теплом сильнее. Девушка невольно вздрогнула. Хотела приблизиться, но не смогла сделать ни шага. – Лун Цзянь! – сорвалось имя с её губ. Позади стояла принц Ичэн и Сяо Лань, сжимающие руки в кулаки. – Вы… вы не посмеете! – вскрикнула она, но впереди послышался смех, из-за толпы, проводящей ритуал, вышла Хуа Мэй. Её чёрные волосы слегка развеивались от неестественного ветра, созданного магией, руки были скрещены на груди, а смотрела она на вошедших словно бы с высока.  – Вы действительно думаете, что можете помешать ритуалу? Все кончено, – проговорила она, и на губах появилась ехидная усмешка. Слова Хуа Мэй повисли в воздухе, холодные и тяжёлые, будто заставляющие терять надежду. Сяо Лянь не открывала глаз от дракона, словно боялась, что без ее наблюдения все рухнет окончательно. Тепло амулета перестало быть обычным ощущением – оно будто разрывало грудь изнутри на маленькие кусочки, осколки, которые собрать воедино было бы уже невозможно. – Нет, – прошептала девушка тихим голосом. – Не кончено. Не кончено, пока я еще дышу.  Она сделала шаг вперёд, сначала нерешительный, а затем уверенность поглотила ее полностью. Ей было все равно, что она может пожертвовать собой. Всё равно, что ей могут причинить боль. Только сейчас она поняла, что единственное, что ее волнует, – это жизнь Лун Цзяня. Не её. Только дракона, которая могла оборваться в любой момент. Амулет на груди вспыхнул так ярко, что заклинатели Ордена на секунду прикрыли глаза, будто это ослепило их. Это было не просто решением. Это было волей. Непоколебимым желанием спасти то, что тебе дорого – и Сяо Лянь знала, что дороже всего ей – его жизнь. – То, что ты здесь, лишь ускоряет процесс, – пренебрежительно бросила Хуа Мэй, но в ее глазах мелькнула неуверенность, похожая на сомнение. Амулет должен был тускнеть, а не ярко светиться. Рык. Ещё один. Глава Ордена резко обернулась, а за ней и Сяо Лянь. Лун Цзянь резко издали хриплый, яростный рев и попытался выбраться из оков, однако тёмные цепи лишь сильнее словами его.  – Он не твой! Ты не имеешь права лишать его свободы, не имеешь права причинять ему вред! – крикнула Сяо Лянь, и ее голос сорвался. Слезы были не от страха, а от ярости, от собственного бессилия. – Вы заключили его однажды, но больше этого не произойдёт! – и с этими словами она резко рванула вперёд.  Хуа Мэй даже не проявила ни единой эмоции. Ее голос был таким же холодным, после чего она отчеканила: – Довольно слов, – она махнула своим стражникам рукой, – возьмите их.  Половина заклинателей, стоящих в кругу, отступили, двинулись к троице у входа, начав применять заклинания.  – Ичэн! – крикнула Сяо Лянь принцу, и тот достал из ножен меч. Его лицо, прежде невозмутимое, было наполнено холодной яростью. Он сразу же шагнул вперёд, закрывая собой девушек. Началась схватка. Настоящая. Сяо Лань ударила первого заклинателя, Ичэн отбиваться мечом, а Сяо Лянь пыталась применить драконью магию, чтобы противостоять. Зал мгновенно наполнился грохотом, криками и свистом магии. Но Сяо Лянь практически не видела этого – взгляд был прикован прямо к центру зала, к дракону, чьи силы угадали с каждой секундой. Ей казалось, что он зовёт ее на помощь, что она слышит это глухое «помоги…». Она не думала, не взвешивать риски, просто действовала. Девушка бросилась вперёд, петляя между сражающимися. Шансы были маленькие. Трое против огромной армии из заклинателей.  Сяо Лянь быстро достигла внутреннего круга, ее пытались сбить, пытались помешать, но она протянула руку к дракону, коснувшись его практически невидимой чешуи. – Ты не посмеешь! – крикнула Хуа Мэй, выпуская в девушку тёмный сгусток, очередное заклинание, очередной след тёмной ци.  Сяо Лянь успела уклониться, но она все еще была в зоне действия ритуала. Девушка уклонялась, но не отпускала, словно боялась, что каждое отсутствие ее прикосновения может быть губительным. Она чувствовала, как амулет пульсирует в унисон с сердцем дракона. Каждое биение казалось криком о помощи, мольбой, которую слышать могла только она.  – Отойди! – произнесла сквозь Хуа Мэй. Ее руки взметнулись в сложном жесте. Тёмная энергия потекла по такого же цвета цепям, сжимая дракона сильнее, высасывая из него всю энергию.  – Нет! – крикнула девушка отказ. В ее голосе слышался не страх, а ярость. Сильная, пылающая. Амулет не просто засветился, он взорвался ярким и ослепительным нефритовым сиянием. Этот свет вовсе не был теплым или уютным, он был холодным, режущим, яростным, словно рык разъяренного дракона.  Магические цепи, сковавшие Лун Цзяня, на мгновение вспыхнули ярким изумрудным цветом, а затем начали трескаться. Осколки тёмной энергии разлетались по залу, заставляя всех отшатнуться. Принц Ичэн прижался к стене, держа за руку Сяо Лань, которая сжимала пальцы в кулаки, будто готовясь оказать хоть слабое, но сопротивление.  – Что ты творишь? Амулет должен подчиняться мне! – крикнула Хуа Мэй, и впервые в ее голосе прозвучала неуверенность, сомнение.  Сяо Лянь словно не слышала ее, казалось, что мир сузился до нее и дракона. Голова закружилась, в глазах внезапно потемнело, но она лишь сильнее вцепилась в чешую дракона, будто это было самое ценное, что у нее есть. И только тогда он открыл глаза. Его изумрудные очи на секунду посмотрели на девушку, а затем вспыхнули всепоглощающим нефритовым огнём.  С грохотом, от которого задержали стены дворца и слегка обвалился потолок, он выпрямился. Остатки тёмных цепей оторвались. Крылья распрямились, затмив размахом половину тронного зала.  Лун Цзянь низко склонил свою голову прямо к Сяо Лянь, которая неожиданно замерла.  – Ты… – единственное, что он промолвил, а затем взмыл в небеса, оставив за собой лишь недоговоренную мысль: «Ты отдала часть себя». – Я отдала бы все, – мысленно произнесла себе Сяо Лянь, а затем сияние амулета погасло. Дракон обратил свой взор на Хуа Мэй. Она замерла. Глава Ордена явно н кожидала подобного. Весь ее холодный расчёт… вся уверенность… все испарилось, уступая место всепоглощающему, голому страху. Она попыталась сделать шаг назад, поднять руки для очередного заклинания, но было поздно – Лун Цзянь взревел. Он даже не стал применять магию. Звук был настолько громким, что каменные плиты пола затрещали, витражи в высоких окнах рассыпались на множество разноцветных осколков.  Хуа Мэй, пытаясь устоять, отлетела к дальней стене и ударилась о нее спиной, беззвучно открыв рот от боли и неожиданности. Ритуал был окончательно разрушен.  В образовавшейся тишине Ичэн опустил меч, а Сяо Лань, бледная, бросилась к Сяо Лянь в попытках поддержать ее.  Однако та никак не отреагировала. Она смотрела лишь на дракона, взмывшего вверх, расправив свои крылья.  Лун Цзянь медленно вновь склонился к ней, но в этот раз взгляд был иным.  – Глупая, – прозвучало властным голосом и холодным, словно сталь на морозе, – теперь наша судьба связана сильнее.  Затем дракон поднял голову, окинул испепеляющим взглядом поверженный Орден и, не сказав больше ни слова, с грохотом обрушив часть потолка, взмыв в прошлом и уносясь в небо Байлуна, оставляя после себя лишь разрушенный тронный зал. Тишина после ухода дракона была словно оглушительной. Она длилась всего несколько секунд, а затем Хуа Мэй медленно поднялась от стены. По ее лицу текла тонкая струйка крови. Она смотрела даже не на пролом в потолке, а на Сяо Лянь. – Схватить их! – раздался ее голос эхом по всему залу, и все сразу же начали наступать. – Живыми. Особенно ее. Десятки глаз, полных злобы, страха и ненависти одновременно, устремились на эту троицу.  – Уходим! – крикнул принц, хватает за руки девушек. – Сяо Лянь, шары, сейчас! Целительница быстро вынул из складок платья три тёмные сферы и с силой швырнула их о каменный пол. Все покрылось дымкой, что помогло им скрыться.  – Знаешь путь? – резко спросила Сяо Лань, держа подругу за руку. Она не хотела ее отпускать. – Естественно, – Ичэн вёл их, не видя из-за дымки, созданной сферами, полагаясь на память. Он метнулся в боковой проход, ведущий в потайные ходы дворца. За их спинами уже слышались очередные шаги погони. Они остановились, лишь оказавшись в сыром, бесшумном туннеле, пахнущий плесенью и сырость. Света не было, только слабое свечение светлячков. Сяо Лань, тяжело дыша, прислонилась сразу же к стене.  Ичэн тоже выпустил руку Сяо Лянь и обернулся к ней. – Что ты сделала? Что это был за свет?  – Я не знаю… я просто не могла позволить… я почувствовала связь и… отпустила ее.   – Ты отдала ему часть своей жизненной силы, – тихо произнесла целительница, смотря на подругу. – Это опасно. Ци, которой делишься так… ее уже не вернуть.  – Если он жив, то это значит, что это того стоило.  Принц хотел что-то возразить, но его остановил отдаленный звук – не шаги, а чье-то тихое бормотание. В нише, слабо освещенной синим светом магического кристалла, стояла невысокая фигура в сером плаще с капюшоном – униформа низших яленов Ордена. Себе под нос он произносил какой-то заговор, который трудно было разобрать. Единственное, что услышала Сяо Лянь, – «…Воля тумана объемлет. Свет дракона угасает…» И все.  Сердце девушки екнуло, прежде чем она успела что-то понять. – А-Юнь? – имя сорвалось с ее губ, словно маленькое отчаяние. Фигура вздрогнула. Медленно, будто против воли, он повернулся голову. Капюшон спал, и в свете кристалла Сяо Лянь увидела лицо, знакомое до боли. Это был Сяо Юнь, ее младший брат.  – Сяо Юнь? – ее голос забросали. Она сделала шаг вперёд, будто забыв о любой осторожности. Но мальчик никак не отреагировал.  – Он под влиянием, – резко сказала Сяо Лань. – Он не узнает тебя, Лянь.  Но это не остановило девушку. Она лишь подбежала ближе и прошептала: – Что они с тобой сделали? – слезы отчаяния покатились по ее щекам. – А-Юнь, это я, твоя сестра.  В глазах Сяо Юня что-то на секунду дрогнуло. Его губы пытались произнести короткое слово, но что-то как будто блокировало это: «Лянь…» Сяо Лань сразу же кинула порошок, увидев, что тот пытается сложить руки в заклинании, и мальчик тут же зажмурился, и тело его обмякло, погружаясь в принудительный сон. – Мы заберём его с собой, – тихо сказал Ичэн.  Сяо Лянь подняла голову. По щекам все еще текли слезы. – Это уже не только его война. Это моя. Я заставлю Орден ответить за все, что они сделали, несмотря на то, что может ждать меня впереди.